Последнее прибежище Сары

Пролог Сара Казалось, что время замедлилось, я судорожно размышляла, что делать. Бежать было некуда, окно слишком маленькое, чтобы попытаться вылезти через него. Разбить и закричать? Но горло словно что-то пережимало изнутри, не позволяя издать ни звука, да и кто меня услышит? За все эти годы мне не удалось никого дозваться. Полки вокруг были заставлены банками, консервами и упаковками. Попытаться использовать их как оружие? Но силы слишком неравны, сопротивляясь, я вызову только ещё больше ярости. Дверь тем временем содрогалась от ударов, ещё пара минут — и она не выдержит. Крики из-за нее доносились будто издалека, но ничего хорошего не сулили. До вечера не так много времени, но в то, что меня кто-то спасет, я уже давно не верила. Оставалось последнее средство. Я зажмурилась и на одном дыхании шепотом выпалила: — Я хочу, чтобы гоблины пришли и забрали меня. Прямо сейчас! Глава 1 Джарет Что-то с глухим стуком упало на пол. Я с неохотой оторвался от книги, захлопнул ее и взмахом руки заставил исчезнуть. Затем поднялся с трона и рявкнул на разбегающихся по углам гоблинов: — Аккуратнее! Сколько раз вам уже можно говорить! Так и покалечить недолго! Кто тут у нас?.. Я подошел ближе. Распластавшийся на полу человек на ребенка размерами не походил. Неужели ко мне отправили взрослого? За все годы моего правления такого ещё не случалось. Я начал думать, как поступить с неожиданным «подарком», когда лежавшая на не слишком чистом полу девушка наконец смогла встать. Она подняла голову и посмотрела мне прямо в лицо. Все заготовленные фразы мигом улетучились. Эту девушку я узнал бы из миллиона. Сара Уильямс собственной персоной снова у меня в замке! Она повзрослела, на заметно похудевшем лице теперь четко выделялись скулы, в глазах стояло странное затравленное выражение. Фигура ее также претерпела изменения, хотя мешковатая одежда почти все скрывала. Я перевел взгляд снова на лицо Сары. Секунд десять я просто молчал, не находясь со словами. Наконец дар речи вернулся, я придал себе отстраненное и самую малость удивлённое выражение и холодно обратился к девушке: — Сара! Вот это да! И кому же, интересно знать, я обязан таким неожиданным подарком? Девушка молчала, тяжело дыша и не отводя взгляда. — Поставим вопрос по-иному: кто ради тебя будет проходить Лабиринт? - вообще говоря, так просто отпускать Сару я не собирался, и не только по личным причинам. Но прямо сейчас хотел обдумать все не в ее присутствии. — Никто, — чуть слышно отозвалась Сара. — Я сама себя сюда отправила. Во второй раз за минуту я лишился речи, и только годы практики общения с завзятыми мастерами парадоксов — гоблинами — помогли собраться с мыслями и словами: — Подобных прецедентов ещё не случалось, — я еле удерживался от расспросов, зачем Сара это сделала, и надеялся как можно быстрее спровадить ее с глаз. — И я питал надежду, что твой предыдущий опыт хоть чему-то тебя научил. Видимо, зря. Хм, в принципе, я могу позволить тебе самой добиваться своей свободы. Нужно добраться отсюда до противоположного выхода за все те же тринадцать часов. Начнем? — Не нужно. Я не буду этого делать. Король гоблинов, могу я остаться жить в твоём королевстве? Пожалуйста. Вот уж чего я не ожидал… Значит, когда я предложил Саре все, что у меня есть, включая себя самого, она гордо отказалась, а сейчас просит о том, чтобы здесь остаться? Уму не постижимо! Мысли о том, как она тогда меня отвергла, до сих пор не давали мне покоя, равно как и она сама. Днём я мог приказать себе не думать о Саре, но как бы я ни был властен над чужими снами, в своих собственных я не мог запретить вспоминать ее снова и снова. И продолжал гадать, где же я ошибся и почему она не осталась несмотря на то, что я обещал выполнить все ее заветные мечты. Умом я понимал, что Сара не могла тогда отказаться от брата, иначе бы это уже была не та Сара, которую я любил. — Те, кто остаются здесь более, чем на тринадцать часов, становятся одними из нас, ты это понимаешь? Ты готова стать гоблином? — Да! — Сара резко вскинула голову и поморщилась, будто от боли. Я заметил красные следы на ее шее. Прежде чем я успел задать вопрос, что это, она продолжила. — А можно это сделать прямо сейчас? — Так не терпится? — я иронично приподнял бровь. — Я просто не хочу ждать. Можно? Пожалуйста. — Да будет тебе известно, но в гоблинов я превращаю только детей. А ты, Сара, уже не ребенок. И зачем мне взрослый человек в моем королевстве? — я сделал вид, будто задумался. — Я много чего умею и быстро учусь, — тут же ответила Сара. Казалось, она пытается меня убедить не отправлять ее обратно. — Сдается мне, что ты прямо на все готова, чтобы здесь остаться. — Да! — Ах, прямо-таки на все? — я позволил выразить сомнение. Сара несколько секунд колебалась, ее грудь ходила ходуном, а затем она решительно подтвердила: — На все! — Отлично! — я сделал пару шагов в ее сторону и чуть тише добавил. — Приятно видеть, что ты стала более сговорчивой. Сара съежилась, но не отступила, только опустила глаза в пол. Я врал: пусть я на все был готов, лишь бы она тогда, при первом визите, приняла мое предложение остаться, ломать ее волю ни в коем случае не собирался. Ведь тогда она уже не была бы собой. — Отлично! — повторил я. — Тогда будешь садовницей. Хогборд уже давно жалуется, что ему нужен помощник. Ты! — я рывком за шиворот поднял на ноги одного из сидевших поблизости гоблинов. — Отведи ее к садовнику. Свободна! Не знаю, чего Сара ожидала, но явно не этого. Она с изумлением посмотрела на меня и поспешила за гоблином, будто опасаясь оставаться рядом со мной. Едва они скрылись из виду, как я скомандовал: — Все — вон! Немедленно! Глядя, как споро гоблины несутся к дверям, а некоторые — к более близкому окну, я тяжело опустился на трон. Мне нужно было о многом поразмыслить. *** Ближе к вечеру я послал за Сарой одного из гоблинов. После того, как, она, настороженно поглядывая по сторонам, зашла в комнату, я жестом отпустил ее сопровождающего. Дождавшись, когда за