Daddy issues

Это знакомство не должно было происходить в силу обстоятельств главной героини. Застенчивость, замкнутость, излишняя боязнь общества и испытания чего-то нового - головная боль Мери. И чем больше она старалась вылезти из своего кошмара наяву, тем меньше она вылезала из дома вовсе. Ее прогулки были до стыдного однообразны - до магазина, на учебу, на прогулку в лес; везде её сопровождало лишь одиночество. Очевидно, что единственное место, где она чувствовала себя спокойно - дядюшка Интернет. Именно там она нашла, казалось, спокойствие для своей души и не думала о чрезмерной застенчивости. Именно там она закрывалась от реального мира; желание убежать от общества росло с каждым днём, и Мери знала, что она себя погубит. Однако же именно там она нашла его.. Одним нелегким днём ноября, месяц, который Мери ненавидела всем своим нутром, показал ей, что жизнь может толкать на непредсказуемые вещи. На дворе уже темень; люди старались поскорее скрыться от ужаса мрака, что предоставляет появление зимы на дворе; одна лишь Мери тихонько сидит где-то на бордюре во дворе чьего-то дома и одиноко скучает. Мысли поглощают ее голову настолько, что она начинает плакать; никто не в силах понять, что происходит у нее в разуме. Мелкие капли соленых слез скатываются медленно по красным от мороза щекам и падают прямо на скользкий асфальт, смешиваясь с лужами и таявшим снегом, в силу перепад температур. Голова Мери опущена, её пальцы теребят какую-то ветку, взятую с земли; она рисует только себе понятные узоры на холодной земле, но она не видит их. Ее глаза намокли настолько, что картинка расплывалась с каждой секундой. Но она не хотела моргать.. Желание не видеть всего мира хоть на секунду поглощало ее.. — Лучше не сидеть на холодном камне, особенно девушке, — тихий и спокойный голос откуда-то сверху предупреждает глупую Мери, что все же лучше встать, иначе ее хронический цистит даст о себе знать. От Мери доносится такое же тихой и размытые "угу", но она продолжает сидеть на своем уже нагретом месте; подминает ноги ближе к туловищу. — Вы выглядите подавленно, — мужчина продолжает стоять на своем, не желая покидать Мери. К ее опустевшему состоянию приходит и раздражение. Страха, как такового, уже не будет. — Я скоро пойду, извините, — Мери извиняется из-за своей паршивой привычки и торопится наконец встать. Ее взгляд всегда будет устремлён не вверх, а вниз, поэтому она не сможет рассмотреть своего собеседника. Её промокший рукав вытирает глаза, руки машинально отряхивают итак уже влажные обтягивающие черные джинсы. Это действительно холодно. Собеседник не спешит удаляться, он все время смотрит на Мери и замечает, что она не настроена на какую-либо коммуникацию. Он прекрасно видит ее слезы, он слышит трескающийся голос, но он не может подобрать слов, чтобы спросить у нее напрямую. — Может, это прекрасное место, чтобы остановиться? — единственное, что удается выдать неизвестному и безликому человеку. Мери стоит к нему боком и молчит; ее прежняя спешка уйти угасает. Но страхов, почему-то, рядом с ним она не находит... Возможно потому, что он Мери и вовсе совсем не знает.. — Не понимаю, о чем вы говорите, — ее слезы продолжают литься даже без приказа. Мери списывает это все на дрожь в коленях и боль в голове, она всегда была чувствительна к физическим недугам. Ее лицо по-прежнему внизу, она смотрит на свои зашнурованные ботинки; зарывается лицом поглубже в такой колючий, старый красный шарф. Ее черные выкрашенные волосы в таком сущем беспорядке, что Мери перестала переживать об этом. — Мне кажется, что наша встреча была неслучайна, — незнакомец берет на себя ответственную задачу, ведь Мери верит в совпадения и их мистическую составляющую, но всегда убеждает своих родных, что это глупости. Глаза Мери медленно переходят на торс безликого и она замечает, что у него очень длинные ноги, скрытые за классическими брюками. Точно дорогое пальто, хотя Мери никогда не была уверена, что пальто из кашемира будет стоить дешево. За время посиделок дома у нее было слишком много свободного времени. — Простите, я ухожу, — Мери не осмелится разглядеть собеседника больше, чем ей позволяет ее собственная скованность. Ее ноги зашагали неуверенным шагом по обочине дороги, заставляя неизвестного смотреть ей в спину. С того момента прошло немало времени, прежде чем таинственный незнакомец опять не обнаружил Мери где-то на улице в парке, где она сидела на скамейке и смотрела в ночное небо. Мери не заметила, как к ней подсел неожиданный гость, поэтому перевела свой взгляд со звезд на нового прибывшего. Это оказался мужчина чуть моложе 30, но прилично старше Мери; по нему было видно, что он ухожен в силу своих лет. Одет по классике жанра довольно просто, но со вкусом и явно не переживал о том, что надеть. Мери узнала его лишь по кашемировой ткани