Чёрная луна

      Колеи стала чаще проводить время с Моной. Раньше ей было неуютно рядом с астрологом. Но теперь еë будто тянуло к девушке магнитом. Хотелось просто находиться рядом и иногда слушать что-нибудь про звëзды и тех, для кого они сияют.       Даже периодическое присутствие двух жутковатых для Колеи женщин, всë время гуляющих по Сумеру с Люмин, никак не останавливало. Тем более, девушка видела, что и Мона относилась к ним несколько настороженно. Хоть и признала честно, что видела часть судьбы одной из женщин.        – В слезах дождя и в бессмысленном гневе грома, она потеряла всë, за что держалась, обретя лишь груз стекающей воды и разрастающегося пожара. Нести этот груз она была неспособна.       Мегистус изрекла это, когда Колеи спросила про Эи. Они вместе сидели на траве у гостиницы, разглядывая небесные светила. И, казалось, не замечали ничего вокруг – ни спорящих учëных, переходящих на крик и брань, ни подвыпивших пиратов, загулявших по материку, ни просто веселящихся людей, пританцовывющих в такт музыке, появляющейся то тут, то там.        – Звëзды всегда говорят так..? – Колеи пыталась найти подходящее слово. А оно, как назло, вертелось на языке, да не вылетало воробьëм. – На самом деле, разобраться в их трактовках несложно, ведь они не только говорят, но ещë и показывают, – приподняв голову, заметила Мона. Прикрыла глаза и под веками сразу всплыло то, как однажды она пыталась заглянуть в созвездие одного барда-выпивохи. Подавилась воздухом, прокашлялась и всë-таки решилась добавить: – Но иногда, бывает, что-то идëт не по плану. Некоторые, всë-таки, предпочитают хранить секреты. – Некоторые звëзды? – уточнила девушка, продвигаясь поближе, чтобы лучше слышать. Ведь уличные артисты решили пройтись с барабанами совсем рядом. – Полагаю, что так, – кивнула астролог. Хотя в действительности, не знала, отчего тогда разбушевался ветер на самом деле. Но поклялась больше не испытывать судьбу и не проверять созвездие Венти. – Интересно, а моë созвездие болтливое? – фраза сказана сама себе. Но Мегистус услышала. – Давай проверим.       Не слушая в момент появившиеся просьбы Колеи о том, чтобы еë судьбу не читали, Мона призвала астролябию и начала выстраивать звëзды. Выглядело интересно, красиво и завораживающе. Но девушке, звëзды которой решили проверить, теперь это не так уж сильно нравилось. И она пыталась хоть как-то отодвинуть Мону от сверкающий в тени астролябии, поверхность которой отражала дальние огни фонарей.        – Тебя же вроде просят не смотреть, – внезапно появившийся со спины Мастер Шляпка с букетом каких-то сияющих в тени голубых цветов, напугал. И астролябия исчезла. – А я тебя просила не подходить ко мне, – зашипела Мегистус, сразу вставая и готовясь атаковать. – Агрессивные нынче астрологи, – хмыкнул тот, пожав плечами. – Но не беспокойся, я не к тебе подошëл. – парень повернул голову к Колеи, приветливо улыбнулся и протянул букет: – Просили передать. – Спасибо! – восхитилась девушка, принимая цветы. Следом, спохватилась, спрашивая: – Но кто? – Не знаю. Был запрос у бригады тридцати. И мне он не понравился, вот и решил отнести. Заодно и попросить не вдыхать их запах, а по возможности проверить, безопасны ли они вообще. Ты же ученица Тигнари, верно? Наверняка сможешь. – Постой, чего? – вместо Колеи, попавшей в ступор, в разговор вступила Мона, убрав катализатор. – В смысле тебе не понравился букет и поэтому ты решил его принести? Что за бред? – Подумай хорошенько, – подняв перед собой руку, будто белый флаг, попросил Странник. – Ближайшая поляна, где растут эти цветы, сейчас закрыта из-за потенциальной угрозы безопасности. И тут, в бригаде тридцати, которая как раз обеспечивает безопасность в городе, как и во всëм Сумеру, появляется этот букет. Не скажу, как именно это связано с Колеи, но думаю, что лучше уж они с Тигнари проверят пару цветов на токсины, нежели у Закарии снова прибавится работы. – Я понимаю только то, что ты сейчас попытался отравить Колеи, – заявила Мона, отбирая у девушки букет. Та не сопротивлялась. И вскоре, цветы полетели в парня. – Не подходи ни ко мне, ни к ней, ни к кому-либо из моих друзей. – Слишком много требуешь, – заметил Странник. – Да и, к слову, я бы рад, но мне просто не позволят так себя вести. – Что за шум, а драки нет? – видимо, подходить со спины стало модным явлением. И оно не обошло Тигнари и Сайно. – Вы как раз вовремя. Он хотел отравить Колеи, – указав на парня пальцем, проинформировала Мегистус. – Правда? – не поверил Сайно. – Не отравить, а передать букет, который ей предназначался. И попросить его проверить, потому что цветы, похоже, как раз с нашумевшей поляны. – Кто передал? – теперь уточнял Тигнари. – Без понятия. – Колеи, ты тоже не знаешь?       Девушка в ответ отрицательно покачала головой.        – Тогда действительно стоит проверить, – кивнул Тигнари. Взял цветы и сказав напоследок: – Если всё будет хорошо – верну, – ушёл.       Сайно, отзеркалив движение головы друга, обратился к Мастеру Шляпке: – Тебя искал Кавех. Хотел пригласить на ужин. – Понял. Спасибо.

