Pink Cayo Coco Beach/Розовый пляж Кайо-Коко

      Бьянка проснулась от надоедливого звука смс, исходящего от ее смартфона, кто-то активно ей написывал. Она повернулась на бок, не открывая глаз, и потянулась рукой к тумбочке, где лежал ее телефон. Взяв его в руки, девушка аккуратно открыла свои глаза и увидела кучу сообщений от вчерашнего нового знакомого по имени Маркус. Красавчик [7:51]: Доброе утро, Бьянка. Как спалось? Красавчик [7:55]: Я надеюсь, ты помнишь, что мы договорились встретиться? Хочу позавтракать с тобой, я знаю хороший ресторан на берегу моря. Красавчик [7:55]: Буду ждать тебя в холле нашего отеля в 9 часов.       Прочитав о времени встречи, девушка взглянула на время. 8:50. Она определенно опаздывала.       — Вот черт!        Никогда в жизни Бьянка не опаздывала, и никогда в жизни Бьянка не собиралась так быстро. Буквально за каких-то 10 минут, она успела умыться, сменить свой наряд и сделать макияж. Благо с волосами никаких проблем не возникло, что скоротало ей кучу времени. Она быстро натянула свои босоножки, взяла сумочку и выбежала из номера.       Забежав в лифт, она агрессивно тыкала на кнопки первого этажа и закрытия дверей. Как вдруг услышала чей-то голос в середине коридора.       — Извините! — кричала старушка. — Придержите лифт, пожалуйста!       Сирена громко вздохнула и закатила глаза, нажав на кнопку «стоп», чтобы лифт остановился, ожидая, когда старушка доберется до него.       Пожилая женщина быстро забежала в лифт, встав рядом с ней, и улыбнулась, поблагодарив Бьянку.       — Спасибо, дорогуша.       — Всегда пожалуйста, — сирена посмотрела на время в телефоне. 9:10. После чего тяжело вздохнула, осознавая, что она впервые в своей жизни опаздывала.       Спустя пару минут лифт спустился на первый этаж. Бьянка выбежала оттуда, начиная оглядываться в поисках Маркуса. Он сидел на одном из диванчиков в центре огромного помещения, читая какую-то книгу. Сирена аккуратно поправила свой наряд, убирая складки, которых и так не было, и направилась прямиком к нему.       — Доброе утро, Маркус, — девушка широко улыбнулась.       После ее слов парень оторвался от книги и убрал ее в свою сумку.       — Доброе утро, миледи! — он быстро встал, попутно беря ее правую руку в свою. Наклонившись, он оставил поцелуй на тыльной стороне ее ладони, а потом вернулся в вертикальное положение. — Прекрасно выглядишь сегодня.       — Спасибо, — ее щеки покраснели от неожиданного комплимента. — Ты тоже.       После ее слов он широко улыбнулся.       — Ну что, пойдем?       — С удовольствием.       С самого утра, примерно с десяти часов, Йоко не могла достучаться до Бьянки. У ребят была запланирована экскурсия на час дня, они должны пойти к гнездам пингвинов. Первой она решила разбудить именно ее, потому что без своей подруги-мамочки она не смогла бы справиться с остальными ребятами. Ей нужна была помощь.       Она долбила в дверь ее номера около 10 минут, но ответа так и не было. Сначала она подумала, что сирена крепко спит после вчерашней тусовки и лежит в полном отрубе, но как оказалось, это было не так. Ее вообще не было в своем номере. Так как Танака была тем человеком, ну точнее вампиром, на кого было зарезервировано и оплачено все проживание, ей не доставило никаких трудов сходить на ресепшен и попросить ключ карту. Ну как попросить, просто украсть пока никто не видит.       После того, как она без проблем проникла в номер Бьянки, она увидела, что ее нет. Но если ее нет, то где она, задалась вопросом вампирша.       — Какого хрена, где она?       Брюнетка прошла к ее кровати, повалилась на спину и начала активно воспроизводить картинки вчерашней ночи, вспоминая, что делала ее подруга.       — Так, сначала я увидела, как Аякс снова пытался подкатить к Энид, — она активно массировала свои виски. — Нет, это не то.       Затем она вспомнила о том, как Аддамс… выпила? И пыталась вызвать ревность у Энид, болтая с Ксавье?       — Вау, вот это поворот, надо будет рассказать Див, — девушка ехидно улыбнулась, затем помотала головой в разные стороны. — Нет, опять не то!       В ее голове вспыхнули воспоминания о прекрасном, невероятно сексуальном танце со своей девушкой, под ремикс песни «Memories» — David Guetta Feat. Kid Cudi.       — Ох, это было так жарко! — она снова улыбнулась, вспоминая, какой невероятно красивой в тот момент была Дивина. — Так! Вот оно! — она вскочила с кровати.       Девушка задумалась, как выглядел тот загадочный парень, который разговаривал с Бьянкой. Когда они с Див делали перерыв возле барной стойки, заказывая новые коктейли, она вспоминала их разговор.       — Ну давай же, тупая голова! — она постучала себя по макушке. — Они… они обменялись номерами! И… и договорились о встрече! Точно!       Вампирша вышла из ее номера и осталась стоять в коридоре.       — Если Би, занята, значит переходим к плану А, — девушка подошла к номеру Аддамс и Синклер и постучала раз. Тишина. Второй. Без ответа. Третий. Снова молчание.       — Считаю до трех, если вы не откроете, я сама зайду! — прокричала она в дверь, но ей никто не ответил. — Ну сами напросились.       Йоко снова достала свою ключ-карту и проникла в чужой номер без согласия второй раз за это утро. Что-что, но она не ожидала увидеть именно это. Она мгновенно закрыла свой рот рукой, чтобы сдержать восторженный писк, вырывающийся из нее.       — О, Дракула! — она прошептала и достала свой телефон. — Я должна показать это квартету, — девушка сделала кучу фотографий с разных сторон.       На большой уютной кровати с белоснежным одеялом спали две девушки. Их поза казалась странной и необычной. Они обе были усталыми после вчерашнего вечера. Их необычная позиция вызывала любопытство и вопросы. Зачем они лежали так, взаимно обнимаясь и перекрещиваясь? Или, возможно, это был просто спонтанный акт привязанности?       