Давай станем настоящей семьей

Стало только хуже. Абсолютная несправедливость! Наруто со слезами на глазах отодвинул от себя тарелку невероятного, горячего, только что приготовленного специально для него владельцем Ичираку рамена. От блюда исходил густой, будоражащий аромат, от которого в любое другое время рот бы наполнился слюной. Сейчас взбунтовавшийся организм воспринимал его как нечто отвратительное. Наруто тошнило, и весь скудный обед стремился выйти наружу. Ужасно. Он извинился и поднялся со стула, тоскливо взглянув на огромную дымящуюся тарелку, и, закрыв рот и нос рукой, вылетел из Ичираку на свежий воздух. - Это несправедливо! Этого не могло произойти! Я не согласен! Не хочу! Хотелось топать ногами и биться в истерике. Он и так был лишен слишком многого, так теперь еще и рамен в списке блюд, которые вызывают тошноту! Беременный всего два месяца, а уже платит за это слишком дорогую цену. Раменом! По утрам и вечерам мутит, он не может есть ничего кроме вонючего овощного салата или риса, мышцы ноют, а Карин-чан говорит, что это абсолютно нормально, и многие беременные сталкиваются с точно такими же трудностями в самом начале. - Когда пройдет твой токсикоз, мы придем еще раз и съешь столько рамена, сколько захочешь. – Саске вышел из Ичираку, заплатив растерянному хозяину за несостоявшийся ужин и встал рядом. Наруто это объяснение совсем не устраивало, он хотел рамен сейчас, в эту самую секунду! - А если не пройдет? – выпячивает он губы, чувствуя, будто весь мир восстал против него. - Карин сказала, что пройдет. Он бывает только на ранних стадиях. Еще пару недель. - Пару недель без рамена. – Наруто шмыгнул носом. Действительность к нему слишком жестока, он и так чувствует себя максимально ужасно: постоянно хочется спать, усталость приходит гораздо быстрее и высиживать в резиденции, занимаясь делами больше восьми часов, сильно утомляет, болит и кружится голова. Карин-чан сказала, что ничего из этого не превышает норму, выписала целую кучу витаминов и запретила тренироваться вообще до тех пор, пока не пройдет первый триместр. И когда он вообще кончится и что это такое, Наруто так и не понял. - Не так уж долго. - Тебе легко говорить, теме, не тебя же тошнит от всего вокруг. – обиженно надулся Наруто. - Я приготовлю салат. Купим клубники и моти. - Саске положил ладонь ему на шею чуть ниже линии роста волос, поглаживая кожу. Нехитрая ласка немного успокоила, и мир перестал казаться таким враждебным, Наруто выдохнул и хитро сощурился. - И данго. - И данго. – согласно кивнул Саске. Настроение пошло в гору, Наруто представил вкус сладких рисовых шариков, и рот сразу наполнился слюной. Кажется, если он каждый день будет их есть, то потерю рамена можно будет как-то пережить. *** Бой предстоял нешуточный. Наруто нахмурился, оценивая обстановку. Место маловато, особо не разгонишься, создавать рассенган нельзя, повреждений будет слишком много, и есть риск повредить цель. Он сложил печати и создал пять клонов, которые вместе с ним взяли Саске в клешни. Тот стрельнул в него еще более суровым взглядом, но пакет с данго так и остался в его крепко сжатых пальцах. - Не усложняй, теме. Просто отдай мне их. - Нет. – лед в голосе Саске пробирал до костей. – ты ешь их слишком много. Карин сказала, что анализы не очень хорошие. Данго и моти под запретом. - Ты не можешь отобрать у меня последнюю радость в жизни. – клоны сделали крохотный шаг вперед, приготовившись к атаке. - Не преувеличивай. – Саске сощурился, активировал шаринган в правом глазу, сосредоточившись на Наруто перед собой. – И не забывай, что физические нагрузки все еще также под запретом. - А я и не напрягаюсь! Клоны ринулись в атаку одновременно. Крича, они тянулись за заветной целью и заслонили собой Саске. Некоторое время Наруто видел только, как они дергали и тянули на себя один несчастный бумажный пакет, пока наконец кто-то один не сжал его в руках так сильно, что он лопнул, издав глухой хлопок. Пакет был абсолютно пуст. Клоны разбежались в стороны, и стало ясно, что Саске в этой толчее нет. Он стоял прямо за спиной Наруто, поменявшись местами со стулом. В один момент все было кончено: Саске одной рукой обнял Наруто за пояс, сделав второй выпад вместе с обнаженным кусанаги, выпустил из лезвия чидори, распотрошив сразу всех пятерых клонов. - Я все равно победил! - вскричал Наруто и, вырвавшись из объятий, понесся в сторону спальни, прижимая к груди желанный десерт. Саске нагнал его у кровати, повалил на матрас, оседлав и прижав ноги друг к другу. - Отдавай. – протянул он руку. Расставаться с пакетом отчаянно не хотелось, казалось, будто эти рисовые шарики действительно единственное, что осталось у него хорошего. Есть глупые овощи, пустой рис и пить безвкусную воду достало! Данго его единственная отдушина, единственный светлый лучик в мире мрака, и Наруто ни за что не расстанется с ними добровольно. Саске, очевидно, не было его жалко, он продолжал безразлично тянуть руку и требовать отдать сладости. - Нет. - Наруто обиженно сжал данго еще крепче. - Мы не будем драться из-за этого. Отдай пакет. Это не обсуждается. – Саске смотрел строго, гипнотизируя взглядом, и это действительно не обсуждалось. Наруто глубоко вздохнул, почти всхлипнул, чувствуя, как рвет душу и оторвал пакет от груди, протягивая еду. Саске принял его спокойно, не дергал и дождался, когда пальцы