Культяпка

- Мы пришли. Это место находилось за деревней, на возвышенности. Сверху можно было прекрасно увидеть всё селение. Деревня была окружена деревянным частоколом от диких зверей и разбойников. На юге были поля пшеницы, на севере - густой лес из сосен, на западе находилась заснеженная гора, а на востоке протекала речушка. Деревня была окружена незамутнённой аурой идиллии. За небольшой возвышенностью, находящейся на северо-западе, находилась пещерка, в которую и забрели двое Лонгов. Внутри было прохладно и свежо, что в пещере ну никак не должно быть. По крайней мере, Лонг не ожидал, что посреди лета из его рта будет вылетать пар. Также мальчик заметил, что за пещерой явно ухаживали. И регулярно. В глубине небольшой пещеры мальчик наткнулся на подозрительно широкую щель. Пройдя через неё, Лонги увидели красивое зрелище. Огромный непропорциональный кристалл, влитый в дальнюю от прохода стенку. Драгоценный камень походил на не огранённый алмаз, в центре которого было небольшое углубление. Рядом с кристаллом сидели в позе лотоса Гон и Минь с закрытыми глазами (!). На их лбах были небольшие капли пота. И это в почти закрытом, прохладном помещении! Сколько они здесь сидели? Лонг странно посмотрел на них, но ничего не сказал. И так всё понятно, его сначала проверили на "вменяемость роду", а уже потом допустили к сокровищу семьи. - Присаживайся возле кристалла, как это сделали другие. Закрой глаза и сосредоточься на своей идее. Если не сможешь её понять за сутки, то выходи из пещеры и возвращайся через неделю. - Ясно. - Лонг сел, как велели, и повторил за старшими, плотно закрыв глаза. Спрашивать о том, что нельзя здесь засиживаться - это показать себя тупым. Понятно, что кристалл не прост и его чрезмерное использование грозит чем-то пагубным... Наверное? Хотя... зачем переспрашивать очевидные вещи? Но вот по другому вопросу... - Дед, а что они здесь делают? - Минь - пытается сформировать идею. Твой дядя - укрепить свою. - Встал возле проёма Фэй, сморщившись и скрестив руки на груди. - И вообще, начинай уже! Не медли, времени и так мало. - Понятно... Когда Лонг сосредоточился на мыслях о идеи, кристалл еле заметно засветился. В разуме мальчика шаг за шагом возник причудливый образ. Он выглядел неописуемо, но, если попытаться изобразить его, то получится как размытая, непонятно сколько имеющая граней фигура. Образ, не имеющий ни конечностей, ни внешних проявлений эмоций, покружив несколько раз вокруг Лонга, начал показывать тому... цвета? Сначала шёл красный. Лонг незаметно становился злее, яростнее, его ноздри сами собой расширялись, а руки сжимались в кулаки. Ему было неприятно находиться в таком состоянии, его душила нестерпимая жара, будто вместо крови у него текла лава. Кристалл поспешил изменить цвет на оранжевый. Тут же прошлые эмоции поменялись на раздражающую любопытность. Лонг начал "чесаться" пройтись по пещере, исследовать её вдоль и поперёк, отковырять что-то незаметное, что не заметили его предшественники. И это не веселило Лонга, а лишь вгоняло в замешательство. В этот раз существо из кристалла не спешило менять цвет. Он, она или оно, казалось, оценивало реакцию мальчика. Видимо, не увидев никаких видимых отклонений, фигура решила проверить на нём следующий цвет. Жёлтый. Лонг почувствовал себя охваченным по уши тоской, вечным голодом, одиночеством. Он почувствовал себя странником в пустыне. И миражом ему казались два знакомых жёлтых глаза, смотрящих на него с жестокостью загнанного зверя. Он весь скукожился, пытаясь инстинктивно отгородиться от образов. Кристалл, неспешно внося коррективы для итоговой оценки, поменял цвет на зелёный. В следующий момент Лонг обратился лёгким листком дерева. Появился обильный запах зелени. Мальчик ощутил вместо рук тысячи корней и ветвей, впитывающих окружающее пространство в себя и насыщаясь им. Лонг с интересом поглядывал на себя изнутри, пытаясь сдвинуться или переместиться, но его будто зажали в одном месте. Он начал вырываться. Мальчику не нравилось быть на одном месте, но ничего не получалось. Он застрял... Существо, иронично глядя на терзания человека, снова изменило цвет. Голубой. Лонг Лонг будто отцепился