Могущественный кулон семьи Булсара

У огромного трёхэтажного коттеджа в подмосковной Ильинке один за другим припарковались несколько дорогих автомобилей. Из каждого выходили солидные мужчины в сопровождении охраны. Мужчины походили на политиков или крупных бизнесменов в почтенном возрасте, а охранники – на «людей в черном». Важные персоны входили в распахнутую настежь калитку, охраняемую стражей, словно ворота королевского замка, а охранники оставались на улице. Чтобы не толпиться у калитки, «люди в черном» рассредоточились по периметру большого участка, изредка вполголоса переговариваясь по рации через фурнитуру, как у агентов спецслужб. – Что за срочность, Мастер? – недовольным голосом осведомился один из гостей. – Проявите терпение, Николай Степанович, – мягко, но с властными нотками ответил тот, кого назвали «Мастером», – мы как раз ждем того, кто сможет дать все ответы… По крайней мере, некоторые из них. – Мастер обвел взглядом собравшихся в просторной гостиной, обставленной, как роскошная приемная королевских покоев. – Вы собрались здесь не по моей инициативе, – объявил он. – меня попросил пригласить вас всех Магистр… Гости переглянулись. Никто из них не мог припомнить, чтобы сам Магистр собрал всех Наблюдателей – так называли себя члены этой тайной организации. А некоторые из них даже ни разу не видели Магистра и даже не знали, как он выглядел. Хотя все точно знали, что он существует, что власть его безгранична, а знания столь обширны и глубоки… Магистр выступил в середину гостиной и поднял руку то ли в приветственном жесте, то ли в приказывающем соблюдать тишину и внимать ему. Никто не видел, как он вошел, он просто оказался в центре зала, шагнув в него словно из ниоткуда. – Добрый день, господа, – сказал он будничным тоном. – Благодарю, что откликнулись на мой призыв. И вас благодарю, Мастер, что организовали нашу встречу, – Магистр обвел взглядом окружающих и помещение, потом прошел к пустующему креслу у камина и сел в него, устроившись поудобней, будто просто зашел к другу в гости. – Сразу скажу о причине цели нашего собрания и, соответственно, о цели его. Кулон древнейшей иранской секты зороастрийцев, о котором вы все знаете, активировался… По залу прошелся легкий шум – гости переглядывались, кто-то шепотом что-то спросил, кто-то вздохнул, кто-то откашлялся, будто собираясь что-то сказать, но потом передумал. Наконец, раздался голос из дальнего конца зала: молодой человек (самый молодой из присутствовавших, лет тридцати пяти) спросил: – Вернулись его хозяева? – Об этом нам неизвестно, – ответил Магистр. Все снова переглянулись – что-то происходит, и очень важное, а Магистру неизвестно… – Неизвестно также что активировало кулон, не говоря о том, какие последствия ждут нас всех… Но известно, где кулон сейчас, кто его нынешний владелец, а еще… – Магистр выдержал паузу, – что за кулоном идёт охота. Слишком много людей прознало о его существовании. Поэтому я вас и собрал. Нам нужно согласовать план действий. – Так кулон сейчас находится здесь, в России? – спросил молодой человек. Магистр кивнул. – Предлагаю собрать все сведения о возможном прибытии на Землю инопланетян! – выпалил молодой человек. Магистр поднял брови и при этом сощурил свои серые со стальным отливом глаза: – Мы ни на день не прекращали наблюдать за этим, – сказал он. – Интересно другое, – магистр обратился к более солидным гостям. – Кулон сейчас у музыканта… Возможно, активность кулона как-то связана с музыкой… У зороастрийцев было предание, что определенный звук, то есть звук, гармонизированный определенным образом сможет пробудить кулон. То есть нечеловечески гармоничная музыка, понимаете? Я слежу за этим музыкантом уже несколько лет… Думаю, что он мог разбудить древний артефакт своим голосом или мелодией… – Так что вы предлагаете? – не унимался самый молодой из Наблюдателей. Горячность молодого человека вдруг позабавила Магистра. Может быть, он вспомнил себя в его годы. Магистр улыбнулся и начал излагать свой план.

