Practiced Stitches

Красные двери клиники Усамидори имеют больше символизма, чем известно широкой публике. Клиники существуют всего пару лет, но, похоже, предполагаемые клиенты сразу поняли, на что следует обратить внимание. Долгое время двери, выкрашенные в красный цвет, означали нелегальную клинику, созданную для беспричудных людей, но об этом мало кто знал. Никто точно не знает, почему Усамидори начал заменять эти клиники почти два года назад, в конце концов, никто не знает, кто вообще занимает высокие посты в службе поддержки «Усамидори». Но два года назад Усамидори начала скупать и строить маленькие клиники с красными дверями, нанимая почти совсем беспричудный персонал, который появлялся словно из ниоткуда. Особенность клиник Усамидори заключалась в том, что они помогали всем, кто в этом нуждался, и нельзя было отказать без причуд или людям с нежелательными или злодейскими причудами, в конце концов, это касалось почти всех сотрудников. Айзава Шота был одним из немногих, кто знал или хотя бы подозревал правду о клиниках Усамидори. Он также был одним из единственных причудливых людей, который почти постоянно посещал некоторые из старых клиник «Красная дверь», прежде чем он мог положиться на клиники Усамидори, когда гражданскому лицу без причуд требовалась помощь. В последнее время ему не приходилось лично отвозить многих граждан в клинику — Усамидори позаботился о том, чтобы их правила в отношении беспричудных были известны и соблюдались. Людям больше не требовалось, чтобы усталый герой-подпольщик рассказывал им о том, что есть клиники, безопасные для них, и Усамидори, похоже, заключил соглашение с местными больницами, поскольку теперь машины скорой помощи действительно забирали беспричудных граждан. Конечно, всегда были исключения, моменты, когда кому-то срочно требовался врач, а ждать скорую было бы слишком долго. Это был один из таких моментов. Спасенная им девочка вряд ли долго протянет, пока приедет «скорая», учитывая, сколько крови она потеряла еще до его приезда, а то, как злодей шипел «Маленькое отродье для промывания мозгов», говорило о том, что клиника Усамидори — лучший вариант для нее. Кроме того, клиника Усамидори была ближе, чем больница, и он верил, что там о ней позаботятся лучше. Изуку уже много лет работал волонтером в клинике «Красная дверь», расположенной рядом с его домом. Это началось, когда ему было шесть лет и его отказались принять в обычной больнице со сломанной рукой, потому что там, видимо, не знали, как обращаться с беспричудными пациентами. Даже в шесть лет он был уверен, что это полная чушь: со сломанной рукой сегодня поступают так же, как и до появления причуд, и если врачи могут научиться лечить человека с головой акулы, они могут научиться лечить и человека без причуд. К счастью, кто-то из тех, кто видел, знал о клиниках «Красная дверь» и шепнул паникующему отцу Изуку, где находится ближайшая из них. Изуку захотел отплатить людям, которые помогли ему, а им нужна была любая помощь. Они делали все возможное, чтобы он не занимался чем-то слишком сложным, но к двенадцати годам он удалил человеку аппендикс. Неудивительно, что, когда клиника была куплена и переоборудована компанией Усамидори, Изуку остался работать в ней. У него были все необходимые сертификаты и подготовка, и ему не составляло труда следить за тем, чтобы его рабочий день не совпадал с учебным. Это была та же самая работа, приносящая пользу обществу, только немного более легальная, и на этот раз она имела свои преимущества. Например, медицинское обслуживание и зарплата. Ему нравилось, что не надо уговаривать людей дать страховку этому беспричудному пареньку — теперь все покрывала клиника. Изуку был абсолютно уверен, что клиники покрывают подобные вещи для всех своих сотрудников. Изуку слышал, как коллеги заговорщицки перешептывались между собой, что в клинику время от времени заглядывает некий