от корней в земле, потеряв гравитацию и взлетев в безграничное небо. Знакомое чувство полёта вызывало в нём горечь и досаду, ревность и затаившуюся в душе адреналиновую зависимость, которую он тщательно скрывал. Его руки бессознательно стали дрожать в такт иллюзорным образам ревущего в ушах ветра. После голубого шёл синий цвет. Лонг будто окунулся в необъёмный бассейн воды. "Океан" нежно обволакивал его, погружая всё ниже и ниже. Там, в темноте, на него давило огромное давление. Привычное. Ему даже было малесь комфортно... До момента пока в голову не пришла мысль о том, как выбраться со дна. Он стал брыкаться, но всплыть не получалось. Кристалл поспешил заменить цвет на следующий, а то слабый человек мог умереть от духовной иллюзии... После синего шёл фиолетовый. Лонг, провалившись полностью в темноту, вдруг оказался посреди космоса. Среди звёзд присутствовал лишь он и гремящая пустота. Душная и предсказывающая безвыходность. Он будто попал в тупик, где есть лишь всё и ничего. Скучно... "Сделай выбор, дитя." Цвета исчезли, образы истаяли, остались лишь отголоски голоса неизвестного существа, запертого в кристалле. Лонг попытался понять кому принадлежит голос, но человек, как и другие расы, навряд ли смогут произнести слова именно таким голосом - сломанным и невообразимым. Он задумался, какой же ему выбрать путь? Может, стать воином, воюющим в бесконечных сражениях, перемешанных с животной яростью? Или вечным кладоискателем с шилом в заднице? Одиноким странником? Заложником власти? Свободной, но не привязанной к бренному миру, птицей? Подводным жителем глубин? Или бездельно бредущем в космосе сущностью? Лонг категорически покачал головой. Бред какой-то... Кристалл, видя однозначный выбор Лонга, не злился и не торопился. Он будто подзавис, думая что же посоветовать глупому человеку. "Дитя, раз ты не хочешь выбирать путь, то путь выберет тебя". Вдруг кристалл в пещере ярко засветился. Из упомянутого ранее углубления медленно вылетела капля прозрачной жидкости. Лонги были шокированы увиденному и поспешили собраться вокруг капли, зависшей недалеко от кристалла. Однако никто не смог, включая Фэя, подойти к капле слишком близко - прозрачный свет появившегося барьера мешал сделать последнее движение. Кристалл ждал действий только Лонг Лонга. Мальчик осторожно поднялся и, осторожничая, беспрепятственно прошёл через барьер. Капля была как желатинка, упругой и мягкой в руках Лонга. Подумав, он сразу же проглотил её. Всё равно ему нечего было терять. Новая семья? Новое тело? Новая жизнь? Пфф, нашли что терять! Для Лонга это были не то, чтобы мелочи, но не вещи, которые стыдно потерять. Он уже вырос из того возраста, в котором был мелочен до "копейки" в кармане! Хотя... пожалуй, если убрать весь пафос, он и вправду не хотел так просто терять вновь вернувшееся чувство жизни. Но если бы так и случилось, Лонг плюнул бы на всё, исчезая из привычного бытия в поисках вечного покоя. Плевать он хотел на последствия! ...Лонгу повезло. Кристалл не хотел причинять ему вреда и подаренная капля, проникнув внутрь мальчика, начала потихоньку разгоняться в желудке, растворяясь в нём без следа. "Присядь. Застынь. Вдохни. Увидь. И ты обретёшь то, что желаешь." Лонг выполнил инструкции кристалла. Сел, застыл, вдохнул и увидел... Мир. Точнее, один красочный уголок, который он мог разглядеть своим крайне ограниченным взглядом. Уголок, где спокойно росла трава, по небу радостно носились птицы, а зверьки как под землёй, так и рядом с Лонгом не пытались найти пищу, она уже была рядом с ними. Он увидел рай, где все самообеспечивали себя, не нуждаясь в угрозе со стороны... Нет, он ошибся, это место, где мир сам всех самообеспечивал. У всех живых и неживых существ было всё что им необходимо. Еда у тех, кто в ней нуждался. Сон у тех, кто хотел отдохнуть. Дом у тех, у кого он в принципе невозможен. Мир, в котором все желания легко сбывались, предстал перед юным Лонгом. И он понял, что хочет быть таким же обитателем этого мира. "Не спеши. Обдумай свой выбор. Посмотри повнимательнее." Недоумённо потупившись, Лонг стал внимательнее изучать увиденный мир, как и советовал кристалл. Через минуту он