ним закроется дверь, я поднял глаза на Сару. Днём я не успел рассмотреть ее как следует: помешало удивление, да и я больше смотрел на то, как она изменилась, чем на одежду. На ней были потрепанные джинсы и синяя футболка с короткими рукавами. Из-за мешковатой одежды я не сразу заметил, что девушка чересчур, даже, пожалуй, нездорово худая. Руки Сары все оказались перемазаны зелёным соком — похоже, помогала Хоглу подстригать изгородь, склонную плеваться липкой салатовой слизью во всех, кто подходит к ней с ножницами. Сегодняшний день порадовал теплой погодой, но в такое время года в Подземье бывает довольно прохладно, так что стоит как-то ненавязчиво предложить Саре обзавестись новой одеждой. Только как провернуть это при ее упрямстве и нежелании что-либо принимать от меня? И выдавать то, что она мне по-прежнему небезразлична, я не собирался. Такой ошибки больше я не совершу. — Добрый вечер, — Сару явно нервировало мое молчание, и она нарушила тишину первой. — Могу я спросить, зачем меня сюда позвали? Ваше Величество. От такого обращения меня внутри прямо передернуло, и я поспешил ее поправить: — Лучше просто по имени. Насколько я знаю, оно тебе известно. Это приказ. — Хорошо, — кивнула Сара и под моим взглядом с явным усилием добавила. — Джарет. — А насчёт твоего вопроса… — звук моего имени из ее уст неожиданно вызвал целую бурю эмоций. — Надо наконец перейти к истинной причине того, что я от тебя хочу. Подойди сюда. Пожалуйста. Признаться, я никак не ожидал такой реакции: Сара дернулась, побледнела, а в глазах у нее заплескался поистине животный страх. Она затравленно заозиралась, будто ища, куда спрятаться. Я от удивления встал и сделал к ней только шаг, как она отскочила к двери. — Что с тобой такое? Я не кусаюсь, — я постарался успокоить ее, но этим, видимо, сделал только хуже. Она тяжело задышала, а затем, будто воля полностью ее покинула, выдохнула, словно смирилась, и покорно подошла ко мне. — Я просто хотел тебе кое-что показать, только и всего, — я постарался переключить ее внимание и полностью распахнул окно. — Смотри. Ты помнишь, как раньше выглядел Лабиринт? И вот какой он сейчас. Я отодвинулся, давая ей разглядеть все в деталях. Сколько я помнил, Лабиринт раньше никогда сильно не менялся. Большая часть внешних стен его была песочного цвета, некоторые внутренние были каменными, чуть посверкивающими вблизи, а иные — поросшими бурной зеленью и лишайниками. Сейчас все изменилось. Лабиринт будто разделился на две равные части. Левая осталась почти такой, что и была, разве что на ней ощутимо прибавилось растений и цветов, а вот правая… Темные, почти черные стены, на которых не осталось никакой жизни. С каждым днём они разрушались все больше, и мне требовалось прикладывать огромное количество магических сил, чтобы они хоть как-то продолжали стоять. — Видишь? Он умирает. — Что с ним случилось? — широко открытыми зелеными глазами Сара осматривала Лабиринт. Она даже бояться меня перестала. Знать бы ещё, почему ей было так страшно. — И давно он стал таким? — Разделился он сразу после того, как ты… хм… покинула это место. А разваливаться начал относительно недавно. — Это связано со мной? — прямо спросила Сара, снова напрягшись. — Напрямую, — я выдвинул стул, предлагая ей сесть. — Давай обсудим это после ужина. Полагаю, ты не против, если мы перекусим здесь, а не среди гоблинов? Дождавшись ее кивка, я бросил на стол кристалл, обернувшийся несколькими блюдами, тарелками и столовыми приборами. — Угощайся, — и, подавая пример, я потянулся за тушеным мясом с овощами. Сара приступила к еде только после меня. Да, тот злополучный персик явно подорвал ее доверие ко мне. Ладно, об этом подумаю позже. Сара явно должна была проголодаться после нескольких часов на свежем воздухе, но создавалось впечатление, что она сдерживает себя и старается не есть больше необходимого минимума. — Так вот, насчёт Лабиринта, — начал я, отпив немного чая. — Видишь ли, когда ты сказала, что твое королевство так же велико, как и мое, причем действуя с полной убежденностью в свои слова, ты создала своего рода магический казус. Он должен был привести либо к тому, что должна была появиться полная копия королевства гоблинов, либо… Фактически, к разделу уже существующего на две равные части. Как можешь догадаться, произошел второй вариант. Так что ты теперь являешься владелицей половины королевства гоблинов и моей, скажем так, совладычицей. С чем тебя поздравляю. Сообщив эту информацию, я откинулся на спинку стула, внимательно следя за реакцией Сары на мои слова. Громко звякнула не столько поставленная, сколько почти уроненная на стол чашка. — Я надеюсь, ты шутишь? — спросила Сара, с ужасом глядя на меня. — Ни в малейшей степени. И да, если захочешь делить замок, я бы предпочел, чтобы ты оставила это крыло мне. За годы единоличного правления я к нему привык, знаешь ли. Не хотелось бы переезжать. Гоблины теперь тебе также подчиняются, как и мне, к слову. — Я не специально! Я не думала, что так получится, — сразу зачастила Сара, на щеках ее вспыхнул лихорадочный румянец. — Как мне все это вернуть тебе? — Боюсь, что никак. Лабиринт принял тебя и признал своей владычицей, и его теперешнее состояние этому отличное подтверждение. Возможно, именно из-за разлуки с тобой он стал гибнуть. — А если ты меня убьешь, то снова станешь абсолютным правителем? Я чуть не подавился чаем. — Хорошего же ты мнения обо мне, Сара, — слова ее меня задели, я медленно опустил чашку. — Ну, фактически я отняла у тебя половину королевства, так что ты вполне можешь быть этим… недоволен, — Сара избегала встречаться со мной взглядом. — И вправе желать обрести утраченное или хотя бы отомстить за то, что я сделала. Да и до этого, прямо скажем, у нас возникли некоторые сложности в общении… — Особенно с твоей стороны, — не смог удержаться я. — Подожди, — внезапно дошло до Сары. — Тогда зачем ты отправил меня Хоглу в помощники? Если, как ты говоришь, я здесь владычица? — Ну, должен же я был, как ты говоришь, «отомстить»? — я