Священное безяное влагалище

Однажды уютным летним вечером грокс по имени Мэтис — железный пенис, очень увлечëнно теребонькал свой эрегированный скипетр, который непременно поднимается из его трусов, когда взор грокса падает на стройное тело фиолетово-синей безяны. Мэтис был по уши одержим ею. У него была и дакимакура с безяной, и картины в доме с ней, и даже стены были покрашены в оттенок еë тела. Он никогда не мог смотреть на безяну спокойно, не представляя с ней чего-то непристойного. Эти мускулы и сладкая безяная киска будто овладевали разумом юного грокса, доминировали его чувствами, сами заставляли кровь переливаться вниз до самой головки. Мэтис отвлëкся от мастурбации на картину с безяной и начал уделять внимание своей любимой дакимакуре. Он специально проделал дырку в ней и засунул во внутрь резиновую вагину, чтобы трахать милую безянку с большим удовольствием. Иногда, правда, Мэтис достаëт вагину и трахает синтепон в дакимакуре, ведь ему нравится представлять, как всë больше и больше спермы находится внутри его малышки. Грокс немедля вошëл в свою любимицу и стал быстро двигать тазом, не ограничивая себя и громкими сладкими стонами. Крепко сжимая верхние края длинной подушки, тот поглядывал на лицо нарисованной безяны и возбуждался от этого ещë больше, чем может быть возможно. Чувства бурлили ниже живота, дыхание перебивалось. Тот не удержался и прыснул своë тëплое семя во внутрь секс-игрушки, проронив крик очередного оргазма. Долго тот успокаивался после такой жаркой дрочки, но и после неë он не решил останавливаться. Словами не описать как сильно Мэтис любил безян. Обожание преодолело все границы нормальности, перечеркнуло все правила этикета, всея Божеством стали безяны и ради них Мэтис готов был хоть отрезать свои гениталии и засунуть себе в прямую кишку. Тот взял небольшой канцелярский нож и уселся перед своей самой большой картиной безяны, где та была изображена с нимбом над головой и держащей маленького Спория в скрещëнных руках. Также Мэтис поставил перед собой небольшую стеклянную миску и положил в неë кусочек шерсти безяны, который он случайно и счастливо отхватил с одной из их планет. — Я так сильно люблю тебя, Безяна. Возьми и выпей мою священную кровь, я так одухотворëн твоей сущностью, твоим прекрасным телом и умом. Я так сильно хочу, чтобы ты забрала мою душу и я навсегда остался подвластным тобой. — Проговорил сумасшедший грокс. Наконец тот подставил нож к горлу, сильно-сильно прижал лезвие и замахнулся два раза, и тогда его драгоценная, густая кровь полилась и в миску, и на пол, а сам он упал возле неë, молча прощаясь со своей душой, позволив его телу стремительно гнить в квартире.