***

Фредди и Ева ускользнули и от бандитов. И от Интерпола в Нескучном саду и не знали, чем там всё закончилось. Они предполагали, что напавшие на них перестреляли друг друга или были арестованы интерполовцами и сейчас сидят в каком-нибудь СИЗО и пытаются объяснить следователям, что они делали в городском парке с оружием, на кого и зачем напали… и всё больше запутываются в собственной лжи и в правде, которая еще более запутанная, чем ложь. А на самом деле инцидент в Нескучном саду закончился весьма мирно и спокойно – когда Ева и Фредди исчезли, будто растворившись во внезапной вспышке света, бандиты сперва застыли в растерянности, а потом «дали заднюю» – никто не хотел погибать в перестрелке, тем более что делить было больше нечего. А интерполовцы… они изначально блефовали: двое агентов против десятка вооруженных боевиков просто не рискнули, а потихоньку отошли в заросли – так же, как оттуда и вышли. Так что все остались при своих – им нужно было снова найти «артиста» и артефакт, который носила на груди его девушка. Лорд Рассел был вне себя от гнева. Он готов был расправиться со своими наемниками, которые не справились с такой простой задачей. Но, узнав подробности провала операции, он успокоился и даже испытал некоторое удовлетворение – его радовала мощь кулона, она только подстегивала его и придавала энергии. «В следующий раз придется самому всё сделать, только и всего», – заключил он. Осталось только выследить «артиста». Вдруг зазвонил его телефон. Номер не определился. Кто бы это мог быть? Номер этой симки не знал никто, кроме его людей. Спам? Но седовласый имел хорошее чутье, он не сбросил вызов, а ответил на него. – Отступитесь, – услышал он мягкий, но такой властный голос, что вздрогнул и ответил не сразу. – Кто вы? – Тот, кто знает куда больше вашего, – усмехнулся Магистр. – И почему это я должен отступиться? Потому что вы мне сейчас начнете угрожать? – седовласый уже взял себя в руки. – Потому что вы не знаете, что может сделать с вами кулон. Он ведь не только помогает владельцу убежать от опасности, он может ему помочь и избавиться от нее раз и навсегда, – и магистр разорвал связь. Лорд Рассел задумался. Ему и в голову, конечно, не пришло отказываться от своих планов. Он задумался о том, что еще за новая сила вступила в игру.

***

Брайан, Роджер и Джон снова приехали впереди всей остальной команды Queen. Добирались, как и велел им Фредди окольным путем: сначала в Санкт-Петербург, там забронировали гостиницу и договорились о концерте. А когда рекламу концерта Queen начали крутить по телеку и на радио, внезапно всё отменили и взяли частный чартер на Мурманск, а уже оттуда на вертолете махнули в Апатиты. – Ну рассказывайте, что за секретность? На вас опять наехали? – спросил Брайан у Фредди и Евы, устраиваясь на маленьком диванчике за столом. Компания сидела в дорогом ресторане в центре Апатитов, где Ева заказала отдельный кабинетик, чтобы они все вместе могли поговорить без лишних глаз и ушей. – Наехали – не то слово, – усмехнулся Фредди. – Нас чуть не убили, – и он рассказал друзьям про нападение бандитов, про то, как они с Евой оказались в Апатитах. О происшествии в заброшенном доме детства Фредди не рассказывал, он подумал, что Ева сама расскажет, если захочет. Но девушка не хотела снова будить воспоминания и тоже промолчала об этом. – И какой план? – спросил Джон. – Возвращаемся в старую добрую Англию! – хлопнул пивной кружкой по столу Роджер (все кроме него пили чай). – А зачем мы тогда сюда приехали? – задумчиво проговорил Брайан. – Тут что-то не так, колитесь. Фредди посмотрел на Еву и, видя, что она не собирается ничего говорить, сам рассказал об их планах – дать концерт во дворце культуры в Апатитах. – Да мы в Питербурге отменили концерт! – возмутился Брайан. – для чего?! Чтобы выступать здесь? В маленьком городке на Северном полюсе? В этой жопе мира? – В этой жопе мира я родилась, – поджала губы Ева, отчего усы на ее верхней губе смешно встопорщились. – И всё детство тут прожила. – А, ну другое дело, – виновато проговорил Брайан. И бодро заключил: – Ну, это всё меняет, вообще-то! Дадим мощный концерт с нормальным светом и спецэффектами! Всё было подготовлено по высшему разряду. Выставили свет и звук, подготовили сцену (даже сухой лёд достали и парогенератор для имитации цветного дыма); билеты были все распроданы, что называется, с горкой – то есть натурально билетов было продано больше, чем мест во Дворце культуры (а это было уже «чудо» от местных дельцов распространителей билетов). Репертуар согласовали и даже прогнали один раз за день до концерта. Был и один сюрприз – для Евы, Джона и Роджера, а также для звукорежиссера – Фредди написал новую песню и посвятил её Еве! – Когда ты успел?! – изумилась Ева. – Мы же всё время были вместе, и ты ничего не сочинял, не записывал… – Я всё сделал здесь, – Фредди показал пальцем на свой висок, – и вот здесь, – он приложил руку к сердцу, – ну а потом, когда уже всё в принципе было готово, я наиграл на гитаре, записал слова… Ну, как обычно. Фредди сел за рояль и начал петь. Мурашки побежали у Евы с затылка до самых пяток. Сердце девушки то замирало, то рвалось из груди, как птица. Глаза затуманились слезами… А Фредди всё пел чистым и высоким девическим голосом… голосом Евы, и по его разрумянившимся щекам тоже прокатилась слеза. Прокатилась и исчезла. Но еще долго видна была влажная дорожка, оставленная ею. – Ну как? – весело спросил Фредди, когда отзвучал последний аккорд. Ева не могла ответить от переполнявших ее чувств. – Нечеловеческая… просто нечеловеческая музыка! – выдохнул Брайан.