Сто шагов назад

Душно. Кто бы мог подумать, что душевой кабинки будет мало и для одного, не говоря уже о двух. Если бы Юта знал, то раскошелилися на большее и пусть пришлось бы выкуривать одну пачку сигарет вместо привычных двух, ведь нужно когда-то завязывать со своими пагубными привычками. Выходя из ванной комнаты, у Юты по лицу течёт вода с волос - идеально чёрных, почти что его натурального цвета - и он тут же её стряхивает крупицами на пол. Почти восемь утра. В Нью Йорке в это время уже не протолкнуться; даже если ты едешь на такси, всё равно встаешь в пробку. Юта Нью Йорк не любит, но веской причины уехать так и не нашёл. Здесь была хорошо оплачиваемая работа, которую вряд-ли он бы получил где-то ещё, но пусть за неё Юта не держался так крепко, как стоило, во всё городе оставалось ещё одна причина его не покидать и она была намного важнее всех. - Уже уходишь. - скорее утверждает, чем спрашивает и улыбается. Хотел бы Юта поучиться улыбаться по утрам. - Я освобожусь сегодня пораньше. Юта приводит себя в порядок перед зеркалом, всё таки менеджер по продажам должен выглядеть презентабельно. На удачу пшикается одеколоном, подаренным на первую годовщину отношений, но пользуется им настолько редко, что флакона хватит на годы вперёд. Надевая кроссовки, Юта ищет лакированные туфли, но с трудом отличает в бардаке свои от его. На кухне слышится свист чайника. - До вечера, - крикнув на прощание, он выходит из квартиры. Улицы Нью Йорка далеки от домашней небрежности Чикаго, в котором Юта рос и провёл большую часть своей жизни. Если время можно было бы повернуть вспять, то он с радостью бы заменил суматоху на прогулку по окрестностям; по школе, в которой никогда не выделялся чем-то особенным, хотя очень старался влиться в группу ребят по интересам. К концу одиннадцатого класса у него почти получилось, пусть и всего на три месяца. В двадцать лет ему открыли все двери в желанный скандальный мир. Поздний подростковый бунт, мелкие кражи, первая выкуренная сигарета, а через два года первая “взрослая” любовь. Юта махнул головой. Нет, об этом лучше не вспоминать. Он давно не ребёнок и не подросток, а практически все коллеги и бывшие друзья женаты и водят детей в сад. Юта кажется, что он пропустил какой-то период взросления, когда все резко ринулись в ЗАГС. Сам он никогда туда не заходил и желанием не горел, но очень “милая” соседка напротив любила допрашивать и в конце обязательно намекнуть, что “пора, время пришло” и тогда Юта смотрел в его глаза, ведь они никогда не врали. А может быть правда пора? Добравшись до работы, Юта поправляется перед зеркалом в холле и практически бежит, а издалека уже видно как Джонни недовольно стучит ногой. - Невероятно! - выдыхает он так, что окна офиса запотевают. Ох уж этот перегар с примесью ментоловой жвачки. - Меня из-за тебя отчитали. Сказали, что если сам не поеду тебя искать, то штраф поделим на двоих. - Я опоздал всего на десять минут. - Стиву это скажи! - Машину пришлось сдать в автосервис, а самому ехать на такси. Джонни, мужчина на голову выше Юты и значительно шире в плечах, по совместимости старший менеджер по продажам, но сейчас его качало так, словно он мог упасть от одного дуновения ветра и Юту это забавляло, хотя год назад у него бы были вопросы. - Как я выгляжу? - опустившись ниже, Джонни стал шептать. - Очень плохо, чувак. Кажется ты сейчас кони двинешь. - Это всё день рождение, я тут не причём. - пошатнувшись назад, Джонни указал на дверь салона. - Клиенты ждут. Ухмыльнувшись, Юта хлопнул коллегу по плечу и зашёл в нужную дверь. Вот он - чистейший автосалон, который сначала увлечёт, а затем неожиданно ударит по карману. В подростковые годы, Юта бы ни за что не поверил, что его подпустят к чему-то настолько дорогому. Сев за стол в своём кабинете, он перевернул табличку с фамилией и стал ждать. Ещё один день из сотен прошедших. Юта работал там без недели год, как только перебрался в Нью Йорк. Место менеджера было самым нежданным, ещё бы, ведь у него практически не было опыта, но за день до собеседования он столкнулся с Джонни и жизнь текла