расцепятся сами, а затем кинул данго на тумбочку. За время, пока Наруто стискивал его в руках, все лакомство наверняка превратилось в несъедобное месиво, и дорога ему была только одна – в мусорку. Саске освободил его ноги, и лег рядом, хотел обнять, но Наруто отвернулся. Обида глодала изнутри. Пусть он знал, что все ради его же блага, и Карин-чан безусловно права, и Саске никогда бы не стал давить на него, если бы все было в порядке, но от этого не становилось легче. Он все еще хотел данго, все еще бесился из-за того, что его рацион с каждым днем все больше похож на обед больного, которому удалили все зубы. Постоянно хотелось спать, даже сейчас, потратив совсем немного чакры на глупую перепалку, он уже устал, и чувствовал будто весь день тренировал сложнейшую технику на горе Мьёбоку с дедулей. А ведь это только начало. - Карин говорила, что скоро будет легче. Ты отлично справляешься. – Саске не делал попыток коснуться, и к обиде добавилась еще и вина. Он, как дурак, сорвался, когда Саске и правда делал все, чтобы ему угодить. Кажется, он никогда еще не был таким внимательным. Они живут вместе чуть больше трех месяцев, и он делал всё: готовил, убирал и торчал с ним в резиденции, помогал с работой, взял на себя огромную часть задач, которые постоянно устающий и сонный Наруто просто не в состоянии был осилить. И ни разу не пожаловался и ни разу не сказал, что Наруто ведёт себя как-то не так, выдерживая все его капризы и надуманные обиды. - Просто я устал. – Наруто перевернулся на другой бок, встретившись с внимательным взглядом. - Знаю. И мы пойдем есть рамен сразу, как тебе станет лучше. - Обещаешь? – шепотом спросил Наруто, и Саске кивнул. Все-таки жизнь не так уж и несправедлива. Горькое чувство в груди отпустило, Наруто улыбнулся и потянулся за поцелуем. *** - Уже бьется сердце. И формируется ядро чакры. – Карин-чан выглядела до ужаса взволнованной, замерев над его животом, и Наруто удивленно посмотрел туда же. Он все еще был плоский, почти не изменившийся, и поверить в то, что там может быть живое существо, у которого есть сердце, было совершенно невозможно. - Попробуй сам. – Карин прервала технику, взяла его ладонь и положила на живот, чуть ниже пупка. – Сосредоточь чакру и попробуй почувствовать, ты же умеешь. Сглотнув, Наруто последовал указаниям, закрыл глаза и сосредоточил чакру в ладони, пытаясь уловить чужое присутствие, как делал обычно. Сначала ничего, кроме пустоты, поймать не удавалось, Наруто спустил ладонь еще немного ниже, и по руке будто сквозь толщу воды долетел отголосок звука. Один, второй, пока, наконец, он отчетливо не услышал размеренный стук чужого, пока еще крохотного, сердца. Ничего более удивительного он никогда не ощущал за всю свою жизнь. Наруто открыл глаза, потрясенно глядя на нежно улыбающуюся Карин-чан, а затем перевел взгляд на Саске. Он хотел сказать ему, как счастлив, как рад в этот момент, но растерял все слова и только смотрел, не в состоянии передать всю бурю эмоций, которая захлестнула его большой, теплой волной. - Х-хочешь услышать? – голос отчего-то не слушался, и Наруто шептал, боясь спугнуть момент. Саске медленно приблизился, как будто и сам был немного не в себе, накрыл своей ладонью руку Наруто. Он снова сосредоточился, проделав второй раз тот же самый трюк, слушая и запоминая биение сердца внутри себя, стараясь мысленно передать то, что слышит и чувствует. Взгляд, которым Саске посмотрел на него, когда тоже услышал, был достаточно красноречив, в нем было так много: удивление и радость от пережитого, а еще столько любви и нежности, что Наруто оставалось только улыбаться, не зная, куда деться от смущения. Только Саске умел одним взглядом выражать так много. - Что ж… - прервала их Карин-чан. – Плод развивается правильно и в срок, но учитывая то, что твой организм никогда не был предназначен для вынашивания ребенка, нам придется восполнять некоторые вещества искусственно. – она достала целую кучу баночек с разными таблетками и капсулами, сопровождая демонстрацию каждой внушительными инструкциями, от одного вида которых Наруто захотелось спать. Он совершенно ничего не понимал, и почти не слушал, предоставив Саске с этим разобраться. - Какие побочные эффекты? – услышал краем уха Наруто и с трудом разомкнул веки, пытаясь прислушаться к важному разговору. - Это гормональные средства. Вероятно, они будут достаточно сильно влиять на настроение, пока организм привыкает и перестраивается. Женский организм производит всё сам, но Наруто мужчина, таблетки необходимы. Придется потерпеть. - Только настроение? – в голосе Саске было слишком много сомнений, и Наруто сел на кушетке, цепким взглядом всматриваясь в помрачневшее лицо Карин. - Конечно же, нет. Они будут менять его тело… - она поправила очки, взглянула на свои руки. – Но по-другому никак, плод просто не выживет. К тому же, чакра Кьюби очень сильно помогает, и я думаю, девятихвостый сможет контролировать баланс гормонов, оставив только то, что нужно для развития среды и плода, а излишки выведет из организма. - У меня ведь все равно нет выбора, - легко пожав плечами, Наруто выхватил пакет с банками из рук Карин-чан и, бросив на Саске взгляд, говоривший, что отступать он не намерен, пошел к выходу. *** Токсикоз, наконец, прошел. Карин-чан сняла ограничение на тренировки и даже на секс, выписала целую кучу разных лекарств и