Ровена

      Оставив мужчин отдыхать, она вернулась в свою комнату в мэноре. Сняв с себя всю одежду, Ровена прошла в ванную комнату и ,включив душ, встала под обжигающий поток воды. Ей хотелось немного подумать. Вокруг нее много чего происходило, в одних случаях она сама провоцировала ситуации, в других — судьба, наверное. Вот и сейчас стоя под струями воды, она почувствовала, как защиту на площади Гриммо пытается кто-то прощупать, побеспокоить покой её сына и его подруги. Сам дом не желал впускать незваных гостей, и её собственная защита не позволила бы никому пройти в особняк. Выйдя из душа и настроившись на магические импульсы от защиты особняка, Ровена узнала, кто хотел потревожить Гарри. «Ну что ж, значит это судьба». Подумала про себя Демонесса, щелчком пальцев оделась и трансгрессировала.       Она оказалась возле старого покосившегося домика. На много миль вокруг не было ни души. Пройдя в дом, она осмотрелась. Мебель в доме была такой же старой и потрепанной. В углу возле камина стояло одинокое кресло, в которое Демонесса по-хозяйски села и стала ждать, когда вернётся хозяин этого жилища. Дверь отворилась и в дом осторожной походкой вошёл высокий худой мужчина, держа палочку наготове. — Что демон забыл в моем старом доме? — Делая осторожные шаги, спросил мужчина, внимательно разглядывая темную фигуру, что сидела в его кресле. — Вот так, сразу, без приветствия, где твое гостеприимство, Ремус Люпин? — Я не звал Вас в гости, да и с демонами как-то дружбу не вожу, что бы с ними церемониться. — Ты лучше не делай резких движений, Ремус, а то я не сдержусь и ты умрешь... очень болезненно, и мы даже не успеем поговорить. Будь хорошим пёсиком, спрячь палочку медленным движением руки и садись.       Люпин понимал, биться с таким противником бесполезно, без шансов на победу, это не обычный демон, его чутье кричало об опасности. Он, как и было сказано, осторожно спрятал палочку в крепление на ремне и сел на стул. — Умное решение. — Ровена сняла с головы капюшон. Волшебник вдруг стал всматриваться в её лицо. — Лили! Но как? Неужели это действительно ты? — Ремус вскочил со стула, но увидев взбешенный взгляд Демонессы, осторожно сел обратно. — Ну надо же, поздравляю Ремус, ты первый, кто узнал меня в этом обличии. Отвечая на твой вопрос — как? — провела ритуал и заключила контракт, заплатила душой за защиту своего сына. Двести человеческих лет я должна буду служить Владыке ада. Всё просто. — Демонесса пожала плечами, как будто ничего такого в этом нет. — Зачем ты сегодня ходил в особняк Блэков? — Директор попросил, он сказал — там Гарри, и хотел, что бы я поговорил с ним, что бы он вновь открыл доступ ордену. Сейчас темные времена, и мы должны сплотиться. — Понятно, можешь не продолжать. Видимо, наш великий предводитель всё ещё верит, что он ведёт в этой игре. — Лили, зачем ты здесь? — Не Лили, Ремус. Она умерла 31 октября 1981 года. Я же совсем другое существо, от твоей подруги ничего во мне не осталось. А в мир живых я пришла за должником, это теперь моя работа. Находить и наказывать души, что осквернили себя. Но я думаю, ты имел в виду, что я делаю здесь, в твоем доме. Думаю, ты не поверишь, если я скажу, что пришла тебя проведать? — Как ты сама сказала, Лили мертва, она бы пришла просто так, но демоны не ходят в гости, насколько я знаю. — Правильно. Мой статус в иерархии ада, это демон мести. Есть предположения, зачем я пришла? — Нет. Я никого не убил за всю свою жизнь, даже будучи оборотнем, я истязал себя или закрывался в подвале, но никого не убил. Я не знаю, зачем ты здесь. — Похвально. Ты прав, твоя душа не осквернена убийством. Но я мщу не только убийцам. Я мщу всем, кто предал или угрожал моему сыну. — Я никогда не предавал Гарри! — В твоем понимании, да, не предавал. Но расскажи мне, пожалуйста, Луни. Что ты делал после того, как Гарри стал сиротой? — Я, я не мог его забрать, я... — О, это понятно, с твоей проблемой ты о себе-то не в силах позаботиться, не то что о маленьком ребенке. Я никогда не хотела, чтобы ты воспитывал моего сына. Я спрашиваю, что