Вина

Хэ Сюань должен быть счастлив. Цель всей его жизни и смерти достигнута. Его близкие и он сам отомщены. Тот кто виноват в его горе, тот кого он ни одно столетие мечтал убить, мёртв. Убит им самым жестоким способом, который только смог придумать Хэ Сюань. И Ши Уду умер, сдох на глазах так горячо любимого младшего брата. Из-за этой безусловной братской любви всё и началось. Ши Цинсюань пусть невольно, не зная, не осознавая, забрал у него всё. Его счастливую судьбу. Этот вечно кутящий, ведущий непонятный образ жизни, шумный, невыносимый... Такой добрый. Жалел ли Хэ Сюань о содеянном? Вряд ли. Слишком сильна ненависть, которую он копил в своëм лишëнном жизни теле. Ши Уду мëртв. На этом всë. Но что-то оборвалось в душе Черновода стоило увидеть тело бывшего повелителя ветров в лохмотьях. Цинсюань умер на улице небольшого городка. Как потом рассказали другие бродяги, юноша неделю мучался от лихорадки и в приступах горячки звал своего брата. Иногда, редко, когда казалось, что болезнь отступила, Ши Цинсюань называл ещë одно имя, но никто не знал кому оно принадлежит. Хэ Сюань. Черновод глядел на тело, которое было так непривычно неподвижно, на щëки лишëнные яркого румянца жизнелюбия, на волосы, которые его не раз заставляли расчёсывать в женском обличии. Теперь же некогда роскошные пряди потускнели, поредели, сбились в колтуны. Тяжело. Это чувство... Он последний раз испытывал сотни лет назад. Хэ Сюань не должен чувствовать подобного к брату своего врага, но он чувствует. Горе от потери. Черновод хотел прийти, много раз он боролся с желанием хоть раз взглянуть на то как живëт Цинсюань, но каждый раз одëргивал себя. Их больше ничего не связывало. Все тайны раскрыты, маски сняты, всë вернулось на свои места. И вот в единственный раз когда он не сдержал порыва прийти, он Хэ Сюань находит... Горе. В , казалось пустой, груди потяжелело. Он не успел совсем немного. Цинсюань умер всего сутки назад. А спешил ли Черновод? Видимо да? Бродяги, друзья бывшего небожителя, странно смотрели на пришедшего к их товарищу, мрачного мужчину в тëмных одеждах. Когда нежданный гость поднял тело Цинсюаня на руки с явной целью забрать, они попытались было что-то сказать, но грозный и жуткий взгляд, заставил их захлопнуть рты Хэ Сюань не знал зачем забрал Ши Цинсюаня. Тело скоро начнëт гнить, но... Черноводу хотелось попрощаться и попросить прощения. Пусть он не был виноват, он пытался уберечь Повелителя ветров. Хэ Сюань несмотря на это чувствовал давление. Черновод непривычно нежно провëл по холодной щеке. Перед смертью он звал его по имени. Как это звучало? С ненавистью? С презрением и злобой? Или же с присущей юноше добротой и прощением? Теперь ему никогда не узнать. Как же больно. Хэ Сюань водил рукой по лицу Цинсюаня. Почему же... Почему же он не пришëл раньше? Горячая слеза, обжигая, скатилась по мëртвенно-бледной щеке. Могила бывшего небожителя расположилась на территории, примыкающей к жилищу Хэ Сюаня. Среди общей мрачности, появилось одно яркое, светлое пятно. Цветы распустились вокруг места захоронения бывшего небожителя. Они удивительно быстро прижились там, несмотря на отсутствие солнца. Хэ Сюань приходил туда каждый день. Сначала молчал, будто боясь лишними, ненужными словами потревожить сон Цинсюаня. -Я так скучаю... Слетело с губ быстрее, чем повелитель чëрных вод успел осознать свои же слова. Вина застилала глаза, вытекала слезами, капающими на цветы.