витаминов в добавок к тем, что уже были, и снова напомнила о правильном питании. Невозможная женщина. Но даже ей не удастся испортить ему настроение сегодня, потому что он будет есть рамен и наслаждаться жизнью! Ничто и никто не сможет его этого лишить. - Наруто! Саске! – в кабинет хокаге, который уже битый час только и делал, что смотрел на настенные часы и ждал времени, когда можно официально свалить и отправиться на ужин, влетел Шикамару, и вид его был крайне взволнованный. – Вам нужно это увидеть! – он кинул на стол две совершенно одинаковые листовки, на которых были напечатаны снимки матки и результаты недавнего сканирования, и Наруто помнил, Карин-чан собирала их для своих отчетов. Также на мятой бумажке был напечатан текст: «Хокаге сошел с ума и ставит эксперименты по вынашиванию детей в инкубаторе! И использует как инкубатор собственное тело! Он даже изъял из госпиталя важное оборудование, присвоив его и лишив жителей возможности получать качественное и своевременное лечение!» На Шикамару не было лица, он побледнел и смотрел на листовки так, будто это взрывные печати, которые вот-вот сдетонируют прямо у него в руках. - Это уже разлетелось по всей деревне. Внизу у входа в резиденцию собрались люди, и они требуют объяснений. АНБУ будут сдерживать их сколько потребуется, но нам нужно объяснить, что происходит. К тому же, в деревне сейчас около семи заказчиков из других регионов и даже стран. Если новость разлетится по континенту и дойдет до Даймё, у нас будут большие проблемы. Наруто сглотнул, чувствуя, как становится труднее дышать. Как это могло произойти? Все снимки и результаты обследований хранились в лаборатории, доступ туда имел только Саске, Наруто и Карин-чан. И ни у кого из них не было мотива творить подобное. - Саске! Наруто! – в распахнутую настежь дверь ворвалась взъерошенная Карин, крепко прижимая к груди папку, из которой в абсолютном беспорядке торчали разные бумаги. – Кто-то проник в лабораторию! Я формировала отчет, чтобы убрать его в архив и заметила, что одна из папок о ранней стадии эксперимента неправильно лежит. Я все проверила и ошибки быть не может. Два заключения лежат не в том порядке, исчез снимок матки, а еще из одного отчета пропал снимок плода, который мы делали совсем недавно. – Я абсолютно уверена, что кто-то копался в моих бумагах, потому что составляю пронумерованный список документов архива в том порядке, в котором кладу их в папки. И снимки не могли просто исчезнуть. Она замолчала и наконец обратила внимание на листовки и в ужасе ахнула, прикрыв рот рукой. - Я-я так поздно заметила. Признаков проникновения не было, утром я открывала лабораторию, все мои печати были на месте, как и все приборы и препараты. Если бы не эти несчастные документы, я бы не стала всё перепроверять и даже не заметила бы, что снимки исчезли. Но кто это мог сделать? Кому это нужно? Только у одного человека в Конохе хватило бы смелости и глупости сотворить подобное. - Сакура. – Саске поднялся, явно готовый вершить суд прямо сейчас, и Наруто резко схватил его за запястье, заставив остановиться и обратить на себя внимание. - Не надо, теме. - Мама Ино рассказала, что к некоторым листовкам прилагались выдержки из отчетов твоего лечащего врача. – Шикамару достал сигареты, явно собираясь закурить прямо тут, но вовремя заметил взгляд Саске, которым тот сверлил пачку в его руках, и тут же спрятал ее в карман. Злить взбешенного Учиху еще больше никто не хотел. – Боюсь, мы не можем просто проигнорировать. Нужно составить план действий, придумать правдоподобную историю, чтобы замять эту… - Нет. – нахмурился Наруто. – Я не хочу врать. К тому же, скоро мое положение не получится скрыть, да и сложно будет объяснить всем, откуда у нас вдруг появился новорожденный ребенок, если скрывать до последнего. Я уже думал о том, как преподнести новость, только хотел сделать это немного позже и не так… - Я поговорю с Сакурой, - Саске рванул руку из хватки Наруто. - Не делай этого. – Наруто снова перехватил его руку, переплел вместе их пальцы, заставляя клокочущего от злости Учиху обратить на себя внимание. - Ты постоянно ее выгораживаешь. Сколько ещё глупостей должна совершить эта женщина, чтобы ты наконец перестал её защищать? – в голосе его было столько едва сдерживаемой ярости, что Наруто сжал пальцы сильнее. - Я не выгораживаю и не защищаю. –внимательно посмотрел в глаза Саске Наруто, пытаясь заставить его понять свою позицию. - Просто сейчас нет смысла нападать на Сакуру-чан. Мы только озлобим её сильнее и заставим совершать ещё больше подобных поступков. Это только усугубит ситуацию. - И ты предлагаешь оставить её безнаказанной, хочешь, чтобы она поверила, что может делать всё, что угодно, и не получит за это никакого возмездия? Это только развяжет ей руки. Что если она перейдет от распространения глупых слухов к чему-то более серьезному? – слова били больнее ударов, Наруто виновато потупил взгляд. Саске во всем был прав, абсолютно прав, просто признавать это было так безумно горько. Сакура-чан была его другом, они столько пережили вместе, поддерживали друг друга в самые тяжелые времена, она находила слова, когда ему было тяжело и разделяла с ним горечь и боль. А теперь они враги, как будто всё, что было между ними, на самом деле ложь. – Хватит жить прошлым, усоротонкачи. - Он прав. – вставил Шикамару и получил ещё один