подпольный герой. Он регулярно появлялся здесь, когда клиника была еще заброшенной заправкой с дверью, выкрашенной вишнево-красным акрилом, но никогда не сталкивался с Изуку. Не повезло, но не так уж часто Изуку оказывался у входа, чтобы столкнуться с героем, привозящим невезучего гражданина. Он никак не ожидал, что таинственный герой окажется его домашним учителем, хотя, возможно, стоило бы. Что бы он ни ожидал, это точно был Сотриголова, который стоял рядом с маленькой фиолетововолосой девочкой, когда Изуку вошел в класс. Впрочем, у него не было времени беспокоиться об этом, для него важнее была девочка, которой нужен был врач. — Здравствуй, я доктор Мидория, скажи, пожалуйста, как тебя зовут? — Я, я — Камикири Атуско. Т-ты действительно собираешься меня вылечить? Н-несмотря на то, что я, я могу контролировать людей? Камикири-тян привезли с кровопотерей, ножевым ранением бедра, задевшим артерию, и неизвестным веществом, введенным в плечо. Медбрат, который наложил швы на бедро и организовал переливание, пополняющее запасы крови, был новичком — молодой беспричудный парень с розовыми волосами цвета жевательной резинки, с которым Изуку еще не успел как следует познакомиться. — Конечно, я помогу тебе, Камикири-тян, это же моя работа. Милый человек, который залатал вам бедро, сейчас берет у вас кровь на анализ, чтобы мы могли выяснить, что сделал злодей, но вы мне очень поможете, если расскажете, что вы заметили, что изменилось с тех пор, как на вас напали. Головокружение, нечеткость зрения, что-нибудь в этом роде. Камикири-тян нахмурила брови, явно напряженно размышляя. Через некоторое время ее глаза расширились, и она издала небольшой писк. — Я не слышу Хито-нии!!! Хито-нии всегда так громко беспокоится о школе, а я его совсем не слышу! Наверное, причуда сказывается. Надеюсь, это не навсегда. — Может, попробуешь использовать свою причуду, Камикири-тян? Можешь не волноваться, что что-то пойдет не так, этот милый человек, сидящий рядом с тобой, может сделать так, чтобы квирки отключились. — Ты… хочешь, чтобы я тебя контролировал? Изуку один раз твердо кивнул, и Камикири-тян на долгий миг впилась в него глазами. — Прыгай вверх и вниз. Ее голос был тихим, но твердым, и Изуку почувствовал, что вынужден слушаться. Ему удалось удержаться от того, чтобы не последовать ее указаниям, но лишь с трудом. Ощущение ее причуд было знакомым, и у Изуку возникла идея. — Это не сработало. — Этого я и ожидал, малышка, не стоит беспокоиться. Ты упомянула Хито-ни, это случайно не Хито-ши? Камикири-тян взволнованно кивнула. — Да! Шинсо Хитоши! Мой старший брат! Нас разлучили, никому не нужен был один ребенок с промытыми мозгами, не говоря уже о двух, но я обычно слышу его с помощью своей причуды. Хито-нии сказал, что это из-за причуд наших мам, но когда я спросила, что это такое, у него был грустный вид, и я перестала спрашивать. У Шинсо была младшая сестра. Она была разлучена с ним в приемной семье. — Подождите! Ты сказал, что ты доктор Мидория и что ты можешь останавливать причуды! Ты — 토끼 и 아빠 Хито-нии! Именно благодаря вам мысли Хито-нии перестали быть мрачными, грустными и страшными!!! Спасибо!!! Одна маленькая рука обхватила талию Изуку, а другая переместилась, чтобы схватить руку Айзавы-сэнсэя. Через мгновение она отстранилась с растерянным выражением лица. — Но если ты 토끼 Хито-нии, то почему ты здесь? Я думал, ты студент-герой? И тут Изуку подумал, что сможет избежать этого замечания, сосредоточившись на ребенке. — Я бы тоже хотел получить ответ на этот вопрос. Изуку резко вздохнул, но улыбнулся, чтобы Камикири-тян поняла, что он не расстроен. — Я — студент-герой Камикири-тян, но я еще и врач. Я начал работать волонтером в медицинском центре, когда мне было примерно столько же лет, сколько тебе, после того как один очень хороший врач помог мне, когда я был на твоем месте. Я всегда хотел быть героем, но это не