В комнате царила тишина, нарушаемая только ровным дыханием девушек. По мере того как время шло, поза девушек казалась все более естественной и гармоничной. Казалось, что эту прекрасную сцену охраняли потусторонние силы, а время остановилось внутри этих стен.        Ритмичные поднятия и опускания их грудей указывали на глубокий сон, в который они были погружены. Их лица были безмятежны, не обращая внимания на странное положение, в котором они оказались. Они были абсолютно разные, как ночь и день. Черные растрепанные волосы Уэнсдей рассыпались по подушке, контрастируя с волнистыми светлыми локонами Синклер. Ее мягкая светлая кожа отражала слабый свет, напоминая лунный луч, ласкающий ночь. А лицо Энид подобно зацветшему закату, ожидающему приближения ночи.        Миролюбивое лицо Аддамс противоречило ее репутации злюки. Она лежала на спине, едва прикрывшись одеялом, слегка повернувшись к Энид. Ее глаза закрыты, бледное лицо, казалось, излучало ощущение спокойствия, а рука обнимала блондинку, словно защищая ее от мира, не желая отпускать. Ее пальцы ласково пробегали по мягким волосам девушки, и она улыбалась во сне.       Энид, в свою очередь, лежала на боку, притянув колено к груди. Она закинула ногу на Уэнсдей, словно ища утешения и поддержки, словно рядом с ней лежал какой-то магнит. Ее лицо выражало некую тревогу и смущение, но при этом она казалась спокойной и уверенной в том, что ее подруга рядом.       Их подсознание, казалось, нашептывало друг другу секреты, образуя невысказанную связь, превосходящую слова.              — Я буду шантажировать Аддамс этим вечно, — вампирша не выдержала и громко засмеялась, тем самым разбудив брюнетку. — Вот черт.       Аддамс в одно мгновенье распахнула глаза, как будто и вовсе не спала. Она резко, но аккуратно, чтобы не разбудить Энид, встала и потянулась к ящику своей прикроватной тумбочки, вытащила оттуда кинжал, который тут же полетел в Танаку.       Вампирша еле успела увернуться от первого — он вонзился в стену в паре сантиметров от ее лица, проносясь мимо ее щеки, оставляя за собой легкий ветерок.       — Сама будешь за это платить, Аддамс! — как в нее тут же полетел второй кинжал. Он врезался в стену позади Йоко, его лезвие дрожало от силы. Она, благодаря вампирской скорости, смогла увернуться и от него тоже, спрятавшись за стену в коридоре. Затем шепотом произнесла:       — Я вас сфоткала! Если не прекратишь, я разошлю фотки всему Невермору! — девушка высунула руку, проверяя зону на опасность. Никаких кинжалов не последовало, значит можно было выходить.       — Что тебе нужно, stupido vampiro? — она аккуратно встала с кровати, укрывая Энид обратно одеялом. Странно, что блондинка еще не проснулась.       — У нас экскурсия, ты что забыла?       — Нет, она должна быть в час дня, так какого черта ты тут забыла так рано?       — Вообще-то время почти одиннадцать, а нам еще нужно разбудить остальных, — вампирша указала на них двоих, — а потом собраться и позавтракать.       — Нам?       — Да, потому что Бьянки нет в номере. Она, видимо, на свидании.       — Свидании? С кем?       — Блять, Аддамс, я не знаю, так ты мне поможешь или нет?       — А Дивина что? — она сложила руки. — Почему не может тебе помочь?       — Она слишком мило спит, я не могу, вот посмотри, — она достала свой телефон из кармана. — Ну как я могу разбудить такую милашку?       — Нет, мне неинтересно, — Уэнсдей отвернулась от телефона Танаки и посмотрела на Энид, тоже слишком мило спящую. Блондинка во сне скомкала одеяло перед собой и так же закинула ногу на него, как до этого ее ногу держала в сладком плену Уэнсдей. Пока вампирша ее не видела, слишком увлеченная утренними фотографиями своей девушки, Аддамс слегка улыбнулась, смотря на блондинку. Минуту спустя она вернулась к разговору с предложением.       — Тогда ты разбудишь Энид, а я разбужу Див, согласна? — сурово произнесла она. — Парней мы разбудим вместе.       — Что, — Йоко посмотрела за спину Уэнсдей, прямо на Энид, затем ехидно улыбнулась. — Тоже не можешь?       Конечно, она не может, особенно после того, что она услышала ночью. Хоть это и было адресовано Уэнсдей из сна блондинки, но все же это… это было адресовано ей. От этой мысли Аддамс сходила с ума, потому что теперь она знает точно и теперь нужно действовать.       — Йоко…       — Ладно, ладно, все! — она аккуратно, как будто брала щепотку соли, взялась за ткань пижамы в районе плеч Уэнсдей и потихоньку начала вращать их, меняясь с подругой местами. — Я ее разбужу.       — Напомни, почему я не могу убить тебя? — спросила она на полпути к выходу.       — Хм… — Танака задумалась, присаживаясь на кровать. — Ты не сможешь жениться на моей подруге, если будешь в тюрьме?       Напряжение наполнило воздух, когда Уэнсдей, стоя вдалеке, держала в руке третий кинжал. Они обменялись озорными взглядами. Но Йоко — ловкая и сообразительная личность — даже не шелохнулась, как было до этого. Аддамс ухмыльнулась и быстро швырнула кинжал в Йоко. Кинжал быстро мчался по воздуху, направляясь прямо к лицу Йоко. Однако, несмотря на опасность, вампирша сохраняла невозмутимость и сосредоточенность. Секунда за секундой она предвидела траекторию полета кинжала и приготовилась к реакции.        Когда лезвие было всего в нескольких дюймах от ее лица, она резко подняла обе руки, направив их таким образом, чтобы лезвие кинжала прошло между ними. Он остался у нее в руках, но Йоко не испытала никакой боли. С момента, когда лезвие соприкоснулось с ее кожей, она умело выпустила его, начиная жонглировать им из одной руки в другую. Все произошло так быстро, что казалось, будто Йоко и вправду поймала кинжал, не поранившись.       Вампирша, оставшись спокойной и невозмутимой, улыбнулась своей победе. Но в ее глазах можно было увидеть искру опасности и мастерства, которая сияла ярче, чем когда-либо. А Уэнсдей, видя, как Танака ухмыляется своему фокусу, как будто она ждала такой реакции от нее, поняла, что ее подруга абсолютно долбанутая, одним словом — мазохистка.       — Ты мне тоже нравишься, тучка! — обнажая свои клыки, она помахала рукой, в которой был кинжал, провожая молча уходящую Уэнсдей.       Энид лежала, спокойно свернувшись калачиком под своим уютным одеялом, и слегка улыбалась во сне. Йоко нахмурилась, осознав, что должна принять решительные меры, чтобы разбудить ее. Она решила начать с чего-то нежного и успокаивающего.              Йоко улыбнулась и наклонилась к своей спящей подруге.       — Энид, rise and shine! — прошептала Йоко, нежно потрясся Энид за плечо. Веки блондинки на мгновение дрогнули, а затем снова закрылись. Она слегка поморщилась и повернулась на другой бок, уткнувшись лицом в подушку. Йоко понимала, что нужно что-то более решительное.       Она выбрала другой подход. С озорной ухмылкой она подрыгалась на кровати, отчего сама слегка игриво подпрыгнула. Шум испугал Энид, она пошевелилась, но глаза ее остались закрытыми.       Понимая, что ей нужна более убедительная тактика, Йоко набрала стакан холодной воды. Она глубоко вздохнула, а затем осторожно плеснула в нее водой. Девушка проснулась, отплевываясь и вытирая мокрое лицо.       — Ты совсем дурная, Уэнс? — Энид застонала, ее голос был полон сонливости и удивления. Открыв глаза полностью, она не ожидала увидеть свою подругу, другую подругу. — Йоко?       — Доброе утро, соня! — весело воскликнула вампирша, пытаясь подавить смех. — Пингвины ждут нас!       Энид моргнула, ее взгляд медленно привыкал к свету. Она посмотрела на Йоко, с ее мокрого лица все еще капала вода. Легкая улыбка тронула уголки ее рта, когда она поняла намерения подруги.       — Ладно, ладно, — усмехнулась блондинка, садясь и вытирая лицо одеялом. — Ты выиграла, Йоко. Я встаю.       Вампирша торжествующе хлопнула в ладоши, озорство в ее глазах сменилось удовлетворением. Она протянула руку, чтобы помочь Энид встать с постели, ее игривый характер был очевиден в каждом ее движении. Поднявшись, оборотень не могла не оценить неустанные усилия Йоко. Несмотря на то что ее разбудила именно она, а не ее объект влюбленности, как она того хотела.       Зевая, она поняла, что наличие такой подруги, как Йоко Танака, делает даже самое сонное утро немного ярче. Хотя если бы она узнала, что проснулась в объятьях Уэнсдей, ее счастью не было бы предела.       Уэнсдей стояла перед кроватью Дивины, на ее лице расползалась злобная, но с хорошими намерениями ухмылка. Она знала, что будить ее обычным, обыденным образом было бы, на ее вкус, слишком скучно. Вместо этого она решила применить немного извращенный подход.       Действуя осторожно, она наклонилась над кроватью сирены и аккуратно положила телефон на подушку, рядом с ее ухом. Затем она включила зловещую музыку, странные мистические звуки, которые будут проникать глубоко в подсознание Дивины и заполнять ее сны. Дивина начала неспокойно переворачиваться под одеялом, но все еще не просыпалась.       Затем она увеличила громкость, накрывая Дивину мощными волнами музыки. Звуки становились все более странными и пугающими, проникая еще глубже в сознание сирены. Она начала сопротивляться во сне, прижимала руки к вискам и хриплым голосом шептала слова:       — Чьи это зловещие звуки? Что происходит? Пожалуйста, хватит!       Отойдя в сторону, чтобы полюбоваться ее приготовлениями, Уэнсдей решила добавить последний, пугающий штрих. Она состроила такую жуткую гримасу, которую Дивина никогда не видела. Она превратила ее некогда дружелюбное лицо в тревожное, передающее потустороннее присутствие.       Сделав глубокий вдох, она наклонилась ближе, ее голос был всего лишь шепотом.       — Дивина, — пробормотала она, в ее словах чувствовался нагоняемый ужас, — время просыпаться.       В комнате стало прохладнее, холодок пробежал по спине Дивины, когда голос Аддамс задержался в воздухе. Уэнсдей, заметив, как девушка медленно просыпалась, стихла и с интересом наблюдала за ее реакцией. Веки Дивины дрогнули, ощущая неестественное в ее царстве снов. Когда мелодия в телефоне достигла самого страшного звука, брюнетка нежно коснулась ее плеча.       Глаза сирены распахнулись, ее сердце колотилось. Она ахнула, увидев перед собой зрелище: Уэнсдей, превратившаяся в жуткий призрак. Прилив адреналина хлынул по ее венам, когда сонная дымка растаяла, сменившись смесью страха и любопытства.       — Какого хрена, Аддамс! — она глазела на Уэнсдей, ее сердце билось от испуга. — Обязательно будить именно так?       Девушка сняла свою жуткую маску, и ее лицо вернулось к своей обычной невозмутимой форме.       — О, извини, Див, я просто давно не пугала людей. Мне показалось, что это может быть забавно.       — Забавно? — сирена до сих пор пыталась отдышаться. — Пожалуйста, в следующий раз просто облей меня водой или что-нибудь подобное. Это будет гораздо менее пугающе и более эффективно.       — Думаю, мой способ был довольно эффективным, — Аддамс развернулась и направилась в сторону двери. — Вставай и собирайся, нам еще нужно разбудить парней.       — Эм, окей, босс…       В комнате царила полная тишина. Девочки тихонько вошли в номер, пытаясь не шуметь. Комната заполнена запахом алкоголя, пустыми бутылками и громким храпом.       Энид слегка поморщилась:       — О Боже, как они могут спать в таком свинарнике?       — Фу, чем так воняет? — Йоко зажала свой нос, пнув одну из бутылок. — В мужских комнатах всегда так?       Дивина слегка посмеялась, шлепая девушку по заднице.       — Хах, прям как у тебя, ЙоЙо.       — Ох, — положив руку на сердце, она слишком драматично ахнула таким ложным обвинениям. — У меня, между прочим, творческий беспорядок, а у них свалка! К тому же тебе нравится, ты говоришь, что у меня атмосферно!       — Ладно, да, прости, у тебя атмосферная мусорка, — она снова шлепнула Йоко по заднице и чмокнула ее в губы. — Пойду разбужу брата.       — Вещь, — холодным тоном произнесла Аддамс маленькому члену своей семьи, который на данный момент ютился на лице Кента, мешая тому нормально спать, — расскажи, что вчера было, после того как мы все вернулись в свои номера.