и черному пальто, где он, как обычно, прятал свои руки. Волосы, как у Мери, имели небольшой бардак, но ему это было даже к лицу. Теперь Мери разглядела своего таинственного собеседника полностью, теперь страх появился вновь. — Здравствуйте, — мужчина начал первый, явно заинтересованный в Мери больше, чем она в нем. Небольшое замешательство засело у нее под рёбрами, ноги как будто сами стали действовать без приказа. — Постойте! — ее предплечье хватают, но очень аккуратно и заботливо, будто бы стараясь сохранить видимость безопасности в моменте. — Я лишь хотел поболтать с вами, вы в прошлый раз так быстро ушли, я искал встречи с вами, — нос Мери опять нашел покой в потрёпанном шарфе, делая вид защищённости. Мери не хотела, чтобы её начали расспрашивать, она не была готова к ночным разговорам. — Я не знаю, что вы хотите от меня, но вы меня пугаете, — на глазах выступают привычные и такие детские слезы Мери, что в груди у собеседника резко начинает сжиматься сердце. Он совсем не искал причин, чтобы напугать свою новую знакомую. Скорее наоборот, добавить больше утешения между ними двумя. Он отпускают ее предплечье и Мери видит его длинные пальцы, похожие на пальцы отличного пианиста. — Простите, я не хотел, чтобы вы плакали, но вы должны выслушать меня, — Мери трёт глаза и она прекрасно слышит все тот же тихий глубокий голос, но в нем есть нотки растущего беспокойства. — Я даже имени вашего не знаю, но мне кажется, что судьба свела нас не случайно. Я увидел вас лишь однажды, это был пасмурный день. Вы сидели в кафе, в который я часто хожу, пили там чай. Вы выглядели даже тогда очень подавленно. Я хотел к вам подойти, но к тому моменту вы уже ушли. Подождите, не плачьте! — руки собеседника судорожно тянутся к щекам Мери, стараясь убрать мокрые дорожки слез большими пальцами с ее лица. Его руки очень теплые и нежные, что Мери не замечает, как трётся правой щекой об его ладонь. — Через две недели я встретил на улице девушку, что сидела на холодном бордюре и подумал, что кому-то нужна помощь, поэтому поспешил подойти, но это оказались вы. Вот так удача! Но вы опять ушли, я не успел попросить хотя бы ваш номер, — глаза Мери были снова на мокром месте, но к этому добавились и тихие стоны печали. Собеседнику не оставалось ничего, кроме как прижать бледное плаксивое лицо ближе к своей груди; его руки медленно гладили непослушные, но такие прямые волосы Мери. Почувствовав умиротворение в чужих руках, Мери постаралась вытереть свои слезы и сопли, но у нее это ужасно получалось. Собеседник отодвинул от себя шмыгающую Мери, в его руке уже покоился салатовый платок, которым он постарался вытереть все недоразумение с лица Мери. — Прошу вас, я не могу смотреть на то, как вы плачете, — в эту же секунду Мери затаивает дыхание, чтобы привести свой разум в норму. Ей это всегда помогало. Ее тело трясло от истерики; в какой-то момент она громко выдохнула и начала восстанавливать свое дыхание, чуть ли не задыхаясь. Все это время собеседник аккуратно гладил Мери по плечам, принося и свои плоды в её спокойствие. — Простите, простите, мне кажется, что я сильно размякла от этого откровения, — Мери нервно улыбается, изо всех сил стараясь скрыть свое смущение после того, как осознала только что услышанное. — Никогда бы не подумала, что я буду причиной. Незнакомый человек ищет со мной встречи. Звучит, как безумие, — Мери икает и смеётся от слёз и от того, что не может поверить в слова собеседника. Все это казалось лишь иллюзией, бредовым сном, когда температура достигает тридцати восьми градусов. — Почему вы считаете это безумием? Вы думаете, что никто бы никогда не заинтересовался вами? — глаза Мери опять печально проливают слезы, но теперь кажется, будто она совсем не плачет. — Я не считаю, я знаю, — холодный ответ на беспокоющийся вопрос, который не требует аргументов. Собеседник тяжело вздыхает и не желает, чтобы эта вражда мнений продолжалась. Его руки аккуратно спускаются с плеч Мери на ее ладони. Его большие руки и длинные пальцы согревают ее холодные, такие замёрзшие пальцы. — Что ж, наверное, самое время сказать, что я действительно заинтересован в вас. Возможно, это можно даже назвать любовью с первого взгляда, — собеседник мягко улыбается, желая разбавить обстановку, видя, как Мери улыбается ему в ответ. С тех самых пор, Мери стала чаще вылезать из своего убежища, мечтая встретить на улице своего спасителя. Она так и не спросила его, как его зовут, зато она дала ему свой номер. Каждое утро он писал ей о том, чтобы она поскорее просыпалась и желал ей лучшего утра. Мери даже не знала, как отвечать на такую заботу. О ней никто так заинтересованно не спрашивал, кроме него. В один из вечеров незнакомец пишет ей о том, чтобы она написала ему свой адрес, дабы он смог к ней приехать и забрать её. Тревожность Мери не знала границ, когда