всегда означает, что нужно бить злодеев. Иногда это значит помогать очаровательным маленьким девочкам понять, как заставить их причуды снова работать. — А теперь, не говоря уже об этом, у меня хорошие новости! Твоя причуда сработала не полностью, но я почувствовал, что она пытается сработать. Это значит, что у тебя все еще есть причуда, просто она ослаблена, а значит, скорее всего, вернется сама собой. Я все еще хочу подождать, пока мы точно не узнаем, что находится в вашем организме, поэтому я попрошу вас подождать здесь с Айзавой-саном, хорошо? Хотите, я тоже свяжусь с Хитоши-куном? Глаза Камикири-тян расширились от удивления, и она горячо кивнула, явно взволнованная возможностью связаться с братом. Изуку улыбнулся ей и кивнул Айзаве-сенсею, после чего вышел из комнаты и быстро направился в комнату ожидания для сотрудников. Он позвонил с меньшей нерешительностью, чем обычно. Нет времени на бессмысленные волнения, когда его ждет маленькая девочка. — Алло, это Шинсо Хитоши? — Мидория? Почему ты звонишь с другого номера? Что происходит? — П-привет, Шинсо-кун, я доктор Мидория Изуку из Усамидори, я звоню по поводу Ацуко Камикири. Мы не смогли найти опекунов в ее записях, только Ямада Таро с фальшивым номером и адресом, поэтому нам нужно, чтобы ты пришел за ней как ее ближайший родственник. — С каких это пор ты врач? Подожди, Акко-тян у тебя? Наша социальный работник сказал, что она… блять! Ладно, ладно, я приду, а в какой клинике ты работаешь? — Скорая помощь Усамидори Мусутафу. Скажите Уэхаре-сан, как тебя зовут и что ты пришел за сестрой. Она знает, что никого больше не пускать. Я объясню подробнее, когда ты будешь здесь, обещаю. Изуку отпустил трубку и задумался о том, как же ему справиться с этим. Это не было его самым большим секретом, но объяснить будет трудно. — Говорил же я тебе, Изу, что друзья рано или поздно тебя поймают на этом. — Н-нацу?! Ты н-не должен был приходить се-сегодня? — Профессор заболел, поэтому занятий сегодня не было, я написал тебе, что приду вчера вечером. Поторопись вернуться к своему пациенту, пока твой домашний учитель не устроил тебе задержание за все те истории, которые все так хотят ему рассказать. — О Незу, Айзава-сенсей не должен знать, что я проводил операцию! Пока, Нацу! Изуку побежал, точнее, пошел, обратно в комнату Камикири-тян, а Нацуо смеялся над ним. Не успел он добежать до конца, как его остановил медтехник, проводивший анализ крови Камикири-тян. — Результаты такие, как вы и ожидали, доктор Мидория. Сыворотка для стирания причуд, полученная от той группы якудза, разбавлена обычным препаратом для подавления причуд и физраствором. Также есть признаки того, что за последние несколько лет она принимала много безрецептурных препаратов для подавления причуд, это неудивительно, учитывая ее причуды, но все равно неприятно, что кто-то мог так с ней поступить. Подавители должны полностью выйти из ее организма к завтрашнему дню, но, как мы знаем, сыворотка не очень хорошо взаимодействует с обезболивающими препаратами, которые продаются без рецепта, так что обязательно пропишите что-нибудь. — Конечно, Тацу-сан, спасибо, что так быстро сделали анализы. — Ей нужно было сдать анализы, кроме того, у меня больше ничего не было, не нужно благодарить меня за то, что я делаю свою работу. Изуку забрал у Тацу-сан бумаги с результатами анализов крови Камикири-тян. В них не было ничего такого, о чем бы они не рассказали, хотя он этого и ожидал. Изуку доверял господину Тацу: тот только начал работать, когда Изуку только пришел сюда ребенком, и на данный момент был одним из старейших сотрудников, все еще работавших в этом месте. С полученными результатами Изуку вернулся в комнату Камикири-тян, чтобы рассказать ей и Айзаве-сенсею о том, что он узнал и кого они ждут. — У меня хорошие новости, Камикири-тян! Судя по анализу крови, сыворотка уже в основном выведена из организма! Это