Паутина Мойры. Том 1. Начало Игры

      Гости разошлись. Дети ушли спать каждый в свою комнату. А Мелинда тихо постучалась и вошла в кабинет мужа. Он, как обычно, работал допоздна. И праздничный вечер не был исключением.       Женщина прошла и села на ставший привычным за прошедший месяц диван.       Донован что-то сосредоточенно читал. Перед ним стоял бокал с янтарной жидкостью. Виски. Однозначно виски.       Мужчина кивнул и подписал документ. Он аккуратно сложил его в папку и убрал на край стола. После чего встал, подошёл к скрытому в стене бару, открыл его, налил в бокал вино и подал жене.       Мелинда приняла бокал и уставилась на него с ужасом, будто муж предложил ей яду. Ее руки задрожали. Женщину била мелкая дрожь.       - Мел? Что не так? Это твое любимое.       - Как и в тот вечер… - едва слышно сказала она.       Донован перестал дышать. Что он наделал? Он забыл, что жена в тот вечер пила свое любимое красное вино. Он никогда не придавал этой детали значения, сосредоточившись на своих воспоминаниях. А оно вон как оказалось.       - Отдай, - хрипло сказал мужчина.       - Нет, я выпью. Я должна. Это ведь не та самая бутылка?       Странный вопрос.       - Нет. Эту я только что открыл.       Мелинда пригубила вино и заплакала. Донован растерялся. Надо ее обнять и утешить. Но нельзя. Нельзя ее трогать. Нельзя к ней прикасаться. Тем более сейчас, когда воспоминания о том вечере накрывают с головой.       Он не придумал ничего другого, как встать на колени, склонить голову, прикоснувшись к ее ногам, и в тысячный раз произнести:       - Прости меня.       Мелинда отставила бокал на столик и положила руку ему на голову. Она плакала. Но плач не переходил в истерику. Пока ещё нет.       - В тот вечер я пила такое же вино, - рассеянно и отстраненно сказала женщина. - С тех пор я не пью красное вино.       - Я не знал, - глухо оправдывался Донован.       - А что пил ты?       Неужели? За сколько лет она впервые захотела узнать о том вечере с другой стороны. Донован ухватился за эту возможность, как утопающий за соломинку. Сначала он смутно помнил те события, но со временем вспомнил все до последней детали, как он думал. Оказалось, что нет. Про вино забыл.       В конце зимы, одиннадцать лет назад, его отец заключил какую-то очень выгодную сделку и решил это отметить в тесном семейном кругу. В последствии Донован пришел к выводу, что не было никакой сделки, - это был просто повод. Его даже не насторожило, что старый тиран никогда ничего таким образом не праздновал. В свое оправдание впоследствии он говорил сам себе, что все произошло слишком неожиданно и быстро. Его отец, отец Мелинды и они двое - вот и вся их компания. Старший Десмонд притащил бутылку любимого вина Мелинды, себе с тестем коньяк, а сыну подсунул бутылку эксклюзивного, люксового алкоголя, по его словам. Что это был за напиток и как выглядела бутылка, Донован не запомнил - не придал значения. А зря. Впоследствии он искал эту бутылку, но старый козел, по всей видимости, забрал улики с собой.       Мелинда выпила пару бокалов и почувствовала себя не очень хорошо. Она ушла в их спальню. А он остался пить в компании отцов. Дон помнит, как они перебрались из столовой в гостиную на диван.       - Когда ты ушла, сказав, что неважно себя чувствуешь, мы ушли в гостиную, - мужчина говорил негромко и небыстро.       Мелинда сжала губы. Отпивая вино, женщина приняла решение, если Донован захочет рассказать свою версию того злополучного вечера, - она выслушает его.       - Они как два змея внушали мне весь вечер, что нам нужен ещё один сын. Что у твоего отца нет наследника, кому он передаст свой…кхм-м, бизнес. Знаешь, когда родился Деметриус, я честно думал, что они от нас отстанут, что свои обязанности мы выполнили. Когда отцы заговорили о втором наследнике и ты сказала однозначное "нет", я думал, что они отстанут. Поговорят и успокоятся, удовлетворившись одним, не внуком - наследником. Внуком мой отец Деметриуса ни разу не назвал. Но в тот вечер, эти двое словно с цепи сорвались: все твердили и твердили о втором ребенке, непременно мальчике. Я пил с ними и, казалось, не пьянел. Не спорил - это бесполезно. Просто молча кивал, соглашаясь. Собирался через время сказать, что не получается. Придумать тысячу причин и отговорок. Я уважал твое решение и не собирался идти против него. Донован повернул голову у жены на коленях, царапая щетиной нежную кожу. Мелинда не сопротивлялась, не перебивала. Мужчина тяжело вздохнул и продолжил:       - Когда я поднялся в нашу спальню, алкоголь запоздало ударил в голову. Мне что-то подмешали, но что я не знаю до сих пор. Меня это никоим образом не оправдывает. Я закрыл дверь и увидел тебя, лежащую посередине кровати. Такую красивую, такую сексуальную, почти голую. Мысль, что дрелью долбила мозг, "Наследник! Наследник! Наследник!" преобразилась в "Хочу! Хочу! Хочу!"       Донован проглотил подступивший к горлу ком и продолжил:       - Я, не контролируя себя, набросился на тебя. Мне тебя было все мало. Хотелось ещё и ещё, и ещё. Я не знаю! Не помню, сколько раз это повторялось! Это было какое-то безумие! Я не мог насытиться тобой, пока не свалился совсем без сил. Ты возненавидела меня. Я хотел тебе все объяснить, все рассказать. Ты не хотела меня ни слушать, ни тем более видеть. А потом ты узнала, что забеременела. Я тогда очень обрадовался. Этот ребенок давал нам билет к свободе. Нас бы оставили в покое. Я не набожный человек, но всю твою беременность молился, чтобы это был мальчик. Но ты захотела избавиться от него. И чуть не погибла. Вы оба. Вас чудом спасли. Я знаю, что поступил некрасиво, приставив круглосуточных соглядатаев, и что ты до самого рождения ребенка ни на минуту не оставалась одна, даже в туалете. Это было унизительно. Но и я не мог вами рисковать, мало ли что ты бы ещё выкинула! Я приходил каждый вечер и вот так вот сидел на коленях у твоих ног, прося прощение. Ты никогда меня не слушала. Знаешь, я все эти годы думал, что если расскажу тебе все со своей стороны, то мне легче станет, упадет камень с души. Мел, легче не стало. Я все также виновен в произошедшем одиннадцать лет назад. Мне жить с этим грузом до конца моих дней.       Донован замолчал, но не встал, не поменял позы. Он обнял женские колени - единственное, что он посмел себе позволить.       Мелинда глотала слезы, перебирая пальцами короткие волосы мужчины у ее ног.       - Я только одного не могу понять до сих пор: почему ты не отшвырнула меня, не дала сдачи? Почему не сопротивлялась? Только просила остановиться.       Мелинда ответила не сразу. Повисло тяжелое молчание, тишину нарушало только тиканье часов на стене.       - Не одного тебя тогда чем-то накачали. После пары бокалов мне стало плохо, закружилась голова. Я поднялась наверх, в нашу спальню, только и смогла дойти до кровати и упасть на нее. Меня одолело невыносимое желание. Решила, что справлюсь сама по-быстрому, пока тебя нет. Но не смогла, - женщина сделала глоток вина и продолжила свой рассказ. - Мне было мало одного раза. А потом мое тело словно онемело. Я не могла пошевелить ни рукой, ни ногой, ни пальцами - ничем. Не знаю, сколько так пролежала. Потом появился ты. Я думала, что ты мне поможешь. Я два или три раза просила мне помочь встать, но ты смотрел на меня безумным взглядом, а потом и вовсе набросился, как голодный. Сначала я решила, что так будет проще справиться с накатившим на меня вожделением. И первые пару раз мне даже понравилось то безумие, что происходило между нами. Но потом я просила тебя прекратить, остановиться, кричала, умоляла, угрожала. Ты не слышал. Я кричала, пока не охрипла. Ты терзал мое тело снова и снова, пока не выдохся и не уснул. Страшные ощущения, когда твой разум заперт в теле, которым ты не можешь управлять.       