Сладкая ложь.

I can see my baby swinging

His parliament is on fire when his hands are up

On the balcony and I'm singing

Ooh baby, ooh baby, I'm in love.

Является ли правдой то, что после каждой ссоры следует примирение? Не все знают ответ на это вопрос. Но, если мы сможем честно себе признаться, и рассуждать логически, то мы сможем прийти к выводу, понятному, словно один к одному. Да, следует. И как бы просто это не было понять, то можно вывести логический вердикт — в мире всегда должно быть равновесие. И это можно объяснить по простому примеру. Чёрное и белое не способны существовать без друг друга. Как и без жизни не сможет существовать смерть. И после всего плохого всегда наступает хорошее. Ах, какая гармония и порядок. Но, что случится если хорошее смещается с плохим? Это словно краску смешать в палитре, наивно полагая, что все краски останутся прежних цветов. Конечно же нет. Все не может быть так просто, ведь так? И мы с вами, любители тайн и философских мыслей, должны в этом разобраться. *** Азирафаэль, по своей сути, являясь чем то священным, просветлённым, добрым, по простым человеческим понятиям действительно был настоящим ангелом. Именно таким, каким его видели все. Он носит белую одежду, имеет мягкие белые кудри, лучезарную улыбку и проницательные добрые глаза с лёгкими морщинками. Пожалуй, его окружение не раз шутило, что ему не хватает лишь двух крыльев за спиной и нимба над головой. Хм, да. Не хватает. Правда вот про нимб лишнее. И именно в тот день, стоя на стене эдемского сада, закусывая губы и размышляя над человеческой судьбой, его застал змий Кроули. Какая была встреча. Кроули же, как и полагается натуре падшего, был полной противоположностью херувима. Его острый змеиный язык искушал людей на зверские грехи и затуманивал разум. Однако его рыжие, словно адское пламя, кудрявые локоны были такими же симпатичными как у Азирафаэля. Нося чёрное одеяние, и ступая рядом с ангелом, он повернул их судьбу совсем в другую сторону. Явно не туда, куда шел непостижимый замысел. – Я думаю..правильно ли я поступил, отдав ему пламенный меч? Кроули лишь приподняв брови, выслушал ангела. Его тоже одолела некоторая задумчивость. – Ты же ангел. Конечно, ты поступил хорошо. Но я тоже размышляю, а вдруг я поступил хорошо, искусив его? – Ты же демон, конечно, твои поступки плохие. Их диалог был до крайности прост, но их мучали сомнения, и Кроули решил разбавить эту гущу. – Забавно если мы оба неправы. Ангел лишь неловко улыбнулся, наблюдая как Адам дерётся пламенным мечом с хищником. Пошел проливной ливень. Самый первый. Ангел, сам того не замечая, прикрыл крылом змия, желая укрыть ближнего. Их первая встреча была именно такой. *** Азирафаэль смутно помнил, из за чего они поссорились. Его ангельское сердце обливалось кровью, когда он думал о негативных чувствах от ссоры с давним другом. Он возможно и не хотел, но все само так получилось. Да, такое случается иногда. Он днями не мог найти себе места, ища отговорки и оправдания, чтобы замять мысли о ссоре в своей голове, но его привязанность губила всю ангельскую логику и хладнокровное мышление. Кроули же, не ограничиваясь скупыми терзаниями, был в настоящей ярости. Она бушевала в нем, словно злостный ураган, и ему требовалось больших сил чтобы утихомирить ее. Он чувствовал полный спектр смешанных чувств, среди которых пробивалось негодование, обида, отвращение, печаль и тоска. В этом они походили друг на друга. Ведь не могли представить свою жизнь без чего то хорошего или плохого рядом. Настоящая гармония. Дождь тихо барабанил по стеклу, отстукивая неясный ритм множества капель. Старая виниловая пластинка крутила незамысловатую мелодию, которую могли понять лишь ценители. Среди пыльных, темных стеллажей