широко улыбнулся, глядя на ее возмущённое лицо. — К тому же, ты бы явно так и так предпочла его компанию. Так что, считай, я просто великодушно помог вам встретиться раньше. — Да уж, великодушно… — процедила Сара, сверля меня пристальным взглядом, но вернулась к делу. — Как вообще Лабиринт ещё не разрушился? И как я могу ему помочь? — Я каждый день делюсь с ним силой, — я слегка поморщился. Процесс этот был не из приятных, казалось, будто правая часть Лабиринта принимает помощь крайне неохотно, через силу, а иногда вовсе пытается меня оттолкнуть. Да и самочувствие после такой траты магической энергии оставляло желать лучшего. — Как ему помочь, я понятия не имею. Повторюсь, прецедентов ранее не случалось. Я полагал, что одного твоего присутствия будет достаточно, чтобы Лабиринт начал восстанавливаться. Да, ему стало немного лучше, но этого явно не хватает. Возможно, ему потребуется, чтобы именно ты с ним делилась магической силой. Или что-то совсем иное. — Но как я это сделаю? У меня нет никаких способностей! — А вот в этом ты ошибаешься. Благодаря Лабиринту, они у тебя теперь есть. Другое дело, требуется их подчинить себе и научиться ими пользоваться. Если ты, конечно, хочешь ему помочь. — Разумеется, хочу! — мысли отступить Сара, похоже, не допускала в принципе. — Превосходно! Что ж, тогда тебе определенно будет чем заняться в ближайшее время. — А кто сможет меня этому учить? — Боюсь, вариантов здесь не так много, — я развел руками. — Только я. Так что, уж извини, но придется тебе терпеть мое общество. Плюс в библиотеке найдется много подходящей литературы. — Ясно, — энтузиазм Сары немного увял. Ей настолько неприятно находиться рядом со мной? — Постой. А почему, если с Лабиринтом возникли такие большие проблемы, ты не попытался связаться со мной раньше? А если бы я никогда сюда не вернулась, тогда что? Сама того не осознавая, Сара попала сразу в самое больное место. Я помедлил с ответом, но решил сказать правду. — Видишь ли, когда ты провозгласила, что у меня нет над тобой власти, я лишился возможности хоть как-то с тобой связаться, — я криво улыбнулся. — Ни лично, ни письмом. И через твоих друзей тебе ничего не мог сообщить! Даже намекнуть им не мог. Откровенно говоря, я надеялся, что у них хватит мозгов сделать выводы самостоятельно и рассказать тебе о Лабиринте. Но, видимо, я сильно переоценил их умственные способности. — Не оскорбляй моих друзей! — вскинулась Сара. Когда дело доходило до других, страх ее вовсе покидал. — Ладно. Но не будешь же ты отрицать, что великой мудрости они не проявили? — Не буду, — нехотя признала Сара. — Думаю, разговоров на сегодня достаточно? — от меня не укрылось, что ее глаза уже почти слипались. — Лучше продолжим завтра. Я пока подумаю, что можно ещё сделать для Лабиринта. Сара встала на ноги и неуверенно посмотрела на дверь. — А где я могу, хм, разместиться? — Где угодно! — я широко развел руки в стороны и призвал одного из гоблинов. — Керк! Раздался хлопок, и перед нами появился маленький лохматый гоблин. — Проводи Сару до свободных комнат. В которых можно поселиться, я имею в виду, — Керк считался одним из самых адекватных моих слуг, но и ему не чужд был незатейливый гоблинский юмор, часто выражавшийся в желании завести доверчивого спутника куда подальше. — Отныне ты подчиняешься ее приказам. И без глупостей! — Мне вовсе не нужно, чтобы со мной постоянно кто-то ходил, да ещё и подчинялся! — начала протестовать Сара. — Поверь, хотя бы в первое время тебе понадобится сопровождающий. Замок не так прост и любит запутывать и водить кругами, а в окрестностях могут повстречаться недружелюбно настроенные обитатели. Если хочешь, я сам могу тебя проводить, — я привстал, делая вид, что собираюсь пойти с нею. — Нет, спасибо, мы справимся, — как я и думал, из двух зол Сара выбрала меньшее, резко подскочила и поспешила побыстрее скрыться с моих глаз. Так, что мы имеем? Сара, на возвращение которой я не надеялся даже в самых безрассудных мечтах, теперь живёт в моем королевстве и, по-видимому, совсем не хочет возвращаться в свой мир. В чем причина ее решения, я не мог и предположить. Лабиринт, который уже почти умер, заимел шанс на спасение. В последнюю неделю он разрушался с поистине катастрофической скоростью, только сегодня процесс замедлился. Это явно связано с появлением Сары, но как теперь действовать? Обучать ее магии и взаимодействию с Лабиринтом, учить ее чувствовать, что он хочет, какую информацию пытается передать? Проще сказать, чем сделать. Нужно также подыскать необходимую литературу, которая поможет ввести Сару в курс дела, а заодно попрятать те книги, которые мне бы не хотелось, чтобы она читала. Например, о моем народе и наших особенностях… Учитывая размер библиотеки, работа предстояла огромная и не из числа тех, что можно скинуть на гоблинов. А ещё стоило решить, как вести себя с Сарой. Ее обмануть я мог легко, а вот врать себе, что она мне безразлична, не получалось. Однако повторять свою ошибку и признаваться ей в своих чувствах, я не собирался. Пожалуй, следует держаться в рамках нейтрально-приятельских отношений, но каково это — находиться рядом с Сарой, видеть каждый день и довольствоваться при самом лучшем раскладе только дружбой? Смотреть на нее, не имея права коснуться или поцеловать, не говоря уж о большем… Я с глухим стоном опустил голову на руки. Жизнь не обещала быть лёгкой. Возможно, если я проведу больше времени рядом с Сарой, это дурацкое наваждение сойдёт на нет и ко мне снова вернётся покой? Но сначала предстояло снова подпитать Лабиринт. Сегодня он сопротивлялся активнее прежнего, я почти полтора часа ходил возле его стен, заставляя его принять мою энергию, и под конец почти выбился из сил. Вымотался настолько, что не рискнул возвращаться в облике совы, а отправился пешком. Прохладный воздух и неспешная прогулка помогли поскорее прийти в себя, когда я поднимался к входу, я уже почти восстановился. Но прежде чем я зашёл, меня остановил какой-то странный тихий звук. Слух у