Тайна Арамиса: Схватка за любовь

Лёгкая, почти незаметная голубая полоса коснулась горизонта. Это было раннее утро, больше похожее на ночь, и поэтому маленький городок на окраине густого леса спокойно спал. Везде давным давно погас свет и только в одной уличной мастерской горело несколько свечей. Два горожанина, по какой-то причине уже отказались от крепкого сна, хотя один из них всё-таки заметно продрог, а другой то и дело клевал носом. — И всё-таки я не понимаю, — пролепетала молодая девушка тонким голоском, обхватывая себя прелестными ручками. — Зачем Дювалье, этому подлецу, мерзавцу, понадобилось вернуться? Когда такое было, чтобы он не принес с собой беду? — Эх, дитя мое! –через какое-то время ответил мужчина высоким басов. — Никто не в силах понять намерений Дювалье!.. Подай-ка мне лучше молот. — Никто…– машинально повторила девушка, передавая инструмент. Она верила, что кто-нибудь отомстит за ее бедного друга, пронзит шпагой или пистолетной пулей тело того, кто отнял молодую жизнь, не успевшую ещё насладиться приключениями. Однако года шли, зима сменялась весной, весна летом, а лето осенью и все было тихо, отчего душа разрывалась на мелкие кусочки. Дювалье не появлялся, как и слухи о нем и надежда как-то сама собой понемногу гасла. Приходилось жить, жить в вечном ожидании чуда, крика живой души, но тщетно — жизнь в городке была слишком унылой, молодые люди разъехались, остались же только повидавшие, с которыми рано или поздно начинало надоедать говорить ибо в них уже увяло чувство беззаботности и отчаянной, резвой юности, а с такими трудно пойти на приключение молодой и храброй девушке. День за днём она пыталась найти себе отраду, но все давным давно наскучило. От вышивания и вязания болела голова, книги были выучены наизусть, новым трюкам фехтования ее никто не хотел обучать, а те немногочисленные балы, проводившиеся раз в три месяца были похожи друг на друга как два близнеца. Не с кем было потренироваться в игривости, некого было полюбить, а силуэт возлюбленного слишком часто горестно вставал перед ней, чтобы найти спокойный сон. Огонёк жизни с каждым днём становился все меньше и меньше и вряд-ли его мог кто-то поджечь вновь. Потому было слишком много причин возмутиться словам мужчины и было слишком мало сил и надежды, чтобы не повторить равнодушно «никто» словно приговор казни. Девушка накинула платок на плечи и посмотрела на горизонт. Это занятие всегда успокаивало и напоминало о пролетевшем счастье. Внезапно она воскликнула: — Смотрите! Всадники! Кто бы это мог быть? На голубом горизонте показалось 4 тени, 4 надежды на светлое будущее. Юная леди, забыв о всех приличиях, бросилась быстрым шагом им навстречу. Ее ножки царапал пырей и щекотал полынь, а утренняя роса холодила и бодрила, заставляя окончательно проснуться. Какое-то неведомое предчувствие давало сигнал бежать навстречу дальним путникам. Через несколько секунд послышался знакомый, радостный голос: — Люси! Как я рад! Девушка растерялась и не смогла поверить своим глазам, когда с лошади на ходу соскочил ее драгоценный друг. — Не может быть! Рене! Я думала никогда не увижу тебя! — Люси бросилась в объятия к мушкетёру. Они не могли наглядеться друг на друга и сердца их разрывались от неожиданной, но долгожданной счастливой встречи. Когда наконец объятия разомкнулись, но глаза все ещё радостно бегали, Рене торжественно произнес: — Люси, это мои драгоценные друзья, верные мушкетёры короля и самые храбрые люди во всей Франции Атос, Портос и д’Артаньян. Мушкетёры вмиг спрыгнули с лошадей и поклонились тем изящным поклоном, которым удостаивали короля и королеву. Люси же грациозно сделала реверанс и лучезарно улыбнулась, отчего лица друзей прояснились. Мушкетёры с Люси направились к господину де Лебрану. По дороге Люси расспрашивала у Рене про его жизнь, про службу королю и успела взять с него обещание, что тот научит ее какому-нибудь новому трюку со шпагой в руке. Де Лебран встретил мушкетёров более чем радушно и когда все познакомились Арамис решительно и беззаботно спросил: — Скажите, наш любезнейший господин де Дювалье ещё в городе? — Да. — Не знаете ли вы его адреса? — Улица Руа 24. — Замечательно. Не найдется ли у вас перо и бумаги? Все были удивлены происходящим, но Люси все же принесла необходимое. Затем Рене, облокотившись на стол только предплечьем, немного подумал и быстро написал. Потом с самым радостным видом взял письмо и поглядим по краям. — Друг мой, что вы написали? — нетерпеливо спросил д’Артаньян. — Прочтите нам! — С превеликим удовольствием! — лукаво улыбнулся Рене и прочёл: » Обращаюсь к жителю дома на улице Руа, дом 24 господину де Дювалье с предложением прогуляться на окраине города, а именно на поляне Руаль в 7 часов утра. Если почтенный находится в добром здравии, пусть не забудет захватить с собой шпагу или же пистолет в противном случае. Ожидающий встречи Рене Д’Эрбле»