Донован поднял голову и в ужасе посмотрел на жену. Он знал, что Мел пережила кошмар, но чтобы это было настолько страшно, даже не догадывался.       - Я наивно полагал, что после рождения Дэмиана всё наладится, но когда застал тебя с подушкой над ребенком, понял, что произошедшее оставило слишком глубокий след в твоей душе. Я на следующий день заказал киллера, чтобы убить отца, но мой человек опоздал. Кто-то прикончил эту мразь раньше.       - Я. Это я его убила, - спокойно сказала Мелинда. - Я и своего отца хотела на тот свет отправить, но не вышло. Этот гад ещё всех нас переживет! И сейчас он требует Дэмиана! Он - его наследник. С началом летних каникул этот человек приказывает, чтобы наш сын переехал к нему. Он написал, что нашел подходящего учителя.       Мелинда заплакала, закрыв лицо ладонями, а Донован выругался, что позволял себе очень редко.       - Я не хочу нашему сыну такой судьбы! - с горечью в голосе сказал расстроенный отец. - Мир, в который его втянет один из самых жестоких людей страны, ужасен. Поженив нас, наши отцы получили, что хотели: один - прикрытия правительством, чуть ли не "госзаказы", а второй - личную мини-армию безупречных солдат, готовых выполнить любой, в том числе и абсурдный приказ без вопросов. Но им и этого мало! Править страной им было мало! Я знал, что однажды этот день наступит. Но я не готов. Я понимаю, что сделать ничего не могу, и от этого ещё больнее. Судьба Дэмиана была предрешена ещё до его рождения.       Донован уронил голову на руки, чтобы жена не видела его слез. Его мальчик, младший сын, и так обделенный родительской любовью, будет вынужден всю жизнь нести на своих плечах тяжелую, непосильную ношу ответственности и страдать от этого. Донован не знает наверняка, но очень хочет верить, что одна необычная девочка примет его сына тем, кем ему суждено стать.       - Пусть едет, - обречённо ответил мужчина спустя продолжительное молчание.       - Я тоже не хочу нашему сыну такой судьбы, - в тоне, каким Мелинда говорила, была безысходность. - Но я не знаю, как этого избежать. Мы и так отдаляли этот момент, как могли.       - Мел, - Донован взял ее за руки посмотрел в глаза, - я тоже. Но в связи с нависшей над ним опасностью, так будет лучше. Наш мальчик научится себя защищать. Это может спасти ему жизнь. К тому же его есть кому поддержать.       - Все должно оставаться в тайне.       - Да ладно? - он приподнял одну бровь. - Я сразу после свадьбы много нового о тебе узнал. И твоей семье.       - Ты сразу после свадьбы удрал на фронт! - поддела жена мужа.       - Ну не сразу, а когда вернулся, - поправился мужчина. - На фронт я удрал назло отцу. Хотел там сдохнуть! И тебе бы не пришлось со мной всю жизнь мучиться.       - Идиот, - невесело усмехнулась миссис Десмонд. - Я надеюсь, твой идиотизм не передался нашим детям.       - Я все же рад, что мы смогли поговорить, что ты нашла в себе силы выслушать меня. У меня в этой жизни остался один настоящий друг - ты. Я счастлив, что ты вернулась в этот дом. Даже когда ты жила отдельно все эти десять лет, я знал, что перед лицом общественности, перед лицом врага ты не предашь, ты всегда будешь на моей стороне, всегда прикроешь спину. Может быть, именно поэтому я смог тебя отпустить. Но мне тебя не хватало.       Женщина погладила мужа рукой по небритой щеке.       - Я тоже рада, что мы поговорили. Не ожидала, что это произойдет так скоро. Видимо то, что я каждый вечер заставляла себя тут, в твоем кабинете, находиться, этому поспособствовало. Училась заново привыкать к тебе. Не видеть в тебе угрозу, монстра. Кажется, получилось. Но не проси меня быть больше чем другом.       - У меня нет на это права. Этот разговор - самый лучший подарок на рождество, который когда-либо я получал.       Донован поднялся и протянул руку жене. Мелинда приняла помощь и встала рядом. Он, не отпуская руку, склонился к ней и легко поцеловал тыльную сторону ладони.       - Спасибо, Мелинда.       - С рождеством, Донован.       Они вместе вышли из кабинета, поднялись на второй этаж и разошлись каждый в свое крыло дома.       Тёмный кабинет, мужчина, сидящий за столом в кресле с высокой спинкой. Лицо его скрыто тенью.       Раздался тихий стук в дверь, не дожидаясь ответа, в кабинет вошел сутулый человек, он поклонился и сказал:       - Нам не удалось проследить за гостями Мелинды Десмонд.       - Почему? - недовольно спросил хозяин.       - Наших людей засекли и убрали.       - Что же они за профессионалы такие, если их так легко засечь и убрать? - закричал босс и натужно закашлялся.       - Господин, вас хочет видеть одна женщина. Сказала, что будет разговаривать только с вами, что у неё есть предложение, от которого вы не откажетесь, - слуга не стал отвечать на вопрос и предпочёл сменить тему разговора. За сегодняшнюю неудачу хозяин на нём ещё отыграется.       - Кто такая? - высокомерно спросил мужчина.       - Я не знаю, но она передала вам это.       Слуга крадучись подошёл к столу и положил перед хозяином серебристый значок в виде трёх сходящихся линий, вписанных в круг.       - Проводи. Посмотрим на неё, - в голосе мужчины проскользнули нотки страха и почти сразу же растаяли.       Сутулый человек поклонился и вышел. Через несколько минут раздался стук в дверь и вошла невысокая, темноволосая женщина.       Она поправила очки и сказала:       - Добрый вечер господин В…       - Не надо имён! - грубо перебил её мужчина.       - Простите, господин, - смиренно поправилась посетительница.       - Что вам нужно? Кто вы?       - Я хочу вам предложить в помощь свои услуги по созданию армии суперлюдей, - вкрадчиво произнесла женщина.       - Что ещё за сказки?       - Это не сказки. Вам знаком проект "Яблоко"?       - Что? Как вы узнали о нем?       - Я работала в похожей сфере, но только мы работали с людьми. И у нас уже были успехи, - холодно усмехнулась она. - Представьте, людей, что обладают суперсилой или необычными способностями, и это ещё неполный перечень наших успехов, - её голос мёдом растекался в тишине кабинета, завлекал, обволакивал разум.       - И где же они сейчас? Эти ваши успехи? - недоверчиво поинтересовался мужчина.       - К сожалению, нам помешал общий враг, - горестно вздохнула женщина.       - Что за общий враг? - приосанился хозяин.       - Донован Десмонд разрушил основную лабораторию и украл очень ценный образец! - рьяно воскликнула мадам.       - И что же вы сейчас от меня хотите? - холодно уточнил мужчина.       - Я хочу вашей финансовой помощи. Место для исследования у нас на примете есть. Пожалуй, за 5 лет мы восстановим лабораторию и начнём создавать для вас армию суперлюдей, - мягкий, елейный голос женщины влек за собой.       - 5 лет - это долго! - не унимался хозяин.       - Так мы не вызовем подозрений! Нам нужен заброшенный склад или заброшенный завод. Будут подозрения, если туда очень часто начнут ездить строительные машины. Кто-нибудь из местных проболтается тайной полиции, сдаст нас. Лучше медленно, но верно.       - От меня нужно только финансирование? - снова по-деловому уточнил мужчина.       - Да. Помещение у нас есть, но его нужно восстановить.       - 5 лет, да?       - Если получится, мы управимся быстрее, - почувствовав, что потенциальный спонсор сдаётся, её голос стал ещё слаще.       - И как же вы собираетесь работать, если у вас нет образцов?       - У нас остались все наши наработки. Новые образцы создать будет нетрудно, - пела соловьем посетительница.       - Что ж, я согласен. Будет вам финансирование, - равнодушно заявил хозяин.       - Благодарю, господин, вы не пожалеете о своём решении.       - А теперь уходите!       - Доброй ночи, господин.       Она низко поклонилась и вышла.       На её лице играла хитрая, злорадная ухмылка.