Если бы...

Уведомление на телефоне появилось ранним утром. Ночной режим телефона уже отключился, поэтому звук сообщения выдернул меня из сна. Я машинально взяла телефон, поднесла к лицу и только потом открыла глаза. "Сидим в аэропорту уже второй час. Что делаешь?" - значилось в сообщении. Эта странная манера начинать общение так, будто мы уже говорили о чем-то, а теперь это было логическое продолжение беседы. "Смотрела сны. Сейчас смотрю в телефон. Долго сидеть?" - напечатала я. "Разбудил? Мне жаль." Я знала, что ему не жаль, а скорее он рад, что я ответила и он может скоротать несколько минут длительного ожидания за разговором. "Ничего. Так долго вам еще там сидеть?" "Не знаю. Сидим в зале ожидания. Хочу спать." "Почему бы не вздремнуть?" Какое-то время я смотрела на экран, где мигали троеточия, означавшие набор ответа. Они то появлялись, то пропадали. Либо сообщение будет длинным, либо он постоянно набирал и удалял сообщение. Три точки пропали. С минуту я еще ждала ответ, но потом решила, что можно пока дойти до ванной и начать собираться на работу. Все равно до будильника оставалось чуть меньше часа, а значит, нормально заснуть не получится. Я успела почистить зубы, расчесать волосы и заплести их в две косы, когда пришел ответ: "Переместились в другой зал с удобными креслами. Вот теперь можно попробовать вздремнуть. Видимо, задержка будет долгой." "Ты успел позавтракать перед выездом?" "Нет. Только выпил воды." "Попробуй раздобыть еды. После сразу сильнее захочется спать, и ты вздремнешь без потери времени" "Но разве я не потеряю его, пока буду есть?" "Туше! Однако, у меня есть аргумент..." "???" "В самолете вас не скоро покормят..." "Пожалуй, бургер сейчас будет кстати!" Я улыбнулась такой сговорчивости. Пока я готовила завтрак, телефон молчал, но стоило мне занести вилку на яичницей, как снова раздался звук оповещения. На фотографии, которую он прислал, была тарелка с невероятно фотогеничным бургером и картошкой фри. Подпись гласила: "Приятного мне аппетита". Я попыталась сделать свою яичницу чуть привлекательнее для ответного фото, но лишь порвала её, поэтому желток вытек. Что ж, лучше уже не будет, поэтому я отправила получившийся снимок с аналогичной подписью. Уже через несколько секунд раздался звук входящего видеозвонка. Я ответила и переключила камеру на фронтальную. На экране был только подбородок и жующий рот. Я ждала, что он что-нибудь скажет, но ракурс не менялся, а в рот отправилась новая порция картошки. - Эй, ты позвонил, чтобы я посмотрела, как ты ешь? Он вздрогнул и чуть не уронил телефон. Вместо подбородка появились перепуганные глаза. - Что? Я позвонил тебе? - воскликнул он. - Ну да, - констатируя факт, рассмеялась я. - Случайно вышло, - он улыбнулся в ответ. - Поедим вместе? - Я боюсь, что не успею даже доехать до аэропорта, как мне нужно будет разворачиваться и ехать на работу, - ответила я. - Нет-нет! - он замотал головой и поперхнулся. Когда дыхание было восстановлено, а злополучная картошка из дыхательных путей проскочила в пищевод, он закончил мысль: - Я имел ввиду сейчас. Он поставил свой телефон перед собой, оперев на что-то. Теперь его было видно с головы до середины груди. Я поставила свой телефон так же. Мы молча наслаждались своей едой, глядя на экраны телефонов. Он не доел бургер, а точнее съел только котлету, зато картошку съел всю. Мы почти одновременно отложили в сторону столовые приборы и дожевали остатки. Еще минуту просто молчали. Поверх его лица высветилось сообщение от коллег. Пора было заканчивать сборы и выезжать. - Спасибо, что позавтракала со мной, - улыбнулся он своей широкой квадратной улыбкой. - И тебе спасибо... Мне пора, - немного виновато сказала я. Не люблю быть инициатором завершения разговоров, которые бы могли продолжаться. - Теперь я, пожалуй, без проблем вздремну, как только найду свободное место, - он взял телефон в руку и сразу стал сильно ближе. Я сделала то же самое. - Тогда напиши, как проснешься. Надеюсь, вас сразу пустят на борт. Напиши, как приземлитесь. - Я напишу, как проснусь! - Отлично. Буду ждать. До скорого, Тэ! - До скорого! Звонок завершился. Экран погас.