Кровавый Нил.

      Бросив короткий взгляд на Эвтиду, Амен нервно выдохнул и развернулся в сторону своего дома. Несмотря на то, что этот поступок был принят мучительными бессонными ночами и отменить его последствия было уже поздно, тяжело смотреть как невиновного парня со всей жестокостью забивали кулаками на площади, выбивая из него признание в краже.       Самым страшным для Амена было заметить в толпе Эву. Невооруженным взглядом можно было заметить настолько она была напугана но в тоже время благодарна судьбе что сейчас она спокойно стоит среди остальных зевак. -Ты еще понесешь свое наказание, Неферут.       Обойдя в очередной раз всю комнату, Эпистат задержался возле сундука и со всей нежностью провел по нему рукой. Он понял что здесь была Эва с самого начала. Он чувствовал ее недавнее присутствие и сладкий запах мятного масла. Присев на кровать, мужчина запустил руки в белоснежные волосы и устало прикрыл глаза.       Из мучительных раздумий о своем поступке его смог отвлечь только неуверенный стук в дверь. Подойдя в два шага к двери Амен открыл дверь. На пороге стояла Эвтида пряча что-то за спиной. Всего на долю секунды растерялся, а затем грубо притянул Эву за шею. -Ты должна быть на площади и смотреть на то, что должно было ждать тебя. - процедил через зубы Эпистат. С моральной точки зрения то и было худшим наказанием - видеть как абсолютно невиновный человек получает ТВОЕ наказание.       -Я знаю что это была ты.       Уверенно посмотрев в глаза Эвы, Амен заметил как ярко в них читалась мольба о пощаде. "-Как же сильно ты сама себя выдаешь."       Устало рухнув на колени, девушка прикрыла лицо руками и старалась даже не дышать что бы не привлекать лишнего внимания Эпистата. Но даже если бы она слилась прямо сейчас с песком, взгляд Амена бы все равно был прикован к ней, выискивая в крупицах песка знакомый силуэт. -Поднимайся. - мужчина протянул ей руку помогая встать с земли, и, когда глаза их встретились, он ощутил, что между ними промелькнула искра, которая практически физической болью отдавала куда-то под ребра. Амен возненавидел себя за те ощущения, которые в нем вызывало присутствие этой девушки.       Эва заметила, что протянутая к ней рука задержалась на ее запястье чуть дольше, чем требовалось, и оценила это как маленькую невеселую победу для себя, а он, словно прочитав ее мысли в этот момент резко отпустил руку. Подняв наконец глаза на Эпистата, Эву удивила встревоженность, согревающая его взгляд. Глаза Амена заволокла легкая дымка сочувствия, и она упивалась надеждой на то, что наказание будет не таким жестоким. -Зачем ты это сделал если уверен что виновницей являюсь я? Считаешь что душевными терзаниями накажешь сильнее? - протягивая Амену накидку спросила Эва. -Забирай.       Недовольно закатив глаза Эпистат швырнул сверток на кровать и процедил сквозь зубы: -Не нужны мне твои тряпки. Если ты пришла только за этим - уходи.       Тусклый свет исходящий от свечей не мог скрыть его широкие плечи. Лицо находилось в тени, но голубые глаза ярко горели, устремленные на нее. Она попыталась сглотнуть, но в горле пересохло. "-Незримый бог...Не смотри на меня так."       Амен закрыл за собой дверь и шагнул за спину Эвы. Аккуратно переложив длинные волосы на одно плечо, он приблизился к ее шее и вдохнул запах. -Неужели ты действительно думала что я не догадаюсь о назначении этой накидки? За кого ты меня принимаешь?       Эва шеей ощущала тепло его дыхания и представляла себе нежность его губ на своей коже. -Господин..-развернувшись к нему лицом прошептала девушка.       Ноги предательски подкосились. Лицо Амена выражало твердость только что принятого решения. В следующий момент он заключил Эву в объятия и, подняв ее на руки, прошептал: -Я не могу позволить страдать твоему телу. Если в твоем поступке есть вина, я виноват не меньше. Стоило догадаться что писарь из тебя никакой, а украденная накидка только подтвердила мои догадки о твоем роде деятельности.       Глаза наполнились скорбью разочарования в самом себе, и Амен отпустил Эву на пол. Взяв её лицо в свои ладони, он наклонился к ней и легко коснулся губами ее губ. Вся его нежность, скрываемая за толстой броней безразличия и жестокости, выразилась в этом ласковом прикосновении. Слегка отстранившись, он посмотрел ей в глаза долгим, обещающим взглядом и уткнулся носом в ее волосы. "-Нам нельзя быть вместе."       Обхватив его голову двумя руками, Эва встала на носочки и их губы встретились в яростной, свирепой схватке. Обескураженный её смелостью, он впился в нее глубоко, жадно, при этом руки скользили по бедрам, по груди. Эва услышала сдавленный стон, звук, который девушка не слышала прежде - но издавала его она сама, и издавала от всего сердца. И вот она уже сама вовлеклась в этот страстный, обжигающий танец, и уже сама обхватила его руками за крупные плечи, прижимая к себе.       Девушка слышала, как яростно колотится его сердце и как её собственное отвечает ему. Её ногти, впивающиеся ему в спину, доводили его до безумного желания. Сжав одной ладонью ягодицу Эвы, другую он протиснул между бедер, при этом разжимая ее ноги своим коленом.       Эва, ощущая его страстное желание, уже была готова ответить на его ласки и принять в себя этого непредсказуемого мужчину, чтобы он полюбил её. Она еще больше напряглась, когда его пальцы, добравшись до внешних губ, раздвинули их, и резким толчком он оказался внутри. Он медленно и неглубоко вошел в нее, содрогнулся от возбуждения и устремился вглубь.       Амен исстрадался по ее телу. Он хотел ее с тех пор, как увидел впервые ночью, смелую, непокорную. Исстрадался за все те дни, что она дразнила и мучила его, и теперь, когда он увидел ее в своих руках, он просто потерял рассудок.       Эва в свою очередь уже не могла удержаться, осторожно двигая свои бедра к нему навстречу. и Их тела заскользили на этот раз с легкостью. Она услышала как негромкий стон сорвался с его губ, когда он вновь двинулся, сначала медленно, затем, чувствуя ее ответ, все решительнее и быстрее. Твердая рука Амена проскользила по ее волосам и уверенно сжала их, слегка оттягивая голову девушки назад. Горячее дыхание Эпистата, затем влажный жар его губ скользнули по изгибу ее шеи. Дрожь волной прошла по ее телу, когда она коснулся языком мочки уха и стал прокладывать влажную дорожку по ее шее.       Приподняв Эву выше, отрывая ее ноги от пола, Амен шагнул в сторону кровати и осторожно положил ее на одеяла. Эва изогнула свое тело, стараясь с каждым движением вобрать его в себя как можно глубже. Кровь бурлила у нее внутри, отдаваясь стуком в ушах.       Неожиданно они оба ощутили близость экстаза. Сердце Эвтиды на мгновение остановилось, затем снова быстро застучало. Она тихо вскрикнула, окунувшись в водоворот, лишивший ее контроля над собой, наполнив ее наслаждением, столь пронизывающим, что его почти невозможно было вынести. Она прижалась к мужчине, который держал ее в своих объятиях, ощутив дрожь, волной прокатившуюся по его телу, с его последним движением ей навстречу.       Вечерний ветер быстро высушил влагу на их телах. Они заснули до того, как их кожа успела остыть.