***

      На закате пляжной вечеринки парни возвращались к своему номеру в сияющем от радости состоянии. Безудержный смех и музыкальные ритмы отразились в их шагах, они то и дело давали друг другу «пять» в знак поддержки и веселья.       Зайдя в номер, они достали блютуз-колонку, которую Кент взял с собой. Все четверо обрадовались, приступив к выбору музыки и настройки громкости. Шуметь было нельзя.       Скоро комната заполнилась звучными мелодиями и зажигательными ритмами, и они начали танцевать. Аякс сделал пару фирменных задорных движений, подогнув колени, в то время как Ксавье свирепо вращал бедрами и дразнил Кента, вызывая у него смех.       Кент, известный своей юмористической натурой, начал выпадать из ритма и дрыгаться, пропуская все биты. Остальные ребята в упоении смеялись вместе с ним, подхватывая его забавное поведение. Ксавье распустил свой хвостик и начал трясти головой, при этом ведя себя так, будто он сейчас во время популярности рок-н-ролла.       Аякс, видя, что вечер только развивается, открыл мини-бар и свой сундучок, затем пригласил всех к импровизированному столу. Услышав слова «травка» и «алкоголь», они тут же сорвались с места. Смеясь и хлопая друг друга по плечам, они отметили этот вечер, рассказывая шутки, но двое из них жестко загрузились, вспоминая моменты, случившиеся на вечеринке.       — Она отшила меня, — Аякс выпустил пару колечек дыма вверх. — Снова…       — Черт, чувак, это совсем не круто, — он забрал у него косяк. — Меня тоже типа отшили… Я пытался позвать Уэнсдей на свидание, но нас прервала Энид.       Кент посмотрел на сидящего на его плече Вещь и закатил глаза. Они друг друга поняли.       — Может, вы, — косяк ушел в его руки, — прекратите?       — Что? Почему? — возразили они одновременно.       — Вы такие жалкие, мне даже грустно на вас смотреть, — Кент затянулся и выдохнул. — Вокруг куча красивых девушек, а вы страдаете по ним.       — Что ты имеешь в виду?       — Да, что?       «Аквамен, дай мне сил, я не выдерживаю», — подумал Кент. Как сказать им, что девушки, на которых они строят свои планы, совсем не по парням. Они вообще ни по кому, они по друг другу. И как сказать это так, чтобы они ничего не заподозрили.       — Ксав, ты вроде не тупой. И тебе ясно дали понять, что шансов у тебя буквально… — он поднял левую руку вверх и сложил пальцы в знаке ОК, намекая совсем на другое, — зеро. Так что давай, закатай свои яйца обратно и прекращай. А ты, — сирен хмуро посмотрел на другого парня.       — Что я?       — У тебя уже был шанс, — он снова затянулся, — и ты его проебал. Так что тоже прекращай.       — Да пошел ты, Кент, — Торп встал, подавляя рвотный рефлекс. — Какое тебе вообще дело?       — Я заебался смотреть на ваши кислые мины, чувак. Я хочу веселиться, а вы портите всю малину своим нытьем, как маленькие девочки.       — Ясно, иди нахуй, Кент, — горгон тоже встал со своего места и отправился в кровать. — Я спать.       Ксавье почти сдержал еще один рвотный рефлекс.       — А я блевать, — и побежал в туалет.       «Фух, вроде нормально прошло», — задумался Кент и тоже отправился спать. Веселье закончилось так же быстро, как и началось.