ты делал всё это время? — Жил, перебивался небольшими подработками. Сама видишь, я не шикую. — Мужчина развел руками, как бы показывая свою правоту. — Угу, это-то я вижу. Но вот что мне интересно, почему ты не стал даже стремится что-то изменить в своей жизни? — Как? Кому нужен оборотень? Меня все сторонились! И только Дамблдор был добр ко мне. — Луни, Луни, ты сам загнал себя в такие рамки. Да, ты не виноват, что стал оборотнем, но кто мешал тебе принять своего волка? — Ты понятия не имеешь, что говоришь! — Я? Я не знаю, что говорю? Давай расскажу тебе, что случается с теми, кто заключил контракт. После выполнения всех пунктов твоя душа попадает в полное подчинение Владыки. Он дает тебе новое тело и помещает туда твой разум, чувства и начинается обучение. Твой наставник выбивает из тебя все эмоции и человечность, и чем быстрее ты становишься безэмоциональным орудием, тем выше в будущем твой статус. Мне повезло. Я быстро усвоила урок, став высшим демоном, моим наставником стал один из князей ада, он учил меня всему. Как быть демоном мести, лучшим из орудий Владыки, мы изучаем все расы, их особенности, слабости, законы. Знал ли ты, Луни, что кланы оборотней существуют на всей планете, что в некоторых странах они почитаемы? Что если бы ты захотел принять своего волка, то мог бы перевоплощаться, когда хочешь, без боли и оставаясь в своем уме? — Нет, не знал, да и откуда. Мне жаль, что тебе пришлось всё это пережить. — Да перестань, нечего меня жалеть, я сама решила свою судьбу. А вот ты даже не потрудился что-то изменить. Ведь так проще, да? Ждать подачек от директора и проклинать Сивого за свою загубленную жизнь. Почему ты не пошел к свободным оборотням, ведь даже у нас есть стаи? Я не про сумасшедших выродков Фенрира. Нет. Я про тех, к которым посылал тебя директор. Почему, ты не примкнул к одной из них? — Я не хотел иметь ничего общего с этими животными. — Они не животные, Ремус, а такие же создания магии, как и маги. Но маги почему-то считают себя лучшими творениями. А остальные — так, ингредиенты для зелий. Твой отец ненавидел и презирал оборотней, и вот, что вышло. Ты не маг, потому что маги тебя не признают за своего, но ты и не оборотень, потому что сам, не признаешь своего волка. А ведь без него ты обычный среднестатистический волшебник. Ведь твоя реакция, сила, улучшенный слух и зрение, всё это от твоего волка, которого ты презираешь. Ты мучаешь и себя и его. — Я не хотел ничего этого! Я лучше был бы обычным волшебником, чем каждый месяц так мучаться! — Повторюсь, если бы ты захотел, всё могло бы быть по другому, но тебя видимо всё устраивает. Вот скажи мне Ремус, ты когда-нибудь считал меня и Джеймса своими друзьями? — Конечно! Вы для меня были всем! — Тогда, почему, ты не стал помогать Гарри? — Помогать? Но чем я мог ему помочь? — Чем? Ну, например, ты мог стать ему наставником, взрослым, кто в его детстве объяснил бы ему, что он не урод, а волшебник. Стать, как Снейп для меня, отдушиной. Ты мог навещать Гарри пару раз в месяц, чтобы он не чувствовал себя таким никчемным и жалким. Чтобы он был готов получить письмо из школы. Ты мог стать ему другом. — Дамблдор сказал, что бы мы не влезали в жизнь Гарри. Что бы у него было нормальное детство. — Ну, конечно, директор, куда же без него. Один друг вместо того, чтобы заботиться о Гарри, побежал мстить и угодил в Азкабан, другой друг так погряз в своей болезни, что даже не попытался узнать, как живет сын его лучших друзей. Ничего не скажешь, верные мне попались друзья. Один только Снейп охранял и оберегал моего сына, поклявшись охранять ребенка единственной подруги. — Снейп? Но он же... — Что, удивлён? Да, Северус, всегда был моим другом, даже после того случая. Но сейчас мы не о нём. Ладно, пусть ты не захотел приглядывать за Гарри, это я могу тебе простить. Хотя такого слова уже давно нет в моем лексиконе. Но вот попытку его убийства. Нет. Никогда. Это не прощается! — Но я не виноват! Я себя не контролирую в полнолуние! — И это могло быть твоим оправданием, если бы Снейп не варил тебе антиликантропное