i need your touch

В объятьях ночи нам всегда хочется быть более откровенными. И не только з другими людьми, а и с самыми собой. Правильно ли мы сделали в той или иной ситуации. А может лучше тогда нужно было промолчать или высказать все прямо, не скрывая своих эмоций. Эти мысли просто съедают нас изнутри, заставляя жалеть о каждом сделанном действии. -Так хочется скрыться от этих мыслей, - закрывая уши светло-синей подушкой, говорил Феликс, надеясь, что это поможет ему скрыться от мыслей, которые днем за днем говорят о неправильности его действия. Что он так легко оттолкнул единственного человека, который любил его той самой чистой любовью. Не прося взаимности в ответ, говоря, что все что ему сейчас нужно просто быть рядом, смотреть в карие глаза, которые всегда были мокрые от слез и успокаивать дрожащее тело в своих объятьях. Его взгляд всегда был светлостью и радостью, и смотря на него у мальчика просто сжималось сердце. Ему было больно смотреть как тот яркий огонь, сменился на что-то иное, более синее и грустное. Как боль заполняла его глаза, как только его взгляд цеплялся за раны на ногах, руках. Феликс по-настоящему его любил и хотел дарить ему такую же нежность в ответ. Но также ему не хотелось приносить любимому человеку боль. Его сердце разрывалось на части, когда он видел грусть во взгляде, которая появлялась из-за его. Ненависть к себе только усиливаясь, уже не оседая, я заполняя сердце изнутри. Но он не мог поменять свою жизнь. Убрать из нее все что приносило боль, как и ему так Хенджину. Он был ничтожно слаб перед всем этим, и все что оставалось ему это терпеть и подавлять слезы во время трепетных и нежных поцелуев, которые бабочкой оседали на его ранах. Которые на пару секунд заставляли забыть обо всем, о всех проблемах, которые скрываются где-то неподалеку. Были в той момент только он и Хван, сильное биения сердца, что уже вот-вот выпрыгнет и мокрая дорожка на щеках, что смогла стереть часть тональника и освободить пару веснушек на свободу. Но сможет ли он снова почувствовать эти ярко-розовые губы, после тех слов что он сказал ему? После того, как попросил уйти, после того, как наговорил много лишних и далеко не приятных слов, которые он даже не хотел говорить, но которые вырвались лишь бы заставить парня напротив уйти. Лишь бы не приносить ему боль. Тогда Ликсу казалось, что это единственное правильное решения , как для него , так и для Хвана. Но обдумывая все сейчас вспоминая, как он просил не убирать себя из его жизни, все кажется с точность то наоборот. Хочется просто ощутить его прикосновения, которые так хорошо согревали в холодные , долгие ночи. Но сейчас на второй части кровати пустота, как и на сердце Феликса. «Я же сам этого хотел, так почему так больно это осознавать?» Тело намеривается от всех этих раздумий упасть в глубокий сон, глаза уже вот-вот закроются , а тело наконец-то, за весь день расслабится и не будет ощущать боли, от новых новых порезов. Но дверь в комнату, которая тихо открылась, впуская в комнату человека, прерывает дремоту Ликса. Кровать немного прогибается под весом, а следом на теле появляются новые ожоги от чужих, таких прикосновений. Они заставляют тело содрогаться от каждого малейшего движения пальцев чужой руки. Вздохи другого человека стают более тяжёлыми , опаляя шею, на которой только недавно красовался ожог от прикосновений. Сейчас же там расцветает что-то новое, более приятное от осознания кому принадлежат все это. -Хенджин?- голос дрожит , сердцебиение учащается, а слезы уже хотят рекой упасть вниз, но Ликс, сжимая ладошки в кулачки, держится, боясь что человек за его спиною увидит их снова, что он снова увидит ту печаль. Но эмоции сейчас были намного сильнее бедного мальчишки, и небольшой всхлип, цепляет слух Хвана.