едва проглядывало множество старых корешков книг, безусловно, очень ценных. Одинокий мужчина сидел под настольной лампой в винтажном, но по неясности уютном кресле. Он перелистывал страницы, и его взгляд словно не мог ни за что зацепиться. Мысли крутились как шестеренки и путались между друг другом. Поджав губы, он явно старался провалиться в книгу, или сквозь стену, но не мог. Он встал с кресла, и бережно отложив книгу, снял светлый пиджак, и слегка оттянул бабочку. Он решил попробовать технику дыхания, но она не то чтобы подействовала, скроее, усугубила. Он быстрыми шагами мерил комнату, не находя себе места. Лёгкая испарина проступила на его лбе, каждый раз когда его взгляд проскальзывал на телефонный аппарат. Внезапно раздался звон колокольчика, оповещающий о прибытии посетителя. Собрав остатки сил на позитивный тон и совсем не усталый взгляд, он направился к прилавку и лицом к лицу столкнулся с причиной своих переживаний. – Кроули? – Не делай вид, что ты удивлен, ангел. И лучше не задавай вопросов. Азирафаэль оторопел, и на секунду замялся. В голове очень быстро проявились причины такого поведения демона, и ангел бы добродушно улыбнулся демону, но знал, что тот сейчас этого точно не оценит. Он лишь лёгким кивком попросил следовать того за собой в комнату отдыха. Демон быстро устроился на диване, и в руках ангела оказалось старое, но дорогое вино. Определено в стиле Кроули. Достав два сияющих бокала, словно ждущих своей роли, он разлил вино, и без лишних слов протянул бокал демону. Тот, все ещё хмурясь, но с явной благодарностью приняв его, удобно раскинулся и выдохнул.. Иногда ему было слишком трудно говорить. На самом же деле Кроули просто понимал, что ему никогда не хватит всех человеческих слов, чтобы объяснить Азирафаэлю все как есть. И эта жгучая недосказанность съедала его веками. Но только сегодня он решился, и пусть даже это противостояло нормам и морали этого мира, но все же.. – Ангел, нам нужно поговорить. Просто, четко и по смыслу. Но столько всего можно было вложить в эти слова. Ангел, хоть и не планировал удивлять Кроули, тоже поступил неожиданно. Он отпил вино, и согласился. – Да, я тоже так думаю. Давно пора бы. Он ввел демона в ступор таким поведением. Однако тот вышел из положения, в отличии от азирафаэля не ощущая неловкости ситуации. – Кто будет первый говорить? – Я. Это было до жути странно, ведь так? Думаю, вы согласитесь со мной. Энтони совсем расплылся в кресле, потягивая вино. В его глазах читалось предвкушение. – Я давно хотел сказать тебе, что за шесть тысяч лет в нашем с тобой знакомстве я понял многие вещи, и как бы это не звучало, я даже изменился. Мои..чувства стали совсем другими. Азирафаэль вновь глотнул вино, на этот раз ещё больше, желая явно утопить себя в таком количестве. Ведь все выше сказанное также логически вызовет вопросы. – Я не могу отрицать того же. Это так странно, и одновременно логично. Черт возьми, это чистая гребанная ангельская логика. – Прости меня, если заставил тебя чувствовать себя плохо. Ангел слегка ссутулился, грустно сверкнув глазами на змия. Тот явно не выдерживал, желая забыть про это. – О, черт, ангел, не надо извиняться. Проехали. У Азирафаэля отлегло на сердце. Словно тяжёлый камень упал с его плеч, и простая техника дыхания наконец помогла. Все же, Земля смогла его очеловечить. Следующие два часа они болтали без умолку, словно в старые, но такие далёкие времена обсуждая все на свете. Но в этом была своя, особенная прелесть - все было как в первый раз. И Кроули, хотя он бы никогда не признался нам в этом, каждый раз заново влюблялся в синеву глаз херувима, в его очаровательные белые кудряшки, в его мягкий тембр голоса. А Азирафаэль просто души не чаял в том, чтобы без зазрения совести, и