фэйри превосходит человеческий, поэтому мне не составило большого труда отыскать источник шума. Я обернулся совой, взлетел и приземлился на одном из выступающих камней башни. Сквозь настежь открытое окно я увидел спящую Сару. Сны ей, по всей видимости, снились не самые лучшие. Она металась, тяжело дышала, а лоб ее блестел от пота. Я по привычке — у меня есть дар воздействовать на сны — попытался проникнуть в ее сновидение и чуть не рухнул вниз. У меня было такое впечатление, что я с размаху ударился головой о каменную стену. Сказанные Сарой слова пусть и ослабли и дозволяли теперь мне находиться рядом с нею, но действовать продолжали — власти у меня над нею по-прежнему не было. Я по-совиному ухнул от резкой боли и отшатнулся. Следовало разбудить Сару, но она явно испугается, если увидит меня рядом. Однако видеть, как она мучается, я не мог. Я уже подобрался к раме, но меня посетила более удачная идея. Пусть я не в состоянии войти в сон Сары, но прогнать я его все равно могу. Как и наслать нечто более приятное. Этим я и занялся и с облегчением увидел, что Сара успокоилась и погрузилась в более мирный сон. Я постоял ещё несколько минут, не в силах оторвать от нее взгляд, но затем сумел взять себя в руки и полетел в свои комнаты. Что же тебе такое ужасное снится, моя драгоценная? Всякие мысли отомстить ей за все, что я испытал в ее отсутствие, меня покинули. Пусть меня нельзя назвать добрым и снисходительным, причинить Саре боль я не мог. Я отчётливо понимал, что ей много пришлось вынести, хотя и представить не мог, чего именно. *** Сара Мне снова пять лет, на мне любимое голубое платье с рыбками, а на волосах — заколка с синими камушками, которую мне подарила мама. В то время я ее почти не снимала. — Сара, Сара, — Он склоняет голову набок и тянется пальцами к моему лицу. Я пытаюсь отодвинуться, но я и так сижу на самом краю дивана, вжавшись в подлокотник. Холодные пальцы прикасаются к моему лицу, Он осторожно проводит ими по щеке. Его руки почти всегда ледяные и немного влажные. Я вздрагиваю. — Ты же хорошая девочка. Я молча сглатываю, кажется, что горло совсем пересохло. Он придвигается ближе, я чувствую сильный запах сигарет, которые Он постоянно курит. Он улыбается, во рту поблескивают желтоватые зубы. Я закрываю глаза и чувствую, как его жёсткие и мокрые губы прижимаются к моей щеке. Я вспоминаю любимые сказки. В них к героине всегда приходит кто-нибудь на помощь. Золушке помогает фея, Рапунцель освобождает принц, а Белоснежку сначала спасают гномы, а потом от ядовитого яблока ее избавляет прекрасный принц. Я мысленно зову хоть кого-нибудь. Он снова что-то шепчет, и я зажмуриваю глаза с такой силой, что под веками вспыхивают искры. — Если ты будешь себя плохо вести, твои родители очень огорчатся. Ты же не хочешь этого, Сара? Поэтому ты ничего им не расскажешь. Снова, как это уже было не раз, Он медленно тянет мою руку к себе. Я беззвучно плачу, но не смею ослушаться. И… Внезапно картинка пропадает. Я — уже взрослая я — иду по парку. Его нет рядом. Возле воды играют и смеются дети, а мне навстречу, заливисто лая, бежит Мерлин. И пусть я знаю, что мой верный пёс умер в прошлом году, я опускаюсь на колени и глажу его по длинной густой шерсти. Вдвоем мы неторопливо гуляем по заросшим тропинкам в глубинах парка. Я ни о чем не думаю, а просто слушаю пение птиц и подставляю лицо солнечным лучам. Эту ночь кошмары мне больше не снились, и впервые за долгое время я выспалась. *** Джарет Спать я лег далеко за полночь, перед этим набросал несколько идей, как помочь Лабиринту, поэтому проснулся, когда солнце уже стояло высоко. Интересно, Сара догадалась позвать Керка, чтобы тот показал ей, где расположены кухонные помещения? Или сидит голодная, кляня меня последними словами? Однако призванный гоблин отрапортовал, что его новая госпожа ещё не вставала. Не думал, что Сара окажется такой соней. Я невольно улыбнулся, но тут же стёр улыбку с лица. Я не дам ей возможности ранить меня ещё раз. Больше никогда. Керку я приказал ее привести в столовую, когда проснется. На завтрак Сара вышла в той же одежде, что и вчера. За стол она усаживались с осторожностью, будто боялась, что он обрушится. И место заняла, разумеется, то, что находилось максимально далеко от меня. — Я не знаю, принято ли здесь переодеваться к каждому приему пищи, но мне в любом случае больше нечего надеть, — Сара заметила, что я обратил внимание на ее внешний вид и сразу же поспешила оправдаться. — Ты можешь приказать гоблинам сделать тебе все, что угодно. — Правда? — она с надеждой подняла глаза. — Правда, — ответил я и не удержался от ухмылки. — Но их способности в том, что касается изготовления одежды, оставляют желать лучшего. Сильно лучшего. — Черт! — разочарованно выдохнула Сара, беря свежую, ещё теплую булочку и намазывая ее маслом. — А как же ты обходишься? Со всем этим?.. Намек на мой обширный гардероб я заметил, поэтому сухо сообщил: — С помощью магии. И ты сможешь так же, но для этого потребуется много практики, а не то созданная вещь может оказаться нестабильной и исчезнуть в самый неподходящий момент. Сара передернула плечами, видимо, вообразив эту возможность, и задумалась. Предлагать свои услуги я намеренно не стал, у меня появилась более интересная идея. — Есть ещё один вариант, — якобы задумчиво сказал я. Сара выжидательно уставилась на меня. — Я могу ненадолго вернуть тебя домой. Там соберёшь все необходимое на первое время. — Ты отправишься со мной? — Разумеется. А как иначе я могу тебя переместить? — говорить, что опасаюсь, как бы, оказавшись в родной обстановке, она не передумала переселяться, я не собирался. Возвращать сюда ее силой я бы не стал. — Хорошо, — с готовностью кивнула она и, отодвинув тарелку, поднялась на ноги. Мне кажется, или в ее голосе послышалось плохо скрываемое облегчение? Сам я надеялся, что обстановка дома Сары подскажет мне, что послужило причиной ее внезапного решения навсегда переселиться в королевство гоблинов. — Готова? — я протянул руку, за которую