Дать исход

Встав в 4 утра, я начала собирать рюкзак с необходимыми вещами: две консервы с говядиной и рисом, бутылка воды, бинты и перекись, пистолет с патронами, нож. Катаны за спиной. Поев, я села за карту, чтобы выбрать короткий и безопасный маршрут. До Вудбери 30 километров, доберусь через город Молена, пешком займет часов 7, на машине слишком заметно. Вот и пригодился велосипед. За полтора-два часа доберусь, важно ехать не по главной дороге, лучше по объездным, там меньше вероятность встретить затор и большие скопища мертвецов. Главным же фактором было, близкое соседство леса с самой дорогой, в который можно по быстрому съехать и спрятаться. Если лагерь там есть, то им ни к чему знать о приближающихся чужаках. С ужина не осталось еды, поэтому я решила открыть Софии две консервы, также вытащила шоколадку, на день должно хватить, если нет, сладкого ещё много, может её удастся самой открыть консервы. В любом случае, времени готовить у меня нет. Пошла будить девочку, она встала совсем никакой. Это я не учла, говоря про растяжку и упражнения, ну ничего, перенесем. Убедившись, что дверь за мной была закрыта, побежала к машине. На велосипеде двигалась достаточно быстро, встречных ходячих старалась не убивать, по крайней мере близко от тюрьмы и Вудбери. Не хотелось тратить время на прятанье трупов. Возможно я стала параноиком, но как им не стать, если в тюрьме София осталась одна, а Мегги неизвестно как в Вудбери. Разведать нужно всё, как можно тише. За полтора часа подобралась к городу, за пять километров оставила велосипед, спрятав его под куст в лесу. Дальше пошла лесом. Неоспоримый плюс тюрьмы также был в том, что мимо неё нельзя просто так проехать, к ней вела одна дорога. Приблизившись к городу, немного понаблюдала, и ничего не заметив пошла по периметру. Осторожность замедляла сильно, и ста метров не проходила, как приходилось останавливаться и прислушиваться. Полностью обойдя периметр, находившийся рядом с лесом, и не заметив ничего, перебежками направилась вглубь. Хорошо, что город небольшой. Маленький периметр поисков, нет высоток, это очень облегчает задачу. Оббегав уже половину города, заглянув почти в каждый уголок, на меня накатила паника. Картинки будущего мелькали перед глазами: вот я ничего не нахожу в Вудбери, вот в это же время Мегги находится в лаборатории и вопит от боли, вот проходят месяца, года, я мечусь по всей стране, будто гоняясь за призраками, вот я теряю Софию, глупо и безрассудно, вот Мегги не выдерживает такой жизни, её используют как безжалостного бойца для уничтожения и живых и мертвых, и сводит счеты с жизнью, проклиная меня, вот я одна, неприкаянная, жалкая, слабая, никого не защитив, всё ещё блуждаю по миру, уже неотличимая от ходячих. Всё это время, я не давала волю эмоциям, не было на них времени, но сейчас, так близко к сестре и так далеко от неё, либо всё, либо ничего. И я так боюсь плохого варианта, что меня парализовало. И в эту секунду, когда мою голову разрывают переживания, я слышу мотор машины. Быстро ныряю под машину, что стояла рядом, и жадно вглядываюсь в окружение. Машина показывается, и не одна, Три внедорожника, один с без крыши, и много вооружённых мужчин. Сердце прыгало от радости, надежда на лагерь есть. Машины ехали на выезд из города. Я была у окраины, с той стороны, где есть лес, и осмотреть оставалось немного, учитывая, что машин я услышала недавно, они отправились в путь недалеко от меня. Подождав пару минут, после того, как они скрылись из вида, начала двигаться в сторону, откуда они ехали. Но не по той же дороге, по соседнему переулку, пройти метров 400, увидела высокий забор из железных листов, машин и дерева. Вот он. На заборе нет постовых, или в это время их не было. Нужна точка наблюдения, но рядом с дорогой, по которой ехали машины. Таковой не было. Значит нужна точка рядом с забором и повыше. Наилучшим вариантом стало жилое здание в три этажа, в квартале от дороги, и через дом от забора. Пробраться внутрь не составило труда, через минут 15 я уже была в квартире на третьем этаже, если бы все квартиры были