она увидела это сообщение. Наверное, она стала игнорировать его, пока на её телефон снова не пришло сообщение через два часа. "Пожалуйста, ответь мне, будь хорошей девочкой". Глаза девушки расширились до предела, но она поспешила ему ответить и назвать свой адрес. Незнакомец указал точное время, когда заедет за ней, поэтому она начала готовиться, поскольку это было уже буквально через два часа. Мери совершенно не знала, что делать, что надевать и как себя вести с мужчиной, если у нее никогда даже не было свиданий, что уж говорить про отношения. Страх опозориться и ошибиться накрыли ее с головой, в панике Мери присела на корточки и обхватила колени, желая закрыться получше от этого мира. Слезы снова покатились по ее щекам, но она поспешила взять себя в руки и отрекнуться от мыслей о слабости. Неожиданный прилив адреналина в крови привел ее к тому, что она начала прихорашиваться перед зеркалом. Для Мери не впервой краситься, поэтому у нее это получалось отлично, хотя она старалась не сильно замазывать свой лицо макияжем. Мери выбрала простой стиль в одежде: футболка, все те же штаны, черный кардиган. Волосы Мери уложила прямо, поправила непослушную челку и пару раз опрыснула себя духами. Теперь она готова пойти с ним куда угодно. Мери так думает. В один момент она слышит, как её телефон разрывается от звонка, внимание Мери полностью сосредотачивается на телефоном разговоре. — Привет, — мягкий глубокий голос обволакивает ее ушную раковину, она улыбается самой себе, как глупая влюбленная девочка. — Привет, — Мери спешит ответить, в её голосе дрожит гиперактивность и одновременная неуверенность в своих действиях. — Я жду тебя внизу, ты готова? — все также тихо и спокойно спрашивает незнакомец, интересуясь ее физическим состоянием. Хотя на самом деле он тоже переживал насчёт того, что творится у нее внутри.. — Я сейчас спущусь, — сразу же отвечает Мери, махая головой, будто бы он видит ее прямо через телефоный разговор. Он слышит, как она нервно смеётся и он смеётся в ответ. — Молодец, спускайся, — последнее, что слышит Мери, прежде чем чуть ли не пискнуть от переполненности чувств. Ей казалось, что она готова выпрыгнуть из собственной же оболочки, лишь бы он хвалил её больше.. Через пару минут Мери видит на парковке возле своего дома черную машину Мерседес, и сразу же удивляется, когда видит своего незнакомца, который, облокотившись на неё, смотрит куда-то в окна дома Мери, пытаясь угадать, где же ее окно. Он слышит шаги и спешит разглядеть свою спутницу на вечер, немного вздыхая от волнения, что преследует и Мери тоже. Мери тихонько здоровается с незнакомцем, у которого так и не удосужилась спросить имени. Ее взгляд устремлён на него, но она быстро теряется, когда видит его глаза, в которых играет заинтересованность и влюбленность. Она прячет свои зелёные глаза за челкой, смотря куда вниз, в самые ноги; ее нос опять прячется в таком колючем шарфе, что она неловко почесывает его и шмыгает. Мужчина отрывается от своей машины и неспешно подходит к Мери, подмечая для себя, что она все же замерзла, хоть и вышла только что из дома. Ее теплая куртка и шарф будто бы не спасают, он хочет отругать её за то, что Мери не носит шапку в такое время года. Но он лишь нежно берет её ладони в свои, подносит к своему рту и греет. Он чувствует, как она дрожит, но не понимает, от чего именно. — Пойдем в машину, там явно теплее, чем здесь, — мужчина быстро кивает головой на свой черный Мерседес и тянет её на себя, дабы она поспешила, иначе Мери точно замёрзнет. Она не сопротивляется, детский интерес накрывает ее с головой. Он, будучи джентльменом, открывает дверь своей машины, пропуская даму сесть на переднее кресло пассажирского сиденья. Он мягко закрывает за ней дверь, не желая пугать её лишними звуками, ведь видит, что она достаточно взбудоражена. Мужчина оббегает машину, дабы не заставлять Мери ждать; её забавляет то, как он старается ради неё и её блага, ей это греет душу. Он садится в машину и быстро закрывает дверь, но все также мягко, чтобы не спугнуть свою спутницу на этот вечер. Мери нервно теребит углы своей куртки, стучит пальцами друг об друга, и незнакомец прекрасно это видит и замечает; он опять начинает разговор первый, ведь знает, как Мери переживает: — Если ты хочешь что-нибудь спросить - спрашивай и не стесняйся, — он мягко улыбается, дабы разрядить обстановку. Мери все также смотрит на панель управления, на коробку передач, на ручник, но никак не на него. Он берет ситуацию в свои руки: он наклоняется, чтобы увидеть её глаза под челкой, теперь её взгляд не может ускользнуть от него. Его пальцы аккуратно обхватываю её запястье, мягко поглаживая подушечкой пальца. Мери не помнит, когда незнакомец успел перейти на "ты" с ней. Возможно, когда она переписывалась с ним перед сном, или когда он звонил ей, чтобы