Амнезия

— Ренгоку сан! Ренгоку сан! Голос, словно через шум воды, пробивался в сознание. Голова гудела и раскалывалась, нарушая восприимчивость к реальности. Мысли путались, не приходя к единственному согласию, тем самым перебивая друг друга. Потом вновь тишина. Шум воды ласкал сознание. Вся, доселе боль, в миг прекратилась, давая то нужное облегчение. Мысли утихли, а воспоминаний словно и не было. Только то и дело проскальзывали единичные картинки, которые невозможно было соединить. — Кеджуро… Когда мысли вновь начали вскользь проявляться, но исчезая сразу, не позволяя к ним прицепиться, тот самый голос вновь позвал… Но кого? Кому принадлежит голос? А еще… кто такой Кеджуро? Ощущения, что его гладят по волосам исчезли, как и сознание, утопая во тьму. Мысли, что появлялись, пропали, не мучая мужчину. В следующий раз, когда блондин мог чувствовать, на его губах чувствовалась соленая теплота. Ощущение, что к ним притрагивались не пропадало. А влажное ощущение так и не пропало до того момента, пока сознание вновь не уплыло. *** — Танджиро, пойди домой. Ты целые сутки тут стоишь без сна. На тебя больно смотреть. — Шинобу, видя плачевное состояние парня, пыталась его отправить отдыхать. — Шинобу сан, я не могу уйти. Я обещал что буду рядом. Всегда… — горькая улыбка омрачало лицо паренька. Его карие глаза то и дело проскальзывали по лицу, телу покрытому простыней, спящего мужчины. Смотря на расслабленное лицо, сердце сжималось от переживаний, а горло сжималось, не позволяя вырваться душевному крику. — Но, Камадо, ты думаешь, Ренгоку приятно будет видеть как ты из-за него весь иссяк? На тебе только кожа да кости. Да и сам ты не полностью вылечился… Юный охотник на демонов опустил голову, прикусив губу. В чем-то Шинобу Кочо права, но… пусть его тело все изранено. Пусть ребра еще не полностью срослись а колотая рана иногда кровоточит, напоминая о себе. Пусть его сердце сжимается от несправедливости, а из горла то и дело вырывается крик боли. Пусть голос еще хрипит от ночных истерик, а руки трясутся при взгляде на лежачего истребителя. А от воспоминаний пережитой бойни все еще трясутся ноги и бросает в холодный пот. Пусть. Но он все еще помнит тренировки со столпом пламени. Помнит его руки на своей голове когда хвалили. И… помнит те слова, что как-то Кеджуро Ренгоку сказал ему… « — Юный Камадо, я понимаю твое желание стать сильнее, и твои старания похвальный. Но не старайся делать все в одиночку. Твои друзья всегда будут рады помочь тебе, будь в этом уверен. — Ренгоку сан, я не хочу их ввязывать в мои проблемы. Тем более, это моя месть за семью. — Танджиро… пообещай, что позовешь меня, когда тебе нужна будет помощь. — Р..Ренгоку сан? — Ты дорог не только своим друзьям и сестре. Ты дорог мне, юный Камадо. Так что, я всегда буду рядом! — Но… — Никаких но, мой юный истребитель» Это был первый раз, когда брюнет увидел мужчину таким серьезным. Тот не улыбался как обычно и говорил с ноткой стали в голосе. Вспоминая последнюю улыбку блондина, Танджиро поднял полный уверенности взгляд на столпа насекомых. — Нет. Я останусь здесь, с ним. — его голос охрип из-за редких, в последнее время разговорах, отчего Шинобу начала больше переживать о состоянии паренька. Смотря на его неуверенную походку к стулу рядом с койкой пациента, как его трясло и как он еле передвигал ногами, все норовя упасть, Кочо тяжело вздохнула. За последние три дня, женщина поняла что спорить с парнем бесполезно. Особенно, когда спор идет о Кеджуро. Характер парня в корне изменился после случившегося. Убедившись, что брюнет без происшествий сел на стул, Кочо развернулась и тихим шагом вышла из палаты, прикрывая дверь. Шинобу шла, предаваясь воспоминаниям о случившемся. В то утро, ворон уз Ренгоку передал информацию о смерти столпа. Столпы были в печали и возмущены. В тот день должно было состояться собрание столпов. Она направлялась к месту сбору, но предчувствие ей говорило остаться еще не на долго. Подождать еще пару минут. Как она позже поняла, осталась она не зря… Медики, что ушли за пострадавшими и должны были принести тело столпа, были взбудоражены. Четверо из них, что шли впереди, несли Иноске и Зеницу. Парни не сильно пострадали, им необходим был отдых. Медики, не успев еще подойти к Кочо, кричали: — Шинобу сан! Нужна ваша помощь! Срочно! Ренгоку сан и камадо, они…! В тот момент она больше не желала ничего слушать. Прибежав к парням, она стала проверять состояние столпа, напрочь забыв о юном мечнике. Только после того, как она остановила кровотечение и убедилась, что его жизни ничего не грозит, Кочо перевела взгляд на руку мужчины. Ее держала другая рука, поменьше, но так же полная в мозолях. Только позже она узнала что всех нашли без сознания, а руку Ренгоку так и не смогли освободить от хватки. Шинобу осмотрела юношу. Заметив пятно на форме, она узнала о ране, что была куда серьезнее, чем она предполагала. Но, не смотря на это, юноша проснулся тем же вечером, сразу же, придерживаясь рукой к ране, стал искать столпа пламени. Тогда Кочо знатно его ругала. Но парню словно было все равно. Его глаза не отрывались от живого Ренгоку. Он смотрел как поднимается и спускается грудная клетка столпа. Только когда он успокоился, его тело начало безвольно падать. Кочо еще вовремя его поймала, держа за подмышки, она уводила парня в другую палату. Но когда Танджиро проснулся, его уже и след простыл в помещении. Нашли его так же, рядом с Кеджуро. Держа руку мужчины, парень уснул, положив голову на кровать…

