Я вижу разницу

      [18:37]       Я уже стою на крыльце.       [18:37]       Почему ты такой не послушный? Зайди внутрь, на улице уже начинает холодать.       Феликс лишь фыркнул в ответ на сообщение, блокируя телефон и убирая в задний карман. На улице действительно стало резко холодать, хотя была только середина октября. А на нём была лишь чёрная водолазка и джинсовка. Вообще дополнительные не должны были закончиться так быстро, и так как у Хёнджина появились дела сразу после пар, он пообещал забрать его после них.       Ли даже немного удивился, когда получилось выдохнуть пар изо рта. Всё-таки нужно переходить на дублёнку. Наконец, подъехала машина, но не та, которую ждал Феликс.       «Почему он взял машину матери?»       Но когда он начал подходить ближе, а человек из машины вышел, то два и два в голове сложились.       — Долго ждал?       — Я всё ещё не дождался. — Помотал головой младший, прижимая к груди пару учебников по японскому языку. Голос был всё таким же низким, но более угрожающим. — Что тебе нужно… Как там тебя?       — Вау, в это больно. — Скривился Сэм, подходя к Феликсу ближе. — Я даже подготовился, чтобы ты не смог понять, что я не Хёнджин.       — Готовься сколько тебе влезет, вот только я вижу разницу. — Ли наклонил голову в бок, сканируя взглядом парня перед собой. Ну, лицо у брата Хёнджина было немного ассиметричным, стрижка короче, чем у его младшего брата, и на этом, собственно, всё. Разница была даже не во внешности, возможно, кто-нибудь другой и мог бы их перепутать, но точно не Феликс. Хищный взгляд парня напротив, слишком собственнические прикосновения и смех — такой неестественный. Всё это так сильно отличалось от нежного взгляда его Хёнджина, мягких и аккуратных прикосновений, будто старший всякий раз боялся сломать Феликса и мелодичный живой смех, который вызывал ответную улыбку на лице Ли. Всё это не шло ни в какое сравнение с его любимым Хёнджином, который никогда не смотрел на Феликса, как на добычу. А смотрел лишь с нежностью и огромной любовью. Феликс был уверен, если бы это было возможно, то зрачки Хвана превращались в сердечки, когда он смотрел на Ёнбока.       — Да разве тебе не всё равно? У нас с ним одинаковые лица, какая разница с кем встречаться? Да и я был бы намного лучше, — Хитро улыбнулся Сэм, совсем сокращая между ними расстояние.       — Да что ты, — совсем не впечатлённый Феликс отступил назад, сохраняя дистанцию. — Хёнджин-и намного красивее тебя.       Сэм стоял явно удивлённый подобному высказыванию и, не удержавшись, рассмеялся. Феликс лишь закатил глаза, совершенно не обращая внимания на парня перед собой, а кидая взгляд куда-то за его спину.       — Я уверяю тебя, Феликс, что со мной ты не будешь скучать. — Подмигнул Сэм, протягивая руку к Феликсу. Но непроизвольно вздрогнул, когда его перехватили за запястье и не дали даже хоть как-то прикоснуться к Ли.       — Уверяю тебя, ему со мной и не скучно. — Хёнджин оттолкнул Сэма в сторону, забирая из рук Феликса учебники и сумку. — Я же сказал, ждать в помещении. Ты весь замёрз, — тон Хвана тут же оттаял, был спокойным и нежным, как и всегда.       Ли мило улыбнулся, беря своего парня под локоть и прижимаясь к его правому боку.       — Вот так совсем и не холодно, — усмехнулся Феликс и запрыгнул на переднее сиденье, когда ему открыли дверь.       Хёнджин тут же тронулся, когда занял своё место.       — Потерпи немного, скоро должно стать теплее, на заднем есть плед.       Феликс послушался старшего и достал плед, укрывая им свои бёдра. В машине вновь наступила тишина, но в этот раз комфортная и согревающая.       — Он же тебе ничего не сделал?       — Если не считать того, что своей больной головой пытался заразить мою здоровую, то нет. — Феликс обратил внимание, как напряглась челюсть Хёнджина. Ли положил ладонь ему на бедро, немного сжимая. — Всё в порядке. Он ничего мне не сделал. Не думай о том, чего не произошло.       Хёнджин выдохнул и кивнул в знак согласия.       — Можно я сегодня останусь у тебя?       — А твоя мама не будет против? — Удивлённо поднял брови Феликс и, увидев, как помотал головой Хван, улыбнулся. — Конечно, ты можешь. Примем вместе ванну, посмотрим что-нибудь перед сном и в обнимку ляжем спать.       Хван, наконец, улыбнулся, считая сегодняшний план Феликса на вечер слишком заманчивым.       Разморённые парни после принятия совместного душа устало завалились на кровать. Делать уже ничего не хотелось, они лишь лениво перебрасывались парой слов, пока Хван не утянул Феликса на себя, укрывая их двоих одеялом. Хёнджин уткнулся носом в шею младшего, вдыхая аромат, который так успокаивал, но в тоже время и сильно дурманил.       Губы проходились мягкими, еле заметными поцелуями, от мочки уха и дальше, ниже к оголённому плечу из-за растянутой футболки.       — Ты разве не устал? — Тихо посмеялся Феликс, лишь сильнее отклоняя голову, поощряя действия парня.       — На тебя всегда силы найдутся. — Руки со спины скатились ниже к пояснице, а затем и вовсе оказались на бёдрах, подтягивая младшего к себе ближе. — Мне так нравится, как ты пахнешь, Ёнбок-а.       — Знаю, — поднял голову парень и, подцепив подбородок Хвана, столкнул их губы. Феликс удобнее уместился на бёдрах Хёнджина, слегка ёрзая и приподнимая свой корпус.       Хотелось утонуть в Хёнджине прямо сейчас, стереть этот жгучий и неприятный осадок сегодняшнего дня. Чтобы он не думал ни о чём, только о Феликсе, только о том, как тот массировал крепкие плечи, пытаясь расслабить мышцы. Только о его мягких и нежных губах, что с такой трепещущей любовью целовали. О приятном весе Феликса на нём, которого не хотелось бы выпускать из своих объятий. Только о них двоих, только об их любви.       — Думай только обо мне, Хёнджин-и, — прошептал, отрываясь от губ, в покрасневшее ухо, оставляя и там мягкий поцелуй. Хван сглотнул и крепче сомкнул руки на лопатках Ёнбока, утыкаясь в его шею.       — Я так сильно тебя люблю, Ёнбок-а.       — И я тебя люблю, Хёнджин-и.

★★★★★

      С приезда Сэма прошло уже пять дней, в следующий понедельник (через три дня) он должен уехать. От этой мысли совсем немного, но Хёнджину становилось легче. После того случая Феликс и Сэм не сталкивались, да и старший как-то притих. Что было слишком подозрительно, но Хёнджин старался не уделять этому много внимания. Главное, что Феликс оставался на безопасном расстоянии от Сэма и никак не реагировал на его откровенные провокации. А пока Хван старался держаться рядом с Феликсом.       Но сегодня Феликс предупредил его о том, что ушёл с ночёвкой к Чонину и попросил не скучать без него. Иногда Ёнбок был таким забавным, прося о чём-то невозможном. Хёнджин всегда скучал и каждый раз, как первый, ждал встречи с ним.       Поэтому Хван искал чем себя можно было бы занять. Думал, что можно бы пересмотреть какой-нибудь сериал, но резко вспомнил о том, что давно не рисовал. Только он достал свой скетчбук, приготовил карандаши и нашёл фото Ёнбока, как понял, что не отказался бы от кофе. Он часто любил заниматься чем-то и пить или есть в догонку. Спустившись на первый этаж поставил чайник и уткнулся в телефон. В доме было привычно тихо, даже спокойно за последние дни. За эту неделю Хёнджину впервые здесь комфортно, как и раньше, когда были только он и мама. Никаких лишних шумов и, тем более, людей.       