закрыты, пришлось бы выбраться на крышу. Дух перехватило от вида на лагерь, это был островок нормальности, люди не прятались, ходили по территории, занимаясь своими делами. Кто-то ухаживал за цветами, где-то на уличных столах, люди играли в шахматы, дети играли в салки. Как я не услышала шум от них? Из-за паники? Почему они так расслаблены? Хотя не совсем, постовые стояли, у ворот, и дальше, по двое, но они не покрывали весь периметр. Придя в себя, снова почувствовала уныние. Мог ли это быть лагерь Френсиса. Что он был главным, и не приходилось сомневаться. Высокомерный, заносчивый, не терпящий пререканий, он не станет подчиняться. Этот ублюдок бы создал военный лагерь, и продолжил, в своих возможностях, клепать мутантов. Сейчас они были более необходимыми, чем раньше. Нельзя пока уходить, буду наблюдать, вдруг мои суждения всё же были неверными, и я увижу Пыль или кого-то из его людей. Было уже часа четыре, когда вернулись машины, только их стало в два раза больше, и танк! Какого черта? Они привели военных? Заехав в лагерь, они оставили машины недалеко от ворот, там была большая пустая площадка, в середину выехал танк. Начали выходить мужчины, там были и подростки, военных видно не было. К машинам подтягивались люди, на первый взгляд их было больше трех сотен, просто огромный лагерь. Кто-то забрался на танк, и я отвлеклась от подсчета людей, это был он. Ни капли не изменился со дня нашей драки. Ублюдок, что забрал мою сестру, самое дорогое, что у меня есть. Ты подписал себе смертный приговор. Мегги, я уже близко, подожди ещё немного. Френсина стоял на танке и что-то вещал, что именно я не слышала, но его вид, он явно лидер, и народ его любит. Вот уж не ожидала, неужели он скрывает свои делишки? Или люди его, и при таком раскладе, поддерживают? Маловероятно, я не видела страха в них. Выступление длилось недолго, люди стали расходиться. Я успела подсчитать бойцов: минимум 6 на постах, 9 что были на машинах, но я ещё не видела Пыль. Нужно быть готовой к как минимум 20 бойцам. Сколько из них мутантов, неизвестно. Хоть у меня и дрожали руки от гнева, сунуться туда сейчас, самоубийство. На мне слишком много ответственности, чтобы так рисковать. Мне нужно больше информации, о мутантах, лаборатории, действиях. Уже пора возвращаться к Софии, рация конечно молчала, но оставлять её так надолго, всё ещё было рискованно. Только я хотела покинуть свою точку наблюдения, заметила афроамериканку, что забралась на танк и рассматривала его, но привлекло мою внимания наличие катаны. Она походила на пантеру, подобравшуюся, чувствующую опасность, и готовую драться. Катана это не то оружие, которым могут эффективно пользоваться все подряд, она искусна. И понравилась мне. Но пора было уходить. Добралась я к тюрьме к часам восьми, не останавливаясь чтобы покушать, я вообще не кушала, после завтрака. Даже не вспоминала о еде, пока не увидела кабана, маленького, килограмм 100-150, я была пешком, на подходе к тюрьме, так что охота на него не была проблемой, как-нибудь дотащу. Охотилась я не долго, учитывая на какого зверя, ушёл час, подкараулив его, подрезала задние ноги у копыт, и перерезала горло выпуская кровь и останавливая визг. Поднять его было тяжеловато, но не критично, а вот перебираться через забор было тяжело. Пришлось его бросать через забор, а потом прыгать самой. Я даже испугалась своей силы. Похоже и мне нужны были тренировки, понять и развить полученные способности. София меня встречала уже на улице, выглянув на шум и увидев меня. Она стояла в шоке, глядя на мою добычу. Да, наедимся от пуза, и ещё запасы сделаем. — Я вернулась! — сказала я, оставляя кабана у крыльца и обнимая Софию. — И у меня хорошие новости! Я нашла лагерь, где моя сестра. — Правда? Ура! Теперь мы заберем её домой! — Да, скоро мы будем жить все вместе. А ещё я принесла ужин! Ты уже кушала? — Нет ещё, я ждала тебя! Мы будем кушать его? — она ткнула пальцем на тушу. — Да, мы пожарим часть, а остальные засушим. Сняв шкуру и отрезав голову, я выпотрошила его, отрезала копыта и часть живота, и отдала девочке, что уже