***

      — Ясно, — она слегка кивнула. — Спасибо, Вещь.       Аддамс посмотрела на Дивину и Йоко, которые со всех ног прыгнули на кровать Кента, видимо проверяя ее на прочность, и, конечно же, в попытках разбудить его. Что оказалось бесполезно, он спал как убитый, хоть бы хны. После чего они начали беспощадно тыкать его куда не надо, и после так называемого «Тысячелетия Смерти» от его сестры он сразу же вскочил.       — Див, я клянусь, — совершенно озлобленный и растерянный от боли в пятой точке он сидел перед хихикающими девочками, тыча в них указательным пальцем. — Еще раз и я расскажу маме, что это ты разбила ее любимую вазу!       — Рассказывай, я куплю ей новую! — смеясь до боли в животе, она схватилась за Йоко. — Точнее, Йоко купит. Да, милая?       Вампирша смахнула слезу из-под своих очков.       — Конечно куплю, рыбка, — она посмотрела на сирена. — Видел бы ты свое лицо, братан. Это было что-то с чем-то.       — Ха-ха, очень смешно, Йоко, — парень показал ей фак. — Хер я тебя больше прокачу, как ты просишь.       — Ну, Кеееееент. Так не честно! Это все Див, я бы никогда не тыкнула тебе в жопу, поверь!       В другой стороне комнаты Энид пыталась разбудить Аякса. Она заметила, что его подушка была мокрой. На секунду девушка задумалась: «Он плакал или пускал слюни?» Впрочем, ей было не так уж и важно. Энид стащила из-под него подушку с одеялом и парень сразу же проснулся.       — Вставай, у нас экскурсия, я не хочу опоздать.       Лучше бы Уэнсдей сюда не заходила и ничего не видела. В уборной пахло блевотиной, часть ее была на полу возле унитаза, а все остальное внутри него, а сам Ксавье спал прямо в ванной, свернувшись калачиком, куда он абсолютно не входил.       — Мерзость, — она слегка пнула его ногой, но он не проснулся. — Ну сам напросился.       Уэнсдей быстро повернула ручку на максимально холодную температуру и направила насадку душа прямо на Ксавье. Она сделала шаг назад, подавляя легкий язвительный смешок. Когда ледяная вода достигла его тела, глаза Ксавье распахнулись, и он вскочил, бесконтрольно дергаясь в маленькой ванне. Он оглянулся вокруг, растерянный и промокший насквозь.       — Какого хуя?! — взгляд парня сузился, когда он понял, кто виноват. — Ты совсем больная?       — Сочту это за комплимент, — лишь Энид смогла бы заметить, как ее глаза озорно сверкали в этот момент. — Собирайся.       — Что? — Ксавье все еще мокрый пытался подавить раздражение, но ему это не удалось. Он встал, вода капала с его одежды на кафельный пол. — Куда?       — У нас запланирована экскурсия с пингвинами на час дня.

***

      Когда девушки собирались, Энид заметила что-то странное в поведении Уэнсдей. Она как будто избегала ее? Но почему? Вчера она сделала что-то не так или сказала что-то не то? Синклер не знала, но она должна была выяснить в чем дело.       — Уэнсдей, все в порядке? — закрыв аккуратно свою пудру, она посмотрела на свое отражение в зеркале, затем перевела взгляд на свою подругу, ожидая ответа.       Аддамс не могла не думать о тех словах Энид этой ночью. Они прочно засели у нее в голове. Теперь, когда она знала о ее чувствах, она не знала, что делать со своими. Девушка зависла, бездумно сидя на кровати, как робот, заплетая свои косы, даже не обращая внимания, что к ней обратились.       — Уэнсдей? — Энид повернулась к ней лицом. — Ало?       — М? — она подняла взгляд с пола.       — Я спросила, — блондинка попыталась сесть рядом с Уэнсдей, но та резко отодвинулась от нее. — У тебя все в порядке? Ты какая-то… странная? Ну не в том смысле, что странная-странная, а странная по-другому, понимаешь?       — Все нормально, — резко встав с кровати, она направилась к выходу. — Быстрее, я не хочу опоздать.

***

      После того, как все члены тайного общества «Белладонны» наконец собрались, они отправились на поздний завтрак. Ближе к назначенному времени у выхода из отеля они встретили очень довольную Бьянку. Дивина, Йоко и Энид развернули ее в нужную им сторону и тут же принялись расспрашивать о свидании.       Уэнсдей плелась позади всех с Вещью на плече.       — Как все прошло? — Йоко дергала Бьянку за плечо. — Я голову сломала, пока вспоминала, где ты.       — Ну… — сирена улыбнулась, — он был очень галантным, обворожительным и очень милым. У него есть далматинец по кличке Боуи, в честь Девида Боуи, конечно, потому что у пса левый глаз карий, а правый — голубой.       — Покажи его фотку! — кричала с другой стороны Бьянки Энид. — Только Йоко помнит, как он выглядит!       — Все, что я помню с прошлой ночи, это то, что он красавчик, — присоединилась к обсуждению Дивина.       Дальше все, что было слышно от впереди идущих девушек, это визги и крики. Они уже спускались по лестнице, когда Вещь вдруг решил спросить о том, почему Уэнсдей избегает Энид.       «Почему ты ее избегаешь? Вчера что-то произошло?» — спросил Вещь.       Уэнсдей задумалась, стоит ли ей вообще отвечать на этот вопрос. Хотя с другой стороны, кому он может рассказать. А если попытается, то тут же лишится пары фаланг.       — Она призналась мне в чувствах, — она замолчала на секунду. — Во сне…       «Не волнуйся, — он постучал ей по плечу, — ей нравится твоя попка и модные косы. Я знаю. Я читал ее дневник».       — Ей нравится моя попка? — она резко остановилась и в недоумении посмотрела на свою пятую точку, как вдруг ее позвали.       — Уэнсдей! — крикнула Бьянка, стоя в конце лестницы. — Шевели своей мрачной задницей!       — Задницей…