заметил много чего, что не бросалось сразу в глаза. Белки, любящие запасаться на зиму. Они под завязку набивали орехами все близстоящие деревья. Ни одно дерево не чувствовало себя комфортно, пытаясь выбраться из гнёта белок, перерабатывая орехи внутри себя в питательные вещества. Птицы были жирными и их было много. А змей, которых они ели, было мало, но каждая из них была под сотни метров длиной. Насекомых было тысячи. И все с крылья. Они выглядели умнее всех животных, которые встречались в этом мире Лонгу. Они подавляли всех своим разумом и силой. Медведи не могли нормально есть малину, похищаемую муравьями. Мохнатым не оставалось другого, кроме как разорвать... ближайший куст от них, убегая в страхе от хитиновых монстров. У мохнатых ни разу не возникало мысли напасть на мутантского муравья. Страх повелевал его желаниями. "Теперь ты понимаешь, какой путь хочешь выбрать?" Лонг смущённо почесал затылок. Он осознал, что жаден до ужаса. Мир животных никогда не меняется - всегда остаются кто-то, кто будут стоять на вершине пищевой цепочки... И человек тоже в ней состоит... Ему нужен был путь, в котором не было недостатков, а были лишь одни плюсы, но такой путь невозможен... Хотя, наверное, и такой существует, но тогда он будет лишён всего живого. Идея, путь, смысл жизни - всё одно и тоже. Есть некоторые различия между этими понятиями, но не критичные... Так чего Лонг по-настоящему желал достичь? Силы, величия или знаний? Раньше - всего. А сейчас? Ничего и одновременно всё? Но такой путь, как видно из происходящего в этом мире, не существует. Тогда... он выберет путь, в котором он сможет сам повелевать своими желаниями. Где никто не будет ему указывать на его поступки. Никто не сможет запретить творить, что вздумается. Кроме него самого. Но не путь ли это одиночества? Лонг запутался. Его голова взрывалась от перенасыщения мыслями. Но он не прекращал думать. Он считал, что если у него появится больше времени, то он поведётся на поводу чужих веяний. Но и это было бы хорошо, семье нужен был сильный представитель нового поколения... Мальчик отогнал мешающую мысль бывшего владельца тела. Это говорили в нём мечты маленького Лонг Лонга, а не бывшего экстремиста, а потом и бизнесмена-семьянина Алексея. В отличие от его-ребёнка, он-взрослый требовал журавля, а не синицу в рукаве. Он не разрывался в идеях, нет, но они, его предыдущие 2 воплощения, мешали ему выбрать ЕГО путь. Что ему необходимо, чтобы... что? Для чего ему вообще нужен путь? Для того, чтобы получить независимость, которой нет ни у кого и в которой он будет одинок? Может быть, для того, чтобы делиться ею с другими? А потом получить от них нож в спину...? !??? И Лонг неожиданно замер, как поражённый молнией. Он, как щенок, запершийся в будке и неожиданно вспомнивший об обеде, вернулся к закопанным на чёрный день воспоминаниям, что произошли перед его смертью. Лонг не понимал каким образом он это вспомнил. Возможно, ему пассивно подсказал кристалл? Возможно, здешний мир любил подначивать своих обитателей? А возможно... он всё помнил, но не хотел об лишний раз думать? - Господи, за что? - Было тихо произнесено на русском языке. Лонг Фэй, как и другие мужчины, ничего не поняли из уст юного Лонга. Но почувствовали, что происходит что-то не нормальное. Не вселилось ли случайно существо из кристалла в мальчика? Что им тогда нужно будет сделать? Родственники, нервно шагая из стороны в сторону, не уходили из пещеры и не вытворяли всяких других глупостей, а со временем ещё и смиренно присели на землю. Стараясь не раздумывать о случившемся, они также сосредоточились на себе, не мешая пацану выбирать путь (но на всякий случай взяли на заметку странное поведение Лонга). Здесь, в пещере, было одно обязательное правило - никому не мешать... Не будет ли им потом стыдно смотреть Лонгу в глаза, когда он будет первым, кто сможет из них двоих обрести истинный путь, а не жалкую идею? Лонг Фэй же смотрел на Лонг Лонга с дедовской напыщенностью. Он гордился, что не ошибся привести сюда мальчика. Недородственник, имеющий их кровь и плоть, сможет вывести семью на новый уровень... Если не потянет за собой в бездонную яму. Лонг