предупреждающий взгляд от Саске и тут же выставил вперед ладони. – Но я все равно на стороне Наруто. У нас нет доказательств, что проникла в лабораторию и распространила все эти листовки именно Сакура. Если сейчас ты выдвинешь ей обвинения, то она получит еще один повод обвинить хокаге и весь совет в удовлетворении своих личных интересов средствами Конохи. Мы не можем так рисковать. - Согласен. – голова гудела. Думать о том, что их дружба и в самом деле закончилась, было больно. Больнее, чем Наруто себе представлял. Казалось, он уже давно смирился и принял тот факт, что их отношения с Сакурой-чан уже никогда не будут такими теплыми, как раньше. Он знал, что ссоры не избежать ещё тогда, когда решил, что с Саске они скрываться не будут, знал, что неизбежно потеряет кого-то из близких и пошел на это осознанно, впервые выбрав себя. Видимо, настало время снова делать этот выбор. Он любил Саске и уже любил ребенка, который ещё даже не сформировался в его теле окончательно. – Сейчас мы ничего не сможем предъявить Сакуре-чан, нам остается только ждать, что она предпримет. - Я могу с ней поговорить. – звенящая в голосе Саске сталь, указывала, что одним разговором дело не ограничится. - Она никогда тебя не слушала. Ты не будешь этого делать. – всё ещё не отпуская его руки, сказал Наруто. – Сакура-чан поступила гадко, это несомненно. Но пока что это не навредило ни тебе, ни мне, ни ребенку. - Ты собираешься ждать до тех пор, пока что-то не случится? - Я уверен, она не будет делать ничего опасного. – Наруто сжал кулак, сам не веря в то, что говорит. Если Сакура-чан пошла на то, чтобы распространять гадости о нём, то сколько пройдет времени, прежде чем она решит переступить черту? – И, если что-то подобное случится, я буду первым, кто выступит за её наказание. Я не собираюсь рисковать здоровьем ещё не родившегося ребенка даже ради Сакуры-чан. - Она этого не стоит, добе. Она не стоит ни твоих переживаний, ни тебя самого. - Саске наконец расслабился, хоть и не выглядел убежденным. - Ты так говоришь, просто потому что я твой парень. – Наруто облегченно выдохнул и отпустил его руку, откинувшись на спинку стула. - Проверь все препараты в лаборатории, которые должен будет принимать Наруто. Нужно исключить любую возможность. – Саске переключился на другие важные проблемы, начав сходу раздавать поручения. Карин-чан кивнула и унеслась к себе, клятвенно пообещав, что наложит самые сложные печати на дверь. Саске распорядился о трех бойцах АНБУ, которые теперь должны караулить вход в лабораторию, и видеонаблюдении внутри и снаружи. - Мы все еще не решили, что будем делать с общественным мнением, - напомнил Шикамару о существующей проблеме. - Ничего, - легко отмахнулся Наруто. – Я просто скажу всем правду. Не собираюсь делать из этого тайну. Мы с Саске живем вместе, все знают, что мы пара, и разве не естественно, что мы, как и остальные, хотим завести детей? - Уверен? - Теме, ты хочешь что-то сделать со слухами? – если Саске захочет, он, конечно, примет меры, но тот едва заметно качает головой. Ему все равно, и другого ответа Наруто не нужно. – Так что, да, уверен. Шикамару смотрит на них с тем своим выражением лица, которое говорит, что он считает их самоуверенными идиотами, но раз они действительно считают, что ничего страшного не произошло, то не ему вмешиваться. - Я собираюсь выступить перед людьми и пойти есть рамен. Наруто уверенно поднялся из мягкого кресла, хлопнув ладонями по столу и смахнув с него ровную стопку бумаг, и Шикамару прожег его недовольным взглядом, видимо, представляя сколько времени у него займет собрать все это воедино и в правильном порядке. Хокаге в ответ виновато хмыкнул и, стянув со спинки свой плащ, метнулся к выходу. Он слишком долго был вынужден отказываться от одного из главных удовольствий в своей жизни, и ничто не могло его остановить. На Коноху уже спустился вечер. Небо темнело и дома, и крыши окрасились в рыжий последними вспышками солнечного света. Наруто стоял у выхода из резиденции и смотрел, как за забором толпились люди, размахивая листовками и требуя объяснить, что происходит. Пальцы затряслись нервной дрожью, он сцепил их вместе, надеясь немного успокоиться. Он занимает должность хокаге уже несколько лет, люди любят его, он бесчисленное множество раз обращался к ним, даже когда не руководил целой деревней. И все же в горле стоял ком, когда он шагал туда. Он должен был выступить, как делал всегда. Вот только до этого он никогда не просил чего-то лично для себя. До этого было много испытаний, была война, он пытался поднять их боевой дух, вселить уверенность в победе, он обращался к ним позже, как герой и как хокаге, обещая, что будет трудиться на общее благо, сделает Коноху лучше. И ни разу он не пытался оправдаться. Он подошел ближе. Из пестрой мешанины тел стали проглядывать отдельные фигуры. Здесь были гражданские и даже шиноби. Многих из них Наруто знал лично, многие из них не верили в него до самого окончания войны, многие из них раньше считали его монстром, выгоняли из магазинов и запрещали своим детям играть с ним, не замечали, будто его и вовсе не существует. Будь он ребенком, он бы вытворил какую-нибудь глупость, что-то такое, чтобы все они кричали и гнались за ним по улице. Вот только ему больше не десять, он не глупый мальчишка-сирота и не может решить все проблемы, размалевав красками