боясь, рассматривал своего демона. Каждый раз заново находил в нем те привлекательные черты характера, которые так любил. Он словно видел его на сквозь, но чтобы не смущать, смотрел совсем чуточку. Когда же бутылка вина опустила до донышка, в голову стали прокрадываться первые темные краски, плещующиеся на затворах сознания ангела. Например, ненавязчивая мысль о том, какие на вкус губы Кроули. Наверное, подумал херувим, они похожи на смесь горького шоколада и клубники. Он невольно облизнул свои губы, и встряхнул голову. Кажется, это не помогло. Демон же, наклонив голову, беспринципно разглядывал шею ангела. Она была мягкой, бледной, как его нежная кожа. Что же будет, если... Кроули закрыл глаза руками, явно не делая услышать в голове навязчивое продолжение. Но алкоголь задурманивал разум, и заставил его сделать именно то, что он никогда бы не осмелился сделать трезвым. Мужчина отшатнулся от спинки дивана, и привстал, опираясь о стену. Он медленно моргал, и ему сейчас явно не помешало бы протрезветь, но мы с вами отпустим эту мысль. Он медленными, по натуре вальяжными шагами приблизился к креслу ангела. Тот пребывал в безмятежности, но обратил внимание на движения собеседника. Он мигнул глазами в его сторону, не до конца осознавая, что происходит. Змий наклонился так близко, как мог, не дотягиваясь до лица ангела. Его желтоватые, словно золотые глаза поблескивали, и в его голове звучала лишь цель. Он взял ангела за подбородок, пока тот, все ещё был слегка удивлен, но явно не собирался что либо делать. – Ангел.. Он не договорил. Его мозг выключился в тот момент когда он прижался к нему с порывистым, страстным поцелуем, сминая губы того до крови. Азирафаэль задохнулся от этого, но под воздействием алкоголя и потаённых, неизведанных чувств, ответил на поцелуй с присущей ему ангельской нежностью. Кроули взял его за талию и прикусил губы ангела. Тот от неожиданности открыл рот, впуская ненавязчивый раздвоенный язык. Они сплелись с друг другом, как одно целое. Скроее, как две равные половинки одного целого. Азирафаэля захватил настоящий адский жар, и алкоголь окончательно затмил его мозг. Он отдался на встречу губам Кроули, продолжая осыпать его лёгкими и нежными поцелуями, пока с его губы на белый ворот рубашки упала маленькая капля крови. Это добавило адреналина. Кроули, желая получить свое, начал медленно, по хозяйски, расстегивать пуговицы на, казалось бы, белоснежной рубашке ангела. Желание пропитало каждую клетку его мозга, и он отчаянно делал именно то, чего ему хотелось на протяжении тысячелетий. Ангел притянул к себе демона, глубоко выдыхая в перерывах поцелуев. Ему становилось по настоящему жарко, и его не смутило ни одно действие демона, и он лишь помог ему, оголив шею и бледные плечи. Его кожа была по настоящему ангельской. Ни загара, ни родинок. Ни одно изъяна. И Кроули это заметил, на что его внутренний хищник довольно оскалился. Так хотелось испортить эту красоту, по сумасшедшему стремлению показать, кому это принадлежит. И он не могу сомневаться в собственных мыслях, а потому.. – О-ох.. Демон внезапно впился острыми змеиными клыками в мягкую шею ангела, чем вызвал болезненный вздох, граничащий с нереальным наслаждением. Сердце ангела быстро билось. Демон стал быстро покрывать многочисленные укусы поцелуями, словно выводя кровавые розы на шее его ангела. И это было именно тем, чего он желал и хотел. Разве он когда нибудь не получал желаемое? Ангел аккуратно прижался ему, и поцеловал в ушко. Эта ненавязчивая, но вогнавшая в краску демона, улыбнула ангела. Демон крепче сжал-обнял его, прикрывая глаза и растворяясь в нем. Время застыло для них. Они не могли существовать без друг друга, как чёрное и белое. И после их ссоры всегда шло примирение.