-Ты все-таки пришёл, а так тебя ждал. Первая, вторая, третья… -Я бы тебя никогда так просто не бросил бы, Ликси,- на месте, где не так давно были пальцы, начали появляться губы. Повторяя каждое малейшее прикосновения. Даря ту нежность, в которой Ёнбок так нуждался последних 2 недели. -Мне так нужны были твои прикосновения, даже больше чем я думал. Так хочу чтобы эта ночь стала немного дольше, а ты бы остался со мной до самого утра,-глаза, теперь в них не увидишь ни капли боли, только счастье, радость ,что человек которого ты любишь лежит рядом с тобой, так нежно целуя в плечо, спускаясь ниже по руке, находя шрамы, которые старается более сильнее поцеловать. Говоря действиями, что они вовсе не делают его менее красивым. -Не уходи,- уже шепотом говорил Феликс, стараясь этим скрыть всхлипы.-Прошу… Его лицо оборачивается к Хенджиновому, а губы не спеша тянутся к губам напротив, вовлекая в такой долгожданный и нежный поцелуй. Сейчас вовсе не хочется быть грубым, в страсти животно покусывать губы до крови , томно постанывая в поцелуй. Вместо этого он хочет передать всю чувственность и ожидаемость момента, не спеша сминая поочередно , то верхнюю, то нижнюю губу, давясь собственными слезами от чувств. Ощущая солоноватый вкус, который времени от времени сменялся на вишневый, которым были пропитаны уста Хвана. Его любимый вкус С каждым новым всхлипом , скорость увеличивалась, требуя больше, больше вишневого вкуса, больше самого парня. Забирая этим те прикосновения, которые отсутствовали последние недели, самые сложные недели в его жизни. На смену этим действиям, приходят более требовательные, запуская язык в рот другого, поочередно облизывая верхние и нижние ряды зубом, затем переходя на язык другого, нежно его лаская. От всего этого, глаза напротив также заполняются влагой, но Хенджин их вовсе не старается сдержать или как-то скрыть-он просто отдается моменту, отключая любые ненужные мысли и просто каждой клеточкой своего тела хочет запомнить эти ощущения, запомнить их первые подобный поцелуй. А лучше было бы, просто навсегда остаться в этой комнате, которая уже пропахла запахом брауни, на стенах которой можно увидеть , при свете, несколько постеров его любимых групп, а на полочке возле рабочего стола, несколько фигурок незнакомых для Хвана персонажей игры. В комнате, в которая ночью всегда погружается полностью во тьму, в которой светло только днем и с небольшой кроватью с синим постельным бельем , которое единственное что-то яркое здесь, если не брать в счет улыбку Ликса. -Больше никогда не уходи, - отстраняясь от губ и не отрывая взгляд от родинки под глазом говорил тот, восстанавливая дыхания от продолжительного поцелуя.- Даже, если я буду тебя умолять , прошу, просто не покидай меня. Только высохшие щеки , снова накрывает новая порция горячих слез. -Не переживая, я больше никогда тебя не оставлю,- нежно вытирая влагу со щек большим пальцем, говорил тот, предано смотря в глаза напротив. Его палец со щеки, перешёл на скулу, также трепетно поглаживая, стараясь успокоить дрожащее тело, то ли от чувств, то ли от открытого окна посреди темной ночи, через которое пролезал ветер вместо со светом луны, ложась на открытие участки кожи обоих парней. -Можно я сделаю кое-что? Меня просто сейчас так переполняют чувства от всего происходящего, что, кажется, я уже никогда не осмелюсь такое попросить,- быстро проговорил Феликс дрожащим голос, опуская глаза на свои руки, которые перебирали ткань домашних шортов. Сейчас ему было как-то не по себе смотреть прямиком в темные глаза от своих мыслей и , пока-что, несказанной просьбе. --Что же ты такое хочешь у меня попросить , что даже свои прекрасные глазки опустил,- Феликс не видел его лица, но самая интонация явно давала понять с какими эмоциями говорил Хенджин- какими-то игривыми, радостными. Такой настрой явно радовал Ликса, ведь что же может быть лучше, когда твоя любовь, та и просто человек который на протяжении долгого времени помогал тебе морально, сейчас , наверняка, имеет хорошее настроения и явно улыбается. От понимания этого, улыбка ярким светом расплывается на веснушчатом лице, а Хенджин замечает ее только когда своими холодными пальцами поднимает лицо, заставляя смотреть на себя. Или ,может ,чтобы миловаться его улыбкой , замечать новые веснушки, которые он раньше не замечал, хотя при таком освещении это будет явно не легко. -Давно займемся любовью?