зелье, которое ты благополучно забыл принять! Забыл! Ты! Тот, кто живет от полнолуния до полнолуния. Кто знает, что случается, когда обезумевший оборотень вырывается на свободу! Не говори, мне Лунатик, что ты забыл, не поверю. Ты увидел на карте Сириуса и вместо того, чтобы думать мозгами, ринулся к нему на встречу. Как там вас Северус назвал: «давно живущая супружеская пара», да, вот так вы и выглядели тогда. Вместо того, чтобы поймать и отдать Хвоста правосудию, вы обнимались, орали друг на друга. А потом вдруг — луна, так внезапно прям, да? Ты её и не ждал или надеялся, что в этот раз пронесет? Скажи мне, Ремус, о чем ты тогда думал? Почему не принял зелье? Почему подверг опасности не только Гарри, но и всю школу? — Наверное думал, что успею, что у меня ещё будет время выпить зелье. Я не знаю. Увидел Бродягу и Хвоста рядом с ивой и всё. Но я не желал зла! Никому! Никогда! — Может и нет, но ты чуть не убил его, Луни, понимаешь, ты чуть не убил моего сына! И сделал бы это, если бы тебя не отвлекли Снейп, который загородил детей собой, и Сириус, превратившийся в пса. Они бы были мертвы. Все. Мне жаль, Ремус, но я не могу оставить такую опасность рядом с Гарри. — Ты решила убить всех оборотней в округе или только меня? — Единственный оборотень, которому доверяет мой сын, это ты. Так, что прости, но только тебя. — Понятно. Что ж. Наверное, это к лучшему. Больше не будет боли, мучений и постоянного страха за себя и за людей, что меня окружают. — Я рада, что ты это понимаешь. И наказывать твою душу после смерти я не буду, ты сразу уйдешь на перерождение. А в память о нашей дружбе, я сделаю твою смерть безболезненной. Мне жаль, что так вышло, Луни. В свое время мы доверились не тому человеку, и теперь пожинаем плоды. — Я могу спросить? А что случилось с Сириусом? Ты его тоже убила? — Сириус предал свои клятвы, за что и поплатился. Как только срок его наказания закончится, его душа уйдет на новый виток. Возможно, в новых своих жизнях, вы снова встретитесь и станете друзьями, кто знает. — Хорошо, я готов, только прошу, не бросай моё тело здесь. — Пусть я бездушная тварь, но не мразь. Я даю тебе слово, что ты будешь похоронен со всеми необходимыми почестями.       Римус кивнул головой и закрыл глаза. Его тело расслабилось, больше не нужно было переживать из-за всего. Пусть она и стала демоном, но что-то человеческое в ней осталось, а может даже больше, чем во всех нас. Люпин был уверен, что Гарри теперь будет в безопасности, а Тот-кого-нельзя-называть канет в лету.       Ровена выпустила немного своей магии. Серая нить протянулась от её ладоней в грудь мужчины, туда, где билось его сердце. Натянув нить, Демонесса в один миг остановила сердце волшебника. — Прощай, Ремус Люпин. Прощай, мой бывший друг. — Она смотрела, как искрящийся светлый шарик его души выскользнул из тела и, покружив рядом, прощаясь, ускользнул в высь. Подняв бывшего друга магией, Ровена отправилась вместе с ним в мэнор. Прибыв, она вызвала домовика и приказала подготовить тело к погребению,а сама, вызвав пергамент, написала пару писем. Одно ушло декану Гриффиндора, Минерве МакГонагалл. Там было всего две строчки. «Сегодня умер Ваш бывший ученик, Ремус Люпин. Похороны завтра, на кладбище в Годриковой Впадине, могила возле его друзей, Лили и Джеймса Поттеров.» Второе письмо ушло в «пророк». Некролог о смерти Ремуса Люпина.       Как она и обещала, Люпина похоронили со всеми почестями. Проститься с ним пришло очень мало волшебников. Практически весь педагогический состав Хогвартса, чета Уизли и несколько бывших сокурсников. Черной тенью возвышался Снейп, который ничего не сказал, просто подошёл, бросил горсть земли на гроб и ушёл.       После траурной церемонии все разошлись по своим делам. Директор посматривал из-за своих очков на небольшую группу волшебников, пришедших проститься с Люпином, его взгляд скользил от одного мага к другому, выискивая, кто же мог помочь оборотню отправиться на тот свет. Но не находил ни в их мыслях, ни в чувствах ни намёка. Все или скорбели, или просто пришли отдать дань памяти. Артур спешил в Министерство, там сейчас шли перестановки, и он не хотел давать повода для своего отстранения. Миссис Уизли собиралась домой и думала лишь о том, что приготовить. Обычные бытовые хлопоты. Ремус Люпин ушёл, а жизнь шла своим чередом.       