***

      Мегистус была зла. Как можно, зная... да даже просто догадываясь об опасности цветов, принести их молодой девушке? Безответственно! И ужасно.       Нельзя смотреть на созвездие Колеи? Хорошо, тогда она взглянет на то, в какой рисунок сложились его звёзды. И будет знать, что можно противопоставить, в случае, если чутьё её не обманывает. Если он действительно патологический опасный гад.       Мона высунулась в окно и вызвала астролябию. Прокрутила тарелки. Сопоставила "паука" с "тимпаном" и увидела шесть звёзд, выстроенных почти также, как у Эи. Вот только рисунок, получившийся меж ними, был иным. Не женщина с мечом, а мальчик с сердцем.       Он не воин, как та, кого звал матерью.       Перед глазами всплыло то место, что ей недавно снилось. Обрушенный свод. Под который заглянул самурай, заметивший неподвижную фигуру. Подошёл поближе. Разбудил.       Обычный мужчина с носом-картошкой, протянул руку, ничего не понимающему спросонок парню. Да так и застыл, вместе с ним. Последний никак не менялся. Даже лицо оставалось таким же засыпанным, каким было. А вот с самураем происходило что-то странное.       Кожа стала темнеть. Нос-картошка исчез, оставляя две дырки-провалы. Челюсть отвисла и вылез язык, над которым, будто издеваясь, пролетела муха.       Моне стало дурно. Наваждение пропало и перед ней вновь возникло знакомое окно. Только легче от этого не стало. И её вывернуло прямо в оконный проём. Благо, снаружи никто не стоял.       Пока-пока, сытный ужин.

***

       – Ты хорошо себя чувствуешь?       Тигнари бил не в бровь, а в глаз. Что же будет, когда Мона повстречает Альбедо? Наверняка узнает о полезности и важности сна. И про то, что научные изыскания – это не повод подрывать своё здоровье.       Вот только дело было не в астрологии. Вернее, не совсем.       К ней пришла госпожа бессонница. И самое паршивое, даже если Мегистус умудрялась задремать, всё равно подскакивала через несколько минут от жуткого кошмара, повторяющегося из раза в раз. Ей всё время снился этот гниющий самурай.       Только ближе к утру она смогла уснуть нормальным сном. И даже там был Мастер Шляпка. Но они с ним просто гуляли по ночному Сумеру. Даже не разговаривали. Просто шли рядом друг с другом. И всё.        – Мона, может поспишь? – Альбедо, будто появился внезапно. Будто на него сработал какой-то призыв. И, как и ожидалось, заметил состояние астролога. – Не-не-не. Всё в порядке, – затараторила Мегистус. Не хотелось вновь смотреть в разъедамое временем, идущем слишком быстро, лицо неизвестного ей самурая.       А она была уверена – он приснится ей вновь.        – Уверена? – попробовал настоять алхимик. Не силой же её заставлять в конце-концов? – Понимаешь, что может стать хуже? – Да, – кивнула она слишком резко. И голова закружилась. – Уверена. – А я настаиваю, – не унимался Тигнари. – Ты недавно упала в обморок. Хорошо, что рядом была Люмин, но в очередной раз может не повезти.       И как объяснить этим двоим, что спать она сейчас не будет? Что сон приносит лишь больше проблем? Да и про самурая рассказывать не хочется. Совсем. А ведь могут продолжить упорствовать и будут правы.        – Я понимаю. Но сегодня звёзды вам благоволят. А значит и мне достанется хоть капля из света.       Альбедо задумался. И спустя несколько секунд выдал: – Не думал, что влияние Фишль распространится на тебя. Впрочем, надо было догадаться.       И не поспоришь. Ведь Мона давно заметила, как легко отвязаться от разговоров, если начать лить никому ненужную воду. А если ещё и астрологию примешивать, к которой у некоторых в принципе взгляды скептические, можно закончить всё ещё быстрее.       Обычно, правда, ей это не нравилось. Но в таком состоянии выбирать не приходилось.

