10 дней до моего первого убийства

Вот что мне интересно: проблема во мне, или желание убивать - это универсальный концепт, живущий в голове каждого? В моей голове тикает счетчик. Я очень стараюсь держаться, но знаю, что в какой-то момент просто не смогу больше. И я, с ужасом и упоением, отсчитываю дни до этого момента. Осталось 10 дней До моего первого убийства Я потерял кошелек. Который мне подарил дедушка. Которого больше нет. Вместе с ним я потерял несколько крупных купюр. Деньги на квартплату придется взять из отложенного на черный день. Заначки больше нет. И какое бы облегчение не приносило, что к этому дню я был готов, то что этот черный день все-таки настал, выводит меня из себя. От облегчения вскоре тоже ничего не осталось. Пересчитав купюры, я понял, что на самом деле подготовиться не успел: мне все равно не хватает. После получаса препираний по телефону с хозяином квартиры, я все-таки выклянчал себе еше несколько дней до уплаты за аренду. Платить придется из зарплаты за этот месяц, а весь следующий - жить, затянув пояса настолько туго, насколько смогу. Иначе мне просто не хватит денег, чтобы оплатить следующий месяц аренды. Я завариваю чай и выкладываю на блюдце два последних печенья. Осталось 9 дней До моего первого убийства Сегодня на работе меня отчитывал начальник. Ненавижу мелкую коробку с белыми стенами, заставленную его вещами. Как он рассиживается в удобном - в отличии от моего рабочего стула - диване, только чтобы с непредсказуемым интервалом бросаться вперед, опуская локти на стол, и смотреть мне в глаз, понижая голос в полтора раза и убеждая, что со следующим косяком мне точно конец. Ему нравится меня мучить. Должно быть, жирный ублюдок дохуя чего о себе возомнил. Думает, что он великий. А я молчу. И киваю, подтверждая его величие. Дедушка был лучшим членом моей семьи. Единственным хорошим. Я бы рассказал ему про своих убогих коллег, об изматывающей работе, о начальнике-садисте. Он бы молчаливо выслушал. Потрепал бы по голове, налил чаю и предложил печенье. Мы бы поговорили, он бы назвал меня любимым внуком и сказал, что я обязательно справлюсь. А когда подошло бы время и было бы пора уходить, на пороге квартиры он бы со мной попрощался и сказал бы "приходи еще", смерив теплым взглядом. И я бы тут же почувствовал, что это все - не так страшно. Явственно вспомнил бы, что моменты боли стоят того перед лицом облегчения. Осталось 8 дней До моего первого убийства Вчера я не успел помыться. Если честно - не хватило сил. Весь день на меня смотрели. В метро, на работе и в магазине. Я дома, а кажется, будто на меня все еще смотрят. Я знаю, я знаю что от меня несет. Заткнитесь. Отвернитесь. Вы так просто справляетесь с этим миром. Живете свои спокойные и веселые жизни, не слыша в голове тиканья, отбивающего срок до точки невозврата. Смотрите на меня этим отвратительным взглядом, ускоряя бой в несколько раз. Ну что ж, вы сами приближаете свою судьбу. Я сидел под холодным душем около двадцати минут. Сегодня был плохой день. Ничего, завтра выдадут зарплату, я куплю себе поесть. Я куплю пачку печенья. Завтра будет хороший день. Осталось 7 дней До моего первого убийства Когда я привыкаю к боли, мир изобретает новую пытку. Я стоял над толчком в торговом центре и смотрел на лежащий на дне, в дерьме, телефон. Тот, который купил пару месяцев назад, предварительно отдав значительный промежуток времени накоплению на его покупку. Разумеется, ни на что кроме самого дешевого кирпича мне не хватит. И то - смогу ли я затянуть пояса еще туже? Я бы заплакал, если бы мог. Стоял и чувствовал, как кое-какая шизофреничекая мысль становится для меня все менее шизофренической. Я не хочу прикасаться к дерьму. Но я очень хочу свой телефон назад. Я не собираюсь вот так подчиняться этому ебаному порядку вещей. Голова слегка гудит. Я беру в руку ершик, от вида которого хочется сблевать. Придавливаю им мобильник. Нажимаю на слив. что я. блять. сделал. Поток воды подхватывает все содержимое унитаза, телефон выскальзывает из-под ершика. И уплывает в трубу. Спохватившись, я тут же пропихнул руку в сток. Глубже и глубже. По локоть. Я вынул руку. Без телефона, но по локоть в дерьме. Комок подошел