***

      Ребята собрались на пляже, с нетерпением ожидая долгожданного пингвиньего тура. Солнце светило прямо над ними, бросая теплый свет на песок, пока они слушали вступительную речь гида.       Когда экскурсия началась, группа последовала за гидом вдоль берега, их волнение росло с каждым шагом. Уэнсдей, известная своей любовью к фактам, не могла не поделиться своими знаниями о пингвинах с остальными. Она оживленно говорила, указывая на интересные подробности об их уникальных приспособлениях и тактике выживания.       — У пингвинов есть множество приспособлений, позволяющих выжить в суровых условиях окружающей среды, в том числе противоточный теплообмен в ногах для сохранения тепла…       — Да, да, Уэнсдей, — перебила ее Йоко, — мы поняли, что ты шаришь в пингвинах.       — Я не закончила, — она кинула на нее смертельный взгляд, — солевая железа над глазами для фильтрации излишков соли из морской воды и плотная концентрация кровеносных сосудов в ластах, чтобы уменьшить потери тепла.       Тем временем Энид, у которой утром произошел неловкий разговор с Уэнсдей, оказалась объектом ее избегания. Аддамс намеренно осталась на противоположной стороне группы, стараясь держаться на расстоянии от Энид. Напряжение между ними было ощутимым, хотя остальные этого не замечали.       Дивина с озорной искрой в глазах прошептала Йоко, замышляя игривую шутку.       — Ты принесла?       — Да.       Они вдвоем тихо ускользнули от группы, едва сдерживая смех. Вампирша, вооруженная резиновой маской пингвина, которую она принесла ради шутки, осторожно подошла к Кенту сзади.       Как только гид продолжил объяснять тонкости брачных ритуалов пингвинов, Йоко принялась действовать. Она быстро надела маску пингвина и бросилась на Кента, чмокнув его в висок. Пораженный Кент вскрикнул, его испуганный крик вызвал волну смеха у остальных.       Йоко сняла свою маску.       — Видел бы ты свое лицо, бро! — и хлопнула сирена по плечу.       Ксавье и Аякс, не в силах сдержать свой ор, согнулись пополам в приступах смеха. Даже Дивина, которая организовала розыгрыш, повисла на своем брате не в силах удержаться на ногах. Кент, потирая свое плечо от удара подруги и пытаясь восстановить самообладание, тоже не мог не рассмеяться.       Среди смеха Уэнсдей воспользовалась моментом, чтобы отвлечь внимание. Она рассказала еще пару фактов о пингвинах. Она умело избегала прямого обращения к Энид, стараясь, чтобы неловкость оставалась скрытой под их смехом и рассеянностью.       — Пингвины образуют пару на всю жизнь, — Уэнсдей случайно встретилась глазами с Энид, но не смогла их отвести. Сглотнув, она продолжила: — Еще если посмотреть документальные фильмы про пингвинов, то можно заметить, что им очень плохо в одиночестве.       — Все верно мисс, а еще… — продолжил гид, но его вновь перебили.       Энид, наблюдая за этой сценой, почувствовала смесь облегчения и разочарования. Она надеялась, что, возможно, беззаботность момента проложит путь к будущему разговору между ними. Но она не понимала, что разговор уже шел.       — Они находят друг друга среди своих собратьев по голосу и неуловимым индивидуальным признакам, — Уэнсдей хотела, чтобы Энид поняла эти самые тупые намеки в мире. — Пингвины никогда не меняют партнеров, а если кто-то из них теряет свою пару, то всю оставшуюся жизнь пингвин живет один в тоске.       Когда смех утих, группа продолжила свой тур. Гид продолжил делиться интригующими фактами, и все с жадностью впитывали информацию, наслаждаясь живописным видом на океан и случайным видом пингвина, переваливающегося по берегу.       — Они такие милые! — визжала Йоко. — Смотри, смотри!       — Да, Йоко, — Бьянка взяла ее за голову и повернула в сторону других пингвинов. — Пока ты не поймешь, что они могут запульнуть в тебя дерьмом. Смотри.       Сирена указала на гнездо, где один из пингвинов сейчас испражнялся. Чтобы стрелять как можно дальше, птицы забирались на край гнезда и стреляли по врагу своими фекалиями.       — Фу… — не понимая зачем, Йоко случайно принюхалась. — Они еще и воняют.       — Угу, — Бьянка спокойно кивнула, — они стреляют дерьмом на полтора метра. Если не хочешь вонять, близко не подходи, — Бьянка посмотрела на приближающегося к пингвинам Ксавье. — Смотри, сейчас будет зрелище.       В этот момент Ксавье уже потихоньку подходил к одному из гнезд, абсолютно не понимая, что его ждет. Он просто хотел сфотографировать их поближе. Но камни под ним оказались довольно скользкими, и он упал.       — Вот черт, — он скользнул рукой по мокрому камню, но это была вовсе не вода. — Дерьмо. Это дерьмо!       Кент и Аякс уже начали задыхаться, пока окончательно не свалились на розовый песок, когда увидели, что произошло дальше. Торп попытался встать, но снова поскользнулся, но уже на другом дерьме, а потом с соседнего камня в него прилетел еще один снаряд. Четко, прямо в лицо.       — Идиоты! Помогите мне! — он яростно кричал на своих друзей. — Блять, чуваки! Я серьезно, я нихуя не вижу!       — Знаете, — Бьянка обратилась к Йоко и Дивине, — мне его даже не жалко, — схватив их за плечи, она направилась с ними вперед. — Пошлите, девочки.