сидела у костра, чтобы начала жарить. Она была у меня на виду, мы находились в закутке блока А, с трех сторон были бетонные стены нашего блока, а с последней стороны, немного в отдалении, нас закрывала стена блока Б. Разрезав оставшееся мясо на тонкие куски, сложила их на шкуру, на ней же оставила пару костей с мясом, сварим потом бульон, пошла в блок. Разрезав пару простыней на веревки и взяв соль вернулись назад. Мясо уже было пожарено, и я поставила вариться бульон. Втерла соль в мясо и оставила его. Связав и натянув веревки между соседними стенами, призвав их к решёткам, стала развешивать на них мясо. Когда оно высохнет, то его можно будет долго хранить. Конечно лучше бы использовать духовку, но что имеем. Мы сели кушать, даже не открывая консервы, попивали бульон и ели жаренное мясо. Оставшейся части хватит ещё на два дня. Софи очень понравилось мясо, хотя ее немного тошнило, пока я потрошила животинку. Отправив младшую спать и прикопала в лесу потроха и голову. Шкуру оставила также сохнуть. Набрав в железное ведро, для мытья полов, воду, поставила её кипятиться на улице. — Чем ты занималась сегодня? — спросила я заходя в блок. — Я кидала ножи, читала и рисовала, скучно было без тебя. — У тебя болят руки? — она кивнула, — Давай, я покажу как делать растяжку, её нужно делать до и после тренировки, чтобы не болели мышцы. И пару упражнений на руки, ноги и живот. Управившись с обучением и дождавшись небольшого остывания воды мы по очереди помылись. В торговом центре, помимо одежды и комиксов я захватила пару коробок мыла и шампуня. Было ощущение, что сходит вторая кожа, так мы привыкли ходить грязные. Я предлагала Софии помочь помыться, но она смущенно выставила меня из камеры, через одну от нашей, в которой мы решили устроить «ванную». На кровати мы упали ужасно уставшие, но довольные. — А что любит делать твоя сестра? — спросила младшая. — Она любит читать, постоянно что-то изучала. Даже любила ходить в школу. — Я вот не очень любила учиться. Мама говорила, что ничего страшного, что можно учиться и на тройки. — Я училась на тройки, поэтому не могла помочь в этом Мегги. — А кем ты работала? — Сегодня вечер откровений. Я наказывала плохих людей за деньги. — Ого! Ты как черный плащ. Только у тебя нет плаща. — Да, веселая работенка, поэтому умею обращаться с оружием. Но я не рассказывала об этом сестре. Всегда врала, что была юристом. Мы вообще мало времени проводили вместе. — Могу я лечь к тебе? — спросила младшая, и я её спустила на свою кровать. — Когда мы её заберем, будем всегда вместе. Останется только найти мою маму. Всё будет хорошо. — Да, точно, мы со всем справимся. Почему я постоянно позволяю ей утешать себя, выгляжу жалко. Что вообще представляет из себя нормальные отношения? Да и сохранилось ли понятие нормальности. Кажется, что мы дополняем друг друга, я её сила и безопасность, надежда на воссоединение с матерью, она для меня якорь, в хорошем смысле, удерживает меня от безумств, отчаяния, позволяет выплескивать на себя сожаления о моей сестре. Все это обучение её защищаться, принимать важные решения, быть самостоятельной, способность исправить ошибки воспитания сестры. Я понимаю, что это в какой-то степени неправильно, потому что иногда дохожу до паранойи. Я не пытаюсь ей заменить сестры, как и она не пытается мной заменить свою маму. Мы скрепились сожалениями о прошлом, стремлением выжить и найти свою семью, пониманием друг друга, так крепко, что стали семьей, от которой нельзя отказаться. Была ли наша встреча судьбой? Возможно высшие силы сжалились над нами и дали ещё один шанс? ** Утром, пока София спала, я проверила территорию тюрьмы, близлежащий лес на наличие следов, забывать о безопасности нельзя. Сегодня нужно вновь идти в Вудбери, опять оставлять Софию одну. Но брать её с собой ещё слишком рано, пока ей нужно уделять время тренировкам. Проверив, как сушится мясо, я пошла будить Софию. Сегодняшнее утро потратим на тренировку тела и стрельбу из лука, после я вновь поеду в Вудбери. Поев и потренировавшись, я обновила воду в сумке и, поцеловав младшую в