посыпать комплиментами и поддержкой, а потом пожелать сладких снов. Мери уже точно не вспомнит, когда их общение перешло в неформальное. — Глупо спрашивать это сейчас, но как твое имя? — Мери немного запинается, прежде чем спросить, но она решается закончить. Её глаза бегают по лицу незнакомца в поисках хоть какой-нибудь неожиданности на мимических мышцах, он он совершенно спокоен. Он счастливо улыбается ей, пододвигается ближе: — Артур. Приятно познакомиться, Мери, — мягкий голос заполняет пространство машины, Мери улыбается ему в ответ, ведь она заготовила ему ещё один вопрос, который интересовал её. Она совершенно не знала, что ожидать от этого мужчины. — Чем мы будем заниматься сегодня вечером? — Артур мягко посмеялся с вопроса Мери, вытаскивая из бардачка машины два билета в кинотеатр. Она замечает на них рисунок мультика, на который мечтала сходить уже очень давно, но у нее все никак не хватало времени. Ей показалось, что это какая-то мистика; она не понимала, как он угадал. Её лицо сияет пуще прежнего, Артур замечает для себя её ямочки на щеках, пока она смотрит на билеты в его руке. Она мягко прикасается к ним пальцами, будто они могут в любой момент пропасть. — Я не верю своим глазам, как ты угадал? — Мери не замечает за собой спонтанного действия: она протягивает к нему руки, будто машинально. Артур делает движение вперёд, обнимая её первее, его руки находят себе место на её талии. Их разделяет перегородка панели в машине, но она чувствует, как трепещет его нутро, когда она обнимает его за шею. Артур отпускает её первый, когда чувствует, что Мери убирает голову с его плеча, хныкая в душе, что не может обнимать её бесконечно долго. Его мысли теперь были забиты лишь ей, её лучезарной улыбкой, которая контрастировала со слезами, которые он видел. — Итак, принцесса, нам нужно ехать. Скоро мультфильм начнется, — Артур снова мягко улыбается ей, видя, как Мери усаживается на сиденье его машины. Лицо Артура немного искажается от того, что легко смеётся над ситуацией. — Пристегнись, пожалуйста, не хочу, чтобы с тобой что-нибудь случилось, — Артур тянется к ремню безопасности через сиденье Мери, и только тогда она замечает его рост. Он даже не напрягается, застегивая ремень, хоть машина была достаточно большой. Уже в кинотеатре Мери посчитала, что к мультфильму обязательно нужна закуска, чтобы вечер стал ещё более привлекателен. Она с Артуром зашла в специальный магазин в кинотеатре, выбирая себе чего-нибудь вкусного. Она выбрала себе большой попкорн, дабы она смогла поесть с Артуром, и воду, а Артур же взял себе кофе, чтобы не уснуть на мультике от усталости за рулём. Мери уже собиралась оплатить покупки на кассе, но встревоженный голос Артура помешал ей это сделать: — Мери, что ты делаешь? Я все оплачу, — заботливые руки Артура ложатся на ладони Мери, вытаскивая их из её сумки, чтобы она не успела достать свой кошелек. Она не хотела утруждать Артура, быть абузой для него, ведь она была вполне самодостаточна. — Артур, не стоит, я сама оп...— Мери не успевает ответить Артуру, как их диалог перебивает кассир, который удивлённо стал смотреть и говорить, казалось бы, с восхищением в голосе. Он напрямую обратился к Артуру, будто бы они знакомы целую вечность. — Артур, здравствуйте, не ожидал вас здесь увидеть, — его удивленный взгляд бегает по персоне Артура, а потом плавно переходит на Мери, которая явно чувствовала, что не понимала, что происходит. Когда довольный кассир замечает Мери, его брови сразу начинают игриво двигаться в такт музыке в зале. — Да я смотрю вы не одни, давно вас здесь не видел с кем-то, — Мери старается всем физическим телом спрятаться за спиной Артура, ведь ей совершенно не нравился этот человек за кассой. Это и не удивительно, он тоже впервые видел девушку, которая казалась ему достаточно молодой, и, можно сказать, совсем невинной рядом с Артуром. — Спасибо, сколько с нас? — Артур мягко улыбается кассиру, чувствуя напряжение, которое разрастается между Мери и ним. Ему совсем не хотелось, чтобы она ощущала себя рядом с ним какой-то игрушкой или новой жертвой из-за какого-то незнакомца в кинотеатре. — Ох, нисколько, босс ещё помнит свои слова, — Артур благодарно кивает кассиру, который уже переходит к своим другим делам за кассой. Мери спешит взять все покупки в свои руки, но её опережает Артур, который не хочет, чтобы девушка утруждала себя той вещью, которую может сделать мужчина. Билет подсказывал Мери, на какие места им надо сесть. Это оказались места на самом последнем ряду, на самом верху. Уже мягко приземляясь пятой точкой на кресло, Мери замечает, что в зале совершенно пусто. Это и не особенно удивляет Мери: сейчас достаточно поздно, чтобы родители водили своих детей на просмотр мультиков в кинотеатре. Время совсем не детское. Мультфильм на экране начинает отображаться