В особняке Блэков Гарри и Гермиона в тихой семейной обстановке отметили день рождения Поттера. Гермиона подарила ему скопированное в Хогвартсе личное дело студентки Лили Эванс и ещё несколько колдофото, найденных ею в подшивках старых газет. Гарри был очень рад такому подарку. Леди Блэк со своего портрета подарила совет новому Лорду. «Род нужно восполнять и пополнять новой кровью. То, что ты ввел Гермиону — хорошо, но есть и другие, кто бы мог войти в Род и укрепить его. В своё время мать Андромеды выжгла её из семейного гобелена, а Гарри, как новый Лорд, мог бы взять её дочь, Нимфадору, в род, ведь в ней есть кровь Блэков, к тому же редкая магия метоморфа. Родовая защита поможет Нимфадоре с её неуклюжестью и даст необходимые знания. Отец девочки так же может войти в Род полностью, стать Блэком, пусть и одной из малой ветви, но это откроет ему допуск к магии предков. Сама Андромеда станет проводником и посредником между своей семьей и родом Блэк». Гарри очень понравился этот совет, и вскоре его семья стала на несколько человек больше. Нимфадора, как и Гермиона, стала его сестрой. Молодой Лорд открыл им доступ к особняку, и бывшие Тонкс теперь изучали новые для себя законы магии, проходили ритуалы очищения и поддержки. Андромеда радовалась вновь оказаться в заботливых объятиях родовой магии. Теперь женщина была спокойна — защита рода сможет сберечь её родных, а Гарри совсем не такой, как прошлые главы рода, он скромный и справедливый мальчик с очень сложной судьбой. Новоявленная семья Блэк решила не вмешиваться в интриги директора, после того, как Гарри с Гермионой, им всё рассказали.       Ровена следила за действиями своего сына, но всё было спокойно, Андромеда со своей семьей ей нравилась, и она была рада, что Гарри теперь окружают люди, которые его ценят и заботятся о нем. Адвокат по делу Дамблдора сообщил, что вскоре к директору нагрянут мракоборцы с документами об его аресте. Дело двигалось к логическому завершению. Пока всё шло по её плану. Демонесса с усмешкой наблюдала, как Темный Лорд готовится к ритуалу снятия поводка. Все пешки были расставлены на шахматной доске, там, где ей хотелось. В списке её личной мести числилось ещё несколько волшебников.       И сейчас она стояла возле их дома и рассматривала это кривое строение, окутанное магией со всех сторон. Тут были и чары защиты, и отпугиватель от вредителей и, конечно, во всей этой мешанине, чернело пятно, как клякса, «предателей крови». В доме, если его так можно было назвать, сейчас находилось трое человек. Это обстоятельство было как раз на руку Демонессе. Не было необходимости усыплять ненужные цели. В комнате сидели младшие брат с сестрой. Ровена появилась в этом помещении и сразу закрыла его чарами тишины, бросив в подростков заклятья клея, что бы они не смогли убежать или что-то сделать. Трансфигурировав из платка кресло, она села напротив. — Ну, что? Начнем. Позвольте представиться, я — демон мести и сегодня пришла в ваш дом, чтобы взыскать с вас за ваши дела и наказать по всей строгости закона Владыки ада.       Услышав это, подростки стали кричать и оскорблять демона, появившегося в их комнате, перекрикивая друг друга, они обвиняли всех, а себя считали невиновными и требовали их отпустить. Из их шума, криков и брани было мало что понятно. — Молчать!!! Я не убиваю детей, так что успокойтесь и не орите, как стая пикси. — Наложив на детей заклятье немоты, Ровена продолжила. — Начнем с тебя. Рональд Билиус Уизли. Ты — самый младший среди братьев, но в отличии от них, ты не любишь что-то делать сам, твоя лень родилась, видимо, раньше тебя. Помимо лени, ты полон зависти ко всем, к своему другу Гарри, за то, что он избранный, к Гермионе, что она единственный ребенок в семье, даже завидуешь своей сестре, что ей достается больше любви и заботы, чем