Новый учитель Майлза.

Дурное палящее солнце Нью-йорка пролегало солнечными лучами сквозь полосатые жалюзи на окне в скромную комнатушку, которую то и дело что сперало духотой. Дышать было просто невозможно! Солнечный зайчик коснулся кончика носа, после плавно перешёл на сомкнутые рядом густых смолистых ресниц глаза. – Ааааа.. – по комнате пронеесся протяжный и болезненный женский стон, рука словно по своей воле взвилась вверх к бежевому потолку, а после снова обречённо рухнула на мягкие шелковистые подушки. Схватив одну белую подушку за край, Сиенна плюснула ее к своему лицу. Ноги поджались к оголенному животу, а спина скривилась и изогнулась. Она приняла удобную и восхитительную позу, по всему телу прошлась приятная волна мурашек. Вот что надо для счастья! Подушки и крутая кровать! " ТРРРРРРРРРР" Отвратный звон будильника одиннадцать тридцать с телефона вонзился в сознание как кинутый острием нож. Волна хороших мурашек сменилась дрожью и покалыванием острых игл. – Муэээ.. – не отрываясь от мягкой ткани лицом, рука вздрагивает и принимает свой обыденный жест "Рок-н-ролла". Из запястья выпрыснулась прочная нить паутины, схожая с настоящим кнутом при сравнении. Но на самом деле, это самая настоящая липкая паутина. "Кнут" целенаправленно схватил телефон лежащий на подоконнике окна и случайным касанием отключил раздражающую трель звонка. Тишина. Сиенна не особый ее любитель. Лоб нахмурился и на нем возникло пару морщин, а рука резко подалась движением обратно. Телефон с грохотом впечатался в стену. Шипение сошло с бледных губ. – Черт. – в голосе были ярко слышны нотки недовольства. Потянувшись к телефону у стенки, брюнетка уже механично включила свой излюбленный плейлист и в душной спальне заиграла первая песня. "Little Big - Public enemy." Уголки губ Сиенны сразу взвились вверх, утро в квартире героини всегда начиналось с ритмичной музыки. Женщина вскочила одним прыжком на пол, встав ровно на ноги. Вставая медленно на носочки, тело постепенно вытягиваллось, красивое и изящное. Расправив плечи Сиенна потянула руки к потолку и набрала в лёгкие глубокий вдох, прикрыв глаза. Сиенна качнулась колесом к зашторенному окну и очутилась перед ним, дёрнув за тонкую верёвочку, горизонтальные жалюзи стремительно поднялись наверх с громким шумом. И перед брюнеткой возникла узенькая улочка, как на ладони. Сиенна могла сверху разглядеть идущий поток людей, которые были схожи по ее мнению с роем муравьев. Каждый шагает по своим делам. Набирая в лёгкие глубокий вдох, выдохом с губ сходит громкая фраза посланная всему Нью-Йорку. – С новым днём, Нью-Йорк. – губы расстягиваются в теплой и счастливой улыбке. Сиенна развернулась к своей комнате лицом, уютная чуть ли не мизерная комнатка. Светлые тона обоев на которых, если приглядываться можно увидеть выступающие тонкие узоры с имитацией листьев. А остальное.. Вся мебель хозяйки была склонна к стилю минимализма. Темная тумбочка с современным дизайном и прозрачной стеклянной вазочкой на ней, а в самой чуть изогнутой формой вазы было три цветка с белоснежными лепестками и ярко-желтой сердцевиной. Ромашки. Сиенна смотрит на них с какой-то грустью, скорей женщина задумывается что вот-вот растения выцветут и сгниют. Сверху над этой тумбочкой было прямоугольное зеркало, в отражении которого Сиенна увидела образ высокой женщины – лет тридцати двух. С короткими вьющимися, угольного цвета волосы со скрытым окрашиванием бирюзового оттенка, со временем который стал тусклым и больше походил на гардиент лазурного цвета. Острые и прямые черты лица, с припухлой формой бантика губ, прямой ровненький нос слегка вздернутым кончиком верх и высокие