Лонг тем временем переживал не самые лучшие воспоминания, постепенно их поглощая, устаканивая и успокаиваясь. Пережил смерть, переживёт и предательство самого близкого человека... Наконец, спустя час (!), отстранившись от воспоминаний, Лонг снова сосредоточился на выборе пути. Он не хотел независимости и в тоже время привязанностей. Что ему больше всего, в этом случае, подходило? Щекотливый вопрос никак не мог найти ответа, раздражая этим Лонга. Всё в этом мире пропитано противоречиями, а он решился выбрать то, что и золотой серединой не считалось. Глупость, но существенная для попаданца. Что есть обратное компромиссу? Нетерпимость, экстремизм, желание не сдаваться перед судьбой. Лонгу это нравилось, но показанный кристаллом мир сдерживал его от скорейшего выбора этого пути. Там была показана истинная сущность капитуляции... Может, власть не входит в призму его мировоззрения? Но ему так нравилось руководить другими... Тогда, это жадность? Однако, он всегда радовался копейке в кармане! Неплохой вариант... для того, кто из-за этого потерял целую жизнь. Нервы мальчика сдавали. Он не знал, что выбрать. Какую идею принять...? Вдруг ему пришла мысль. А что если в нём и нет никакой идеи? Точнее, ему нужна идея, в которой не будет учитываться сама концепция идеи. Как состояние аморфности. Как вода, застывшая в одном состоянии, но меняющаяся в то же время в другое. Переходя из одной формы в другую... "Твой выбор сделан." От Лонга повеяло сильным холодом и одновременно тёплым паром. В пещере возник столб светло-красного дымка, пахнущего железом. Его тело постоянно изменялось и тёмные волосы постепенно становились серо-синими. Его кожа, мышцы и кости превращались в желе, а оно, в свою очередь, спустя мгновение застывало сверх-твёрдым льдом. Он почувствовал как голова раскалывается и из неё льётся мозг. В буквальном смысле. Лонг осторожно пощупал место раскола и, поднеся мокрые пальцы к лицу, увидел розово-серую массу на них. Он изрядно струхнул. Изменения продолжались. Кровь кипела и глаза пухли. Язык стал высушенным, а зубы напоминали камни. Хотя горло было охлажденно до состояния ледника. Это прекратилось лишь через 15 минут. Лонг вернулся в обычное состояние, но чувствовал, что в любой момент мог превратиться или в жидкость, или в лёд, или в пар. "Запомни, дитя, твой путь лишь твой и больше ничей. Не позволяй распространять на других свои желания и мир не пожелает от тебя избавиться. Не позволяй желаниям других влиять на твои собственные. Но когда ты запутаешься и всё равно попытаешься это сделать - не сдерживай себя. Покажи, что ты достоин своего пути. Пути непостоянства." ... Когда мужчины семьи Лонг вернулись домой, они закатили большой пир. Еды, конечно, было немного, они не позволяли себе лишнего, но вот насчёт её качества... Гунь в этот раз постаралась, отменно приготовив праздничные яства! Все сидели за большим столом и молча впитывали еду... и странную атмосферу. Гунь гордо придерживала среднего сына за руку. Гон цепко посматривал на Шумань. Фэй во главе стола следил за всеми, чтобы праздник был не испорчен. Бин молча поддерживала мужа. Ра, как всегда, бегал вокруг стола, а Джи и Минь иногда ловили его или гладили по голове, как собачку. Шумань... раздражённо держала палочки вялыми от мозолей и усталости руками. Не стоит упоминать, что неделя для неё пролетела сложнее остальных. Чего нельзя сказать о проявившейся в ней полезности... Ладно... По крайней мере, строптивости в ней больше не замечали. Лонг По и Лонг Лань выделялись в семье тем, что не вмешивались в семейные драмы и комедии. Они были как чужаки в стае волков, но при этом и "своими". Их сын и двоюродный брат Лонга, Лонг Минь, был похож этим на своих родителей. Они втроём сидели на краю стола, не смея и пискнуть на что-нибудь недовольно. Скро-о-омные... Лонг Лонг же сидел у всех на виду по середине стола. Он задумчиво вертел китайской палочкой со слипшемся на ней рисом. В миг вместо обычного пальца у него возник водяной жгут, схвативший падающую из-за гравитации палочку. Он почувствовал, как было непривычно больно держать водяным жгутом кусочек дерева. Наверное, новые "мышцы" ещё не привыкли к