собственное лицо, высеченное на Кургане Хокаге. Саске и Шикамару стояли за его спиной двумя молчаливыми тенями, и это обнадеживало. Он действительно больше не маленький одинокий мальчик, у которого нет ни одного человека, на которого он мог опереться, к кому мог прибежать в слезах и пожаловаться на несправедливость. У него есть друзья и любимый человек. Даже если граждане не поймут и не поддержат его, он больше не останется один на один с одиночеством и их ненавистью, он сможет справиться. Наруто вздохнул. Страх отступил, он лучезарно улыбнулся и сделал ещё один шаг вперед. *** Проникновенная речь произвела нужный эффект и ближайшую неделю Наруто вместе с Саске принимали посетителей и представителей кланов, стремившихся как можно скорее засвидетельствовать свое почтение, пожелать паре и их будущему ребенку долголетия и процветания, а также уверить хокаге в том, что они все еще верят в него и его политику. Жизнь наладилась. Живот становился больше, стремительно рос, раздувался, как шарик, и жить как раньше уже не получалось. Сложно было привыкнуть к тому, что спать можно только на боку, а не на животе, развалившись в позе звезды, что есть сразу по четыре тарелки рамена – не самая лучшая идея, если не хочешь весь день страдать от изжоги, и что тренировки необходимо упростить. Слишком за многими вещами приходилось следить, и это выматывало. Наруто вообще не любил строить жизнь по расписанию, он совсем недавно научился правильно распределять время в должности хокаге, а теперь нужно следить за слишком большим количеством разных нюансов. - Меня уже тошнит от таблеток, - Наруто проглотил два кругляша и одну капсулу, с отвращением отодвигая от себя белые банки - от одного их вида мутило. Карин каждый месяц отменяла одни и прописывала другие пилюли, но их количество, кажется, совсем не уменьшалось, а только увеличивалось, и глотать их каждый раз перед едой становилось настоящим мучением. Не помогало даже понимание того, что это важно и нужно. Он, конечно, это знал, но лучше все равно не становилось. Саске не ответил, убрал банки в шкафчик и поставил перед ним тарелку с омлетом. Очень маленьким омлетом и двумя кусочками помидора. Все это наводило тоску. - Не хочу. – Наруто отодвинул тарелку и жадно посмотрел на большой, горбатый омурайсу, политый кетчупом, и чашку ароматного кофе, на стороне Саске, дождался, пока тот отвернется, чтобы налить сок и потянул руки к кружке. - Не трогай. - Нечестно, - Наруто уронил голову на стол, с жадностью сверля взглядом кружку с кофе. Кофе Карин-чан запретила еще два месяца назад, когда его сердцебиение оказалось не в пределах нормы, исключив вместе с ним и несколько других продуктов, которые Наруто так любил. – если мне нельзя, то почему ты пьешь кофе прямо на моих глазах? Перед его лицом оказался стакан полный яблочного сока, закрыв обзор, и Наруто недовольно отодвинул и его тоже. - Ешь. – жестко сказал Саске, усаживаясь напротив. - Тоже хочу омурайсу. Большой и горячий. - Тебе станет плохо от такой порции. Ешь свой омлет. – Саске взял в руки палочки и абсолютно равнодушно, не обращая внимание на страдания Наруто, начал есть. - Не хочу омлет. – Наруто отодвинул тарелку ещё дальше и снова посмотрел на еду Саске. Она выглядела куда вкуснее и желаннее. И пусть омурайсу это тот же омлет, только сытнее, в тарелке Саске он выглядел действительно вкусно. Учиха молча ел, старательно делая вид, что не замечает жадного, голодного взгляда напротив и все равно сдался. Наруто победно усмехнулся, когда он со вздохом встал из-за стола, достал чистую тарелку и отломил омурайсу с противоположной стороны, поставив ее перед ним. Конечно, Наруто досталось совсем немного, меньше, чем лежало омлета на соседней тарелке, но даже это была победа. - Кофе? – с надеждой взглянул он на дымящуюся чашку, уже чувствуя, как горечью обжигает язык. - Нет. – холодно отрезал Саске и подвинул чашку ближе к себе. - Вредина. – обиженно пробурчал Наруто, набивая рот омурайсу. - Усоротонкачи, - Саске указал палочками на отвергнутую тарелку с омлетом. – овощи. Показав ему язык, Наруто сунул аккуратно нарезанный помидор в рот. Здоровое питание сидело в печенках. Как и всё остальное. Саске фыркнул и выпил кофе одним глотком, не оставив даже капли. Наруто с тоской взглянул на стакан с соком и с тяжелым, протяжным вздохом, который не вызывал у бессердечного Учихи ни грамма жалости, сделал глоток. *** - Наруто, время. – Саске вырвал из его рук отчет и положил на стол, прижав ладонью так, что отобрать его не было никакой возможности. - Черт. - Поднимайся. Он встал, чувствуя, как ноет поясница, и болит спина от сидения в одной позе. И хотя кресло заменили на более удобное и комфортное, совсем избавиться от неприятных ощущений не удавалось. И чем больше становился живот, тем больше это мешало. - Не хочу никуда идти, - Наруто уныло посмотрел в окно. Небо затянуло облаками, солнце скрылось и на улице наверняка было приятно и прохладно, но выходить все равно лениво, его ноги гудели и отекали, а двигаться было до ужаса неудобно. Он чувствовал себя увальнем и никак не мог привыкнуть к дополнительному грузу. - Тебе нужно двигаться. Саске слушать нытьё не собирался. Накинул на его плечи плащ и вывел из кабинета, кинув секретарю, что хокаге уходит на обед и плевать на всё. Наруто шумно выдохнул, с ненавистью глядя на лестницу, по которой