скулы. Светлая, но скорей розоватая кожа. Ясные глаза миндального разреза неглубоко посаженные с цветом июльского чистого неба. Темные брови домиком. Широкие спортивные плечи для женских. Упругая грудь с не тонкой талией, рельефным прессом и конечно аппетитные массивные бедра. Одета в которых девушка была черных лёгких шортах и домашнем грязном топике. Смолистая челка свисала густым облаком на один глаз, Сиенна фыркнула и черные пряди взвились вверх на пару секунд. Она немного наклонилась ближе к зеркалу и начала всячески себя трогать за подбородок, волосы, щеки, предварительно приводя себя в порядок. – Ну вот. Сиенна Литтер. Как ты умудряешься так убито выглядить после время отдыха. – говоря сама с собой и развернулась в полоборота и изогнулась в спине, разглядывая всю свою красу. – Крассссотка. Я прям не могу! – и шлепнула себя по бедру, в голосе возникала усмешка. Ещё раз окинув взглядом свой высокий шкаф с изогнутыми ручками из серого металла, махровый уже грязный, но белый ковер и рабочий стол в выдвинутом внутрь стены выступе. На самом столе стояла серая дешёвая лампа, а рядом старенький ноутбук. И на самом краю обильная стопка разных документов позиционируя себя как информацией уголовных следствий. Когда Сиенне удается избавиться от забот в параллельных мирах, она занимается своим миром. В ритме вальса Сиенна оказывается перед темным шкафом, на его дверцах прибиты на ярких кнопках фотографии. С моим погибшим братом Джефом, когда они сидели на краю крыши и их сфотографировали со спины. Выше находится селфи с их боссом, Мигелем О'Харой, на фотографии которой тот сконфущил недовольное выражение лица и как будто оттененный полумраком его логова, но черты лица все равно можно было развидеть. Хмурые густые брови, покрытый морщинами лоб, острые ярковыраженные скулы. И такие же вечно уставшие карие глаза, но такие жгучие, что словно прожгли Сиенну изнутри с первой встречи. До сих пор вспоминает какая была их первая встреча, как тело бьётмандраж и пробирает стаей мурашек. Но на фотографии она как не в чем не бывало стоит рядом с ним, таким опасным и могущественным. С полу натянутой маской на лице, закрывая только глаза. В самом костюме преобладали оттенки серого и бирюзового. Чёрное полотно самого костюма, а сверху пролегал бирюзовыми контурами зарисовка "черной водвы" на груди концы лап которой огибали все тело героя сплетаясь в узор паутины. Также на бедрах были расположены две маленьких черных вдовы. И серые, огромные глазницы. Сиенна улыбалась одним уголком губ, с яркой стойкой красной помадой на них. Третья фотография где была Гвен, Хобби и Павитр, на переднем же плане в этой фотографии стоял сам Павитр, а сзади него в обнимку стояли все они. И остальных очень много подобных фотографий. Она любила всех паучков как свою родную семью, которая разрушилась много лет назад. Ещё немного пронизывая шкаф взором голубых глаз, темноволосая раскрыла резким движением дверцы шкафа. Тридцати двух летняя Сиенна стояла перед зеркалом в свободных джинсах, в черной обвивающей водолазке и в темной кожанке. Только из всего этого мрачного лука были белые длинные носки с надписью " You cool." Ну и конечно под всей этой повседневной одеждой скрывался латексный костюм человека-паука. Сейчас женщина в придачу ко всему образу натягивает митенки с изображением черепка на них. На губах была аккуратно нанесенная красная помада, та самая. И показательно подведенные глаза с черными точками под густыми ресницами. Индивидуальность макияжа. Сиенна сосредоточенно думала о своих сегодняшних обязанностях, сегодня ей предстоит окунуться в толпу улиц Нью-Йорка. Быть на месте муравья. Полностью