она схватилась, как вдруг отдернула и выпалила: — А если там кто-то есть? — Я могу вернуть тебя в любой час после того, как ты оказалась здесь. Хоть прямо в тот, когда ты покинула свой дом. Действует единственное ограничение — нельзя пересекаться с тобой же из прошлого. — Нет, только не в тот момент, как я отправила себя сюда! — внезапно вскрикнула Сара. — А можно, скажем, через полчаса после этого? — Без проблем, — от меня не укрылось, что она явно была напугана. Пара шагов, и мы оказались в уже знакомой мне комнате. А она сильно изменилась. Последний раз я видел её, сидя в облике совы за окном, когда Сара и ее друзья праздновали победу надо мной. Отсюда пропали почти все игрушки, ранее занимавшие несколько полок. От постеров не осталось и следа. Сохранилось только несколько фотографий у зеркала. Сара и Тоби, которого она бережно держит на руках. Фотография сделана явно после знакомства с Лабиринтом. Сара смеётся с каким-то мужчиной (видимо, отцом) и обнимает большую белую собаку. Очень красивая темноволосая женщина, очевидно, ее мать, призывно улыбается и сжимает в руках роскошный букет роз. Все вещи лежат аккуратными стопками — не сравнить с тем хаосом, что здесь ранее творился. Единственное, что нарушало образцовый порядок, это лежащее на полу одеяло и сбитое в ком покрывало на кровати. И хорошо, иначе бы это было уже совсем неестественно. Я милосердно отвернулся от шкафа с одеждой, давая Саре возможность доставать свои вещи не под моим присмотром. Ничего, что могло так повлиять на настроение девушки, я не замечал. Вдруг краем глаза я заметил что-то необычное — на двери висел почти сорванный шпингалет, только одним краем державшийся на косяке. — А это… — не подумав, начал я и осекся. Не хватало ещё, чтобы Сара поняла, что я беспокоюсь о ней. — Да? — она оторвалась от заполнения чемодана стопками одежды и посмотрела на меня. Он, кстати, не был пустым ещё до нашего визита. Любопытно. Сара заранее планировала побег? Я лихорадочно размышлял, что сказать. — Могу взглянуть? — и указал на книжные полки. — Да, конечно. А могу я взять с собой несколько книг? — Как хочешь, — резче, чем стоило, ответил я, беря в руки сонеты Шекспира и бездумно листая страницы. Несколько из них я знал наизусть, из некоторых — только отдельные фразы. Я заметил, что пара строк подчёркнута карандашом: «…поможет горю моему сознание, что я тебя не стою. И руку я в присяге подниму, все оправдав своей неправотою». Интересно, это сама Сара выделила? Если да, то кого она имела в виду? Сплошные вопросы. — Я готова, — буквально через пять минут объявила Сара. — Так быстро? — я не смог скрыть удивления. На полу сиротливо покоились всего два чемодана. Один из которых наполовину забит книгами. — В королевстве суровые зимы, тебе потребуется теплая одежда. У тебя есть такая? — Есть, просто она не здесь, — Сара смотрела в пол. — А где? — длинно вздохнул я. Почему из нее все приходится буквально вытягивать? — На чердаке. — Ну, пошли туда, значит. Возле двери Сара замешкалась, пытаясь закрыть собой сорванный шпингалет. Я сделал вид, что не заметил этого. Выйдя в коридор, она настороженно прислушалась, но, похоже, никого, кроме нас, здесь не было. Жаль, я надеялся узнать, чего же она так боится. На чердаке Сара принялась рыться в покрытых толстым слоем пыли пакетах, отчаянно чихая. Когда пыль подобралась к моему плащу опасно близко, я махнул рукой, сметая потоком воздуха ее всю в противоположную сторону. — Удобно, — восхитилась Сара. Она выбрала два пакета и быстро понесла их к себе. Я, никак не комментируя ее действия, пошел следом. Внизу громко хлопнула входная дверь. — Сара, ты здесь? — раздался мужской голос. Лицо Сары за доли секунды потеряло все краски. — Пожалуйста, верни нас в замок побыстрее! — прошептала она. Кажется, я нашел как минимум один источник ее страха. — Пожалуйста! — Сара вцепилась рукав моего плаща. Как бы я ни хотел узнать, кто пришел, я не мог заставлять ее бояться ещё больше, поэтому обхватил ее за предплечье, перенося нас с вещами в замок. Оказавшись в зале, Сара моментально успокоилась. — Пока располагайся. Жду тебя к обеду. — Хорошо, — Сара с трудом потащила свои пожитки вниз. Интересно, она когда-нибудь привыкнет к тому, что может просто приказать? Напрягая слух, я услышал, как она попросила пару гоблинов помочь ей с вещами. Ох, придется ещё тяжелее, чем я думал. Но ничего, ещё несколько недель и я, надеюсь, смогу окончательно выкинуть мысли о Саре из головы, за исключением тех, что касаются жизни королевства и Лабиринта. Пара месяцев — ничто, для способных жить столетия. Наивно с моей стороны было на это надеяться, признаю. *** Сара К счастью, все прошло гораздо лучше, чем я ожидала. Хотя… Может, стань я гоблином, то лишилась бы памяти и сны о прошлом и том, что могло случиться, больше меня бы не тревожили. Но и так вышло неплохо. Прежде всего, я опасалась, что Джарет просто в пику мне отправит меня назад. Но, по всей видимости, прошедшие с нашей последней встречи два с лишним года пошли на пользу, и он не помнил всех деталей нашего с ним знакомства, хотя имя мое назвал сразу. Да и вряд ли Джарет запоминает всех, кто по глупости отправил ребенка гоблинам. Страшно подумать, сколько таких было за всю историю. Потом я думала, что он может сразу сбросить меня в ублиетт или вовсе в Болото Вечной Вони. Но нет, обошлось. Жалела я только о том, что Джарет безошибочно понял, что я действительно согласилась бы на любые условия, лишь бы остаться здесь. Но выдавать ему настоящую причину я не собиралась. До обеда оставалось больше часа, и я решила, пока есть время, разложить вещи в выбранной комнате. Моя одежда, которая мне всегда нравилась, выглядела нелепо и дёшево на фоне мебели из настоящего красного дерева. Да и в целом обстановка угнетала: я слишком ей не соответствовала. Я принялась расставлять на полках книги и разные мелочи. «Лабиринт», правда, я убрала далеко в ящик; мне не требуется напоминание о том, что я теперь буду видеть каждый день. Но бросить