проектором, и Мери совсем не может сдержать довольный смешок, когда на её лицо отображается тысяча цветов красочного показа. Она не может убрать взгляда от экрана, но вот Артур, кажется, пришел смотреть явно не мультик. Все его внимание было приковано лишь к Мери, которая каждый раз тихонько подрагивала, если на экране был торжественный момент. Сама Мери же не замечала за собой, как её щеки недовольно надувались, когда главные герои попадали под руку несправедливой колдуньи; она не замечала, как дёргала рукав Артура, невинно и совсем по-детски указывая пальцем не экран, дабы показать ему какой-то особенно привлекательный момент; не замечала, как на нее смотрит пара очень ласковых карих глаз, для которых главный момент был наяву, а не на экране. Под конец мультфильма, Мери почувствовала на своей бледной коже дыхание, позже услышав, как ей шепчет на ухо приятный глубокий голос: — Мери, можно украсть твой поцелуй? — Мери сразу же разворачивает голову в недоумении на Артура, чье лицо было непозволительно близко к губам Мери. Он не стеснялся того, что вытворяет. А вот Мери сразу же начала краснеть, как помидорка, нервно заправляя волосы за уши. — Я не знаю..— Мери действительно не знала, что ответить, ведь для неё всё это было совершенно впервые и в новинку. Она не умела целоваться, она боялась совершить ошибку по отношению к Артуру. — Я никогда раньше не целовалась, — честно выпаливает Мери, боясь взглянуть на Артура, чье лицо всё ещё заинтересованно разглядывало лицо Мери. — Ничего страшного, я не заставляю, — Артур спокойно отвечает Мери, гладя её руку, чтобы она сильно не переживала на этот счёт. Его пальцы тихонько пробегаются по руке Мери, пока в ее голове творился сущий кошмар. — Я согласна! — Мери сказала это очень громко, мягкое эхо аккуратно отдавалось от стен, отчего Мери немного сконфуженно вмялась в кресло, застенчиво отводя взгляд от Артура. Он лишь засмеялся; его мягкие губы сразу же накрыли губы Мери, которая не ожидала этого. Её глаза прикрылись машинально, дыхание сбилось, когда она почувствовала скользкий язык на своей нижней губе. Руки Артура легли на талию и щеку Мери, поглаживая её со всех сторон, успокаивая одновременно. Проходит много времени после того похода в кинотеатр, ведь он до сих пор пишет ей каждый день. В тот день после кинотеатра, Артур проводил Мери до её квартиры, где она позволила поцеловать себя снова. Она не ожидала, что, вместо ее мыслей о губах, он мягко поцелует ее в щёку и в лоб, как свою девочку и отпустит домой, пожелав сладких снов. От такого жеста она была в диком шоке, ее ноги дрожали и еле стояли в прямом положении, а в голове стоял полный мандраж. Когда она зашла в квартиру, она опять села в свою излюбленную позу, на корточки, ликуя всем своим нутром, как маленький ребенок. Она была настолько счастлива, что готова была поделиться этим со всем миром, если бы это было возможно. Поскольку теперь он знал ее точный адрес, он чуть ли не каждый день по два-три раза присылал ей сладкие подарки курьером, где оставлял записку от себя: "сахарной девочке". Она каждый раз неловко смотрела на курьера, который не менялся даже спустя несколько месяцев, продолжая таскать ей букеты из разных конфет и жвачек. Мери даже начинала переживать, что быстро наберёт вес, которого в ней итак слишком много, поэтому она поспешила сообщить об этом Артуру, который был в лёгком шоке. На их следующем большом свидании, Артур отвёл ее на шоппинг, позволяя купить все, что она захочет, буквально балуяя ее, как маленькую принцессу. Именно в том злополучном бутике Мери чуть ли не зарыдала, когда увидела свое отражение в зеркале, где торчала не она, а ее жалкое подобие: мясистые икры, большие бедра и ляшки, которые уже плотно прилегают друг к другу, животик, который мягко выпирал из-под облегающего черного платья, слишком объемная грудь, а также щёки. Она была похожа на кролика, которого перекормили и скоро съедят. Она сдержала тихий всхлип, ведь знала, что Артур за шторкой и ждёт её; он безумно хочет увидеть ее в этом платье, Артур знает, что оно ей будет к лицу. Соленые дорожки слез плавно стекают по пухлым щекам; Мери сразу же убирает их ладонями, судорожно вздыхая и приходя в себя. В один момент она слышит тревожный голос Артура, который заметил, что Мери слишком долго была в примерочной. Был уже март, поэтому Артур немного сменил стиль: теперь на нем атласная бордовая рубашка, которая не была застегнута на последние пуговицы, все такого же фасона классические брюки, лакированные туфли, более лёгкое пальто в силу потеплевшей погоды, но все такого же цвета. В этот самый месяц Мери увидела его во всей красе. Рубашка идеально подчёркивала его широкие плечи, его мускулистые руки с венами, ведь рукава рубашки он всегда закатывал и теперь Мери видела всю красоту мужских рук, что гладили ее каждый