Но стоило только парню об этом подумать, как на втором этаже, а затем на лестнице послышались шаги. Хёнджин раздражённо закатил глаза, стараясь не обращать внимания на Сэма, который подошёл к холодильнику и взял яблоко. Хруст фрукта был слишком громким в тишине дома, заставляя Хвана в очередной раз пожалеть, что не надел наушники.       — А где Ёнбок? — Очередной хруст.       — Тебя это волновать не должно. И не называй его так. — Хёнджину показалось, что в этот раз хрустнул не фрукт, а его телефон от того, как сильно он его сжал. Сэм лишь хмыкнул, а чайник наконец вскипел. Хван поднялся и быстро начал готовить себе кофе, боковым зрением замечая, как брат следил за его движениями.       — Знаешь, теперь я могу понять, что ты нашёл в Феликсе. — Сделал акцент на имени Сэм, выкидывая то, что осталось от яблока. Хёнджин старался не обращать внимания, потому что понимал, что его начинали откровенно провоцировать. Но было тяжело сдерживаться, когда речь заходила о Феликсе. — Такой нежный и милый мальчик. На самом деле, пока ты не появился на его горизонте, мы очень даже хорошо поболтали. Ну, тогда, возле универа.       Хван слишком громко размешивал кофе, который уже давно был растворён, лишь бы заглушить вылетающую чушь из чужого рта. Хёнджин развернулся, чтобы уйти, но так и застыл на месте, когда услышал слова Сэма.       — Не думал на счёт тройничка? Уверен, что после сравнения, у Феликса не останется сомнений о том, кто лучше. Он может это делать со мной, но представлять тебя. В этом ведь нет ничего…       Кружка с грохотом ударилась о пол, а Хёнджин рванул в сторону брата, хватая того за воротник, тут же нанося удар по лицу. Сэм даже не успел среагировать, не ожидая, что Хёнджин так быстро сорвётся. Младший повалил брата на пол, нависая сверху, вновь ударяя по лицу.       — Тварь! Я предупреждал, что убью тебя, мудак! — Хёнджин схватил того за футболку уже двумя руками и встряхнул пару раз, крича прямо в лицо. Он пытался привести Сэма в чувства, надеялся, на самом деле, надеялся, что они смогут быть братьями… Но тот лишь продолжал гадно ухмыляться. Его губа была разбита, а на скуле уже виднелся синяк.       — Ты даже не представляешь, что я хотел бы сделать с Феликсом! А как я это сладко представлял себе, — промычал будто в удовольствии Сэм, принимая очередной удар Хёнджина.       — Ненавижу тебя, — Хван занёс руку для очередного удара, но входная дверь резко открылась, впуская хозяйку дома. Хёнджин даже на собирался слазить с брата, но, увидев шокированный и напуганный взгляд матери, остановился и еле поднялся на ноги. Откровенная провокация выбила просто все силы из него, а перед глазами был лишь туман. Злость до конца не нашла выход, лишь совсем немного утихла. Может, если бы он действительно разбил лицо брата, то и дышать стало бы лучше. Потому что перестал бы видеть своё отражение в нём.       — Что вы уже успели натворить? — Женщина обеспокоенно подбежала ко всё ещё лежащему на полу Сэму и помогла тому подняться. Она обеспокоенно смотрела на его лицо. — Хёнджин, объясни.       Хван лишь тяжело сглотнул, неожиданно перед глазами начало плыть от скопившихся и неизвестно откуда взявшихся слёз. Он повернулся к матери и увидел в её глазах раздражение. Ни намёка на то, что она может понять своего второго ребёнка.       — Он начал провоцировать меня Ёнбоком, наговорил гадостей и теперь улыбается, потому что смог довести меня. Всё не так плохо, как в прошлый раз, но я никому не дам так говорить о моём парне. — К концу его голос обрёл стальные нотки. Сэм лишь невинно хлопал глазами, делая вид, что не понимал о чём шла речь. А мама как-то странно уставше вздохнула.       — Хёнджин, ты снова за своё?       Подобный вопрос выбил парня из колеи. Что это могло значить?       — Что?       — Сэм мне всё рассказал про выпускной вечер. Не думаешь, что тебе следует перед ним извиниться? — Женщина сложила руки на груди, осуждающе смотря на своего второго ребёнка.       — Чего? — В очередной раз шокированно посмотрел Хёнджин на мать, которая была настроена решительно. Пелена перед глазами вновь накатила, но в этот раз Хван не пытался её сдержать. Пусть видят, как больно ему сделали. — То есть, простила ты совсем не Сэма… А меня? Даже знать не хочу, что он тебе сказал, что ты так быстро поменяла своё мнение.       Женщина поджала губы и уже хотела подойти к младшему сыну, но Хёнджин резко развернулся и в одной пижаме и тапочках выскочил из дома. В груди так сильно болело от несправедливости, от предательства. Хван остановился посреди улицы, переводя дыхание. Он даже и не заметил, как перешёл на бег, а из глаз текли слёзы. Не выдержав он сел на корточки, хватаясь за голову и тихо всхлипывая, пока это не перешло в неконтролируемые рыдания. Дышать уже стало больно, но прекратить истерику казалось чем-то невозможным. Он медленно поднялся, слегка пошатываясь, но заставил себя идти. Неважно куда, просто подальше от дома.       Хёнджин медленно брёл по улице, совершенно не чувствуя холода. Пальцы рук слегка подрагивали от оставшегося адреналина, костяшки совсем немного ныли, но Хван даже не думал об этом. Он и не заметил, как ноги сами привели его к дому Феликса. Хёнджин посмотрел на окно парня, но свет был выключен. И только в этот момент старший вспомнил, что Ёнбок говорил про ночёвку у Чонина. Сегодня его даже дома не будет.       Хёнджин лишь обречённо вздохнул и развернулся, чтобы уйти, как тут же перед собой заметил старшего брата своего парня.       — Ты чего здесь торчишь?       — И тебе привет, хён. — Усмехнулся Хван, только сейчас начиная ощущать леденящий холод.       — Боже, почему ты в таком виде? Пошли в дом, скорее. Не хватало, чтобы ты потом заболел, а Феликс мне все уши прожужжал. — Минхо взял Хёнджина под локоть и повёл в дом.       Внутри всё также пахло только что заваренным чаем и корицей. Совсем как от Ёнбока. Ли посадил Хёнджина за стол, давая тому плед и молча ставя чайник кипятиться, пока сам разбирал пакет с продуктами. Молчание не продлилось долго.       — Так, что произошло? Почему ты только в домашней одежде и тапочках? — Минхо развернулся к Хвану лицом, поясницей опираясь о столешницу и складывая руки на груди. У Хёнджина пошли мурашки по спине от вида такого строгого парня. Но Хван искренне радовался за Феликса, у которого был такой хороший и понимающий действительно старший брат.       — Ёнбок тебе рассказывал, что у меня есть брат близнец? — Хван поднял глаза, чтобы увидеть, как Минхо кивнул. Хёнджин не был против того, что Феликс мог рассказывать что-то своему брату, так было даже легче. — Так вот, в прошлом этот «брат» увёл у меня девушку. А сейчас это пытался сделать и с Ёнбоком. Он сказал такие гадости, что я не выдержал и между нами произошла драка. Мать встала на его сторону, а я больше не смог находиться в том доме. Ну и сбежал, сам не знаю, как пришёл именно сюда. — Хёнджин неловко улыбнулся и взъерошил волосы на затылке. — Может, это потому, что Ёнбок-а сказал, что меня здесь ждут, даже если его нет дома.       Минхо слушал очень внимательно, делая слишком серьёзное лицо, но на последнем предложении складка между бровей исчезла, а губы изогнулись в мягкой улыбке.       — И он не соврал. — Ли кивнул и достал три кружки, заливая кипятком пакетики чая с корицей и яблоком.       