приходилось то и дело подниматься и спускаться, и которая раньше не доставляла особенных проблем. Теперь он чувствовал себя уткой, перекатывающейся с бока на бок, чтобы совершить такое простое действие. На улице и правда было хорошо. Наруто глотнул свежего воздуха, подставил лицо легкому ветру, разрешив трепать ему волосы. Саске терпеливо ждал рядом, пока он насладится прохладой, и только потом повел дальше. В руке он держал коробки с бенто, и Наруто страдальчески вздохнул, уже зная, что ни данго, ни рамена там точно не будет. Они разместились на одной из лавочек в небольшом парке рядом с резиденцией, и Саске протянул ему бенто и конверт с обеденной порцией таблеток. Наруто прожег их ненавистным взглядом, одним махом запихнул в рот и запил водой, проглотив горькие пилюли. Есть сразу расхотелось, он уныло посмотрел на свою коробку и сложил руки на крышке. - Не хочу. – сказал он, ни к кому конкретно не обращаясь. Саске бросил на него косой взгляд, но комментировать каприз не стал, аккуратно снял крышку со своей коробки и вытащил палочки. Захрустел тонкацу, которое жарил вчера вечером. Наруто с жадностью бросил взгляд в его коробку, чувствуя как рот медленно наполняется слюной. Он тоже хочет тонкацу, но уверен, что в его коробке какая-то парено-вареная хрень с малым содержанием соли, потому что Карин-чан сказала, что ему стоит воздержаться от вредной пищи, ведь его организм из-за непривычной нагрузки и больших доз лекарств нуждается в полезной еде. Он все понимал, но от этого не становилось легче. Хотелось вредное тонкацу, жареное в панировке и масле, хотелось сладкого мороженого и данго, политого карамелью. Ничего из этого не светит ещё очень долго, и он, конечно, сам решил пройти этот путь. Наруто тяжело вздохнул. Всё-таки есть хотелось, а запихать в себя сразу кучу еды, чтобы не чувствовать голод каждый час, физически не получалось – ребенок уже давил на желудок. Теперь он даже ел по расписанию: маленькими порциями, но достаточно часто, чтобы совсем не оголодать. Что ж, его ждет рис, возможно омлет, немного овощей и фруктов, все ещё не так отвратительно. Раньше он питался только быстрорастворимым раменом, молоком да покупными онигири. По сравнению с этим, все обеды, которые готовит Саске – вершина кулинарного искусства. – Ох, - Наруто открыл крышку и не поверил собственным глазам. Вместо пресной, здоровой еды, у него в коробке лежало аккуратно сложенное жареное мясо, порезанное тонкими полосками и политое его любимым соусом, на листе салата выложен рис и привычный омлет с овощами, а в отдельной секции три шарика данго, в сладкой карамели. – Карин сказала, что сегодня твое состояние получше и можно сделать послабления. – Саске даже не взглянул на него, продолжая поглощать свой обед, будто ничего не произошло, и он буквально не нарушил все запреты Карин-чан, приготовив этот бенто. Больше разрешений не требовалось, Наруто схватил палочки и с наслаждением сунул в рот кисло-сладкую говядину. Боже, он никогда не забудет этот волшебный вкус, и будет вспоминать о нем также часто, как о самом первом рамене, которым его угостил хозяин Ичираку. Было так вкусно, слишком вкусно, что на глаза навернулись слёзы. Он стёр их рукавом куртки и услышал, как хмыкнул рядом Саске, прижавшись плечом к его плечу. - Если ты так реагируешь на простое мясо, то я не дам тебе дополнительный десерт. Еще сильнее разнервничаешься, а Карин сказала, что тебе запрещено переживать. - Эй! – Наруто возмущенно уставился на него, быстро прожевал и проглотил мясо, чувствуя, как оно встало комом в горле. – Я хочу десерт! - Сначала, доешь свой обед. – Саске смерил его фирменным командным взглядом, из-за которого хотелось съездить по его наглой морде. – А потом я подумаю. - Нечестно! - Обед. – Саске указал палочками в его начатый бенто. Наруто обиженно заворчал. Придурок достал командовать и распоряжаться. Но он ведь и правда даст ему десерт. Саске не из тех, кто обещает, а потом обманывает, ни разу он не сделал ничего подобного, поэтому Наруто, гонимый любопытством, снова вернулся к своей коробке, запихивая в рот и рис, и омлет, и мясо, желая побыстрее справиться с едой. Проглотив последнюю порцию и даже закусив листом салата, он торжественно показал Саске пустую коробку. - Десерт, теме! – в его желудке точно осталось место для сладостей, поэтому Наруто жадно тянул руки, пока Саске доставал обычный бумажный пакет из внутреннего кармана плаща. Внутри оказалась рыбка таяки. Всего одна, но от этого не менее желанная. Наруто вдохнул ее приятный запах и радостно откусил, с удовольствием ощущая, как потекла в рот сладкая паста со вкусом клубники. Вершина блаженства! Наруто прикрыл глаза от удовольствия, наслаждаясь лакомством и не представляя, как он мог жить без этого так долго. Саске наблюдал за ним, с едва заметной усмешкой, пристально следил за тем, как Наруто откусывает по чуть-чуть и слизывает пасту с уголков губ. - Даже если ты хочешь попробовать, я не буду делиться, теме. Даже не мечтай. – он отвернулся, быстро-быстро доел рыбку и довольно ухмыльнулся, демонстрируя Саске пустой пакет. Учиха хмыкнул ничуть не расстроенный тем, что его не угостили, схватил Наруто за подбородок двумя пальцами и поцеловал, настойчиво проталкивая язык внутрь. Наруто самозабвенно отвечал, ухватившись за полы его плаща, чувствуя, как в голове пустеет от откровенной ласки. - Сладко. - Саске