раз. Классические брюки всегда шли его длинным и прямым ногам. Его волосы все такие же, лишь немного уложены, но они такие непослушные, что у Артура не получается с ними бороться. Точно также, как и Мери. Артур аккуратно отодвигает из грубой ткани шторку и видит такую печальную для его сердца картину: Мери уткнула лицо в свои ладони, она стоит прямо перед зеркалом, не желая смотреть впредь на себя. Но Артур совершенно не понимает, что произошло, пока она переодевалась. Он очень волнуется за Мери, он медленным шагом заходит в кабинку, закрывая за собой штору и тихо начинает разговор: — Мери, что случилось, солнце? — его голос полон заботы, нежности, волнения. Его коробит, когда он видит немного подтекшую тушь на прекрасных щеках Мери и его глаза расширяются. Она не может ответить ему на вопрос, ком в горле как назло застрял поперёк. Единственное, что она может сделать - броситься ему на шею, обнимая и шепча что-то про то, что выглядит ужасно. Артур наклоняется, чтобы Мери не напрягалась вставать на носочки и смотрит на её макушку, Мери уткнулась ему куда-то в ключицу. Он нежно обнимает ее за талию, и только потом до него доходит, что происходит с Мери. — Мери, послушай, — Артур аккуратно отодвигает Мери от себя и старается усадить ее на кресло в кабинке для удобства; он встаёт на одно колено перед ней, будто готов огласить желание всей жизни. Но, пока что, он оглашает лишь свой окончательный вердикт. — Я пытаюсь понять, что ты чувствуешь. Я понимаю, что творится у тебя на душе, когда ты смотришь в зеркало и плачешь от того, что видишь там иллюзию ужасной себя. Красивые картинки женщин окружают тебя, тебе хочется быть такой же. Но тебе не нужно все это. Ты - есть ты. Ты не перестаешь быть прекрасной и самой красивой девушкой, которую я когда-либо знал, — голос Артура становится до боли сладким, особенно, когда он целует ладони Мери, которая не перестает ронять слезы себе на руки и колени. — Если ты переживаешь, что можешь не подходить мне, то ты делаешь это зря. Я любил, — мягкий поцелуй ложится на предплечье, — люблю, — ещё один такой же поцелуй ложится на ложбинку между ключиц, — и буду любить тебя, — третий поцелуй мягко укладывается на щёку Мери; Артур чувствует соленый вкус, — всегда, Мери, слышишь? — последнее, что говорит Артур, прежде чем поцеловать Мери в губы. Его руки заботливо окружают ее талию, захватывая в кольцо объятий. Мери тихо всхлипывает, смотря в потолок после поцелуя. Слезы так и не уходили с глаз, особенно после слов Артура, которые ей никто никогда не говорил. С ней все это было впервые. Она чувствовала, что влюблялась в этого человека ещё больше. Артур аккуратно вытирает костяшками рук ее горькие слезы, замечая, что на её появляются его любимые ямочки от улыбки. Он не может сдержать себя и начинает щекотать ребра Мери, отчего та хихикает безостановочно, умоляя того остановиться; его пальцы не слушаются, они спускаются ниже к ее животику и тихонько его щекочат. Мери показалось, что он особенно сильно уделяет внимание ее животу. Артур аккуратно поднимает Мери на ноги, поворачивая сразу к зеркалу. Он держит ее руки в разных сторонах, чтобы она могла видеть себя во всей красе. — Разве такая милая девушка может быть моей, м? Мне кажется, что я не достоин, — прискорбно громко вздыхает Артур у самого уха Мери, всё её внимания пригвоздилось к её внешности, которая, казалось бы, засияла. Она перестала видеть столько изъянов, будто они дополняли её. Сложно привыкнуть к такой поддержке, но она такая манящая. Через две недели, которые прошли не без приключений для Мери, ведь каждый день к ней опять-таки приходил курьер со сладостями или уже с завтраком, обедом, ужином, Артур пригласил её на свидание в спа-отель, где они смогут провести неделю вместе. Только они вдвоём. Его приглашение по среди ночи, когда Мери собиралась ложиться спать и желать ему сладких снов, ведь они общались по телефону. Его спокойный голос очень клонил спать, лучшая колыбельная в её жизни. Мери надула щеки в своей привычной манере; она видела, как Артур намекал ей на утренний поцелуй, без которого он уже не представлял своей жизни. И Мери подарила ему самый мокрый поцелуй, на который была способна в силу своей неопытности. Это заставило Артура ухмыльнуться прямо в губы Мери в надежде, что она не почувствует, но она это сделала. Её брови нахмурились, щеки стали ещё больше надуваться, теперь она была похожа на обиженного ребенка. — Пора собираться, малышка, — Артур проходит в убежище своей маленькой принцессы, видя, как она скорее убегает собираться в спальню. Он видит милую розовую сумку, полную вещей, на пуфике в коридоре. Скорее всего, она собралась заранее ещё вчера. Какая осмотрительная. Артур застегивает сумку Мери и берет на плечо, дожидаясь, пока Мери вылетит из своей комнаты обуваться. — Я готова, — Мери не