книгу, так изменившую мою жизнь, я не могла. Ситуация с реальным Лабиринтом спокойствия не добавляла. А вдруг это очередная уловка со стороны Джарета? А Лабиринт на самом деле выглядит как прежде и никак я на него не влияю. Но зачем королю гоблинов это? Хочет дать мне иллюзию власти, чтобы потом ее отобрать, наслаждаясь моей глупостью и доверчивостью? Это даже для Джарета выглядело слишком странно, и, несмотря на все, что произошло между нами, я не чувствовала от него зла. Нет, он точно не был добрым и идеальным, но бессмысленно жестоким я его не представляла. Но я до сих пор не могла простить ему тех слов, что он говорил, пытаясь отвлечь мое внимание от поисков Тоби. Я почти поверила Джарету на балу, когда он кружил меня в танце и пел о любви. А затем чуть не сдалась при нашей последней встрече: на несколько долгих и таких сладостных секунд я позволила себе думать, что кто-то действительно может меня любить, несмотря на все, что со мной произошло. Стыдно сказать, но когда друзья после нашей победной вечеринки ушли в свой мир, я полночи проревела не потому, что было жаль с ними расставаться, не потому, что осознала наконец всю серьезность ситуации, а потому, что слова Джарета были притворством, попыткой задержать меня. Это было жестоко. Пусть я понимала, что я не из тех, кто способен вскружить голову самому королю гоблинов, но до этого я могла спокойно об этом мечтать. Теперь же с подобными фантазиями было покончено. *** Джарет — Только аккуратно, стены хрупкие и от малейшего давления могут рассыпаться, — предупредил я Сару, подводя к ее части Лабиринта. — Он точно со мной ничего не сделает? — Лабиринт признал тебя своей хозяйкой, так что агрессии с его стороны ждать не стоит. Да и сил у него сейчас почти не осталось. Сара положила ладонь на серо-черную стену и закрыла глаза. — Что ты чувствуешь? — Он как будто пульсирует. Похоже на стук сердца. Только темп слишком быстрый и нестабильный. — Очень хорошо! Мне эта половина Лабиринта такое не позволяет ощутить. Он пытается тебе что-то сказать? Сара зажмурилась сильнее, между бровей появилась складка: — Он… Кажется, ему тяжело, больно и страшно. Он точно чего-то боится. И пытается скрыть, как ему плохо. — Но зачем? — я не мог понять логики Лабиринта. Если нужна помощь, так попроси о ней! Заставь кого-нибудь, постарайся разжалобить, обмани! Я знал, что мои понятия о морали отличаются от человеческих, но и представить не мог, что такое древнее и магическое создание, как Лабиринт, окажется ближе по образу мыслей к людям, а не ко мне, например. — Не знаю. Он не отвечает. — Тогда попробуй узнать, чем ему можно помочь. — Он не верит, что это возможно, — немного помолчав, ответила Сара. — Все так плохо? — во рту будто появился неприятный привкус. Страха? — Нет. Он боится надеяться на помощь. Понимаешь, он не говорит прямо словами, это скорее ощущения. Сара постояла ещё пару минут. — Больше он ничего не сообщает. — Негусто, но лучше, чем ничего. Какое-то время мне удастся его поддерживать, но нужно как можно скорее найти способ решить эту проблему. Иначе… Сара продолжала рассеянно кончиками пальцев поглаживать стены: — Иначе он умрет? — Не только, — я отвёл взгляд. — Лабиринт — это то, что защищает королевство гоблинов от всех остальных обитателей этого мира. Не будь его, все здесь уже давным-давно разграбили бы и растащили. Счастье ещё, что пока никто из соседей не пронюхал об этом. И вправду, редкостная удача. Но я знал, что долго так не продлится. *** Сара — Сэр Дидимус, Людо! И, конечно ты, Амброзиус! Я так скучала! — я не смогла сдержать слез при виде друзей. В последнее время я почти не виделась с ними: не было сил делать вид, что все хорошо, а просить их о помощи я не могла. Если они узнают правду, то ничего уже не будет как прежде. Истина изменит нашу дружбу, а этого я не хотела. А ведь я обещала обязательно их позвать, если мне будет нужно… Но вмешивать их в эту грязь я не могла. — Сара! — Людо обнял меня так, что ребра чуть не затрещали. — Наша леди! Вы прекрасно выглядите! — Дидимус снял шляпу с пером и грациозно поклонился. — Счастлив встрече с вами! Вы уже разместились в замке? Все ли в порядке? — Да, сэр Дидимус, спасибо за заботу. У меня замечательные комнаты, вы обязательно должны почаще ко мне приходить! — Почту за честь, леди, — Дидимус снова поклонился. Встретились мы рядом с главными воротами, ведущими в город гоблинов. Сэр Дидимус получил повышение и теперь охранял парадный въезд в город. — Как вы? Что у вас нового? — я присела на корточки, чтобы почесать живот развалившемуся на травке Амброзиусу. — Все по-старому, — как всегда немного угрюмо буркнул Хогл. — Как же, друг мой Хогл! За минувшие годы чего здесь только не случилось! — и сэр Дидимус принялся пересказывать все местные новости. Я расслабилась, села на один из камней, призванных Людо, и принялась внимательно слушать увлекательные рассказы славного рыцаря, изредка прерываемые дополнениями от Хогла или краткими комментариями Людо. Но стоило новостям закончиться, как я почувствовала, что сейчас мои друзья примутся за расспросы, а отвечать им ох как не хотелось. — Леди Сара, — смущённо начал Дидимус. — Я понимаю, это может быть нескромный вопрос… Но все же, почему вы решили сюда вернуться? Не поймите неправильно, мы безмерно рады вашему здесь появлению, просто… Мы бы не стали тревожить вас вопросами, но уважаемый сэр Хогл сказал, что и ему вы ничего не объяснили. — Друзья, поверьте, причина есть. Но в такой хороший день, когда мы с вами увиделись, мне очень не хочется поднимать эту тему, — ответила я, увиливая от вопроса. — Может, тогда расскажешь нам как-нибудь потом? — предложил Хогл. — Обязательно! — убедительно солгала я. Ни за что в жизни не признаюсь. *** Мне двенадцать лет. Я надеялась, что все закончилось. Я несколько лет Его не видела, только изредка папа рассказывал, как у Него дела. Но вот Он снова рядом. Даже не пытается скрыть улыбку. — Подойди сюда, — Он указывает на свои колени. Ему нравится подзывать меня как собачку. Я