***

      Сердце Уэнсдей бешено колотилось, когда она мчалась по розовому песку, отчаянно пытаясь дистанцироваться от группы друзей, которых она оставила позади. Она знала, что они не будут ее искать, кроме одной буйной блондинки, естественно, и ей нужно было побыть наедине, чтобы собраться с мыслями. Когда она достигла пирса, ее охватило чувство спокойствия, и она остановилась, чтобы отдышаться.       Облокотившись на деревянные перила, Уэнсдей посмотрела на Красное море, мерцающее в солнечном свете. Волны разбивались о камни, отражая смятение внутри нее. Она провела весь день избегая Энид после вчерашнего.       Эти слова весь день эхом звучали в сознании Аддамс, наполняя ее сердце одновременно надеждой и страхом. Сон Энид раскрыл тайную любовь, которую они обе скрывали, и теперь она больше не могла ее игнорировать. Ей очень хотелось узнать, действительно ли она чувствовала то же самое, или это был всего лишь мимолетный сон.       Она, конечно, поверила, что все чувства подруги настоящие, после того как Вещь сообщил о том, что читал ее дневник. Но она хотела услышать это лично от ее волчонка. Не зря же она вывалила на ребят все эти тупые факты про пингвинов.       «Попка… — девушка усмехнулась и склонила голову к рукам. — Серьезно, Синклер? Попка?»       Погруженная в свои мысли Уэнсдей не заметила приближения Энид, пока не почувствовала, как чья-то рука нежно коснулась ее плеча. Не вздрогнув, она повернулась и увидела обеспокоенные глаза, изучающие ее лицо.       — Уэнс, я повсюду искала тебя, — прошептала Энид, в ее голосе чувствовалась смесь беспокойства и облегчения.       Сердце Аддамс екнуло, когда она встретилась с ней взглядом. Связь между ними была неоспорима, но страх быть отвергнутой держал ее в плену. Вдруг блондинка начнет отнекиваться или что еще похуже. В горле у нее образовался комок, из-за которого ей было трудно говорить. Она колебалась какое-то мгновение, прежде чем наконец нашла в себе смелость нарушить молчание.       — Мне нужно… мне нужно было побыть одной, — сумела произнести она, ее голос был едва громче шепота.       Синклер кивнула, ее взгляд был полон понимания.       — Я понимаю, но нам нужно поговорить, Уэнс. Обо всем, о нас.       Сердце колотилось в груди, когда она следовала за ней к ближайшей скамейке на пирсе. Они присели рядом, тяжесть невысказанных слов тяжело висела в воздухе.       — Энид, сегодня ночью ты… во сне, ты сказала, что я тебе нравлюсь, — наконец призналась Уэнсдей, ее голос дрожал от уязвимости. — Я больше не могу этого избегать. Мне пришлось противостоять своим чувствам.       Глаза Энид расширились, на ее лице отразилась смесь удивления и нерешительности.       — Что я сделала?       Вот он. Страх в этих голубых глазах. Если Уэнсдей признается, то может произойти несколько вещей: ее подруга может отрицать это, говорить, что любит ее только как друга, или у них может быть взаимная любовь. Точно так же думала и Энид.       Уэнсдей кивнула, ее взгляд смягчился, было видно, что ее глаза заблестели.       — Да, я четко слышала каждое слово. И я… я чувствую то же самое, Энид. Уже давно, — она издала легкий смешок. — Чертово проклятие семьи Аддамс все-таки настигло меня.       На лице Энид появилась искренняя улыбка облегчения.       — О, Уэнс, мне очень хотелось услышать от тебя эти слова, — слезы потекли по щекам Энид, когда она потянулась к руке Уэнсдей, переплетая их пальцы. — Я думала, что ты отвергнешь меня. Поэтому я молчала. Я боялась.       Тяжесть в сердце Аддамс поднялась, сменившись теплом, которого она никогда раньше не знала. Тайны, которые они так крепко хранили, теперь были раскрыты. В объятиях Красного моря их глупая размолвка, произошедшая ранее днем, отошла на второй план.       — Стой, — Энид резко подскочила. — Мы… мы теперь… мы теперь вместе? Мы пара? Потому что если мы вместе, это очень круто, я очень этому рада, — девушка тараторила и не собиралась останавливаться, она выглядела, как счастливый щенок, энергично виляющий своим невидимым хвостиком. — Я так давно об этом мечтала, ты не поверишь, у меня в дневнике расписаны планы на наши свидания на год вперед, о том какие подарки тебе дарить на наши годовщины, — она начала загибать пальцы, — на первую неделю, на две недели, на месяц, на два месяца, три, на полгода…       Уэнсдей схватила ее за руки.       — Тише, тише, mio sole. Расслабься, все хорошо, — она посмотрела на их руки и улыбнулась, кладя их на свои колени. — Будем действовать постепенно, нам не нужно торопиться. Дай мне привыкнуть ко всему этому.       Энид посмотрела в карие глаза своим щенячьим взглядом, глубоко вздохнула и расслабилась.       — Хорошо, mia nuvola.       — Что? — глаза Аддамс расширились. — Откуда ты…       — Расслабься, я до сих пор не понимаю, что ты мне говоришь на родном языке Макиавелли, — она закатила глаза, процитировав слова Уэнсдей, — я просто гуглила пару слов для себя, — после чего она подмигнула.       — Ты гуглила мои слова? — глаза Аддамс сузились, пытаясь докопаться до правды.       — Только то, что смогла запомнить, — девушка рассмеялась. — Мне нравится, что ты называешь меня волчонком, это довольно мило.       — Вовсе нет!       — А вот и да, — Энид вскочила со скамьи и выкрикнула: — Anima mia!       — Прекрати, Синклер! — от таких слов Аддамс слегка покраснела, чего не могла не заметить Энид.       — Amore mio! — она сделала шаг назад. — Я вижу твой румянец.       — Хватит! — Уэнсдей резко встала, когда увидела, что ее волчонок готовится сбежать.       — Оrrore nella notte! — оборотень сделала шаг в сторону пляжа, готовясь к рывку.       Сделав маленький шаг навстречу, она холодно, но не враждебно произнесла:       — Синклер… — прямо сейчас эта чертова блондинка сводила ее с ума.       — Bestia nera! — увидев, как Уэнсдей ринулась к ней, Синклер сорвалась с места и побежала со всех ног, крича ей на последок: — Sono follemente innamorata di te!       Итальянские фразы с трудом давались блондинке, но она изрядно постаралась, тратя по 30 минут в день с тех пор, как она поняла, что влюблена в этот черно-белый фильтр из Инстаграма, чтобы ее произношение казалось более нормальным.