***

      Яэ всё время ловила на себе чужой взгляд. Пристальный. Прижигающий. Раздражающий. Как назойливый комар, начинающий свой полёт только тогда, когда сомкнёшь глаза жарким летом в попытке уснуть.       Вскоре, она заметила, что и Люмин порой оборачивается. Причём именно в том направлении, где, по мнению Яэ, находился наблюдатель. Только потом девушка хмурила брови и отворачивалась. Видимо, ей не нравилось то, что видела.       Любопытство в какой-то момент пересилило женщину. И она тоже обернулась. Прогулялась взглядом. Но увидела только студентов в одной и той же зелёной форме, раздражающей глаз с непривычки.

***

       – Конь на Е5.       Странник отвернулся от читаемой книги. Посмотрел на Нахиду взглядом: «Серьёзно?» – получил в ответ сияющую улыбку. Слегка поморщил нос и ответил: – Ты же понимаешь, что твой конь падёт от моего, да?       Они находились в её кабинете. Он стоял наверху, среди книжных стеллажей, она сидела за своим столом. Решив, что вот так молча пребывать в молчаливой компании слишком скучно, Нахида решила продолжить крайнюю партию в шахматы. Благо, на память никто из них не жаловался.        – И тогда ты тоже лишишься коня. Слон совсем близко, – пожала плечами девочка, не отрываясь от чтения собственных бумаг. – Тогда конь на Е5. – Слон на Е5. – Ладья на С8, – сказал Странник и снова уткнулся в книгу. Видимо, решил, что игра снова приостановится. – Ферзь на F3, – но не тут-то было. – Король на B6, – фраза закончилась на стуке по деревянной поверхности. Аль-Хайтам зашёл в кабинет с отчётными бумагами и решил постучать по ближайшей ко входу тумбе, обозначив своё присутствие и на секунду прервав игру – оба оппонента обернулись и вернулись к свои делам. – Пешка с D2 на D3, – ответила Нахида. – Заходи, – кивнула секретарю.       Он уже привык к такому. Поэтому не обратил внимания на то, что Мастер Шляпка, будто не замечая изменений в количестве людей в комнате, всё-таки ответил Архонту, отложив книгу. Даже облокотился о перила, уложив подбородок на ладонь. Ухмыльнулся.        – Слон на Н6.       Нахида нахмурила брови. Но ответила: – Ладья на С2. – Откуда? – С F2, – улыбнулась, теперь смотря ему в глаза.       Аль-Хайтам, понимая, что игра близится к развязке, подошёл к столу, уложил бумаги и остался рядом. Мысленно вспомнил счёт партий, на которых присутствовал лично.        – Пешка на D4, – наклонил голову Странник. – Пешка на А5, – Нахида отзеркалила. – Король B5. – Слон на F7.       Девушка, зажмурившись, выдохнула. Открыла глаза. Её оппонент стоял всё в том же положении. Только смотрел куда-то в потолок. Задумался. И будто сам себе: – Красиво получилось.       «Значит, 8:13», – пронеслось в голове аль-Хайтама.