лоб, отправилась в путь, было уже 10 часов. Такой распорядок продолжался уже три дня, всё, что я заметила: в лагере не проходят тренировки, обычно до обеда уезжает две машины, куда, я ещё не проверила, но они ничего не привозят, только на последний день, когда они вернулись намного позже, в 4 часа, они привезли еду. Также: Френсина часто пропадает в здании, выглядящим как склад, оно стоит обособлено, рядом клетки с ходячими, туда входят немногие люди, Пыль, мужик в очках, которого я видела в лаборатории, он там пропадал целыми днями, ещё два бойца, ну и сам мудак. Я предполагаю, что там должна быть лаборатория. Она охраняется двумя людьми. Вообще постовые меняются каждые 12 часов, рано утром и поздно вечером. Мутантов опознать не получилось. Из хорошего: у младшей уже получается попадать в мишень из арбалета, мясо засушилось хорошо, у нас стало некоторой традицией мечтать о облагораживании тюрьмы. Софи предложила разбить огород, и завести животных, она любит жаренные яйца. Я предложила разобрать стены разрушенного административного корпуса, с обратной стороны тюрьмы, и построить кирпичный забор. Довезти ещё материалов и можно строить. Один из заборов можно обшить железными листами и подпереть его. Но для этого всего нужны люди. В одно утро кое-что изменилось. Спрятав велик, все также за 5 километров, пошла к лагерю. Но не прошла и одного километра, как заметила группу людей, двое мужчин и подросток, с оружием на перевес, кого-то искали в лесу. Это явно люди Френсины. Но кого они искали? Я решила проследить за ними. Кого они искали я догадалась по крику «Черная сука». Неужели они искали пантеру? Кто бы это ни был, его хотят убить, и мне нужно его спасти. Это даст так необходимую информацию о лагере. Я заметила пантеру, она стояла за стволом дерева, и готовилась к нападению. Я вытащила катаны, и ждала. Как только они встали к ней спиной, началось, пантера выскочила и разрезала глотку первому, поворачиваясь к подростку, она получила пулю в живот. Вот черт. Достаю нож и кидаю в стрелка, он уже хотел выстрелить второй раз, нож попал в глаз. Пока нож летел я подбежала к подростку и снесла голову. На вид ему было лет 17, возможно у парнишке не было выбора, кроме как, подчиняться сильным. Пантера держала катану у моей шее, второй рукой зажимала рану. Конечно она опасалась меня, я понимаю. — Твою рану нужно забинтовать. — я спустила рюкзак с плеч и достала перекись и бинт.— У меня есть антибиотики, и место, где ты сможешь, в безопасности, дождаться выздоровления. Я помогу тебе, а ты поможешь мне. Пантера ещё немного подумала, и опустила оружие. Я осмотрела рану, пуля вошла в бок, и навылет, она выживет. Немного обработав края раны, я туго перевязала её бинтом. Девушка не выпускала из рук оружия. — А теперь пошли отсюда, у меня рядом велосипед, поедем на нем. — Велосипед? Хах. — она впервые подала голос. — Ну да, ни к чему, этим ублюдкам знать, что я рядом. Тихо и быстрее, чем пешком. Доедем за час, продержишься? — она кивнула. Пантера села на багажник и мы тронулись, я старалась быстрее добраться до лагеря, мало ли, когда они почуют неладное, что группа не вернулась быстро. Доехали за полчаса. Спрятали велосипед, отдельно от машины, ей ни к чему пока знать о способе убраться отсюда, да ещё и с припасами. Мне нужна информация, и если повезет, она останется с нами. В том, что она хороший человек, я почти убедилась. Конечно оставлять её наедине с Софи опасно, но на эти дни я буду в лагере. Френсис будет искать пантеру, поэтому заляжем на дно. Подойдя к забору, девушка явно удивилась нашему лагерю. — Ходячих мы не убивали, чтобы никто не заметил изменений, зачистили только один блок, и прилегающую территорию до забора. — Мы? — Я и София, моя семья. А теперь, садись мне на спину, я перепрыгну забор. — она недоверчиво посмотрела на меня. — Давай, ты уже доверилась мне один раз. Я сняла ножны, закрепила их с катанами на спине девушки, и дождавшись, пока она сядет на спину побежала, добравшись до блока, девушка слезла и я вернула себе оружие. Постучав, и дождавшись открытия дверей, мы зашли.