собравшись, накинув маленькую сумку через плечо и надев оранжевый сверх-технологический браслет через который Сиенна связывалась с Джессикой и Мигелем, ибо с кем-то из других членов штаба. Сейчас вот надо спуститьсч на улицу, усесться за свой серый байк и уехать в бар-клуб где работала певицей ее близкая подруга Эйприл Уинстон, по причине того, что Сиенна обещала приехать именно сегодня, и не отменить встречу, не за что, как делала до этого очень много раз. Уинстон крайне близкий человек для Литтер , их взаимоотношения были приравнены к сестринским. Двадцать три года общения дают о себе знать. Поставив одну ногу ближе к зеркалу и выставив руки на изогнутом локте и сделав жест "пистолетов", Сиенна чмокнула самой себе в зеркало. Так прощаясь со своей комнатой на парус часов, песня давно уже перелистнулась на песню "Нelloy Kitty". – тссс.. Ну да совершатся сегодняшние подвиги! – Черноволосая смачно крутанулась в воздухе и взяла играющий телефон и выключила, закинув того в сумочку. Покинув комнату, Сиенна оказалась в своем домашнем коридоре который сразу вел к входной двери, у двух стен коридора были две комнаты. Одна – кухня, другая - зал. Ванная комната с туалетом находилась рядом с гардеробом у выхода. Мелькнув меж комнат, женщина обулась и вставила ключи в дверную скважину, проделав пару вращений, дверь щёлкнула и легко отворилась. – Пока квартира! Увидимся вечером! – И последним звуком в квартире остался хлопок закрывшиеся двери. Сиенна была уже на улице и стартовала на своем любимом байке. Лавируя между несущимися машинами и чувствуя как порыв ветра блуждал меж ее смолистых и тускло-бирюзовых прядей. Она завернула на очередном перекрестке и заехала в ещё более узкую улочку, где и находился тот самый бар где выступала Эйприл. Сиенна припорковалась рядом с бетонным бардюром и вскочила с сиденья байка, взгляд ясных глаз метнулся к стеклянным дверям бара, несколько шагов и та оказалась уже внутри. Помещение было однако хорошим, на взгляд Сиенны, очень даже, словно только что новоостроенное заведение. Теплый свет стоящих ламп обливал шоколадные столики и ало-кожанные диванички, высокие и изящные с аккуратной шляпкой как у гриба. В воздухе витал аромат приторно-сладкого алкоголя и запах древесины. Да, бар был что-то вроде имитацией таверны, из тех самых книжек фентези. Все было бы абсолютно также, как Сиенна себе представляла. Но сейчас, тут никого не было из посетителей, тишь да гладь. Стонущие половицы пола под пыльной и грязной подошвой обуви, темные деревянные балки прибитые к нейтрально-свтелым обоям которые сбавляли темный гардиент завидения. Сиенне тут было уютно и хорошо, правда. На губах сразу растянулась довольная и длинная улыбка. Сделав пару шагов вперёд, женщина увдидела за скрывающим углом барную стойку. За ней стоял парень, усердно трущий грязный стакан. Лет двадцати пяти, знакомый, а может и друг Эйприл, Сиенна уже не помнит. Его зовут Уильям. Темноволосая смутно вспоминает это имя и разворачиваясь к нему начинает свое дружелюбное приветствие, громкий контральто Сиенны расходится по всему помещению. – Уиилльям, здравствуй, ты не знаешь где ваша всемирная певица? – Рука в перчатке приподнялась над головой и коротко махнула. Уильям, парень с темными и короткими волосами, шатен. С глазами цвета темного и томного леса смотрит на новошедшую и сначала щурится, чтоб понять, кто же это. Но на губах резко возникает лучезарная улыбка, которая демонстрирует его белоснежные зубы. – Аа.. Сиенна, это ты. Давно тебя тут не видел, даже позабыл как выглядишь. Аа.. Эйприл, она только что вошла в комнату сотрудников, что-то хлопочет. – Уильям пожимает плечами