тебе. Уже с одиннадцати лет ты врёшь людям, что тебя окружают. Во всех бедах ты почему-то винишь слизеринцев. Как ты сказал на первом курсе мальчишке Поттеру: «все самые темные колдуны были слизеринцами». Неужели ты знаешь всех тёмных волшебников магического мира? Или тебе приказали так сказать? Можешь не отвечать, это был риторический вопрос. Дальше. Ты рассказал матери в письме о маглорожденной девочке, Гермионе Грейнджер, что она задавака, зануда, но магически очень сильная. Получив наказ взять её в друзья, ты даже не узнал зачем, а после, когда узнал, что миссис Уизли решила с помощью неё снять с тебя клеймо «предателя крови», ты даже не воспротивился, хотя знал, что в самом худшем случае девочку ждет смерть. Ты ведомый, хоть и есть в тебе зачатки стратега, но ты их не развиваешь. Тебе не жаль свою так называемую подругу, ты просто играешь роль, что выбрала тебе твоя мать. И даже то, что Гермиону, в этом доме опаивают приворотным зельем, чтобы она привязалась к тебе, ты не считаешь чем-то плохим. Ну, и напоследок, предательство — ты сам отвернулся от своего друга, когда Кубок выбрал его имя в том страшном турнире, ты вместо того, что бы поддержать его, обвинил Гарри. Что это, как не предательство? За тобой много дурного, но ты дитя, что идет на поводу у взрослых. И только это смягчает твоё наказание. Слушай внимательно. Ты, Рональд Уизли, больше никогда не вернешься в магическую Британию. Я отправляю тебя в закрытую военную академию для мальчиков. Ты будешь там учиться 10 лет. Времени на лень, зависть и предательство у тебя там не будет. В Академии строгие правила и дисциплина. Тебя научат, что значит быть защитником. Твоё клеймо выжгут в одном из ритуалов, но свою фамилию ты потеряешь. Оттуда выходят только Защитники магического мира, элитные войны, без имени и фамилии, просто номер, ну или на крайний случай тебе выдадут новое имя.       Мальчишка забился в своих путах, услышав, что его ждёт. С одной стороны, он выдохнул от облегчения, его не убьют, не заберут в ад, не сделают рабом, а просто отправят учиться. Но потерять пусть и такую шумную и не любящую его, но семью, и своё собственное имя, он боялся. Впервые в жизни этот страх был больше, чем боязнь пауков. Рональд смотрел, как Демонесса вызвала одним движением руки посланника в их защищенный дом. Этот волшебник был одет в черные высокие сапоги, черные брюки и такую же черную куртку. Словно тень, он сливался с темнотой дома. Без каких-либо опознавательных знаков. Посмотрев на него, а потом забрав из рук этой твари какие-то документы и мешочек с деньгами, судя по звону монет, что из него издавался, посланник отменил магию демона мести, взял Рона уже своей магией и исчез в дымке портала, который закрылся вскоре после его ухода. Демонесса повернулась к оставшейся в комнате девушке. — Теперь ты, моя дорогая. Многие девушки мечтают выйти замуж за принца, рыцаря или, на крайней случай, человека со связями, ты же у нас на мелочи не размениваешься. Тебе подавай Гарри Джеймса Поттера,мальчика-который-выжил, избранного пророчеством героя, что победит самого сильного темного мага. Амбиции – это хорошо. Девушка должна знать, что она хочет от жизни. Я сама была такой, когда была человеком. Да, да, не надо так удивленно на меня смотреть. Я знала, что хочу, и шла к своей цели. Но я выбирала из парней, что сами хотели быть со мной, по своей воле. Любила я выбранного мною парня или нет, не важно. Но он меня любил, сам, без помощи приворота и всего остального. Ты же не дала мальчишке Гарри шанса увидеть в тебе не просто младшую сестренку его друга, а сильную красивую девушку. Ты обратилась за помощью к своей матери. Взяла старинный рецепт приворотного зелья рода Прюэтт, что передавался от матери к дочери, и потихоньку опаивала им героя магического мира. Ты думаешь, я не знаю, что на первом курсе по твоей просьбе Молли подарила мальчишке Поттеру вязанный свитер — казалось бы, милый жест, подарок, забота для сироты, если бы не вплетенные нити ментального воздействия. Чтобы он постепенно начал влюбляться в тебя. Приворота