Взгляни на меня, Бог!

      В бескрайнем космосе, где царствовали тьма и тишина, вдруг появился маленький, белый, неприметный и беззвучный огонек. Его пламя то и дело двигалось, будто пытаясь создать изящную огненную фигуру, но его усилия были тщетны, поскольку пламя было слишком непослушным.       Вдруг рядом с огоньком из ниоткуда появилась милая девушка, одетая в простое белое платье. Её глаза сияли ярче всех тех звёзд, что находились вокруг. Она смотрела на огонек с благоговением и любовью, которые невозможно было скрыть. — Отец, ты снова здесь! — ее солнечный голос воскликнул, обращаясь к гостю. — Я так скучала по тебе! Каждое слово девицы в белом платье буквально сотрясало пространство. Казалось, сам космос радовался приходу «Отца». Огонек замер, но уже через секунду ответил девушке, продолжая спокойно гореть и покачиваться. — Да, я здесь. Были ли какие-то изменения у Маро?       Глаза девушки, похожие на два больших бриллианта, широко раскрылись, как и ее маленький розовый рот. Кажется, она не ожидала такого вопроса. Отец в основном всегда спрашивал о том, как она себя чувствует и уходит! Девушка была слегка напугана, ведь относилась она к «Маро» немного халатно из-за других, более важных, проблем. Она что-то неуверенно пробормотала.       Вместе с этим та замялась, переводя взгляд на огромную планету, которую окружало два спутника — черный, как ночь и стандартная «Луна». Маро, планета, которая издалека была похожа на разноцветный драгоценный круглый камень, медленно крутилась в бескрайнем космосе, совершенно не подозревая, что поставила свою создательницу в шаткое положение. — В последнее время я немного… Отвлеклась и забыла позаботиться о Маро лично, — хихикнула она неловко. Огонек молчал. Кажется, он обдумывал слова девушки, или, может, осуждал ее. Не зная, что из этого правда, а что — нет, она поспешно решила объясниться заикающимся голосом. — О-отец, не беспокойся, я позаботилась о том, чтобы у Маро не было проблем в мое отсутствие, — решила слегка соврать она. — Да и разве ей не помогают ее спутники? А что насчёт моих апостолов? Все в порядке, не беспокойся! — Конечно, я понимаю, Йие. Девушка по имени Йие была очень счастлива, что её Отец не сердится. — Спасибо, Отец! — она поблагодарила его, решив проинформировать. — А что насчёт Маро, то я сейчас узнала, что смертные объединились с Богами, чтобы свергнуть дракончика Гибби! Йие, чье платье «плавало» в пространстве в такт движениям пламени, разочарованно посмотрела на свои сцепленные у груди руки. — Мои детки, которых я растила очень долгое время с такой любовью, стали такими плохими. Они всегда стремятся заполучить все и никогда ни с кем не делятся. Отец, неужели их не остановит ничего, кроме убийства? Ее глаза наполнились слезами, а некогда светящийся взгляд потух, оставив в себе только грусть и печаль. — Не беспокойся об этом сильно, — обеспокоенно всколыхнулся он. — Ты можешь просто наказать их. — Разве это правильно? Они не исправились даже после того, как я забрала почти все их силы. Мои детки всё ещё пытаются убивать других деток ради власти!       Слезы яро полились из глаз прекрасной Йие, сотрясая этим весь космос. Это тихое и бесчувственное место наполнилось грустью девушки. Каждая звезда, каждый камушек и каждое существо хотели забрать грусть своей создательницы себе. Только ради того, чтобы она не грустила.       Кожа девушки, которая раньше была похожа на фарфор, начала трескаться, словно стекло. Ее размеры стали колебаться от большого до маленького, а слезы, пролитые ею, превращались в шипы и втыкались во все, куда смогли бы долететь. Отец просто молча смотрел на это представление. — Как думаешь, может, если ты украсишь Маро, то твои дети смогут стать добрее? — огонек прервал волнение, вдруг предложив. Невинная и до жути добрая Йие уставилась покрасневшими от слез глазами на отца. — Правда? — спросила та, вытирая слезы. — Думаешь, получится? — Не попробуешь — не узнаешь.       