значит, что ты можешь не беспокоиться о том, что твоя причуда не будет работать еще долго. Если к завтрашнему дню ты все еще не сможешь ее использовать, я хочу, чтобы ты вернулась сюда, и мы посмотрим, что случилось, хорошо? Мне нужно поговорить с Айзавой-сан, ты хочешь, чтобы я поговорил с ним на улице сейчас или подождать, пока твой старший брат не придет? — Ворчун в беде из-за того, что помог мне? — Вовсе нет, милая, мне просто нужно поговорить с ним о некоторых геройских вещах, суперсекретных, иначе я бы и тебе рассказал. Ты хочешь подождать Хитоши-куна, или мне поговорить с Айзавой-саном сейчас? — Ты можешь поговорить с ним сейчас, геройские дела очень важны, и я не против подождать одна. — Спасибо большое, Камикири-тян, мы будем за дверью, если что, зови нас, хорошо? Камикири-тян с улыбкой кивнула, и Изуку с минимальным страхом проводил Айзаву-сенсея к выходу. Ему не нравилось оставлять Камикири-тян одну, но Айзава-сенсей должен был знать, что злодей каким-то образом завладел сывороткой Хассайкай. — Значит, ты теперь врач, Мидория? — Об этом мы можем поговорить позже, Айзава-сенсей. Когда Тацу-сан проводила анализ крови Камикири-тян, я попросил ее посмотреть на сыворотку Хассайкай. То, что ее причуда все еще немного работала, напомнило мне, как Тамаки-сенпай описывал, когда его ударили. Мои подозрения оказались верными. Ей ввели разбавленную версию сыворотки Хассайкай для временного стирания квирков, дополненную легальными препаратами для подавления квирков. Я очень сомневаюсь, что какой-то случайный бандит сумел достать это вещество самостоятельно, а значит, кто-то его распространяет. Мы должны сообщить об этом в агентство Ночноглаза и господину Цукаучи. — Черт, ладно, да, я позвоню Сороконожке и Цукаучи. — Спасибо, Айзава-сенсей. Я расскажу вам обо всём, работая в дневную и ночную смену в клинике по борьбе с дискриминацией в школе, Шинсо тоже захочет получить объяснения. Шинсо добирался до клиники быстро, но Камикири-тян потребовалось несколько минут, чтобы успокоиться от волнения, вызванного появлением рядом Хито-нии. — Итак, кто-нибудь может мне объяснить, почему моя младшая сестра находится в больнице, которая ближе всего к больнице для таких, как мы? Шинсо не выглядел счастливым. Изуку не мог его винить, он бы тоже расстроился, если бы ему сказали, что Эри-тян или Каччан попали в больницу. — Айзава-сан привёз Камикири-тян около часа назад, она стала жертвой нападения злодея. Ей ввели сыворотку для подавления причуд, и она получила рваную рану на бедре. Действие сыворотки должно закончиться завтра, но она плохо взаимодействует с безрецептурными обезболивающими препаратами, поэтому мне нужно, чтобы вы проследили, чтобы она приняла обезболивающее, которое я ей пропишу. — Мне очень жаль, Мидория, но я не могу быть уверен, что она будет в безопасности со мной. Наш работник сказал мне, что она умерла после нашего последнего совместного пребывания. Я не могу доверить ей безопасность в учреждении, созданном нашим работником. Айзава-сенсей заговорил прежде, чем Изуку успел что-либо сказать. — Шинсо, ты в безопасности в своем нынешнем месте? Считаешь ли ты Камикири-тян безопасной, если с ней будут обращаться так же, как и с тобой? — Нет, Айзава-сенсей. Но с моей причудой у меня не так уж много вариантов. Если это распределение не сработает, я, вероятно, исчезну. — Тогда вы двое пойдете со мной домой. У меня есть разрешение на срочную опеку, и я уверен, что Эри будет в восторге от того, что в доме появится еще одна девочка. Вы не в безопасности в вашем нынешнем положении, и я был бы плохим героем, если бы оставил вас в небезопасной ситуации. Так Айзава-сенсей вошел в клинику с одной фиолетововолосой гражданкой, а вышел с двумя фиолетововолосыми приемными детьми. Теперь Изуку оставалось только придумать, как объяснить, почему он поступил в высшую школу, когда у него уже есть докторская степень.