Без сигарет и мир жесток/Разум в тумане

— Мин Юнги. Вам нужно принять лекарство. — врач зашел в палату. — Вы слышите меня? — мужчина подошел к Мину и заглянул ему в лицо. Юнги сидел не подвижно на кровати, да и смирительная рубашка не особо позволяла почувствовать себя довольно-таки свободно. Глаза сильно впали, сильные круги под глазами на бледном лице очень сильно выделялись. Губы высохли и потрескались, большая трещина на нижней губе кровоточила, на что Мин даже не обращал внимание и пару капель крови медленно стекали по его подбородку и потом капали на белую рубашку. Он уже месяц проходил лечение в психиатрической клинике, но лекарства, пока что, не давали видимого результата. — Откройте рот. — заботливо продолжил врач. Мин все так же сидел не подвижно. Доктор подошел ближе протягивая ему таблетки. Юнги резко повернул голову и ударил по руке доктора, что тот опешил сделав пару шагов назад. Таблетки рассыпались по полу. — Где Тэхен? — спросил Мин хриплым голосом. Он всегда молчал и поэтому его голос сильно расщеплялся. Выходя из такого состояния, медленно повернул голову и встал с кровати, подходя к доктору. Тот стоял на месте и внимательно наблюдал за парнем. — Где Тэхен? — равнодушно продолжал Юнги. — Молодой человек. Он в тюрьме. — успокаивающее продолжил тот — НЕПРАВДА! — кричал Мин вырываясь из смирительной рубашки. Полупустая палата создавала сильное эхо из-за чего у врача звенело в ушах. Он не стал терпеть такое поведение и взяв за плечи, уложил его на кровать, но Мин все еще продолжал сопротивляться и пытался вырваться. — Позовите Хосока! — взмолился тот, по его щекам катились слезы, стекая в ушные раковины, от чего он каждый раз вздрагивал. — Он скоро придет. — успокаивал его врач. И в ту же секунду в палату постучали, он поднялся и сказал: — Войдите. Юнги смиренно лежал на кровати заливаясь слезами. В комнату вошел Хосок. — Здравствуйте. Можно? — задал парень немой вопрос. — Да заходите. Но будьте крайне аккуратны. Пациент сегодня крайне не спокоен Врач вышел из палаты, предварительно убедившись, что все хорошо, после того как Хосок кивнул ему в след. Парень сел к нему на кровать. — Помочь тебе подняться? — посмотрел он на Мина с той же мягкой и нежной улыбкой. Юнги кивнул и через мгновенье сидел в объятьях любимого человека. Хосок всегда был таким. Всегда поддерживал дорогих ему людей. Всегда защищал их душу, именно душу и в первую очередь заботился о чувствах человека, нежели чем о себе. И всегда был сильным, не показывая насколько плохо может быть ему. Даже если плохо, он просто поплачет дома в подушку, в тайне ото всех, потому что для всего мира он добродушный и оптимистичный человек. Многие ему завидовали постоянно предполагая, что у него в жизни все идет гладко, именно так, как задумано ничуть не отходя от плана. Это было не так… Далеко не так. Он лишь делал вид. И на этот вид просто все велись, к их великому сожалению… — Когда ты меня заберешь? — спрашивал Юнги, пытаясь вытереть слезы. — Тебе еще рано. — смотрел на него с улыбкой Хо. — Тебе нужно жить по-другому. Просто пойми, что это не навсегда. — объяснял он Юнги, на что тот просто послушно кивал. — А как там Чонгук с Тэхеном? — У них все хорошо. Они больше за тебя переживают если честно. — объяснял Хоби смотря в глаза Мина с улыбкой, но эта улыбка больше не смогла быть такой же счастливой. — Расскажи мне, что было на самом деле. Я не помню ничего. — пролепетал устало Юнги, бессонные ночи и голодовка сделали свое дело. На улице было темно. В палате почему-то не было света, но комнату освещали уличные фонари. Тени ребят гуляли по полу, все время принимая причудливые формы. Хосок выдержал паузу, но все же продолжил: — Чонгук не выжил, когда спасал тебя из горящей квартиры. Помнишь? — ровным тоном объяснял Хо, посматривая на Мина. Юнги попытался щурить глаза, потому что неожиданно стало ярко и тут перед глазами вспыхнул огонь и тихий и усталый голос Чонгука блуждал в его голове, а после чего были слышны оглушительные крики. Он звал Тэхена. Юнги сильно мотал головой, так сильно, что она даже закружилась. — А где Тэхен? — обреченно выдал тот. — Его зарезали на одной из пьянок. — Хо задумчиво смотрел в стену. Он так спокойно говорил о том, что произошло, что Юнги казалось, будто у него теперь другая жизнь. Мин лишь напряг плечи от сильной боли, которая старательно вырывалась из глубин его души. Хосок положил руку на плечо Юнги и нежно посмотрел на него. — Юнги. Ты должен выздороветь и прити в себя. — Мы с тобой справимся. — кивал Мин на слова Хосока. — Потому что, мы вместе. — по его щекам бежали слезы, он смотрел на Чона, взгляд которого выказывал все больше боли и безысходности. — Нет, Юнги. — шептал Чон. — Ты один. — Хосок стиснул зубы и прослезился. — Почему ты хочешь уйти от меня? — Юнги не смог терпеть такой несправедливости и еле сдерживая слезы, прокручивал в голове миллиарды фраз, чтобы его переубедить. — Потому что, меня больше нет. — прошептал Хосок и растворился в воздухе… Мин секунду сидел молча и переосмысливая происходящее, он забился в истерике. Не веря всему во круг, он рвал на себе рубашку и рыдал на взрыт. — Это неправда! Это не правда! — кричал тот, обивая железные двери палаты, разбивая ноги в кровь. Когда рубашку все же удалось порвать, он бил руками двери и стены. Все что попадалась ему под руку. Кровь была по все палате. Сильные крики доносились по всей больнице. Вскоре наконец двери открылись, санитары мигом натянули на него смирительную рубашку и сделали укол. Юнги сразу же заснул. И вся больница выдохнула с облегчением, когда в ней восцарился покой.