сладостной рекой. Судьба наконец была на его стороне. Жизнь очертилась на “до” и “после”, и всё, что было раньше, Юта предпочтёт не вспоминать. За стеклянной дверью показался крадущийся Джонни. Вид у него был свежее, чем час назад. - Дело срочной важности, оно не терпит отлагательств. - зайдя в кабинет и присев напротив, он достаёт из кармана две открытки. - Маями или Гавайи? - А с каких это пор у тебя есть время? - скрестив руки на груди, Юта выгибает бровь. - Мне дали пять дней отпуска за то, чтоб я не скулил. Доброе начальство. - Ну и зачем тебе Маями? - Ничего ты не понимаешь. - Джонни покачал головой. - Я встретил одну прекрасную даму, к чьим ногам готов преподнести весь мир. Ты бы её видел, Юта! У таких как она толпы поклонников. - Добиваешься её внимания? - Она действительно того стоит, не вздумай смеяться. Я должен очаровать её раньше, чем кто-либо другой. - Выбирай Маями, не ошибёшься. Юта взял в руки открытки с рисунками штатов. Солнце, пляж, песок под ногами и шум волн. Он уже и не помнит, когда давал себе такой грандиозный отдых от нью йоркской суеты. Дом - работа, работа - дом, чашка латте и сигареты в перерывах, а потом по новой и Юта думал, что такие мысли недопустимы. - Тебе бы тоже не мешало куда-нибудь поехать. У вас с Гуаньхеном не скоро годовщина? Хороший был бы подарок. - Хочешь, я открою тебе тайну, благодаря которой ты точно завоюешь свою даму? - Юта приманил Джонни указательным пальцем и прошептал:- Чтобы сделать подарок любимому человеку повод не нужен. - Ты стебёшь меня что-ли?! - наигранно обиженный, он смотрел как Юта полыхает от смеха. - Только если совсем чуть-чуть. - успокоившись, протянул открытки обратно хозяину. - Давай, герой, пора за работу. - Оставь себе. Остаток дня был полон до отказа, что не оставалось времени даже выйти покурить. Клиенты гоняли Юту с этажа на этаж, заваливали вопросами и бумагами, из-под которых под конец дня выбраться было очень сложно, зато шеф как всегда был доволен всем настолько, что закрывал глаза на уснувшего на рабочем месте Джонни. Правда, покричал чуть-чуть для убедительности, а так уселся у себя в кабинете и смотрел как его машинки покидают салон, одна за другой. Юта выжидал время. Ему хотелось строить планы на вечер, попутно и на завтра, и на неделю, потому что за последний год он привык планировать до мелочей, будь то поход в кино на вечерний сеанс или приглашение в гости от дальних родственников, с которыми, на самом деле, Юта бы предпочёл не общаться. С отцом он не разговаривал лет шесть. После сложного подросткового периода, когда Юта начал осознавать кто он и чего хочет, отец в стороне не остался; даже больше, высказался за всю свою жизнь, перечеркнув её. “Ты мне больше не сын” В такие моменты Юта был рад, что между Нью Йорком и Чикаго больше тысячи километров. Дождавшись восьми вечера, он закрыл свой кабинет на ключ и поспешил к выходу, даже не прощаясь с коллегами, настолько спешил. Но такси вызывает не домой. Проезжая по городу, Юта достал телефон и решился отправить пару сообщений. Подъехав к торговому центру, он расплачивается за поездку и забегает внутрь здания. Людей практически нет, вокруг царит тишина, а на фоне играет монотонная музыка из колонок. Юта ходит между этажами, заглядывая в магазин, пока ищет нужный. Он очень устал и отдал бы всё за то, чтобы покурить и лечь спать, но данное обещание нарушать ни в коем нельзя. И вдруг его взгляд цепляется за полки ювелирного магазина. Серебряные обручальные кольца. На белой подушечке с такой же серебрянной каймой. Красивые, не вычурные, такие идеальные. Секунда, и кто-то сзади закрывает ему глаза. - Угадай кто? - Меган Фокс, ты ли это? Даже с закрытыми глазами, Юта чувствует как Гуаньхен возмущается. В шутку конечно. - Всю романтику испортил, дурак. - цокает и закатывает глаза, но стоит Юте притянуть его к себе ближе, как он начинает улыбаться. - А что ты там смотрел? - Серьги. Думаю пора бы уже сменить свои. - Давай вместе выберем. - Гуаньхен поддаётся вперёд, но Юта загораживает всё спиной. - Обязательно, но только в другой раз. Нам нужно ещё пройтись