мало, да, нужно поработить не только его сердце, но и разум, что б уж наверняка. Я не могу тебе позволить распоряжаться его судьбой. Хватит. Слишком многие топчутся на нем, играют им. Тебе не нужно знать, почему меня волнует его судьба. Сейчас тебя должна волновать лишь своя собственная участь. И вот твое наказание. Считай это моей личной прихотью, если хочешь. Больше ты никогда не сможешь увидеть, заговорить или подойти к Гарри Поттеру. А все потому, что тебя на этой планете больше не будет. Нет, не пугайся так, я не собираюсь тебя убивать. Наоборот, исполню твою мечту, побуду этакой феей крестной из преисподней. Существует множество миров, где многожёнство является правилом, и чем больше у мага жен, тем сильнее и могущественнее он считается. Ты станешь 7 женой в одном из таких миров. Тот маг — человек хороший, богатый и очень силен магически. Радуйся, что будешь женой, а не наложницей или рабыней. Сегодня же состоится твоя свадьба, но не пугайся, никто не будет тебя принуждать к постели до твоего семнадцатилетия, я — перст возмездия, а не последняя тварь, только совершеннолетняя девушка может согревать постель взрослого мужчины. Будешь учить их язык, законы, обычаи, заново изучать магию. Тебе там понравится. Гарем у твоего будущего мужа небольшой. Жены, ты как раз будешь седьмой, хорошее магическое число, правда? И 20 наложниц. Разберёшься в этом клубке.       Джинни смотрела на Демонессу и не верила своим глазам. Вся ее жизнь, все, что она планировала, сейчас превращалось в пыль. Злые слезы текли по щекам волшебницы, но они никак не трогали черного сердца демона мести. Ее продадут, как какую-то вещь. Только потому, что она хотела хорошей жизни для себя. Она была бы хорошей женой для Гарри, ну и что, что он не любил ее по-настоящему, зато у него была бы семья, о которой он сам давно мечтал. И вот теперь ничего этого не будет. Это неправильно, не честно! Демонесса тем временем достала из кармана небольшое зеркальце, придала ему вид напольного, в полный человеческий рост, и стала наносить на зеркальную поверхность какие-то знаки, которых Джинни никогда не видела. По зеркалу прошла рябь, как волны по воде. Через несколько секунд отражение изменилось и уже из пустой рамы вышел человек. Поговорив с Демонессой на странном языке, он обернулся к Джинни и осмотрел ее с помощью магии. Кивнул, вновь поднял Джинни в воздух, как бы взвешивая. Видимо его все устроило, он закивал с улыбкой на лице. Дальше Джинни не успевала за развитием происходящих действий. Человек из зеркала передал Демонессе пергамент, та бесцеремонно схватила девушку за руку и, уколов иголкой палец, оставила пару капель ее крови на нем. Он заискрился всполохами магии и раздвоился. Один экземпляр забрал незнакомец, второй остался в комнате, на столе. Тут же рядом с ним появился мешок, полностью набитый золотом. «Меня продали, и, видимо, не так и дешево, судя по мешку», подумала рыжеволосая волшебница. В следующий момент ее подхватила магия мужчины, и они прошли в рамку зеркала.       Ровена закрыла зеркальный портал, уменьшила зеркальце до изначального вида и убрала в карман. В комнате остались лишь пара пергаментов, говорящих о том, что Рональд Уизли зачислен в военную Академию и с этого дня больше не является членом семьи Уизли. На втором пергаменте на английском языке было написано, что Джиневра Уизли заключила магический брак с высшем магом мира «эльтер» и уходит с ним по своей воле, семье отдаются откупные в весе невесты, золотом.       Сняв с комнаты все заклинания, Демонесса вышла из нее и стала спускаться по шаткой лестнице на первый этаж. На кухне, что была и столовой, суетилась матриарх дома Молли Уизли. Несколько сковородок шкварчали, что-то жаря на магическом очаге, рядом, в мойке, сама мылась посуда, из динамиков старенького радио пела Селестина Уорлок. Молли нарезала овощи и подпевала любимой исполнительнице. Магические часы на стене показывали, что двое детей из семьи, уже больше никогда не вернутся в свой дом, но Молли будто этого не видела и продолжала заниматься своими делами.       