к горлу. Осталось 6 дней До моего первого убийства У меня немного друзей. И их становится меньше. Выдался первый из двух выходных. Как и планировалось, мы встретились с другом. - Знаешь... Я не знаю почему, и я... я понимаю, это немного шизофреническая мысль. - он слегка напрягся - но в последнее время у меня в голове туман. Все валится из рук. - "Буквально" - проскочило в моей голове - знаешь, мне кажется, что мир меня ненавидит. Мне очень тяжело. Я... Извини, что так все вываливаю, но... Я просто... - я оказался подсудимым, наказанный его непонимающим взглядом. - Ты? Да ну тебя! Каждый раз, как тебя вижу - ты очень даже бодрый. Ходишь на работу. Сидишь вот, пьешь со мной сейчас, смеешься. Не надо, люди которым тяжело, так себя не ведут. - он заметно разгорячился, а я подавлял желание его придушить. - Я знаю что такое, когда человеку тяжело. Он не ходит по барам. Моя сестра после смерти мужа встать не могла неделю. Мне приходилось ее кормить. - он выглядел так, будто ожидает что я сейчас повешу на его грудь медаль. - А ты - он начинал повторяться - по барам ходишь, работаешь, веселишься. Все у тебя в порядке. Нечего так загоняться. - он прикрыл свои мерзкие слова "добродушной" улыбкой и посмотрел на меня. Я бы хотел вынуть вилку из котлеты и воткнуть в оба глаза, чтобы он больше никогда не смог на меня так посмотреть. Хотел поднять отложенный в сторону нож и отрезать губы. Спросить, считает ли он теперь, что со мной все в порядке. С большим удовольствием посмотреть на то, как этот червь будет мямлить и рыдать от непонимания, как такое могло случиться. И как он наконец поймет, *что* я хотел до него донести. - Будет тебе. - Все та же мерзкая улыбка. Похлопал меня по плечу. Пусто и безучастно. Чтобы заполнить образовавшийся вакуум, которым он оказался недоволен. Я Его Придушу Я кивнул, улыбнулся и проглотил ком в горле. Он промедлил, но все-таки нашелся с мыслями. Тоже кивнул. Тоже улыбнулся. Открыл рот. - Ну что, еще по одной? Я не выдержал и пяти минут его пиздежа. Нахуй и тебя, и твою ебаную сестру.  Все пять минут мне хотелось бить его до тех пор, пока не останется ничего, что можно было бы бить. Я держал эту мысль так далеко от себя, как только мог. Я ушел, ничего не сказав. И больше никогда не отвечал на его звонки. Осталось 5 дней До моего первого убийства Денег почти не осталось. Но худшее - кончился чай, не говоря о печенье. Державший жестокие мысли поодаль ритуал более не мог мне помочь. Хорошо, что осталось другое средство: подаренная кем-то, кого я уже не помню, на один из вереницы праздников, бутылка вина. Я достаю ее из шкафа и ставлю на стол. Возвращаюсь к шкафу, тянусь за щтопором, но... Штопора нет. Обыскиваю весь дом. Ответ вселенной неизменен. Все еще нет. Сажусь на табуретку, сверлю бутылеу взглядом и думаю, как мне её открыть. Беру нож, начинаю проталкивать пробку. Через десять минут пыток от пробки не остается ничего существенного, но то что осталось - все еще преграждает вину дорогу наружу. Кроме того, я затолкнул ее так глубоко, что нож не может пройти дальше: слишком узкое горлышко. Я беру зажигалку и подогреваю его, в надежде что пробка выскачит. Те же десять минут, то же отсутствие какого бы то ни было эффекта. Разумеется: раздраконив пробку, я заметно снизил давление в бутылке. Я чувствовал себя ничтожно. Но еще не потерял желания действовать. В порыве раздражения я беру сковороду, и бутылку. Несколько ударов. Сковорода помялась. Бутылке - плевать. Отложил сковороду. Вместе со сковородой отложил в сторону свое желание разбить бутылку и вонзить себе в горло. Терпение кончается. Отчаявшись, я начал проталкивать пробку мизинцем. Не идет. Сильнее. Стало больно. Сильнее. Почувствовал небольшое движение. Игнорирую боль и продолжаю. Сильнее, сильнее, сильнее... Вот оно, наконец, прошло! Подумал было я, спутав чувство складываемого пополам пальца с продвижением пробки. Треск. Мизинец пронзила боль. Мне очень больно, но я все равно не могу заплакать. По пути в больницу я то и дело сталкивался с желанием лечь на асфальт и заорать. В больнице было не лучше. Врач, расспрашивающий как так вышло, ебучие мерзкие дети, очереди людей - я хотел убить все