я в слезах курю дерьмо

Какой день уже по счету? Сатору сбился. Хотя он и не начинал считать. Когда из сильнейшего он превратился в какого-то вечно накуренного или напившегося парня, что пытается хоть чем-то заглушить боль потери? Черт, он такой слабый. И ведь Сугуру просто ушел, ушел, бросив его на произвол. Они вместе были сильнейшими, и что в итоге? Почему он ушел? Обведя скучающим взглядом танцпол, он повернулся к бармену: — Еще, пожалуйста. — Сатору уже был пьян в стельку, но хотелось напиться до беспамятства. А лучше до смерти. — Парень, ты вообще уйти потом сможешь? — сказал мужчина, делая тот же напиток уже в десятый раз. — Тебя волнует? Делай свою работу пока платят. — грубо отрезал Годжо и поправил уже съехавшие с переносицы очки. Бармен не стал отвечать посетителю. Тот за некоторое время уже был постояльцем. Приходил стабильно раз в неделю, пил, его чуть ли не забирали полицейские за очередную драку либо порчу имущества либо же, если не забрали, очередная пассия вызывала ему такси. Глупо отрицать факт того, что этот блондин, что пропивал все свои деньги на глазах у бармена, похитил сердца практически всех девушек в их клубе. Хотя такие как он, по его мнению, в клубы наподобие этого не ходят, что казалось мужчине странно. Отпив немного напитка, Годжо опустил голову на стол. Черт, Гето, ты сволочь. Сатору уже ничего не понимал. Был ли он влюблен? Почему он так тяжело переживает уход Сугуру? Что делать дальше? Он взял на себя ответственность в виде Мегуми, ему надо было продолжать нормально существовать чтобы учить детей, чтобы злить этих старых, что стояли у власти, но стоит ли все это его стараний? Может, стоит просто случайно передознуть? «Хах, это звучит как анекдот…. "Сильнейший Годжо Сатору умер от передоза", и вправду…анекдот…» — усмехнулся про себя Годжо. — Эй, красавчик, может пойдем развлечемся? Ты обещал! — к блондину подошла какая-то девушка. Какая-то очередная пассия? Она самая. — Я не выполняю такие обещания. — бросил Годжо и, шатаясь, бросил бармену деньги и вышел из барной стойки. Где этот чертов наркодилер когда так нужно? Не найдя искомого, он швырнул чей-то бокал с алкогольным напитком со стола на пол и вышел из бара. Да, ему явно не будут рады здесь снова, но его это не особо волнует. Может, закончить все здесь и сейчас? Зачем Сатору все эти девушки, что не приносили ему никакого удовольствия, ему нужен был он. Если бы он был рядом, то не было сейчас пьяного Годжо, который бродил по переулкам Токио.

***

Снова он курит. Марихуана… Черт, пора завязывать. Но не сегодня, нет, сегодня ему хорошо. Пока что. Чертов Гето. Сидеть в переулке около мусорного бака это явно то, о чем мечтал накуренный Годжо. Одни и те же вопросы переполняли голову Сатору. Почему он ушел? Почему он начал все это делать? Почему он просто не остался вместе с Годжо? Они же были сильнейшими…Вместе…Так почему же? Почему он просто взял его и бросил? Вообще, Сугуру когда-нибудь любил Сатору?…Хотя бы как лучшего друга… Сатору был безнадежно влюблен. И не так давно он это понял. Блондин так устал искать в каждом прохожем Сугуру. Так устал перед сном мечтать о том, как Гето придет к нему, извинится за свое поведение, а Годжо улыбнется ему так тепло и искренне насколько умеет (и ради него он научится улыбаться так, чтобы Сугуру понял — парень и вправду ждал его) и скажет ему лишь одно слово «прощаю», а потом молча приобнимет за плечо и будет рассказывать о чем-то. Устал держаться на плаву ради кого-то. И устал ловить отходняк на мусорках, в квартирах незнакомых ему девушек, в клубах. Устал пить, устал курить, устал жить, устал притворяться клоуном. Да зачем дальше себя так вести, если только всех раздражаешь? Если он станет серьезнее, то всем будет лишь в радость. Хотя спокойный Годжо Сатору это как начало конца света. Так говорил Сугуру. А еще Гето очень ласково произносил его имя, или Годжо так казалось… В любом случае, он не сможет проверить так это или нет. Хотелось просто тут же, прям на мусорке, умереть. Умереть чтобы просто ничего этого не чувствовать. Не решать, не думать, ничего не делать. Годжо так хотел простого вернуться в прошлое, в их с Гето и Секо юность, которую из-за шаманства у них отобрали. И все равно это были лучшие моменты его жизни. Тогда было так хорошо, тогда был рядом Сугуру. И он не дал бы упасть в эту бездну Сатору. Но Сугуру рядом с ним нет.

***

— Годжо, ты вообще понимаешь что ты творишь? — говорит Секо. Перед ней сидит Сатору, что опять напился в уже новом баре и подрался. Он смотрит в пол словно провинившийся котенок, но его глаза цвета топаза (Сугуру часто сравнивал его глаза с разными драгоценными камнями) не выражали ничего. Абсолютную пустоту. — Сатору, — блондин еле заметно вздрогнул, — это уже слишком. Тебе нужно завязать. Нам к тебе приставить кого-то? — Мы понимаем, тебе тяжело пережить его уход, но ты убиваешь сам себя. — говорит Секо смотря на Сатору. Она никогда не видела его таким убитым. — Послушай Секо, пожалуйста. — сказал директор Яга. Ему было искренне жаль Годжо. Он видел на протяжении тех лет, что он обучал Сатору и Сугуру, как они к друг другу относились. Уход Гето был ударом для всех. Но Годжо было больнее всего. — Простите. — шепнул Сатору.

***

Да, он никогда не плакал на какой-то скамейке в парке под дождем. И ведь Сатору даже не пьяный, выпил один легкий коктейль и ушел. Шел куда глаза глядят и дошел до парка, где как только опустился на лавку глаза безудержно принялись ронять соленые капли. Годжо даже не хотел их вытирать, все равно в дождь никто не заметит, хотя кому замечать, ночь на дворе. Сатору просидел под дождем бесконтрольно роняя слезы, изредка всхлипывая и смотря на асфальт минут десять, как вдруг почувствовал, что на него резко перестало капать. Дождь прекратился что ли. Но он решился поднять глаза и обомлел. — Заболеешь ведь, Сатору. Такой родной голос… Блондин не верил своим глазам и ушам. — Никогда не видел, как ты плачешь, из-за кого слезы льешь? Сугуру… Сугуру стоит с зонтиком и тепло улыбается ему. У него уже галлюцинации, да? — Догадайся, Сугуру. — Я скучал по тому, как ты произносишь мое имя. — Хорошо, буду называть тебя Гето. — сказал Сатору и шмыгнул носом, вытирая остатки слез на глазах. — Как скажешь. — Сугуру смотрел в эти полюбившиеся ему глаза и большим пальцем вытер дорожку слез. — Нам есть о чем поговорить. — Да ты что? О чем же? — Как минимум о том, что ты еженедельно устраивал в клубах. И о твоих зависимостях.