Ровена подошла к большому деревянному столу и почувствовала слабый импульс магии ловушки. Усмехнувшись, она поддела сапогом край самосвязанного половичка и увидела контуры пентаграммы для изгнания демонов. — Можешь больше не притворяться, я уже поняла, что ты меня ждешь. Милая ловушечка. Меня она, конечно, не остановит, а вот младших демонов, да, задержит. — Спокойно выйдя из начерченной на полу сети, Демонесса отодвинула стул и села на него. Взрослая волшебница резко повернулась, держа в руках палочку. — Что ты забыла в моем доме, тварь?! И что с моими детьми? — О! Ну надо же, ты вспомнила о детях, что же ты не пришла их спасать, когда поняла, что твой дом посетил демон? А? Почему сидела здесь и занималась рисованием? — Не твоего ума дела, мерзавка! Где Рон и Джинни, я тебя спрашиваю! — Ух, какие мы грозные! Аж смешно. Не тебе тягаться со мной. Твои дети уже начали новую жизнь. Рон станет Защитником, а Джинни, как и хотела, женой уважаемого, сильного, взрослого и богатого мага, правда только седьмой, но кто считает. — Демонесса пожала плечами и достала один из своих кинжалов, стала им поигрывать, подбрасывая легко в воздух и ловя его. Молли услышав, что теперь ей не вернуть своих детей, бросила в Демонессу непростительное. Зеленый луч спокойно прошел через тело женщины, не принеся ей никакого урона. — Какие эмоции, какая игра. Браво! Даже не пожалела для меня непростительное. — Ровена пару раз ударила в ладоши, как будто хлопала мастерству миссис Уизли. — Ну, думаю, хватит тут махать палочками. Ты не справишься со мной. Меня даже Авада Темного Лорда не взяла, что уж говорить о твоей. — Взмахнув рукой, Демонесса призвала свою магию и, опутав ею волшебницу, усадила ее на стул.       Молли пыталась призвать палочку, снять путы невербально, но магия словно не слушалась ее, не отзывалась. — Ты, темная тварь! Демон из преисподней, что пришла в мой дом. Я, ведьма Молли Уизли, урождённая Пруэтт, своей магией, своей силой, проклинаю тебя! Пусть Истинная Магия будет мне свидетелем и низвергнет тебя в пучины ада, где тебе, самое место! Проклинаю! Проклинаю! Проклинаю! Да будет так!       Ровена затаила дыхание и застыла на своем стуле. Глаза Молли стали сверкать торжеством. Но уже через секунду волшебница услышала смех Демонессы. — Молли, ну ты даешь! Насмешила, так насмешила! Я лет 500 так не смеялась! Позволь объяснить, чего ты не учла. Это проклятье действительно может изгнать демона в ад, но только того, кто был рожден в нём или, на крайний случай, сможет сдержать Князей, если они решат почтить тебя своим присутствием. У меня же души нет, я оболочка, орудие Владыки. Так, что все твои потуги тщетны. Да и что бы призывать в свидетели Истинную, надо ей поклоняться, ритуалы там проводить, а не забыть о ней и взывать, только когда тебе это необходимо. Уж чистокровной волшебнице ли этого не знать? Я — демон мести, надеюсь, теперь тебе понятно, что все твои попытки справиться со мной окажутся безуспешны. Вот смотрю я на тебя и вижу всю твою гнилую душу. Столько лет жить в обмане и лжи. Да, я могу понять, почему ты решила опоить Артура — тихий, скромный парень, ну и что, что с пятном «предателя крови», зато всегда будет под твоим каблуком. Ведь магический мир - это патриархат, здесь правят мужчины, карьеру ты можешь построить, а вот в семье, муж будет всегда главным. Тебе это ой как не нравилось, и ты нашла выход из ситуации. А директор Дамблдор тебе в этом помог, в обход желанию твоей семьи поженил вас. И теперь ты — матриарх семьи Уизли. Сама всеми руководишь, ничего без твоего ведома не происходит. Так нет, тебе и этого мало. Многие шли за Альбусом, потому что были глупы, амбициозны и не видели его настоящей натуры. Ты же видела всё и шла за ним по своей воле. Тебя всё устраивало. Особенно когда старик помог тебе избавиться от твоих братьев. Ты рассчитывала, что, как последнего живого представителя рода, магия признает тебя наследницей, но не вышло, всё ушло дальней ветви рода Пруетт. Даже дети, что ты родила, тебе не нужны. Возможно единственной, кого ты любила, была