по магазинам, я очень устал, так что. - Мне стоило отпустить тебя домой, а не гнать сюда. - Нет-нет, - машет Юта головой и берёт Гуаньхена под руку. - Я обещал, а значит мы пойдем и выберем тебе такой костюм, что все, кто будут на банкете умрут от зависти. Лицо Гуаньхена просияло от счастья и в ту же секунду от стеснения. Если они так продолжат стоять, то к ним обратятся ещё больше взглядов. Они идут на третий этаж. Юта рассматривает вещи в магазине сходу, подбирая самое элегантное, самое достойное на его взгляд. Через несколько дней, в доме читы Хуанов, где отец Гуаньхена принимает гостей, состоится праздник, юбилей главы семьи. Как единственный сын Гуаньхен не имеет права отсутствовать, несмотря на сложные, натянутые как струны, отношения с отцом. Юта о своём приглашение не спрашивает; знает, что Хуан-старший его сильно недолюбливает. Во-первых, по сравнению с уважаемой семьёй Юта никто и ничто; рос он бедно, а значит недостаточно хорошо. Во-вторых, его отношения с Гуаньхеном стали причиной многих разладов, скандалов, размер которых был неизмерим. В магазине было душно и скучно. Юта ходил меж рядов, приносил и подавал пиджаки, брюки, помогал завязать галстук, хотя сам того никогда не делал, потому что, “не галстук это, а удавка”. Через десять минут консультант отзывается на растерянные глаза Гуаньхена, блуждающие по вешалкам. За два года Юта привык, что к выбору одежды относятся настолько придирчиво, особенно для встречи с отцом, ведь за любой недочёт обязательно следовал выговор. Юта знал, что слова легко задевают Гуаньхена за живое, выводя из себя или наоборот запихнув поглубже, заперев мысли, потому он всегда находился рядом, готовый подставить плечо. Когда-то Юта потерял вкус к жизни, утонув в ненависти к себе, тогда же Гуаньхен вытянул его на берег. Время перевалило за одиннадцать. Магазин готовился к закрытию. Консультанты кружили вокруг последнего покупателя, как мотыльки у лампочки. Юта присел на диван напротив примерочной и прикрыл глаза. В коридоре торгового центра всё ещё играла музыка. Он наслаждался ею молча и голосом Гуаньхена, мелькающим на фоне. Хотелось поскорее попасть домой. - Молодой человек, постойте! Внезапный шум мешает Юте отдыхать. Он открывает глаза и смотрит на то, как Гуаньхен вертится у зеркала. Какой же он красивый под этим белым светом. Высокий, статный, с длинными вьющимися волосами, которые он, в отличие от своего парня, никогда не завязывает в хвост; с самым пронзительным смехом из всех, с самым завораживающим голосом, который можно слушать днями напролёт. Юта смотрит ему в глаза через зеркало - в эти идеально чёрные глаза - и улыбается. Они оба ужасно устали и скорее всего по приезду домой у них останутся силы только на то, чтобы дойти до спальни, но прямо сейчас, глядя на Гуаньхена хочется взять его и - Молодой человек! Юта вздыхает. Он приподнимается с дивана, трёт лицо и поворачивается в сторону нескончаемого шума, который не заглушают даже мысли и музыка. В магазине появился незнакомец с бутылкой в руке, шагающий на свой страх и риск, то и дело шатаясь и сгибаясь пополам. Одет был неплохо, даже дорого, опрятно. За все пребывание дважды опрокинул вешалку и довёл консультанта до ручки. Юта всегда знал, что алкоголь - зло. Он видел, что происходило под его влиянием даже с самыми интеллигентными людьми. Незнакомец продолжает шататься что-то себе выбирая и наконец несёт на кассу. Вытаскивая кошелёк у него выпадают все карты. Юта злорадно усмехается. А затем незнакомец смотрит ему в лицо. Дыхание замедляется, улыбка сходит. Происходящее больше не смешит - страшит до мурашек. Горький вкус на языке. Музыка в торговом центре перестаёт играть, или это только кажется, он не знает. Мерещиться ли всё вокруг? Но у галлюцинации не могут быть настолько живые глаза, такие настоящие, знакомые, как и все черты лица. Незнакомец хмурится и опускается на пол, чтобы всё подобрать, кое-как удерживая равновесие и бутылку в руке. Юта отворачивается. Он не слышит собственных мыслей. Незнакомец покидает магазин, а музыка снова играет. Что только что произошло?