оторвался от него, быстро чмокнул в припухшие губы и поднялся с лавки. – Пора работать, хокаге-сама. *** Наконец-то дома. Наруто со стоном стянул сандалии, дернул завязки на плаще и скинул его прямо на пол в коридоре. Он устал и чувствовал, что хочет только одного: упасть на кровать и не вставать до завтрашнего утра. По дороге в спальню снял куртку, бросил ее на спинку стула и принялся за брюки, с наслаждением расстегнул пуговицу, чувствуя, как сразу стало легче и свободней. - Усоротонкачи, сначала душ. – Саске появился в дверях спальни, наблюдая, как Наруто скидывает штаны на пол, теряя к ним всякий интерес, пожег его недовольным взглядом и подобрал одежду с пола, сложив и убрав на полку в шкафу. - Не хочу. Наруто аккуратно лег, огорчившись, что не может позволить себе даже такой мелочи, как упасть на спину, с удовольствием чувствуя, как его принимает мягкий матрац. Его спина не готова к таким испытаниям, а Карин-чан много раз говорила, как это вредно. - Душ. – Саске стоял у кровати и, как всегда, был глух к капризам. - Не хочу, я устал. Мои ноги гудят, и спина болит. – ничто не могло заставить Наруто встать с мягкой постели прямо сейчас, но Саске продолжал сверлить его взглядом и стоять над душой. - Не думал, что ты такой слабак, усоротонкачи, что тебя может сломить какой-то небольшой дополнительный вес. – он хмыкнул, оглядев его насмешливым взглядом. – И раз ты так сильно устал, то я отменю наш план на вечер. - План? – ни о каком плане на вечер Наруто не слышал, Саске весь день молчал и не говорил, что хотел чем-то заняться… Только изредка поглядывал на него, и Наруто припомнил, что взгляд этот казался ему уж слишком хитрым. Что он задумал? Что-то интересное? Возможно, что-то приятное. Наверняка приятное, по-другому и быть не может. Наруто представил, что мог придумать Саске. Внизу живота сладко заныло: кажется, они занимались сексом слишком давно – его самочувствие было непредсказуемым, и Наруто часто чувствовал себя таким уставшим, что не хотел совсем ничего, и Саске ни разу за это время не лез, будто чувствовал, что не время. Но сегодня… Сегодня Наруто не ощущал себя настолько мертвым и, если Саске придумал что-то интересное, он не может это пропустить. - Душ. – повторил Учиха, протягивая ему руку, и Наруто, еще раз оценив его хитрую усмешку, схватился за неё, позволяя помочь подняться и поковылял в ванну, предвкушая продолжение. Из зеркала на него смотрел живот. Казалось, он забирал на себя всё внимание и не глазеть на него было нереально. Такое сложно не заметить. Там, где раньше был рельеф, по которому Саске часто проводил пальцами – сейчас раздутый шар, которого и касаться, наверное, не хочется, по крайней мере не в сексуальном плане. Наруто сглотнул. Возможно, не лучшая идея появляться перед Саске с голым животом, если он не хочет отбить у того все желание. - Наруто. – Учиха вышел из спальни, застав своего партнера за нелепым занятием и недовольно прожег того взглядом. – Иди в кровать, замерзнешь. Никакого восхищения и вожделения в его взгляде не было. Всего пару месяцев назад Саске мог разложить его прямо в коридоре, припереть к стене и довести до исступления, даже не раздевшись. Сейчас он только пристально следил, как Наруто топает босыми ногами по полу, и недовольно косился на его голые плечи. - Ложись, - командует он и достает из тумбочки баночки с кремами, которые так настойчиво пихала им Карин-чан. Кажется, он ошибся, и «приятный план» состоял вовсе не в том, чтобы заняться сексом. - Не нужно. – он всего этого не хочет. Не нужны ему эти мази и крема, ему вообще всё равно – будут на его коже растяжки или что там говорила Карин-чан. Ему нужно вовсе не это, и раз теме все равно, то какая разница, как он будет выглядеть. - Хватит упираться, это необходимо. – Саске зачерпнул крем и потянулся к его животу, но Наруто извернулся и не дал нанести его на кожу. Обида затопила в мгновение, он пихнул ногой открытую банку с кремом, и она со звоном упала на пол, расплескав все содержимое, запачкав мягкий ковер, дверцы шкафа и комод. - Что не так? – Саске злился, схватил Наруто за лодыжку, больно сжав. Опасно сверкнул во взгляде гнев. - Ты только и делаешь, что строишь из себя заботливого придурка. Придурок. - заворчал Наруто, с ненавистью прожег горсть крема, все еще блестевшую на пальцах Саске. – А я может быть хочу совсем не этого. Я может быть хочу, чтобы Саске был таким, как раньше. - И что ты имеешь в виду, добе? - Ты меня не трогаешь, не целуешь и вообще… не обращаешь внимания. Как будто я тебе больше… не нравлюсь. – произносить это вслух оказалось еще больнее и горше, чем думать про себя. И Саске, придурок, совсем никак не реагировал, только щурился, сжав рот так, что горькая складка придала ему более жесткое выражение. Смотреть на него не хотелось, Наруто отвернулся и поджал начавшие трястись губы. В груди паршиво заныло от обиды. - Только такой идиот, как ты, мог выдумать подобную чушь. – Саске стряхнул крем с руки прямо на пол, вытер пальцы о брюки и навис над Наруто, заставляя повернуться и смотреть себе в глаза. – потом не хнычь, что устал. Он впился в его рот поцелуем, жестко смяв надутые от обиды губы, не снижая напора, заставил открыть рот, проникнув внутрь языком и заставив Наруто задыхаться от волны эмоций. Поцелуй был злой и агрессивный, ломающий волю и преследующий только одну цель: заставить подчиниться. Наруто мог только поддаваться, исполнять молчаливые приказы и подчиниться желаниям Саске. И это было именно то, что нужно, именно то, чего ему так хотелось. - Поворачивайся. – холодный приказ тоном, не терпящим возражений. Наруто и не собирался возражать, повернулся на бок, облизнул, влажные, саднящие от жесткого поцелуя губы, предвкушая продолжение. Сладкая дрожь пробежала по телу, когда Саске прижался к спине, весь пышущий жаром и сжал в горсти его член через тонкую ткань трусов. Наруто вздохнул, откинул голову назад, оголяя шею, в надежде, что Саске воспользуется приглашением и не прогадал: зубы прихватили напряженные мышцы, посылая по телу новую волну дрожи, удовольствием оседающую в паху, где напряженный член трется о кажущуюся жесткой ткань трусов. Хотелось их снять, избавиться, Наруто поерзал, выпятил зад, намеренно провоцируя Саске и с наслаждением ощутил его возбуждение. Бельё слетело в мгновение, Саске с силой приложил ладонь к его заднице, звук шлепка отразился от стен, заставив Наруто закусить губы и дернуться, чувствуя, как удовольствие прошило все тело, прокатилось электрической волной от позвоночника к пульсирующей головке члена. Саске снова сгреб его яйца в горсть, до сладкой боли сжал пальцы, большим погладил промежность и надавил на тугой, сжимающийся анус. Наруто со стоном выгнулся, подставился, пытаясь расслабиться и впустить его внутрь, чувствуя, как жесткая кожа подушечки пальца задевает чувствительные складки, посылая по телу сладкий импульс с каждым нажатием. Саске прикусил его за плечо, отстранился на мгновение. Резко открылся и закрылся ящик на прикроватной тумбе. Наруто сглотнул, предвкушая продолжение и с облегчением вздохнул, когда влажный и холодный палец снова вернулся к его заднице, мягко обвел по кругу и с легкостью вошел внутрь, сгибаясь и сразу надавливая на сладкую точку. Тело прошило удовольствием, Наруто чувствовал, как оно накатывает волнами и выгнулся ещё сильнее, стараясь усилить давление, но Саске не стремился довести его до конца. Добавил второй палец, ритмично задвигал, задевая простату лишь изредка, и совсем не доставляя того удовольствия, к которому Наруто так стремился. Растяжка закончилась, и Наруто с нетерпением ждал, что Саске, наконец-то, трахнет его, с радостью подставился, когда скользкий член вошел в него одним плавным движением сразу на всю длину, вырвав из груди отчаянный стон. Кажется, он ждал этого слишком долго, Наруто прикрыл глаза от удовольствия, сосредоточившись на том, как растягиваются мышцы под напором Саске, как его твердый член с каждым движением заставляет его раскрыться всё больше и давит на сладкую точку, посылая острое, ни с чем несравнимое наслаждение, электрическим разрядом прошивающее тело от кончиков пальцев до паха, прямо в его напряженно пульсирующий член. Саске не жалел его, вбивался быстро и резко, с силой врезаясь в его задницу. Спальня полнилась пошлыми звуками секса, ударов кожа о кожу и глухими стонами. Наруто знал, что долго не продержится и сжал пальцами член, чувствуя приближение оргазма. Экстаз накрывал стремительно, накатывая волнами, пока не поглотил полностью. Он забился в сладкой дрожи, отдаленно чувствуя, как крепко держит его поперек груди Саске, прижимая к своей груди, продолжая толкаться и кончая следом, глубоко внутрь него. Ничто не нарушало умиротворенную тишину в спальне, кроме сбитого дыхания Наруто, продолжавшего прижиматься спиной, к обнимавшему его и также тяжело дышащему Саске. Хотелось спать, глаза слипались, словно тесто для гёдза, и Наруто уже почти уснул, когда почувствовал ощутимый толчок в живот, а затем еще один. - Эй, теме, - шепотом позвал он, с волнением глядя вниз и прикладывая ладонь к тому месту, где только что чувствовал слабое движение, - он толкнулся. Наруто вывернулся из рук Саске, перевернулся на другой бок, все еще сверля взглядом живот и постоянно трогая ладонями то место, куда пришелся удар. Хотелось почувствовать ещё раз. Он сосредоточил чакру, как делал, когда пытался уловить биение сердца и прислушался. Через мгновение в то место, где лежала ладонь, снова толкнули. - Вот опять! – Наруто с восторгом посмотрел на Саске, удивленно разглядывающим его, и схватил за руку. – Попробуй тоже. Наруто положил ладонь Учихи на свой живот и накрыл своей сверху, снова посылая импульс чакры, и снова в ответ ему в живот легонько ударили. - Чувствуешь? – Наруто вгляделся в глаза Саске и едва не задохнулся от того, сколько тепла, любви и нежности в них было прямо сейчас. Он кивнул и потянулся к нему, мягко целуя в приоткрытые губы. - Усоротонкачи, давай поженимся. Наруто удивленно замер и всё-таки забыл, как дышать. Он и не думал, что Саске когда-нибудь скажет ему нечто подобное, для Наруто уже было невообразимо много того, что они стали парой, что Саске столько делает для него и остается в деревне несмотря на то, что здесь слишком много болезненных и неприятных воспоминаний. Он не отчитал его за то, что Наруто сам решил завести ребенка, принял ситуацию и заботился о нем все это время, слушал его капризы. Неужели Наруто все это действительно заслужил? - А кто нас поженит, я же хокаге? – стоило уцепиться за самую простую мысль. - Значит, нам даже не нужно разрешение. Хокаге будет согласен. – хмыкнул Саске. Наруто засмеялся, чувствуя, как тонет в чёрном взгляде. - Тогда я только за.