и снова опускает голову к надоедливому стакану, так казалось Сиенне. И тут, словно Эйприл подслушивала и прямо после слов Уильяма выскочила изо двери персонала, которая находилась рядом с невысокой сценой и бархатными красными кулисами. И стуком каблуков побежала к Сиенне. Темноволосая ещё не успела развернуться, как блондинка с очень длинными волосами захлестнула в своих объятих крепко прижимая ее к себе. У Эйприл же наоборот был тоненький и высокий голос. – Сиенна! Да слава господу, как я рада снова видеть твою нахальную морду! – Девушка проговорила и задорством и радостью в голосе, без намека на злость. Подруга Эйприл начала буквально отрывать от себя блондинку и заглядывая с возмущением в ее черные как тьма глаз. – Черт, да иди ты. С таким отношением. Я старалась, подстроить свой график. А ты! – Сиенна говорила театрально-обиженным тоном, но после замолкла и снова прижала подругу в себе, крепко сжимая в дружеских объятиях. – А ты, все также непривзойденно и потрясено выглядишь! – теперь голос голубоглазой шел вместе с веселым смехом. Прошло несколько минут этих всех нежностей и девушки после уселись за стойку на высокие барные стулья, с мягко-красной обивкой. Эйприл начала тороторить, ей так хотелось много рассказать Сиенне вживую, чего нельзя рассказать по переписки, чисто из-за глупого недостатка эмоций. – Ты себя представить не можешь что случилось со мной за последнюю неделю что мы не виделись! – белокурая даже слегка подергивала своими сжатыми кулочками, светлые закрученные пряди лежали стильным пробором, было видно что делом занимался профессиональный стилист. Сиенна поставила ноги на металлическое кольцо под сидушкой стула и облокатилась локтем на ребро барной стойки, немного сгорбившись в спине. – у тебя появился новый наикрутейший стилист? – Темноволосая весело ухмыльнулась, наблюдая за перевозбужденной подругой. – А? Что? Нет! Это я просто буквально этим утром сходила к парикмахеру. Ну НЕ СУУУУТЬ. – Была б у Эйприл способность пропускать свет сквозь кожу когда у той прилив эмоций, то она бы вечно ходила как настоящая светящаяся лампочка. – Я это.. Уфф.. Я даже не знаю как тебе сказать.. Хотя, нет, лучше сама угадай! – Уинстон в победном движении скрестила руки на груди и смотрела с выжиданием на Сиенну. А Литтер знала эту игру, задавай вопросы и гадай что случилось у этой гиперактивной блондинки. Набрав в лёгкие полный голубой вдох, начался старт. – Завела собаку? – – Неа. – – Кошку? – – Нет. – – Ты победила в каком-то конкурсе? – – Нет-с. – – Ты познакомилась с каким-то парнем из сайта знакомств? – – Неет. – – Ты урвала жуть какие дорогие шмотки за скидку? – – Да нет! – вскипела белокурая – Даю подсказку, это связано с моейкарьерой певицы и как творческого человека! – Эйприл снова замолчала и продолжала смотреть на замучавшуюся подругу. – Амм.. Нуу.. Тебе поставили подтанцовку..? – – Нееет.. – – Увеличили зарплату?! – Женщинам говорила уже с толикой истерики и ярко жестикулируя рукой, которая свисала с барной стойки. Тут в диалог вник Уильям с натянутыми краешками губ в улыбке. – Это связано с повышением и местом. – Сиенна посмотрела в искреннем непонимании на парня, но прошло лишь двадцать с чем-то секунд для полноценного осознания и выражение лица непонимания сменилось на гримасу изумления. – Да не может быть. Серьезно?! – Голова разворачивается к Уинстон. – Ты теперь.. – – Я буду выступать в клубе центра Нью-Йорка. Представляешь ?! – Продолжила за нее Эйприл. Литтер крепко хватает за запястья Уинстон кричит похлещеее "сестры". – ОХРЕНЕТЬ! КАК ЭТО КРУТО, НАКОНЕЦ-ТО ОНИ ПОЗНАЛИ ИСТИННЫЙ ТАЛАНТ! – Этого самого истинного таланта окрасились