***

" — Кто я? - в голове Ренгоку вертелись мысли, пытаясь найти ответы на свои вопросы. — Я, Кеджуро Ренгоку, столп пламени. — Что случилось? Последнее что я помню, так это битву с высшей луной… Тогда я мертв? Не сильно похоже. Но где я сейчас и что, все таки, происходит?" — Кеджуро? Ренгоку сан, вы меня слышите? Зеницу с Иноске прибежали на голос друга. Тот выглядел удивленным и преисполненным счастьем. Давно они не видели друга в таком состоянии. — Кампатро, что кричишь? — Иноске подошёл ближе к парню и положил свою руку тому на плечо. Танджиро, не промолвив ни словечка, побежал прочь из палаты. Парни удивленно переглядывались, не понимаю что случилось. Когда они собирались уже пойти искать куда убежал старший Камадо, он вернулся вместе с Кочо. Та, не обращая внимания на присутствующих, направилась прямиком к постели желто - волосого мужчины. Шинобу взяла руку мужчины, проведя пальцами по запястью, измеряя пульс. "Пульс - равномерный" — прошептала себе под нос, произнесла женщина. Проверив еще зрачки и дыхание, она устало выдохнула. Собирая свои инструменты, Кочо размышляла как обо всем рассказать парню. Встав со стула, она посмотрела в глаза юноше, положив руку на его макушку. — Танджиро, ты устал. Никаких изменений не наблюдается. Тебе просто показалось что он двигал пальцами. — Но, Шинобу сан… — Никаких но, Камадо. Тебе нужно пойти отдохнуть. — Кочо нежно улыбнулась, выходя из комнаты. Иноске и Зеницу, посоветовав другу все же отдохнуть, так же удалились из помещения, перекрикивая друг друга. "А они все не меняются" —Танджиро усмехнулся, вновь присаживаясь рядом с постелью. Он проводил ладонью по нежным волосам, рассматривая лицо мужчины. — " Кеджуро, когда же ты очнешся? Я хочу дать тебе ответ…" — По глазам юного истребителя прокатились слезы. Он стал гладить щеку столпа, наклоняясь лицом ниже. Закрыв глаза, он стал наклоняться дальше, желая вновь почувствовать вкус губ блондина. Мысли подсказывали, что мужчина, там, в подсознании, все чувствует и слышит. А желания требовали получить ответ на поцелуй. — Кто ты, юноша? — хриплый, грубый голос остановил Камадо от действий. Брюнет так и замер на месте, в пару сантиметров от желанных губ. Его глаза широко раскрылись, рассматривая желтые, с примесью красного, глаза, что недовольно на него смотрели. — Р..Ренгоку сан?..