такой нагрузке. Миг и жгут испаряется. Пар свободно витал вокруг Лонга, как туманное облачко и он ощущал его, как... собственный палец. Но боли не было. Было хуже. Это ощущение напоминало функционирующую отдельно от тела голову курицы. Не приятно... палочка, кстати, провалилась прямо в чашку, привлекая звонким звуком сидевших рядом родственников. Раз и пар вернулся на место, превращаясь в прозрачный ледяной палец. Твёрдый, но и хрупкий. Такой изящный и острый, что им легко порезаться и порезать остальных. Лонг, однако, боялся резко дёрнуть пальцем, отлетит ещё куда-нибудь... Не было ни крови, ничего либо другого в этом льду, только сам лёд, сложившийся в фигуру пальца из нескольких соединённых вместе льдинок. Лонг мысленно приказал и лёд растопился в жидкий лёд. Данное состояние напоминало водный жгут, но несло более опасное предназначение. Жидкий лёд изящно потёк по чашке с рисом и мясом в остром соусе, моментально замораживая тот до ледяной скульптуры. Лонг Лонг, подмечающий и изучающий себя заново, не хотел портить еду, поэтому... Мысль и жидкий лёд застывает, трескается и, испаряясь, превращается в плотное тёмное облачко, из которого виднеются мельчайшие электрические разряды. Бедная остывшая еда за миллисекунду поджаривается выпустившимися молниями, но Лонг не рассчитал, что мясо как и рис... сгорят. Упс... Семья Лонг, смотревшая на данное шоу с огромными глазищами, боясь шелохнуться, вздрогнула при звуке мини-грома. - Лонг Лонг, я готовить снова для тебя ничего не собираюсь! - Гунь сжала ладонь на руке мальчика покрепче. - Извини, мам. - Лонг Лонг постарался исправить ситуацию, но ничего не получалось. Ни вода, ни лёд, ни пар не могли ничего изменить в погорелом мясе и рисе. - Племяшка, дай-ка я попробую. - Лонг Лань еле шевельнула кистью левой руки над едой мальчика, как та постепенно приходила в удобоваримый вид. - Спасибо, тётушка! - Лонг сердечно поблагодарил ту за спасение ситуации. Все стали быстрее доедать еду, стремясь забыть маленькую оплошность юнца. Всем также не терпелось подробных объяснений результатов возращения мужчин домой. - Ладно, не смотрите так на меня. Я сейчас вам всё расскажу. - Лонг Фэй взял слово за столом. - Помните как Лонг ранее пытался культивировать? - А кто этого не помнит? - Пробубнила Шумань. - Так вот, мы зашли в пещеру Всепутей. Великий кристальный страж одарил Лонга своей сутью и теперь наш мальчик смог узнать и так быстро развить свой путь! - Не так уж и быстро. - Лонг не промолчал, буркнув в чашку с рисом. Однако, он сделал это, будто находился параллельно где-то в облаках. Его палец неожиданно из обычного состояния превратился на похожий в пещере кристалл. Фэй подсознательно приосанился. - Мой предел - изменение лишь моего тела. - Ты не можешь управлять окружающей водой? - Лонг По выглядел, как матёрый охотник. Усища чёрные, как у казака, короткие волосы и голубые холодные глаза. Лицо, кстати, было весьма загорелым. Может, он и был китайским казаком? - Нет, только своей. Однако, в этом есть и свои преимущества... - Лонг вернул палец обратно и не боясь ничего отрезал его ближайшим ножом. Шумань и Гунь аж чуть не упали в обморок, но увидели чрезвычайно странное событие. Отрубленный палец пополз обратно к своему владельцу! - Я слегка... неуязвим к температурным показателям, если только не приближусь вплотную к солнцу... А также мне не страшно умереть от физического урона, он меня не берёт. - Это... - Лонг Бин причудливо встала на цыпочки. И это сидя на стуле! - Как это возможно? Я не помню, чтобы кто-то мог владеть столь многогранной способностью! - Скорее способностями. - Лонг Фэя интересовало другое. - Так какой у тебя путь? - Путь? Хех. - Мальчик улыбнулся. - Не скажу, всё равно не поймёте. - Пожавуста! - Лонга Ра неожиданно подбежал к брату и схватил того за ногу, как клещ. Лонгу ничего не оставалось, как со вздохом признаться. - Хорошо, проказник... Этот путь называется непостоянством. Я могу становиться кем угодно, но никогда не стану кем-то конкретным. Таков мой путь. - А идея? Для чего такой путь, если нет адекватной идеи? - Идея...? Их у меня так много, что... я не стал ограничивать себя и взял все сразу.