розовыми красками щеки, стали румяными как у настоящей куколки. Теперь в полном порыве экстаза и эйфории прибывала Сиенна, она была жуть как рада за свою подружку. Столько лет она пела заунылые песни под саксофон на этой неприметной маленькой сцене. Подруга певицы вечно на это жаловалась и каждый раз говорила той чтоб она перешла в более перспективное место, но та все шла на отказ, но теперь, ее заметили! – Я предлагаю это отпраздновать и хорошенько выпить! – вновь воскликает темноволосая весело жмурясь. Уильям говорит и одновременно ставит красивую стеклянную бутылку виски на стойку. – За счёт заведения. Решусь предложить паре красивых дам. – Эйприл захлопала в ладоши, а Сиенна задорно засмеялась. Два стакана нполовмну заполненных виски поднялись над головами девушек. Почему два? Уильям достойно отказался, тот педантично и серьезно относился к своей работе. Подав плечами на это заявление, Сиенна начинает проговоривать творжественно свой тост. – Чтож, раз так все сложилось. знаменательное событие, что мы встретились и ты, Эйприл Уинстон стала на одну ступень выше в своей карьере. Я предлагаю доблестно сделать глоток за это благословение судьбы, и чтоб все так и осталось на своих местах, закрепим этот момент в нашей памяти весёлым празднованием! – Белокурая и Черноволосая чокнулись краями стеклянных стаканов и уже приподносили к губам напиток, как у Сиенны завибрировало запястье. "Неет.. Нет.. Только не это! Пожалуйста, давай попозже!" Завыла у себя в голове голубоглазая, а в реальности с алых губ сошел жалобной скулеж. Эйприл вопросительно выгнула светлую бровь и с искреннем непониманием смотрела на свою подругу. – Сиен. Ты чего? Что случилось? – Уильям тоже взглянул на Литтер с вопросом. – Ребяят.. Это.. Простите. Но мне срочно надо отойти. – В голосе так и слышались искренние нотки жалобности и недовольства. Но с тяжестью в движении она поставила стакан на стойку и поднялась. – Где тут уборная? – Уильям указывает за спину женщины. Сиенна неловко чешит затылок и юрко скрывается за дверью туалета и запирается. Убирает рукав кожанки и водолазки, пару лёгких движений пальцами и перед Силенной предстает оранжевый силуэт... Мигеля. На сей раз он. На губах возникает слабая улыбка. – О, босс, как неожиданно. – в голосе играет театральная наигранность. Галограмма выражает серьезность и хмурость и некую жилку раздражения. – Не время. Сиенна, ситуация требует твоего присутвия. Случился.. – Баритон мужчины смолкает на короткое мгновение, отводя карие глаза в сторону. – инцидент. Не жданный.. человек-паук находится в нашем штабе. – Сиенна в искренней изумлённости изогнула брови. – "Не жданный".. Человек-паук..? – Мигель сдержанно кивает. – Да. Я требую тебя, прямо сейчас. Сиенна медленно отводит голову в сторону, обдумывая сие сказанное ее боссом. Но тут, в помещении производится звук авто-смыва туалета. Темноволосая вздрагивает и смотрит на унитаз прожигающим взглядом. Неловкая пауза. – Сиенна. Ты разговариваешь со мной из.. Туалета? – В голосе слышится недоумение. Голубоглазая закатывает глаза и тяжко вздыхает. – А куда мне ещё деться чтоб поговорить с моим любимым боссом? Скоро буду. – Сиенна говорит с сарказмом "доброты" первую фразу. Мигель парирует тем же сарказмом. – Как мило. До связи. – И тут галограмма исчезает в один миг. – Оо, Мигель ответил мне не очередным замечанием, а похвалил мой флирт. Прогресс, Сиенна! Дурное палящее солнце Нью-йорка пролегало солнечными лучами сквозь полосатые жалюзи на окне в скромную комнатушку, которую то и дело что сперало духотой. Дышать было просто невозможно! Солнечный зайчик коснулся кончика носа, после плавно перешёл