Девица в белом платье вернулась в изначальное состояние, и ее вид снова стал прекрасен, никто бы никогда не подумал, что эта слабая и хрупкая девушка является самым опасным существом, которое можно увидеть во всей Вселенной. С лёгкой улыбкой она взяла огонек в руки, смотря на него и задавая довольно неожиданный вопрос: — Папа, а какие цветочки ты любишь больше всего? — Одуванчики, — тепло ответил огонек с небольшим запозданием. Йие была озадачена. Что это за цветок такой? Видя замешательство хозяйки космоса, огонек со смехом принялся объяснять. — Это очень простой, но красивый цветок, который может превратиться в нечто иное от своего изначального образа. Вдруг вокруг Йие с огоньком появились одуванчики. Одни — с желтыми и мягкими цветками, а другие — цветы с кроной из белоснежного пуха. Наивная Йие с восторгом в глазах смотрела на эти цветы. Так вот что любит папа! Даже несмотря на то, что Йие — создательница самых прекрасных образов, вещей и планет в целом, она посчитала одуванчик самым удивительным и неповторимым творением папы и всей Вселенной. — Йие, как ты думаешь, может, тебе стоит отправить иномирцев на Маро? — спросил Отец, пока она рассматривала одуванчики. Отвлекаясь от созерцания пушистого цветка, девушка озадаченно ответила отцу: — Иномирцы? Но я не развивала никакой живности на других планетах. — Я про другие вселенные, — поспешил он уточнить. — Другие?! Это довольно сложно, папа. на это потребуется очень много времени и сил, поэтому я не уверена, что Маро сможет принять этих иномирцев радушно. — Я понимаю, что это сложно, — вздохнул он, — Но почему бы не попробовать? Так или иначе они не будут твоими детьми и за них ты не несёшь ответственности. Голос огонька был очень холоден. Однако Йие возразила ему, не собираясь терпеть такое отношения к живым существам. — Отец! — гаркнула девица. — Это неправильно. Если уж я отправляю их на свою планету, то обязана нести за них ответственность! Некоторое время они молчали, думая о своем. Космос тоже молчал. Раздраженная, Йие всё-таки проявила инициативу нарушить тишину: — Ладно! Я найду каких-нибудь душ и отправлю их на Маро. Надеюсь, с ними все будет в порядке. — Я знаю одну планету, где есть неплохие души! — огонек закружился вокруг Йие и нетерпеливо продолжил. — Название — Земля. Я даже могу тебе показать несколько душ, которые можно использовать как эксперимент. Йие уставилась на прежне спокойного отца и с улыбкой вздохнула. — Как скажешь, Отец.       Длинные золотые волосы покачивались в такт движениям парня, который куда-то бежал. Его дыхание немного сбилось, а сам он покрылся потом. Он чувствовал себя ужасно. Как же так?       Он — великий царь, перворожденный дракон Гиббон. Он — сильнейший среди всех волшебных существ. Он всегда думал, что никто никогда не будет мешать его спокойному существованию. Более того, он помогал всем и всегда, и даже никогда не отказывал в совете, если это требовалось! Но теперь все беспричинно ополчились против него. Гиббон чувствовал себя отвратительно.       Боги, с которыми он раньше был как не разлей вода, вдруг напали на него вместе с самыми разными представителями рас. Их армии были огромными. Почему они напали? Почему?       Гиббон был в отчаянии. Хотя он и был сильнейшим, это не касалось его боевых способностей. Он был мудр, добр и никогда никому не желал зла. Он даже безвозмездно делился со всей планетой магией, которую так любят все смертные. Но на этом все. Поскольку он родился в тот момент, когда на планете только-только выросли деревья и возвысились горы, он полюбил каждую песчинку и лелеял каждую травинку. Все потому, что, в отличие от нынешнего момента, раньше не было практически ничего, кроме гор и пары чахлых саженцев. Гиббон пообещал себе, что будет помогать каждому существу, которое появится на этой планете и будет заботиться о каждом ростке, который смог вырасти на этой некогда бесплодной земле. Исходя из этого, становится понятно, что Гиббон никогда не учился использовать свои могущественные силы во зло другим.       