medicamentis

Пока Вера отлеживалась в больнице, я решила временно прекратить поиски девушки для себя и заняться плотнее учебой. Мы все также нашей бандой проводили время вместе и на занятиях, и после них, но в конце октября наш Казанова Олег внезапно перестал приходить на занятия и на борьбу, придумывая глупые оправдания в смс. Встретились мы на мозговой штурм у меня втроем и решились на визит в обитель зла. То есть домой к Олегу. Консьержа, мы спокойно прошли только потому, что тот нас видел несколько раз и сам Олег представлял нас однокурсниками, оставляя нас с ним, когда забегал домой. Открыла нам дверь женщина лет под сорок, с отличным макияжем. -Вы кто? - женщина нахмурилась, смотря на нас с раздражением и в ее тоне отчетливо проскальзывало эдакое высокомерие. -Одногруппники Олега, - Денис расплылся в своей фирменной дружелюбной улыбке, - он уже полторы недели не был на занятиях и не отвечает на телефон, вот мы и решили зайти, лично сказать, что надо учить и к чему готовиться. Женщина тяжелым взглядом обвела нас и распахнула дверь: -Дальняя комната. Может он вам и откроет. Она ушла в сторону кухни из большого и просторного коридора, а мы удивленно переглянулись и пошли в дальнюю комнату. Дверь была закрыта, но нас это не остановило. Мы ломились и стучали, наверное, минут двадцать, после чего нам открыл человек, чем-то смутно похожий на Олега которого мы знали. Этот был с сальными волосами, щетиной и злыми глазами. -Ну что?! - рявкнул он. - Что надо? -Тебя надо, - встряла Женя, бесцеремонно входя в комнату и имея в качестве тыла Дениса. -Да пошли вы… - он запнулся глядя на меня и отвел взгляд в сторону, уже сменив тон на более миролюбивый. - Уходите. -Да ты совсем рехнулся?!- заорала Женя, которая прошла в комнату дальше нас и махая руками. Смахивая со стола белоснежную пыльцу, которая тут же повисла в воздухе. - Ты что, за полторы недели уже успел наркоманом стать?! -Это просто кокс, и я не наркоман! Я уже давно балуюсь… снимаю стресс…ясно?! Денис навис над Олегом: -Ты кому тут втираешь? У меня мать от наркоты померла! А ты… - он схватил за шиворот футболки Олега и дёрнул на себя. - Да почему?! Все же было у нас хорошо! С какого хрена тебе нужно было снимать стресс — вот так, а?! Ты, что, идиот?! -Завались, Ден, ты ни хрена не знаешь обо мне! - рыкнул Олег, с силой освобождаясь от хватки Дениса. Я села на край дивана и похлопала на место рядом с собой для Жени: -Ну раз так, удиви нас Олег, расскажи нам свою историю. Оправдай себя. Денис сдался и все же отпустил Олега, который отбивался от него как мог и тоже сел на кровать. Мы все смотрели на Олега в поисках объяснений и он, отойдя к двери в комнату взялся за ручку, намереваясь выйти. Сбежать. Но застыв на несколько секунд, сполз по ней на пол и заплакал как маленький мальчик, навзрыд. Мы переглянулись и Денис толкнул меня локтем, кивая на Олега. Что? Я должна утешить или что? -Олег… - начала я, пытаясь понять, что именно сказать или спросить, но он меня оборвал: -Я трахаю свою мать… Я застыла с открытым ртом. Лучше бы я ничего не спрашивала. Может он врет? -Я сбегал из дома… но меня всегда находили, возвращали, отправляли в психушку и мозгоправ мне не верил. Уверял, что это мои фантазии… урод. Эта сука… начала еще в детстве. Трогала меня. Мне никто не верил. Никто. Сейчас стало только хуже… понимаете? Если я что-то хочу я это получаю только через… нее. И я ненавижу это! Ненавижу! Я устал! Мне нужен кокс… без него я просто рехнусь. Сорвусь. Убью ее на хрен… - он глубоко задышал, пытаясь успокоиться, пока мы молча и шокировано слушали его. - У меня были друзья… были, да… и когда мне нужна была помощь, они меня кинули. Думаете я им не рассказывал? Рассказал… меня посчитали психом! Меня! Озабоченным извращенцем! Но никто не поверил, что эта «замечательная женщина и заботливая мать» может действительно сделать из сына секс игрушку… я уверен, что она пустила вас сюда, чтобы и вы от меня отвернулись. И тогда я снова буду покорным и послушным. Нуждающимся в ее деньгах и ее извращенной любви. Мерзкая тварь… как же я ненавижу эти ее игры! Ну… я точно не отвернусь. Может быть в детстве, я бы действительно не поверила ему. Покрутила бы пальцем у виска и сказала бы, чтобы он шел лечиться. Но я повзрослела и знаю, что просто так от собственных фантазий люди не ломаются. А он сломанный. Наш Дон Жуан сейчас сломанный мальчик и мне хочется вернуть нашего прежнего Олега. Весельчака, бедокура и вообще легкого на подъем человека. -Слушай, Олег, мы с Женькой можем потесниться… поживешь у нас на кухне… - робко предложил Денис. -Он переедет ко мне, - вздыхаю и иду к Олегу, который уткнулся лицом в колени, сидя на полу и настороженно поглядывая на нас. Будто бы мы сейчас вдруг начали кричать: «Поверил?! Извращенец ты чертов! Иди лечись!». Я подошла к нему и протянула руку, чтобы помочь встать. - Давай Олег, вставай и собирай вещи. Свалишь отсюда, поживешь у меня, а там дальше решим со временем что делать. В зависимости от того, что сделает твоя мать. -Вы правда мне верите? - он обвел нас всех