это. Неужели миру так забавно наблюдать за моими мучениями? Неужели эта очередь не может быть немного короче, этот врач не может меньше походить на дознавателя, а дети орать потише? Мир смеется надо мной. Зачем я продолжаю это терпеть? Есть ли хоть одна причина, по которой мне не следует посмеяться в ответ? Вернувшись домой, я прошел по луже вина, игнорируя разбросанные по полу осколки, и налил себе воды. У меня больше нет сил. Осталось 4 дня До моего первого убийства Как бы мне ни хотелось уйти на выходной и пролежать весь день в кровати, я не могу себе этого позволить. Чтобы заплатить за свое существование, в этом месяце мне придется работать сверхурочно. Усталость уже нагоняет меня и я засыпаю на ходу. Воля дает трещину. Я иду домой. С неба валит снег, по щекам бьет дикий морозный ветер. В кармане позвякивает новый паршивенький телефон, то и дело ударяясь о мелочь. Мне нужно что-то, что позволит мне сдержаться. Нужно прямо сейчас. На переферии зрения возникает полуэлитная кофейня. Без раздумий иду в ее сторону. Возможно, завтра мне будет нечего есть, но страхи завтрашнего дня меркнут перед ужасом сегодняшнего. Я наконец вхожу в кофейню и чувствую облегчение. Дрожь отступает. Помещение наполнено приятным мягким светом, в воздухе витает приятный запах дорогого кофе. Протягиваю горсть монет и прошу чашку чая с печеньем. - Извините, здесь хватит только на чай. Мысли сгущались. Окружающий мир обратился иглами и впился в мое тело. В надежде, что где-то завалялась еще мелочь, я поднял слегка трясущуюся руку и опустил во внутренний карман куртки. Во внешние. В карманы джинсов. Мой вид стал еще мрачнее - я ничего не нашел. - Только чай - процедил я. Кассир ухмыльнулась и кивнула. Тупорылая пизда. Что смешного ты видишь в этой ситуации? Что такого забавного в том, что я не могу позволить себе даже чашку чая с печеньем? И тут я понял. Я понял, что в этом такого забавного. В ней сидит та же страсть к разрушению, что и во мне. Не знаю, хочет она убить кого-то другого или саму себя, но счетчик в ее голове настолько далек, что она не способна расслышать его щелчков. Кроме того, он отсчитывает дни в обратную сторону. Сегодня - тысяча дней. Она придет домой, с любимой работы, и заснет в объятиях любимого парня. Завтра она проснется в любимом доме, а счетчик отобьет тысячу и один день. С её перспективы я выгляжу, как мелкое насекомое, попавшую в паутину, которую сама она порвала бы без малейшего усилия. Она физически не может представить, как человек может быть таким жалким. Вот ей и смешно. Я посмеюсь в ответ. Я сидел за столом и улыбался, глядя на спину готовящей мне чай кассирши. Я ненавижу этот мир. Осталось 3 дня До моего первого убийства Я встаю и направляюсь к стойке. Я возьму ее за волосы и несколько раз ударю об стойку, превратив лицо в кровавое месиво Осталось 2 минуты До моего первого убийства Когда она начнет упадет на пол, вопя от боли, я перемахну через стойку. Я несколько раз ударю ее в живот, а после снова примусь за лицо. Метким пинком я сломаю ей челюсть. Осталась 1 секунда До моего первого убийства Я закончу, опрокинув на неё кофейную машину. Обхвачу шею руками, и перекрою и без того слабое из-за сломанных ребер дыхание, начав её душить. Но тут же переметнусь, не в силах сдерживаться, и прикончу, разбив её затылок об пол. Я оказываюсь у стойки и жду, когда она развернется. Она подходит ко мне и я протягиваю руку, чтобы начать экзикуцию с удара об стойку. В её руках - поднос. На подносе - чай и печенье. Она кладет поднос в протянутую руку. - Ой, вы чего встали? Я бы все отнесла. - Она мило мне улыбается. Я в растерянности. - Вот ваш чай. И печенье - это от меня. - Она подмигнула. Я промямлил "спасибо", выдавил из себя улыбку, и быстро развернулся и поплелся к своему столу. По щекам текли слезы. Я ненавижу себя. Я ненавижу себя. Я ненавижу себя. Я себе отвратителен. Слезы продолжали течь по щекам и капали в чай. Вместе с пронзающей болью, я чувствовал тепло расползающееся по сердцу. Я сел спиной к спасшей меня девушке. Сделал глоток чая и закусил печеньем. Спасибо. Ты напомнила мне. Мне все еще есть, что терять. И вот, в который раз Осталось 10 дней До моего первого убийства.