Джинни, маленькая твоя копия. Остальные — так, батарейки для твоей магии, не более. Став женой Артура, ты не учла одного, что тебя отсекут от родовой магии, а род Уизли с их клеймом не может наполнить тебя так, как раньше. И тут ты нашла выход — дети. Чем больше их, тем больше можно подпитываться от них. Ты — расчетливая стерва, Молли, умеющая хорошо добиваться своего. Но я огорчу тебя, ты просчиталась, когда решила, что мальчишка Поттер будет хорошим способом выйти из положения, в котором ты сейчас. Магия его сильна и он богат. Тебе его не заполучить! Ни-ко-гда! — Какое тебе дело до этого мальчишки? Что ты прицепилась к моей семье! Мерзавка! Что такая, как ты, может знать о материнской любви! Темной твари этого не понять! — Я много что могу тебе сказать на это, но зачем? Не вижу в этом смысла. Ты не поймешь. Для других дети — это смысл всей жизни! Они готовы буквально всё отдать за то, чтобы они были живы и счастливы. Для тебя же они расходный материал. Ты своих детей под власть Дамблдору отдала! И меня ещё называешь темной тварью! Хватит! Слушать тебя больше не могу. Ты мне отвратительна! В наказание за все грехи, что ты совершила, ты пройдешь ритуал очищения Рода. Это первое. Второе, ты узнаешь, чуть позже.       Очистив стол магией, Ровена переместила Молли на его поверхность. Как не пыталась она брыкаться или уползти от своей участи, ничего не получалось. Демонесса по очереди закрепила ее руки и ноги к столу так, что ведьма чувствовала себя бабочкой, приколотой булавкой. Демонесса спокойным легким движением сделала разрезы на её конечностях,и подставив под льющуюся кровь небольшие сосуды, стала нараспев читать катрены. Магия в теле миссис Уизли взвилась в высь и стала так же уходить, как и кровь из её вен. Ведьму охватил пробирающий до костей холод,а на смену ему пришла боль. Она была везде, и с каждым новым четверостишием, что читала Демонесса, она усиливалась. Выгибая и выкручивая суставы. Демон наклонилась к лицу ведьмы и сказала. — Сейчас ты впитываешь в себя все печати «предателя крови», что есть на твоих детях, и твоя же магия их сжигает. Вся та боль, что сейчас гуляет по твоему телу, это откаты от всех тех приворотов, ментальных чар и многого другого, что ты успела наслать за свою жизнь. Своей кровью и магией, своей жизнью, ты очистишь своих детей. Род Уизли перестанет быть изгоем в магическом сообществе. А с последним твоим вздохом я заберу твою душу, но тебя не ждет забвение, нет. Помнишь про вторую часть наказания? Слушай внимательно. Изъяв твою душу, я перемещу ее в горгулью. И будешь ты стоять на крыше одной из башен Хогвартса. Ты будешь защищать детей от сил зла, охранять их сон, их жизни. Волшебники живут в среднем 200 лет, а у тебя 7 детей, о которых ты не заботилась как следует. А потому твоё наказание будет длиться 1400 лет. Только после этого твоя душа очистится и сможет пойти на перерождение.       Молли взвыла от услышанного, но ни мольбы, ни просьбы, ничего не могло разжалобить темную тварь из ада. Демонессу нельзя было заставить изменить своё решение. И как она сказала, стоило Молли сделать последний вздох, как её душа уже была в руках демона мести.       После проведенного ритуала, Ровена зачитала последний из катренов, призывающий Истинную Магию принять жертву Молли и очистить её Род. Просьба была услышана, сосуды, что были наполнены кровью волшебницы загорелись огнем и через несколько секунд пропали. Род Уизли был очищен.       Демонесса забрала уродливую статую горгульи и переместилась с нею на крышу Хогвартса. Теперь в школе стало на одного защитника больше. Наказание демона не даст заточенной в горгулью душе избавиться от своего долга. Только искупив вину и полностью отслужив срок, душа миссис Уизли будет свободна.       На утро придя с ночного дежурства, Артур Уизли нашел свою любимую жену мертвой, возле её тела лежали два пергамента и мешок с золотом. Волшебник вызвал Авроров, как и положено, и стражи правопорядка констатировали, что миссис Уизли умерла от разрыва сердца. Видимо, отъезд детей оказался ударом для любящей матери.