недоверчивым взглядом. -Верим, верим, - вздохнула Женя, вставая с кровати и подошла к окну, почти полностью занавешенному плотными черными шторами и раздвинула их. - У меня так подруга с собой покончила, когда мне было четырнадцать. Рассказала мне, что ее насилует отец, а я не поверила. Он ведь такой приличный был. На дорогом автомобиле, работал в милиции и не пил. Всегда добрым ко мне был. Думала, что она мне врет, чтобы я ее пожалела… и она просто спрыгнула с двенадцатиэтажки. Больше я не наивная девочка, Олег. Дерьмо всегда рядом с нами и отлично маскируется под белое и пушистое. Ого, как я много узнаю о своих друзьях. Оказывается, у каждого из них свои травмы. У Дениса, Жени и даже Олега. Да и у меня, чего уж там. Где-то в глубине души… я до сих пор считаю Сашу виноватой в смерти отца. И себя тоже. Существуют ли вообще люди без травм? Не знаю. Очень сомневаюсь. Просто боятся открыться другим людям, делая годами вид, что у них все хорошо. Олег зацепился за мою руку и встал, смотря мне в глаза: -Я тебе не противен? -Нет, - я грустно усмехнулась. - Мне очень жаль, что у тебя такая мать и что тебе пришлось все это переживать снова и снова. Это действительно страшно… И предательство друзей тоже… Но с наркотой ты должен завязать, Олег. И плевать что это за наркота. -Не уверен, что смогу… - он нахмурился. - Я просто не знаю, как жить без нее. Я ведь давно уже на ней… -Научишься, - отрезал Денис, подходя к шкафу и открывая его. - Давай сейчас поедем ко мне на дачу. Отец сейчас на Кипре, решает какие-то проблемы с бизнесом, так что его не будет недели две. Выходим тебя там. Собирайся. Он кинул в Олега черной водолазкой и тот поймав ее, принялся собираться. Причем собирался со знанием дела, явно не впервой. Олег собрал всего одну сумку с вещами. Взял только белье, джинсы, пару футболок и пару теплых вещей, а также много наличных припрятанных по всей комнате. Объяснив это нам, что «осталось с прежних времен». Видимо, он все же не оставлял надежду сбежать от матери окончательно, раз делал заначки в таких количествах. Тысяч триста там точно было. -Машину придется оставить… - он тяжело вздохнул, осматривая свою комнату. Словно прощался с ней навсегда. Мы стояли рядом с ним молчаливо поддерживая. - Мне так страшно сейчас… вы не представляете, какая это боль от ломки. Даже сейчас мне уже не кажется плохой идеей снова трахнуть мать. Хах… чем переживать все это снова. Он горько усмехнулся. Денис достал из кармана пакетик с белым порошком и показал Олегу: -Пошли, я взял твое барахло. Я тебе в такси расскажу, как я бросал курить… думаю тебе тоже зайдет, раз ты мазохист. - Денис развернулся и вышел из комнаты, Олег последовал за ним, словно на поводке, и мы с Женей замкнули процессию. Из кухни вышла женщина внимательно глядя на Олега и Дениса: -И куда это ты собрался? - ее тон стал более жестким. Олег вздрогнул, а Денис, взяв Олега за руку, толкнул к входной двери, а сам обернулся к женщине, расплываясь в дружелюбной улыбке, тут же изливая тонну информации на женщину. Про тесты, которых не было, про учебу, про практику и про Борисыча, который обещал покалечить Олега, если тот не придет на тренировку. Это про нашего тренера, но я не уверена, что мать Олега это поняла. В итоге мы все вывалились из квартиры с пламенными заверениями Дениса, что они обязательно вернутся после сессии. А это дай бог январь. Времени было вагон, чтобы вытащить Олега из дерьма. Такси нас довезло до Ленинградского вокзала, где мы сели на электричку до Твери и тряслись три часа, выслушав в этот раз уже полную историю Олега. Итак, в семь лет он стал замечать, что ему некомфортно от того, что его моет мать. Но она его подавила и убедила, что все в порядке и в этом ничего такого нет. Дальше стало только хуже с каждым годом. Она начала принимать ванну вместе с ним и трогать его. В конце концов в двенадцать лет он впервые возбудился от ее прикосновений и кончил. И эта тварь начала убеждать его, что это тоже нормально. Что она так заботится о нем, и ее забота вылилась в начало орального секса, чуть позже и в обычный. А потом в общении с друзьями и знакомыми Олег внезапно понял, что он единственный, кого трогает собственная мать. И кто трахает свою мать. Это был удар для него. Мать сдала его в психушку. Его пытались убедить, что он все это придумал, и он подыграл в конечном итоге, чтобы только выбраться оттуда. «Извращенные сны» продолжились дома, и Олег стал искать способ переживать это. Он нашел наркотики и девушек. Девушек хотя бы он выбирал сам. Хоть что-то в его жизни было под его контролем, и он из раза в раз доказывал себе, что это не его вина, что мать делает это с ним. Что он может получать удовольствие с другими женщинами. Наркотики же позволяли переживать секс с матерью. Он находился словно в другой реальности, когда делал это и это действительно казалось ему сном. Ужасным сном. Кошмаром. Дома, в Твери, Денис забрал из гаража починенную мазду сестры, и мы поехали к нему на дачу, в твердой уверенности, что пропустим неделю или две учебы, готовясь мысленно к отработкам.