на сомкнутые рядом густых смолистых ресниц глаза. – Ааааа.. – по комнате пронеесся протяжный и болезненный женский стон, рука словно по своей воле взвилась вверх к бежевому потолку, а после снова обречённо рухнула на мягкие шелковистые подушки. Схватив одну белую подушку за край, Сиенна плюснула ее к своему лицу. Ноги поджались к оголенному животу, а спина скривилась и изогнулась. Она приняла удобную и восхитительную позу, по всему телу прошлась приятная волна мурашек. Вот что надо для счастья! Подушки и крутая кровать! " ТРРРРРРРРРР" Отвратный звон будильника одиннадцать тридцать с телефона вонзился в сознание как кинутый острием нож. Волна хороших мурашек сменилась дрожью и покалыванием острых игл. – Муэээ.. – не отрываясь от мягкой ткани лицом, рука вздрагивает и принимает свой обыденный жест "Рок-н-ролла". Из запястья выпрыснулась прочная нить паутины, схожая с настоящим кнутом при сравнении. Но на самом деле, это самая настоящая липкая паутина. "Кнут" целенаправленно схватил телефон лежащий на подоконнике окна и случайным касанием отключил раздражающую трель звонка. Тишина. Сиенна не особый ее любитель. Лоб нахмурился и на нем возникло пару морщин, а рука резко подалась движением обратно. Телефон с грохотом впечатался в стену. Шипение сошло с бледных губ. – Черт. – в голосе были ярко слышны нотки недовольства. Потянувшись к телефону у стенки, брюнетка уже механично включила свой излюбленный плейлист и в душной спальне заиграла первая песня. "Little Big - Public enemy." Уголки губ Сиенны сразу взвились вверх, утро в квартире героини всегда начиналось с ритмичной музыки. Женщина вскочила одним прыжком на пол, встав ровно на ноги. Вставая медленно на носочки, тело постепенно вытягиваллось, красивое и изящное. Расправив плечи Сиенна потянула руки к потолку и набрала в лёгкие глубокий вдох, прикрыв глаза. Сиенна качнулась колесом к зашторенному окну и очутилась перед ним, дёрнув за тонкую верёвочку, горизонтальные жалюзи стремительно поднялись наверх с громким шумом. И перед брюнеткой возникла узенькая улочка, как на ладони. Сиенна могла сверху разглядеть идущий поток людей, которые были схожи по ее мнению с роем муравьев. Каждый шагает по своим делам. Набирая в лёгкие глубокий вдох, выдохом с губ сходит громкая фраза посланная всему Нью-Йорку. – С новым днём, Нью-Йорк. – губы расстягиваются в теплой и счастливой улыбке. Сиенна развернулась к своей комнате лицом, уютная чуть ли не мизерная комнатка. Светлые тона обоев на которых, если приглядываться можно увидеть выступающие тонкие узоры с имитацией листьев. А остальное.. Вся мебель хозяйки была склонна к стилю минимализма. Темная тумбочка с современным дизайном и прозрачной стеклянной вазочкой на ней, а в самой чуть изогнутой формой вазы было три цветка с белоснежными лепестками и ярко-желтой сердцевиной. Ромашки. Сиенна смотрит на них с какой-то грустью, скорей женщина задумывается что вот-вот растения выцветут и сгниют. Сверху над этой тумбочкой было прямоугольное зеркало, в отражении которого Сиенна увидела образ высокой женщины – лет тридцати двух. С короткими вьющимися, угольного цвета волосы со скрытым окрашиванием бирюзового оттенка, со временем который стал тусклым и больше походил на гардиент лазурного цвета. Острые и прямые черты лица, с припухлой формой бантика губ, прямой ровненький нос слегка вздернутым кончиком верх и высокие скулы. Светлая, но скорей розоватая кожа. Ясные глаза миндального разреза неглубоко посаженные с цветом июльского чистого неба. Темные брови домиком. Широкие спортивные плечи для женских. Упругая грудь с не тонкой талией, рельефным прессом и конечно аппетитные массивные