Сейчас древний дракон был не в состоянии даже нормально бежать, не говоря уже о том, чтобы отбиться от новоявленных врагов. Скоро предатели настигнут его и он умрет от рук тех, кого так сильно любил.       Вдруг в метре от него что-то приземлилось. Дракон было уже подумал, что это — конец, однако, походу, Всевышний любил его и Гиббон увидел своего лучшего друга Кодриэля, который с безразличным лицом стоял перед ним. Гиббон спросил уставшим, запыхавшимся голосом: — Ты здесь! Как же я рад… Что происходит, Кодриэль?!       Человек перед ним был совершенно безразличен ко всему, что происходило вокруг. Он выглядел как тот, кто никогда не будет разговаривать добровольно. Тем не менее, услышав вопрос Гиббона, этот человек ответил немедленно. — Они ополчились против тебя, ибо думали, что ты убьешь их. Все просто. Голос Кодриэля был очень холоден, а сам он недовольно прищурился, вспоминая беседы своих товарищей-Богов на всеобщих собраниях. Гиббон ошеломленно уставился на друга. — Убью?       Древний дракон, посвятивший всю свою жизнь защите планеты, почувствовал себя преданным. Впервые. Раньше он просто был разочарован в смертных, но не сейчас. Кодриэлю было неприятно смотреть, как его лучший друг мучается, поэтому решил отвлечь его. — Гибби, — не пожалел он ласковых прозвищ, — нам пора уходить отсюда, так как скоро эти придурки появятся здесь. Я знаю одно место, где ты можешь засесть и вылечиться. Думаю, за это время все поутихнет.       Услышав из уст вечно холодного Кодриэля свое «детское» прозвище, Гиббон почувствовал себя немного лучше. — Да, конечно, я немного устал, — натянуто улыбнувшись, дракон кивнул Богу. Благодаря помощи Кодриэля, Гиббон смог добраться до необычайно укромного места, о котором Гиббон забыл более тысячи лет назад.       Грустным взглядом смотря на синюю гладь воды, Гиббон присел на траву. Вдруг откуда не возьмись появились белые огоньки размером с кошачий ноготок. Огоньки закружились, начали разделяться и стало появляться ещё больше им подобных. Новые гости стали образовываться в группы и приземлялись на землю, будто что-то строя, постепенно устремляясь все выше и выше.       Закончив свою работу, огоньки бесследно исчезли. Казалось, прошла вечность, но на деле всего несколько секунд. Кодриэль вместе с Гиббоном посмотрели на творение этих огоньков. — Желтые… цветочки? Такие простые. Но при этом их так много.       Гиббон потянулся к стеблю неизвестного цветка. Слегка дёрнув его, Гиббон попытался сорвать цветок, но вдруг понял, что это невозможно. Тем не менее, взамен они услышали тихий шепот, который принадлежал их Творцу: «Одуванчик» Так значит, имя этого цветка — одуванчик? Прекрасный выбор, Всевышний. Не смея мешать расти одуванчику, дракон просто продолжил наблюдать за гладью воды в компании новых друзей.       Тем временем Кодриэль стоял позади, молча смотря на великое существо, преданное собственными товарищами. Хотя он был Богом, который из-за своих сил не ощущал никаких эмоций, сейчас он чувствовал что-то действительно сильное и страшное — лютую ненависть к остальным Богам и к тем, кто предал его любимого друга. Почувствовав странные колебания энергии позади себя, Гиббон обернулся: — Кодриэль? Не стой там, давай посидим вместе! Думаю, сейчас все будет хорошо… Все ведь обязательно наладится, верно? У дракона был взгляд, полный надежды на лучшее. Вечно холодное лицо Кодриэля немного смягчилось. Бог кивнул, присаживаясь рядом с давним другом: — Конечно, обязательно. «Ну, все не так уж и плохо. пока Кодриэль рядом, верно?» — подумал Гиббон, тяжело вздыхая и собирая в ладонь горсть песка.       Вот так великий и неповторимый дракон, считавшийся сильнейшим во всем мире, сидел, сломленный, опираясь на плечо Кодриэля. И хотя это была невероятно красивая сцена, атмосфера была заполнена лишь грустью, отчаянием и мраком. Казалось, будто вся Вселенная грустит вместе с ними.

      Между тем жители Маро даже и не подозревали, что магия начала постепенно исчезать с уходом Гиббона.

Это было началом конца.