- сейчас его очень радовало, что света толком в комнате нету, ведь сейчас его лицо и кончики ушей были далеко не обычного, бледного цвета. Его взгляд опустился на губы, и сразу заметив это за собой, он быстро поднял его снова на глаза, ожидая ответа и явно удивляясь своей бесстрашности. Все сегодняшние эмоции дали ему более смелости, или он просто боится, что тот уйдет, хотя теперь он точно не скажет ему этого делать, как сделал в прошлый раз, чтобы защитить его. Но явно сделал только больнее не только себе, но и Хвану. Но про это он старается не думать, ведь все же позади? -Ликси, ты меня удивляешь,-улыбка на его лице стала еще больше, а лицо следом упало на хрупкое плечо парня напротив, которое немного оголилось из-за большой футболки на ему. Он вдохнул его запах кожи , и немного поводил носом, ощущая большое количество мурашек. -То есть, после того как мы сегодня плакали ты предлагаешь мне заняться сексом, - он поднял голову, и увидеть его глаза стало немного сложнее, ведь челка прикрывала их, делая взгляд более темный. -Не сексом, а любовью. А это разные вещи,- убирая волосы за уши, говорил младший, после этого нежно поглаживая затылок. -И какая же в них разница? - наблюдая за сосредоточенным взглядом любимого, говорил тот. — Ну секс-это что-то более животное, честно не знаю, как объяснить,- немного подумал, тот продолжил.- Им можно со всеми заниматься короче, а заниматься любовью это то, которые ты можешь делать только с тем человеком, которого сильно любишь. -Так ты меня любишь?- его глаза явно начали светится, а сердце ускорилось, казалось , в 1000 раз. Он впервые слышит такое от Феликса, до этого такие серьёзные словосочетания говорил только он. -Сильно,- его губы коснулись чужих, полностью наваливаясь на парня, что тот не мог удержаться и упал всем телом на одеяло вместе с Феликсом, и его губами на его. Он явно был настроен серьезно, ведь то с какой силой он начал поцелуй обо всем говорило. -Но у тебя есть же смазка и презерватив, без этого, боюсь, никак не получится. Я слишком боюсь тебе сделать больно,- оторвавшись от таких сладких губ. Но даже такой притягательный вкус, не был настолько важен, как безопасность любимого человека. -Есть,- с ухмылкой сказал младший. Ему очень нравилось смотреть на ошарашенное лицо под ним.- Только не спрашивай откуда у меня это. Когда-то расскажу ,- накрывая указательным пальцем уста, попросил Ликс. -Хорошо, не буду,- получилось немного невнятно из-за помехи в виде чужих пальцев. -Хороший мальчик,- тянясь к прикроватной тумбочки и доставая нужные вещи , сказал тот. -Но я очень удивляюсь, насколько резко у тебя поменялось настроение,- большие ладони начали нежно поглаживать бедра, поднимаясь все выше, забираясь под растянутую футболку, очерчивая кончиком слабо заметный пресс. Голова Ликса наклонилась вниз, и несколько голубых прядей упали на лицо Хвана, а после несколько таких же движений и все тело, явно не выдерживая тех эмоций, которые он получал от этих прикосновений. -Давай тогда я буду сверху, - трепетно перекладывая еще дрожащее тело сбоку от себя и следом резко нависая над ним, сказал Хенджин на ушко полушепотом, вызывая еще больше мурашек.-Давай только договоримся, что ты будешь мне говорить, где тебе приятно, и во время растяжки больно или нет. Только не молчи в такие моменты, это очень важно. И знай, мы можем остановится, когда ты хочешь. Мне не так важно получить разрядку, как знать, что тебе хорошо,- он нежно огладил щеку, спускаясь ниже, держа свой путь к началу футболки, чтобы понемногу его снимать, открывая для себя больше бледной кожи, с несколькими шрамами. Подушечки пальцев коснулись наибольшего шрама, который находился под левым ребром. Он даже не догадывался, что и здесь можно их увидеть, поэтому удивления и сосредоточенность сразу появились на его лице. -Мне жаль,- шепотом сказал старший, легко торкаясь пухлыми и раскрасневшимися губами. Ощущая, насколько тельце под ним еще больше затряслось. Маленькая ладошка легла на густые волосы, поглаживая их. -Я не понимаю, почему ты просишь прощения?