Апарекиум

Освоившись, Урарака успела подружиться со многими людьми. Её любимым предметом стала защита от темных искусств, которую преподавал мистер Айзава. Он же, почему-то, вел у них совмещенные занятия вместе со слизеринцами по основам заклинаний. Впрочем, это было не так уж и страшно, как казалось. Сам преподаватель был строгим, но справедливым, оттого внутри зарождалось все больше уважения к этому человеку. Он часто наблюдал за учащимися, по большей части задавая необходимую теорию для освоения заклинаний. Пару раз он даже отмечал успех Урараки. Это было неожиданно приятно. Если с известным заклинанием левитации у неё не было никаких проблем, то с легчайшим заклятием «Люмос» возникали трудности. На кончике палочки едва создавался свет, который мог осветить разве что самый крохотный уголок в её комнате. — Тебе не хватает страсти, — прокричал как-то Иида, друг Мидории, поддерживающе хлопая девочку по плечу. Легче, к сожалению, от этого не стало. — Ты просто бестолочь, — послышалось грубое сзади. Красные глаза вцепились сначала в спину Урараки, отчего ей стало не по себе, когда она столкнулась с ними один на один. Его подбородок был немного вздернут, а палочка перед носом светилась ярко-ярко, ровно так, как Очако все никак не может сделать. Укол злости отключил на секунду все чувства внутри. Палочка отозвалась в руках обладательницы, сбивая свет насовсем. Вот ведь невезение. — Нужно сконцентрироваться посильнее, вот так, — Мидория практически нежно приподнял её руку и предложил попробовать снова. Это действительно помогло успокоиться. Пока в друга не прилетел скомканный кусок бумаги. — Кого ты слушаешь, он такой же бесполезный, как и твои потуги, -практически сияя от своей колкости, Бакуго указал на палочку в её руке, — Нахрена ты её так сжимаешь и машешь в разные стороны, хочешь взрывы попрактиковать в классе? Урарака почти что лопнула от негодования, рассматривая палочку перед собой. Отвечать ей не было смысла, парень уже давно увлекся разговором со своим одноклассником, кажется, его зовут Киришима. Очако узнала это от Изуку, который спокойно принял оскорбление, словно до этого наслышался миллион раз подобного. — Мы друзья, — выдал чуть позже зеленоволосый, Урарака опешила, но интересоваться дальше не стала. Наверняка он знает с каким человеком дружбу водить. Бакуго казался невоспитанным грубияном, который, по всей видимости, совсем не умеет общаться с окружающими людьми. Вместо слов одни колкости, а нос задран так, словно он не лекции слушал, а лично каждую из них составил. Однако было в его заносчивости кое-что привлекательное. Он хоть и был засранцем в глазах Очако, но его слова звучали почти как совет, пусть и закутанный в колкости. Посмотрев на свою тонкую палочку, она думала только об одном — меньше сжимать и держать ровно. Возможно тогда её свет наконец станет ярче? Ближе к вечеру, Урарака поняла, что заплутала в огромном замке. Пытаясь найти проход обратно, заходила, казалось, только глубже. В коридорах стало темно. Немного дрожащей рукой, девочка попыталась осветить проход, но света было катастрофически мало. Она немного вздрогнула когда услышала шаги сзади. Красные глаза заискрились, стоило только подойти поближе. Палочка девочки почти сразу же прижалась к его шее, полностью освещая лицо. Хоть Очако и старалась не показывать своего страха, немного подрагивающие брови выдавали её с потрохами. Парень усмехнулся и схватил её за кисть, отчего она даже немного пошатнулась. Следил за ней, как за напуганным котенком. В голову тут же пришла забавная идея. Не скрывая надменного взгляда, он приподнял её же палочку и произнес тихое «Нокс», практически смеясь от изменений напротив. Коридор вновь погрузился во тьму. Пальчики немного покалывало, горячая ладонь парня все ещё держала Урараку рядом с собой. Он вел её куда-то молча, а говорить что-то вслух почему-то не было сил. Пробираясь через незнакомые коридоры, даже в темноте становилось не так страшно. Поворот за поворотом привел к знакомой лестнице. Очако удивленно уставилась на паренька перед собой. — Жалко выглядишь, — процедил тот, когда увидел восхищенный взгляд перед собой. И девушка бы хотела возразить, ответить колкостью на колкость как всегда делала ранее. Но отчего-то слова застыли где-то в груди. Злиться совсем не хотелось. Подсознание било тревогу. Бакуго Кацуки действительно помог ей, вот так просто и без лишних слов. Лишь спустя пару секунд она смогла отмереть, улыбаясь так ярко, что никакой «Люмос» не справился бы. В груди приятно кольнуло. — Спасибо, Кацуки, — прошептала Очако, неловко рассматривая свои пальчики, — Иногда ты бываешь очень милым. Урарака готова поклясться, что уши парня слегка порозовели, а на лице проскользнуло удивление от нежного тона знакомой. Но выдал он вопреки своим ощущениям: — Захлопнись, бестолковая, я это не для тебя сделал, — почти прошипел парнишка, засовывая поглубже свои руки в карманы штанов и удаляясь подальше от девчонки. Обидно почему-то совсем не стало. Несколько следующих дней пролетели совсем спокойно, даже как-то непривычно. Стычки с Кацуки практически перестали происходить. Он выглядел куда угрюмее обычного и совсем отгородился от общения с окружением. Урараке показалось, что она увидела то, чего другие раньше не видели. Она отчетливо помнит руку на своем запястье и размеренное движение по коридорам, так, чтобы ей не приходилось бежать за ним. Помнит красные глаза и покрасневшие уши от искренней благодарности. Помнит и вероятно не скоро забудет. Однако смежные занятия были закончены, а Бакуго, казалось, даже забыл о её существовании. Он перестал её подкалывать, стал более раздраженным и скоро совсем исчез из её жизни. Приближалось лето, которое Очако сможет провести в кругу своей семьи, вспоминая незабываемые события со школы. Не обращая внимания на тревогу внутри, Урарака твердо для себя решила заняться учебой и однажды стать самой лучшей волшебницей в мире. Внутри голос нашептывал, что она справится.