Только Хёнджин хотел спросить, почему кружек три, как входная дверь резко распахнулась, а на пороге стоял запыхавшийся Феликс. Он был одет в пижаму, но сверху накинута куртка, а на ногах кеды. Хван тут же поднялся с места, идя на встречу младшему. Как только они оказались рядом, Феликс протянул руки, сжимая в своих ладонях лицо Хёнджина. Тот часто заморгал, совсем ничего не понимая.       — Почему ты так поздно у нас дома? Что-то случилось, ты в порядке? — Ли начал внимательно разглядывать его лицо, крутя то влево, то вправо, мягко поглаживая тёплые щёки. — Я так волновался. — Феликс обвил руками шею парня, вставая на носочки и поглаживая одной рукой волосы на затылке Хвана. Тот лишь блаженно выдохнул, сильнее сжимая в своих руках Феликса, наклоняясь к нему ближе, чтобы Ли было удобнее.       — Поругался с мамой. Я могу остаться у вас?       — Ещё спрашиваешь. — Хмыкнул Минхо, ставя на стол чай. — Давайте выпьем чай и пойдём спать. Вы оба слишком перенервничали сегодня.       Как только чай был выпит, а парни разошлись по комнатам, Феликс утянул Хёнджина на свою кровать, сажая того. Он встал между его ног, беря в руки большие ладони, с грустным взглядом осматривая стёртые костяшки.       — Всё хорошо, Ёнбок-а, — старший высвободил одну руку, протягивая её, чтобы убрать чёлку с глаз Феликса. А после и вовсе притянул Ли к себе на колени.       Феликс с Чонином только устроились удобно на диване, чтобы посмотреть фильм на ночь, но Ли получил сообщение от Минхо. В нём говорилось, что Хван пришёл к ним домой в домашней одежде и совсем подавленный. Ли тут же соскочил, попросив прощения у Чонина, поспешил к себе домой. Благо, такси приехало быстро и также быстро доехало до его дома. Феликс так сильно испугался, что могло произойти что-то ужасное, но выдохнул, когда понял, что с Хёнджином всё в порядке. Относительно.       — Я тебе не верю, — Ли уткнулся лицом в плечо Хёнджина, обнимая двумя руками за шею. Старший в ответ обхватил его, притягивая ближе и целуя в висок. Щёки обожгло что-то, но после того, как из него вырвался всхлип, парень понял, что это были слёзы. Хван вновь плакал.       Он сильнее отвернул голову, чтобы Феликс не мог его видеть, но остановиться не мог. Плечи его дрожали, а неконтролируемые всхлипы стали только чаще. Ли зажмурился, пытаясь взять себя в руки, чтобы не расплакаться вместе со своим любимым. Он мог только сильнее сжать Хёнджина в своих объятиях, чтобы успокоить его страдающую душу. Внутри него бушевал безмолвный ураган. Его мысли метались, как пойманные в клетку птицы, в отчаянной попытке найти лазейку, выход, волшебный ключ, что распахнул бы дверь перед его болью. Каждое прерывистое дыхание Хёнджина било по нему камнем, и он мысленно перебирал все слова утешения, все возможные решения, жаждая принять его муку в себя, оставив Хёнджину лишь покой.       — Мне так больно, Ёнбок-а… — Голос Хвана было таким тихим, но для Феликса он ударил набатом. Младший в очередной раз мог лишь оставить пару поцелуев, ощущая солёный вкус. Будто это были не слёзы, а именно то, что творилось на сердце Хёнджина. — Вот здесь… внутри, — очередной всхлип, только более сильный. Его рука соскользнула с талии Феликса, и он кулаком ударил себе по груди. — Как будто горы лезвий, что впиваются… только сильнее с каждым вздохом…       — Мой хороший, любимый, не мучай себя, прошу… — Феликс не удержал и своих слёз. Его душа тоже слишком болела. Его любимый не должен был так страдать, не должен был терпеть всё подобное. — Оставайся у меня, навсегда. Останься со мной навсегда и тебе больше не будет больно, прошу…       Хван не знал сколько они так просидели, но чувствовал себя как никогда лучше. Находясь в тёплых объятиях Феликса, слушать его запах и умиротворённо прикрывать глаза, когда затылок так нежно массировали. Хёнджину больше и не надо, он был дома.