- также шепотом сказал Ликс, все также держа руку в волосах. Но ответа на свой вопрос он так и не получил, зато начал ощущать появления мокрых следом на своем теле, большая часть которых находилась на порезах. Его сердце сжалось от такого. Он безумно его любит, сейчас начиная еще больше жалеть, что тогда оттолкнул и наговорил много лишнего. Поцелуи уже начали уже переходить на укуси, но парень сразу же их зализывал, не желая видеть подобного на такой родной коже. Он не выдержит увидеть еще больше шрамов на ней. Вся одежда, кроме нижнего белья , уже лежала где-то на низу , возле небольшого темного ковра, посреди комнаты. Обоих парней сейчас вовсе не заботило место нахождения вещей. Все что им сейчас хотелось это больше поцелуев и меньшое расстояния между их горячими телами, даже несмотря на прохладную температуру воздуха в комнате. -Сейчас я буду тебя растягивать, - наливая большое количество смазки и разогревая ее между двоих ладонь, уведомлял тот.- Только , перед этим я тебя кое-что спрошу. Ты точно хочешь это сделать? -Думаю, если бы я не был готов , то уже давно бы тебя остановил,- он нежно смотрел в глаза над ним, пока его рука блуждала сначала по плечам, следом уверена идя к хорошо видневшемуся прессу. Его пальчики уже ходил начать опускаться ниже, к резинке боксеров, но более большая, ощутив что-то неладное, остановила движения. -И точно со мной? Просто это не ме…,- не успел Хван договорить, как его перебивает чужой голос. -Да . Именно с тобой. Ты единственный, кому я доверяю в этом мире,- Ликс приподнялся на локти, чтобы оставить лёгкий поцелуй на кончике носа и одной щеке любимого. Следом он попросил Феликса снять нижнее белье, после этого приступив к подготовке. Это было не из приятных ощущений, поэтому лицо Ликса было искривлено от боли, из-за этого Хенджин боялся посмотреть вверх, это было бы слишком для его сердца. Первый, следом второй. Боль немного отходила, это радовало младшего, но приятнейших ощущений, о которых многие пишут , он не ощущал. Когда же вошел третий, и все пальцы внутри стали входить глубже, тело вздрогнуло от такого приятного и необычного ощущения, а сладкий стон вырвался из приоткрытых губ. Волнения, которое не покидало Хвана, настало , понимая что его мальчику сейчас хорошо. -Еще…,- протянул младший, уже сам начиная понемногу насаживаться. После несколько движений, пальцы покинули тело. Следом ощутив, что-то намного больше несчастных трех пальцев. Ощущения на этот раз были намного ярче, а стоны с обоих сторон намного слаще. Нескончаемый поток глубоких поцелуев не останавливались, а коротенькие пальчики Феликса не прекращали создавать новые следи на плечах и спине Хенджина, не зная, как пережить такие сильные и приятные ощущения. Ему хотелось навсегда в этом моменте, когда он вовсе забывал про свои проблемы, когда единственный кто существовал для него был Хван. -Я уже скоро,- заканчивая очередной поцелуй, через силу сказал Ликс. -Я тебя понял. Я тоже, скоро,- куда-то в шею ответил Хенджин, даря ей нежный поцелуй, а следом дотрагиваясь к члену младшего, повторяя ту же скорость, с которой он входил и выходил с худенького тела. Несколько толчков, и оба, почти одновременно кончают, стараясь отдышаться. Феликс никак не мог оторвать взгляд от потолка, пока Хван миловался его профилем, которое очень красиво освещал свет от луны, давая снова увидеть такие любимые веснушки. Засмотревшись на их, его глаза только спустя пару минут заметили мокрую дорожку. Где-то возле сердца неприятно кольнуло. -Ликси, ты чего?-поднявшись на локти, он посмотрел прямо в глаза парня.- Тебе не понравилось? Почему ты не сказал, я бы остановился,- его голос немного подрагивал от страха. -Нет, мне все понравилось. Просто..я не осознавал, что настолько влюблен в тебя,- он улыбнулся. -Ей, ты меня уже напугал. Хорошо, я больше никогда не уйду и всегда буду с тобой, Ликси. Всегда. А теперь снова улыбнись, я хочу опять увидеть твою яркую улыбку.