мотаю головой, вжимаю ее в плечи. Улыбка пропадает: — Быстро, а не то я разозлюсь. Ах, не хочешь? Тогда я расскажу твоему отцу. Скажу, что ты сама меня попросила. Скажу, что тебе все понравилось и ты просила повторить. — Это ложь! — у меня прорезается голос. — А кому он поверит: тебе или мне? После того, что устроила твоя мать, будет ли он доверять тебе? А даже если и поверит, ты думаешь, он не оставит тебя? С хорошими девочками такое не случается, Сара. Сядь сюда, — Он снова приказывает. Я медленно подхожу. Не дождавшись, Он хватает меня за руку и резко дёргает на себя. Я почти падаю на Него. Он довольно скалится, меня снова окутывает запах табака. — Так-то лучше, — Он запускает руку мне под футболку и сильно щипает за кожу. Он осторожен, никогда не оставляет следов там, где их могут увидеть. — Не будь ты такой испорченной, я бы к тебе не подошёл. Ты сама виновата. — Но, — я делаю слабую попытку вырваться. Его рука хватает за шею и ощутимо сдавливает ее. — Не смей противиться! Если твой отец узнает об этом, он откажется от тебя. Бросит, как это сделала твоя мать. Мне противно и страшно. Я чувствую себя такой испорченной и грязной. Эта грязь словно заливает горло, мешая дышать. Я закрываю глаза и пытаюсь думать о другом. Он снова… И вновь сон милосердно обрывается. Я лежу на кровати, сердце сильно бьётся, но я больше не сплю. Тяжело дыша, я приподнялась на локтях. За окном совсем темно. Кажется, или мелькнуло что-то светлое? Я подскочила, отбросила одеяло и кинулась к окну. Нет, похоже, показалось. Только звёзды мелькали в прорехах туч, и качались от ветра ветви деревьев. Остаток ночи я снова проспала спокойно. *** Джарет Успел! Похоже, Сара не смогла меня увидеть. Снова после работы над Лабиринтом я решил заглянуть к Саре и обнаружил, что кошмары, похоже, ее преследуют. Она опять кричала во сне, просила кого-то остановиться. Что же с нею творится? Я попытался наведаться в ее дом, но безрезультатно: такой власти над Сарой я по-прежнему не имел. Узнать правду я смогу только если она сама мне ее сообщит, а едва ли Сара склонна делиться личной информацией с тем, кого она считает своим врагом. А ведь я должен был бы испытывать глубочайшее удовлетворение: та, которая меня отвергла, мучается. Но… Радоваться не получалось. Напротив, хотелось защитить ее. Знать бы ещё, от чего именно. Едва ли причиной страха, овладевшего Сарой, служит маленький Тоби. Даже если предположить, что он вырастет в величайшего злодея, какого только видела Земля, ему сейчас не больше четырех лет. А кто тогда? Отец? Мачеха? Нас, фэйри, можно с полным правом упрекнуть в том, что мы довольно легкомысленно ко всему относимся. Люди часто обвиняют нас в жестокости и пренебрежении их чувствами. Я не отрицаю всех этих черт, однако даже самому безжалостному фэйри не приходили в голову все те мерзости, что творили люди. Пытки, избиения, совершенно чудовищные наказания — мы бы в самом ужасном сне не смогли бы до такого додуматься. Или виновен кто-то со стороны? Но шпингалет на двери в комнату Сары явно свидетельствовал о том, что она опасалась кого-то, кто мог попасть в дом или уже там жил. Гадать можно было бесконечно, чем я и занимался, пока прятал в библиотеке некоторые книги. *** Сара — Одним из самых простых умений является создание кристаллов, — неторопливо объяснял Джарет и для примера, не глядя на руки, извлек из пустоты один из них. — Их можно превратить в какой-нибудь предмет или живое существо либо использовать для того, чтобы увидеть что-либо или кого-либо. Скажем… Я поняла, что завороженно наблюдаю за тем, как кристалл скользит из одной руки короля гоблинов в другую, и почти не обращаю внимания на слова. Я встряхнулась — не время отвлекаться. — Например, мы можем увидеть твоего друга Хогварта. — Хогла! — автоматически поправила я. Явно бессмысленный поступок: Джарет принципиально не называл имя Хогла верно в его или моем присутствии. И в самом деле в кристалле возникла напряжённая фигура моего друга, который на секунду замер, а затем резко прыгнул, выпуская струю из пульверизатора в одну из фей и громко считая: — Двадцать четыре! — Слабенько, — ухмыльнулся Джарет. — Обычно к полудню у него не менее сорока набегает. — А зачем вообще обездвиживать фей? — этот вопрос уже давно не давал мне покоя. — Чтобы отпугнуть их от Лабиринта и города. Их укусы весьма болезненны. По одиночке феи не представляют большой проблемы, но даже небольшая стайка может нанести сильный урон. — Правда? — я помнила, что укус феи действительно сильно болел некоторое время, но поверить в то, что такие маленькие создания способны принести большой вред, не получалось. — Стая из пятидесяти особей может обглодать среднего гоблина до состояния скелета за полчаса, а на человека потратит в два-три времени больше. В зависимости от размеров. Теперь на фей я смотрела с гораздо меньшей приязнью. Встреть я тогда больше таких созданий, могла бы и до середины Лабиринта не дойти. — А теперь попробуй сама создать кристалл. — Но как? — инструкция довольно расплывчатая, прямо скажу. — Представь, что он просто появляется у тебя в руке. Четко вообрази, какой он на ощупь, сколько он весит, как скользит по ладони. Я откинулась на спинку стула и уставилась на правую руку. Прошло несколько минут, но успеха не наблюдалось. — Можешь закрыть глаза, если тебе так будет легче. Я с сомнением покосилась на Джарета, но альтернатив не наблюдалось, поэтому я последовала его совету. Так было ещё хуже, потому что я одновременно пыталась прислушиваться к тому, не подошёл ли Джарет ближе. Это нервировало. — Открой глаза, — вздохнул он. — Лови, вот тебе образец. Я поймала кристалл, не успев задуматься, насколько это безопасно. Однако вопреки моим сомнениям ничего страшного не произошло. Кристалл послушно лежал в моей левой руке и не превращался во что-либо. — Чувствуешь, какой он? Достаточно тяжёлый, прохладный на ощупь и гладкий. Постарайся сделать его копию. С примером дело пошло лучше. Пару минут спустя я заметила, как в правой руке