заставляет себя долго ждать и Артур видит её в милом зелёном комбинезоне, футболке. Она спешит надеть свой красный шарф, теплую куртку, а также свои ботинки. Артур внимательно и со всей нежностью во взгляде осматривает Мери, которая пытается дрожащими от нетерпения руками завязать шнурки на ботинках; она старается, но у нее не получается. В другую секунду Артур встаёт на одно колено перед Мери, протягивая руки к непослушным шнуркам на её обуви, дабы завязать их. Она смотрит на него полная недоумения, но она сразу же спешит поблагодарить его за заботу. Артур выпрямляется, нежно гладя Мери по макушке; её волосы опять начинают вести себя некудышным образом, но ему так нравится видеть в этом всем свою маленькую девочку. Время пролетело ужасно быстро, когда Мери и Артур оказались в номере спа-отеля после бассейна и процедур. Артур медленными поглаживаниями снимает с Мери её белый халат, он аккуратно сползает с её плеч, открывая полный вид на оголённые участки её бледной кожи, на закрытый купальник все такого же черного цвета, на все родинки. Её податливое тело бережно кладется на кровать, где Артур начинает целовать её целомудренно, боясь испугать резкими действиями, движениями. Мери зажмуривает глаза, боясь их открыть и увидеть, что внимательные карие глаза изучают её всю, от мала до велика. Мягкие губы Артура целуют её лоб и спускаются на щеки, целуя каждую по отдельности несколько раз, стараясь успокоить дрожь в её руках и ногах. Крепкие руки Артура ложатся на её плечи, снимая лямки купальника; от него пахло хлоркой, немного маслом после массажа, разными шампунями и мылом. Но главное, что весь он был пропитан запахом Мери, что кружил голову Артуру каждый божий раз. Он не спешит открывать её грудь, ведь ему нужен хоть какой-то зелёный свет на происходящее. Мери мягко лежит на кровати, стараясь зажаться, скрепить колени вместе, закрыться руками подальше от Артура, но его плавные поцелуи в шею, ключицы и плечи сводят её с ума. Она даёт себе расслабиться и насладиться моментом рядом с ним, кому действительно доверяла больше, чем себе самой. Ладони Мери запутываются в непослушных волосах Артура, обнимая его. — Такая хорошая девочка, такая послушная, — его похвале не было предела, но каждый раз Мери таяла и растекалась свободной лужицей от таких слов. — Я так люблю тебя, принцесса, — ещё пара поцелуев оказываются на её ложбинке между грудей, прежде чем он спускает верх купальника Мери ей до талии. Артур не может сдержать восторженного вздоха, когда видит Мери такую открытую перед ним, такую беззащитную. Её грудь плавно растекалась между его пальцами; Мери показалось, что она краснеет все больше от каждого нового прикосновения к ней. Его губы скользят по её коже, собирая ушами каждый мимолётно вылетавший из груди Мери вздох или стон. Он прекрасно знает, что для неё всё это в новинку; он хочет подарить ей только самые лучшие ощущения, хочет сберечь её от всего мира. Пальцы Артура продолжают исследовать тело Мери, подмечая для себя её выпирающие родинки на теле, что теперь стали отдельной восхваленной частью тела Мери. Словно звёздное небо, Артур хочет продолжать изучать её до бесконечности. Мери гладит Артура по голове, переходя юркими пальчиками на его широкие плечи, делая импровизированный массаж, дабы успокоить саму себя от того, что произойдет сегодня в этой комнате. Пожалуй, если смотреть объективно, кто больше всего переживал в этой ситуации, так это Артур. Он безумно боялся навредить своей любимой, сделать больно или случайно переборщить. Артур волнуется за каждый вдох и выдох Мери, тщательно стараясь слушать её голос и чувствовать сердцебиение. Язык Артура спускается ещё ниже, к животику Мери, теперь уже спуская её черный купальник до бёдер. Ему не терпится посмотреть, увидеть наяву всю её красоту. Поцелуи продолжаются до самого лобка Мери, прежде чем она слышит серьезный голос Артура: — Есть шанс ещё всё остановить, если ты хочешь, — Артур аккуратно приближается к лицу Мери, видя тревогу в ее глазах. Но она гладит его скулу, замечая, как Артур трётся об холодную ладонь Мери. — Артур, я хочу сделать это, я правда хочу, — Артур хмыкает, отлипая от нежной руки Мери, бережно припадая к бёдрам Мери; он обхватывает скатившуюся ткань купальника пальцами, и Мери позволяет ему, приподняв бедра, избавить себя от ненужной ткани. Теперь он видит свою любовь полностью, без остатка.. Она не хочет видеть, как он будет с нежностью касаться её тела, её самой чувствительной зоны. И он даёт ей такое право, когда его пальцы аккуратно размазывают её соки по половым губам, смакуя каждым моментом. В один момент он спускается с кровати, медленно двигая её бедра ближе к краю. Артур встаёт на колени перед ее открытыми бёдрами, обхватывая их руками, чтобы Мери точно не закрылась от него. Она не понимает, что Артур собрался делать, но