***

      Примерно пять минут назад под причалом.       — Девочки… — говорила шепотом Йоко. — Я щас расплачусь, — откуда не возьмись она достала фиолетовый платочек.       — Милая, — Дивина обхватила ее за плечи и угрожающе прошептала: — успокойся, иначе ты нас спалишь!       — Ну наконец-то, — прошептала Бьянка, доставая телефон. — Напишу в чат, обрадую Кента и Вещь.       Спустя пару секунд, когда сообщение было прочитано, где-то на участке пляжа прозвучал громкий восторженный крик сирена.       — АААААААААААААААААААААА!       Аякс покосился на своего друга.       — Ты совсем идиот, ты че орешь? Помог бы лучше!       — Потом узнаете… — о, он ждет момента этих разочарованных лиц.       — Да, чувак, — Ксавье все еще пытался смыть с себя все пингвинье дерьмо, — лучше бы загуглил, как это смыть!

***

      На танцполе царила атмосфера веселья и волнующей музыки. Яркие огни и танцующие тени создавали завораживающий эффект. В середине танцпола Энид исполняла движения с неподражаемой грацией, притягивая взгляды многих. Она была словно принцесса из сказки, сияющая красота, и ее танец был воплощением прекраснейшего искусства.       Конечно же, из толпы за ней наблюдала Уэнсдей. Девушка не танцевала, по крайней мере среди толпы. Будь они наедине, в их комнате, она бы с радостью разделила со своей девушкой этот момент. Она стояла в тени, слегка украдкой наблюдая за своей возлюбленной. Она ощущала гордость, видя, как Энид сияла на танцполе, показывая свои танцевальные таланты всему миру.       Однако, внезапно Аякс снова попытался подкатить к блондинке, пытаясь выделиться в толпе. Не обращая на это внимание, Энид продолжала танцевать, грациозно отводя его попытки. Она была полностью поглощена своим танцем и не замечала окружающих.       — Энид, ты такая ахуительная сегодня, — в такт музыке он пытался подойти ближе, но его оттолкнули. — Может мы…       — Отвали, Аякс, не видишь я танцую? — она толкнула его в плечо и продолжила танцевать.       С другого конца танцпола Уэнсдей увидела приближающегося к ней Ксавье, который все никак не мог отстать от нее, неустанно пытался привлечь ее внимание, снова подкатывая к ней. Все это внезапное внимание ее раздражало, она его не искала, и в тот момент, когда увидела, как Аякс настойчиво приближается и жмется к Энид, она почувствовала, что ее терпение иссякло.       — Уэнсдей, будешь моей девушкой? — он задал самый глупый вопрос, на который он знал ответ. — Э-э, Уэнсдей?       — Вот ничтожество, я ему всех змей поотрезаю.       Ошеломленная ситуацией Уэнсдей не могла сдерживаться больше. С храбростью, которую нашла в самый неожиданный момент, она рванула с места и побежала к Энид, чтобы прервать ее восхитительный танец. Все вокруг замерли, смотря на необычное поведение темноволосой девушкой с косичками.       — Девочки, готовьтесь, — сказал Кент своим подругам, которые сидели с ним за одним барным столом. — Сейчас что-то будет!       — Стоит ли нам оттащить Аякса? — спросила Дивина у брата.       — Думаю, он будет цел, — Йоко отпила пиво из бокала. — Она не станет убивать его посреди толпы.       — Мне интересно увидеть лицо Ксавье, — Бьянка взглянула сквозь толпу на своего бывшего парня. — О, это разочарование, оно будет прекрасным.       Словно время замерло, когда Уэнсдей достигла Энид и решительно прижала губы к ее губам. Миг, полный страсти и исполненный смелости, взорвался на танцполе. Звуки музыки и голосов замерли, сосредоточившись на этой нежной и открытой демонстрации любви.       Аддамс счастливо и горячо целовала свою возлюбленную, их сердца бились в унисон, сливаясь в одно целое. Никто из девушек не замечал окружающих, люди были ошарашены таким поведением Аддамс. Это был момент их личной свободы и искренней страсти.       — Ахуеть… — до Ксавье наконец дошло, в чем была проблема. Он заплакал, когда понял, что бегал за Уэнсдей впустую. Ему не просто отказали, ему отказали самым жестоким способом из возможных. Предмет его обожания оказался нетрадиционной сексуальной ориентации. С красным лицом полных слез он убежал прочь с этой пляжной вечеринки.       Со стола квартета послышались восторженные крики и свист. Они ждали этого момента так долго, теперь с их плеч упал этот тяжкий груз тайных купидонов.       — Лицо Торпа было превосходном, столько слез, прекрасно, — она улыбнулась и поддержала кричащую толпу друзей.       — Йоко, ты должна мне двадцатку, — Кент протянул руку перед ней. — Я же сказал, что Уэнс будет первой.       — Тебе просто повезло, ты точно не знал! — она достала из кармана бумажник и протянула ему купюру. — Я надеялась на волчьи штучки!       Дивина протянула свою руку тоже.       — И мне, ты думала они поцелуются на причале, а я сказала, что еще рано, — сирена чмокнула свою девушку в щеку, после того как получила свой выигрыш.       Аякс стоял ближе всех к этому зрелищу, он потерял дар речи, он не знал, как реагировать на это. Его так же постыдно отшили, как и его патлатого друга. Все, что он смог сделать, это отойти к барной стойке и заказать самый крепкий напиток из всех, что там был.       В конце концов музыка возобновилась, и толпа взорвалась аплодисментами. Придя в себя после неожиданного шоу-бомбы, многие выражали свое восхищение и одобрение, видя такое проявление внезапной любви.       Энид и Уэнсдей остались в объятиях друг друга. Они смотрели друг на друга, улыбаясь, чувствуя себя победительницами.       — Вау, — Энид наконец-то вздохнула полной грудью после долгого поцелуя. — Это было…       — Потрясающе? Великолепно? Бесподобно?       — Да… — она широко улыбнулась и прижала Уэнсдей еще ближе. — Можно еще раз?       — Конечно, mi amor, — на ее щеках появились ямочки, которые могла видеть только Энид. Ибо все вокруг снова забыли про их существование, активно двигаясь на танцполе вокруг них.