начало что-то поблескивать. Я сосредоточилась… И с недоумением уставилась на нечто, более всего напоминающее и формой, и цветом гигантскую соплю. — Начало положено! — ободряюще отозвался о моем творении Джарет, но я видела, как уголки его губ слегка поддрагивают в попытке сдержать улыбку. В ближайшие полчаса я поочередно стала обладательницей сначала странно вытянутого блестящего кольца, затем почти идеального круглого, но, увы, практически плоского пятна и, напоследок, бледно-серой капли с хаотично расположенными на ней блёстками. Джарет все это время почитывал какую-то книгу, периодически бросая взгляды на мои сомнительные успехи. — Достаточно! — вдруг сообщил он, отрывая меня от очередной попытки. — Но почему? У меня только-только начало что-то получаться! — Начинать надо постепенно, для первого раза ты и так сделала слишком много, — Джарет неожиданно улыбнулся. — Это очень хорошее начало, правда. До этого момента мне ни разу не удавалось увидеть настоящую улыбку на его лице, а не очередную ухмылку и насмешку. Он и так был красивым, а теперь я и вовсе не хотела оторвать от него взгляд. Я почувствовала, что щекам становится жарко, быстро встала, пока он ничего не заметил, и принялась собирать свои поделки. — Продолжим завтра после завтрака, не против? — сказал Джарет. — И, пожалуйста, не пытайся практиковаться в одиночестве, хорошо? Вдруг что пойдет не так. Тем более, тебе пока нельзя отдавать слишком много магии, легко можно надорваться. — Хорошо, — ответила я на оба вопроса и, не встречаясь с Джаретом взглядом, вышла из комнаты. За порогом меня поджидал Керк, который внезапно предложил провести небольшую экскурсию по замку. Теперь я знала, где располагаются кухонные помещения, комнаты проживающих в замке гоблинов, парадные залы и комнаты для гостей. Такие, по словам Керка, изредка появлялись — в основном правители из соседних королевств, но, как правило, помещения пустовали. Стыдно признать, но из всего этого меня более всего заинтересовала кухня. В последние недели я питалась крайне нерегулярно и теперь стремилась восполнить потери, а при Джарете набрасываться на еду было почему-то неудобно. *** — Сосредоточься, Сара. Представь, как он кружится у тебя в ладони. Ощути, как пальцы касаются его боков. Из моих рук снова выходили какие-то уродцы странных форм и размеров, даже отдаленно не напоминающие сферы. — Я пытаюсь! — сквозь зубы процедила я и, прикрыв глаза, сделала ещё одну попытку. — Уже лучше, — прокомментировал Джарет. — Попытайся обхватить его рукой. Оказалось, что сделать это гораздо сложнее, чем сказать. Я бросила взгляд: моя недо-сфера ускользала и будто проминалась под пальцами. Я снова опустила веки. — Нежнее. Вот так. Вдруг я почувствовала, как тыльную сторону ладони снизу обхватила рука, вскрикнула и дернулась. Незаконченный кристалл вспыхнул, отлетел на стол, прожёг в нем дыру насквозь и упал на пол, продолжая гореть и дымиться. Ой, что теперь будет? Я вжала голову в плечи, по старой привычке ожидая пощёчины или удара, которых не последовало. — Что ж, вот поэтому я и предпочел проводить наши занятия в минимально обставленном помещении, — демонстрируя абсолютное спокойствие и полнейшее отсутствие гнева, Джарет жестом погасил огонь и испарил кристалл. — Прошу прощения, — пробормотала я, мечтая провалиться сквозь землю от стыда. Теперь и он посчитает меня вконец чокнутой. В школе мне такая репутация помогала держаться в стороне от остальных и ни с кем не сближаться. А сейчас привычно мелькнувшее в чужих глазах удивление необъяснимым образом огорчало. Я настолько неправильная, что не могу вписаться даже в мир, где водятся гоблины, кусачие феи и слишком привлекательные короли. За последнюю мысль хотелось ударить себя по голове, чтобы прогнать такие идеи. — Ничего не хочешь рассказать? — непривычно серьезно спросил Джарет, заглядывая мне в глаза. Он снова взял меня за руку, крайне медленно, словно давая время вырваться, если я захочу. Но я так не сделала: впервые за долгое время мне было приятно чужое прикосновение. Пальцы Джарета были мягкими и аккуратно обхватывали мою руку, совсем не так, как это делал Он. — Н-нет, — ещё чего не хватало! — Хорошо, — не стал давить он. — Тогда попробуем ещё раз. Полчаса бесплодных попыток спустя я убито заключила: — Ничего не получается. — Это совершенно нормально, — отозвался Джарет. — Ты всего второй день учишься. И, кстати сказать, целью сегодняшнего занятия было совсем не создание идеального кристалла. — А что же тогда? — Ты должна была научиться ощущать магию в себе. Попробуй снова начать что-то создавать. Чувствуешь источник энергии? Внутри себя. Я прислушалась к ощущениям. И действительно, будто что-то во мне светилось. — Да! — выдохнула я. — Вот и отлично. Потом научишься видеть не только свою силу, но и чужую. На сегодня хватит. Я уже почти ушла, как, не выдержав, и задала вопрос, который хотела задать весь день: — М-м-м, король гоблинов? Джарет демонстративно закатил глаза: за сегодня он просил меня обращаться к нему по имени не меньше полудюжины раз. Я поспешила исправить ошибку: — Джарет, а можно попросить тебя об одной услуге? — Какой? — его лицо выразило любопытство, смешанное с… тревогой? Да быть такого не может! Я моргнула: показалось, его глаза выдавали только лёгкий интерес. — Ты сказал, что с помощью кристаллов можно увидеть кого угодно. А если этот кто-то находится не здесь, а на Земле? — Ты бы хотела кого-то увидеть? — у Джарета был странный тон, более холодный. Конечно, он откажется, не стоило и пытаться! — И кого же? — Да. Например, Тоби? — неуверенно продолжила я. Может, согласится? — А вот с этим, боюсь, я не смогу тебе помочь, — Джарет развел руками. Их защищает та же сила, что и тебя: у меня нет власти над твоими кровными родственниками. — Понятно, — я вздохнула, опустив плечи. — Однако, Сара, когда ты достигнешь необходимого уровня мастерства, ты сама сможешь это осуществить. У тебя-то эту власть никто не забирал. — Спасибо, — от этой мысли мне стало немного легче.