Бесконечный поток успокаивающих мыслей и два виляющих хвоста

Лёгкая, тихая, инструментальная музыка слышалась дорогому гостю, когда он вошёл в комнату. А ненавязчивый запах лаванды лишь едва можно было уловить. Всё это казалось таким успокаивающим, особенно когда Шэдоу увидел в середине комнаты знакомый силуэт, который возится со всей этой многочисленной посудой. В помещение, с малым количеством мебели и со стенами, покрашенными пастельными тонами, лишь едва попадает рассеянный свет. Шэдоу осмотрелся и уселся на коврик, находящийся возле чайного столика. Метал Соник, расставивший весь нужный сервиз на чабани,* начал потихоньку наливать кипяток в исинь* и в другую посуду, таким образом стерилизуя и обогревая атрибуты. Надо было подождать три минуты, и в это время Метал сел напротив Шэдоу, лишь кивнув ему в знак приветствия. Он внимательно рассматривал чёрно-красное ханьфу гостя, которое так же было украшено золотой вышивкой в виде узоров, двух китайских драконов на груди, и по одному на длинных рукавах. Метал поднял свою правую руку, не оттопыривая большой палец, обвёл указательным в воздухе по часовой стрелке половину своего лица, начиная с лба. Когда рука обвела подборок, он разжал руку, и опять слегка сжал, сжимая воздух около своей правой стороны лица. На японском языке жестов это означало "Красивый". Чёрный ёж хорошо знал язык жестов, он всегда понимал, что ему говорит Метал, но сам он плохо общался на нём. Поэтому обычно Шэдоу говорит словами с ним, пока робот общается жестами, из за отсутствия голосового чипа. Шэдоу кивнул, он огляделся на Метала и попытался сделать так же, получилось немного нелепо, но было понятно что он хотел этим сказать. От робота послышалось несколько коротких гудков, похожих на тихое хихиканье. Гость снова положил руки на свои колени, ожидая чая, когда в это время Метал Соник аккуратно сливал воду с посуды в чабань, на котором она и стоит. Робот, он же и мастер, по крайней мере в этой комнате, плавными движениями руки взял бамбуковую ложечку, и переложил в ча-хэ* немного чайного сырья. Метал передал гостью чайную "коробочку", держа её обеими руками. Взяв уже в свои руки, большие пальцы Шэдоу положил на изогнутые поверхности, поднеся к носу. Он сделал первый вдох, и его хвост слегка завилял. Он сделал второй, более глубокий вдох, и полной грудью, медленно, выдох обратно на сухой чай, согревая его и пробуждая аромат. Рассматривая каждый листик и его форму, Шэдоу сделал уже третий, самый глубокий и насыщенный из всех. Он медленно передал ча-хэ обратно в руки Метала, как будто не желая расставаться с этим прекрасным ароматом. Робот поставил чайную "коробочку", и той же бамбуковой ложечкой стал перекладывать с неё чай в исинь. Положив в чайничек около трёх ложек с горкой, Метал залил в него горячую воду, тонкой, журчащей струёй с высоты пятидесяти-семидесяти сантиметров, наполняя его до краёв. По правилам нельзя было заливать кипяток, ведь он может испортить всю изысканность чая и его вкус, робот об этом прекрасно знал. Это была не первая такая встреча Метала с Шэдоу, накопленный опыт даёт о себе знать. Такими встречами они могли выразить уважение и почтение друг к другу. Вот уже странно успокаивающе движения Метала заставило Шэдоу смотреть на него и разглядывать всё, что попадалось под ненасытные видом красные глаза. Робот с фарфоровой ложечкой снимает образовавшиеся пузырьки и всплывшие чайные листики с поверхности чая, кладя их на специально приготовленное для этого блюдце. Он закрывает исинь, теперь нужно снова немного подождать. Взгляд чёрного ежа начал постепенно подниматься с положенных рук Метала к себе на колени, на его длинные рукава, плечи... И через несколько моментов на его мордочку. Мастер слегка наклонил голову, ухо непроизвольно дёрнулось, как и хвост гостя при виде этой картины. Да, хвост Шэдоу завилял, он ударяется об его длинное ханьфу, издавая немного шума. Но, кажется этот звук даже воспроизводит успокаивающее действие. Ухо Метала снова дёрнулось, он поднял свою голову и свою правую руку, преподнёс её боком к своей мордочке, ниже острого носа и сжал в кулак, не оттопыривая большого пальца. На японском языке жестов это означает: "Милый". Тут хвост Шэдоу стал ещё больше двигаться из стороны в сторону, и на его лице появился едва заметный румянец. Гость слегка сжал свои колени руками и немного отвёл взгляд. Через момент он опять смотрел на лицо мастера. Метал, в свою очередь опять на момент наклонил голову и почти сразу же возвратил в исходное положение. Он такими же плавными и спокойными движениями слил первый чай в отдельную посуду. Так, следуя всем канонам и правилам этой чайной церемонии, теперь Метал заваривает чай непосредственно для употребления. Листы заливают с более низкой высоты, а именно с десяти-пятнадцати сантиметров, и так же до краёв. Низкий к чаю поток воды способствует лучшему, более медленному настаиванию. Поверхность воды вновь очистилась от листьев плавными движениями фарфоровой ложечкой. Объектом для разглядывания Шэдоу стали эти прекрасные, почему то успокаивающие руки Метала. Он, как будто пытался прикоснутся их своим взором. Мастер накрыл исинь крышкой, и через полминуты, эти же сладостные руки открыли чайничек. Они взяли ситечко, и аккуратно стали лить чай в ча-хэ. Уже взяв его, Метал, плавными движениями налил напиток в пиалу* своего гостя. Шэдоу взял её, и, закрыв глаза отпил первый маленький глоток, что бы ощутить вкус, большой второй, и последний третий, маленький, что бы насладиться послевкусием. Он поставил пиалу на чайный столик, и Метал повторил действие. Чёрный ёж снова отпил чая, пока робот внимательно разглядывал его черты лица, ханьфу, которое было для него невероятно прекрасным. В нём можно было хоть всю жизнь, да не то что жизнь, всю бесконечность рассматривать узоры, которые как будто не кончаются и никогда не надоедают. Рассеянный свет постепенно обретал более тёплые оттенки, когда Метал спокойно наливал уже седьмую, последнюю порцию чая для Шэдоу. Он заметил, что его гость всегда закрывает глаза от удовольствия, когда пьёт этот напиток. Ёж взял пиалу двумя руками и стал медленно, медитативно глотать напиток. Он постучал согнутыми указательными и средним пальцами по чайному столику*. Метал спокойно смотрел на это, несколько раз кивнув. На первый глоток, он почувствовал, как стол немного шатается. На второй его ханьфу начало немного шуршать. А на третий, когда Шэдоу поставил пустую пиалу на чайный столик, он не увидел Метала, который должен сидеть напротив. Зато он почувствовал, как его спины, а именно поясницы, касаются грубые, металлические пальцы. Шэдоу сразу же посмотрел вниз и увидел Метал Соника который ластился к нему. Уже через мгновение робот полностью обхватил поясницу чёрного ежа и сел ему на колени, слегка трясь об него. Хоть Метал и был сделан из металла, его движения казались особенно нежными, когда дело доходило до прикосновения к своему объекту любви. Его ухо слегка дёрнулось, и Шэдоу начал гладить того по голове, иногда играясь с ушком робота, двигая его из стороны в сторону. Метал чуть приподнялся и начал тереться об ключицы Шэдоу, а тот обхватил его спину и начал гладить её. Оба хвоста, гостя и мастера завиляли, издавая немного приятных звуков.