она блаженно стонет и пытается сомкнуть колени, когда мокрый и теплый язык касается её малых половых губ, переходя вверху к клитору. Артур держит бедра Мери плотно прижатыми к себе; её рука машинально ложится на на макушку Артура, оттягивая его голову от себя. Она хотела убежать от удовольствия, но он не мог отпустить её. И хорошо, что он этого не сделал.. Он не ошибся, когда понял, что от его лёгких прикосновений его такая невинная девочка сразу кончит, чего и стоило ожидать, когда его язык плавно заострил внимание на горошине клитора, влажно стимулируя его. Не прошло и минуты, как Мери растеклась по мягким белым простыням, тихо хныкая от пережитого оргазма. Сильная рука накрывает всю промежность и аккуратно шлёпает по ней, удовлетворяясь звука желания и безудержного хныканья от изнеможения. На лице хитрый оскал мужчины, что готов вечность слышать умоляющие стоны своей малышки. Артур возвышается над Мери и достает с прикроватной тумбочки цветную упаковку презерватива, и только тогда Мери вспоминает, как Артур спешно рылся в шкафчиках, когда они только заехали. На лице милый особы стыд и немой вопрос, а на очаровательных щеках багрянец. Артур успевает это заметить, когда его пальцы задевают резинку плавательных шорт. Немного шершавые губы ложатся мягко на такие красные щеки и одаривают их тысячью поцелуями в одно мгновение. Она не успевает заметить, как Артур уже надел на свой затвердевший орган защиту. Беспокойство и волнение окутывает Артура, ведь он не знает, как лучше спросить Мери о ее состоянии. — Как ты себя чувствуешь? — заботливый, до мурашек низкий голос обволакивает весь разум Мери и она не может сосредоточиться на чем-то одном. Все её внимания сосредоточено на этом моменте, где она слишком открыта, и ей должно быть стыдно, неловко, но Мери отрекается от этих чувств, уступая место новым ощущениям. Губы Артура ложатся на лоб Мери, терпеливо ожидая ответа. — Я думаю...Нет, вернее, я чувствую, что...может быть...да, я готова, — Мери активно кивает головой успокаивая больше себя, нежели мужчину, что внимательно следит за каждым новым движениям рук, головы, ног, за каждой мимической мышцы на лице Мери. Её лицо настолько отчётливо выдает весь спектр эмоций, что Артур тихо начинает посмеиваться от милости Мери. Движение размеренное, совсем невинное, ведь он не желает слышать мольбы об остановке. Только нежные стоны и желанные прикосновения в ответ терзают его душу, когда головка касается малых половых губ, размазывая соки Мери по складочкам. Артур начинает отсчёт от десяти вместе с Мери, совсем не торопясь входить по самое "мама не горюй". Чужиеродные ладони накрывают ладони Мери, удерживая на месте, давая поддержку в моменте. И Мери готова была поклясться, что это было настолько великолепное скольжение внутрь, что Артур ей казался волшебником. Многие её знакомые в Интернете твердили Мери, что первый раз - болезненный опыт, где обязательно будет кровь, ведь партнёр может быть попросту не аккуратным, и это нормально. Но теперь Мери кажется, что все это сказки для детей, когда Артур наполняет ее полностью, также медленно совершая первый толчок. Она не чувствует отчётливой невыносимой боли, она смешивается с приятной тягой по нервам, совершенно не убивая. Из груди Мери вырывается сдержанный вздох - она ещё не успела выдохнуть и вздохнуть, поскольку задерживала дыхание, полностью смыкая внимания на то, что будет происходить внизу. Артур сохраняет свое самообладание великолепно: он не привык к нежности с женщинами в сексе, предпочитая немного другие отношения и разбавляя свои ощущения в виде экстрима и адреналина, что каждый раз бушуют в крови. Но Мери была совсем другой. Ему не хотелось пугать её, доставлять неприятность, особенно, когда все это было для Мери впервые. Сердце Артура трепещет, когда каждый его глубокий толчок не остаётся напрасным: влажные ресницы Мери дрожат от прикосновений, от каждого проникновения, ноги плотно обхватывают талию Артура, а ноготки впиваются в его ладони, он всё ещё не может отпустить ее руки. Движения бёдер равномерные, темп устоявшийся и только на подходе к новому оргазму, Мери жалобно виляет бёдрами, умоляя двигаться быстрее. Повторять Артуру два раза не надо, я все поймет сразу же. Перед глазами звёздочки, рот Мери открыт от удовольствия, когда новая волна экстаза накрывает её, и Артур готов хоть на стену лезть, когда приятные стенки влагалища Мери сжимают его до предела, буквально выдавливая из него блаженство. Он ложится на грудь Мери, которая не в силах отдышаться, всё ещё ощущая член Артура внутри себя. Это чувство настолько ново для юной девушки, что она не знает, куда деть свое восхищение и благодарность Артуру, что он прокатил ее через этот странный мир, который был закрыт для неё. До этого момента. Артуру предстоит показать Мери все, что он знает сам.