бедра. Одета в которых девушка была черных лёгких шортах и домашнем грязном топике. Смолистая челка свисала густым облаком на один глаз, Сиенна фыркнула и черные пряди взвились вверх на пару секунд. Она немного наклонилась ближе к зеркалу и начала всячески себя трогать за подбородок, волосы, щеки, предварительно приводя себя в порядок. – Ну вот. Сиенна Литтер. Как ты умудряешься так убито выглядить после время отдыха. – говоря сама с собой и развернулась в полоборота и изогнулась в спине, разглядывая всю свою красу. – Крассссотка. Я прям не могу! – и шлепнула себя по бедру, в голосе возникала усмешка. Ещё раз окинув взглядом свой высокий шкаф с изогнутыми ручками из серого металла, махровый уже грязный, но белый ковер и рабочий стол в выдвинутом внутрь стены выступе. На самом столе стояла серая дешёвая лампа, а рядом старенький ноутбук. И на самом краю обильная стопка разных документов позиционируя себя как информацией уголовных следствий. Когда Сиенне удается избавиться от забот в параллельных мирах, она занимается своим миром. В ритме вальса Сиенна оказывается перед темным шкафом, на его дверцах прибиты на ярких кнопках фотографии. С моим погибшим братом Джефом, когда они сидели на краю крыши и их сфотографировали со спины. Выше находится селфи с их боссом, Мигелем О'Харой, на фотографии которой тот сконфущил недовольное выражение лица и как будто оттененный полумраком его логова, но черты лица все равно можно было развидеть. Хмурые густые брови, покрытый морщинами лоб, острые ярковыраженные скулы. И такие же вечно уставшие карие глаза, но такие жгучие, что словно прожгли Сиенну изнутри с первой встречи. До сих пор вспоминает какая была их первая встреча, как тело бьётмандраж и пробирает стаей мурашек. Но на фотографии она как не в чем не бывало стоит рядом с ним, таким опасным и могущественным. С полу натянутой маской на лице, закрывая только глаза. В самом костюме преобладали оттенки серого и бирюзового. Чёрное полотно самого костюма, а сверху пролегал бирюзовыми контурами зарисовка "черной водвы" на груди концы лап которой огибали все тело героя сплетаясь в узор паутины. Также на бедрах были расположены две маленьких черных вдовы. И серые, огромные глазницы. Сиенна улыбалась одним уголком губ, с яркой стойкой красной помадой на них. Третья фотография где была Гвен, Хобби и Павитр, на переднем же плане в этой фотографии стоял сам Павитр, а сзади него в обнимку стояли все они. И остальных очень много подобных фотографий. Она любила всех паучков как свою родную семью, которая разрушилась много лет назад. Ещё немного пронизывая шкаф взором голубых глаз, темноволосая раскрыла резким движением дверцы шкафа. Тридцати двух летняя Сиенна стояла перед зеркалом в свободных джинсах, в черной обвивающей водолазке и в темной кожанке. Только из всего этого мрачного лука были белые длинные носки с надписью " You cool." Ну и конечно под всей этой повседневной одеждой скрывался латексный костюм человека-паука. Сейчас женщина в придачу ко всему образу натягивает митенки с изображением черепка на них. На губах была аккуратно нанесенная красная помада, та самая. И показательно подведенные глаза с черными точками под густыми ресницами. Индивидуальность макияжа. Сиенна сосредоточенно думала о своих сегодняшних обязанностях, сегодня ей предстоит окунуться в толпу улиц Нью-Йорка. Быть на месте муравья. Полностью собравшись, накинув маленькую сумку через плечо и надев оранжевый сверх-технологический браслет через который Сиенна связывалась с Джессикой и Мигелем, ибо с кем-то из других членов штаба. Сейчас вот надо спуститьсч на улицу, усесться за свой серый байк и уехать в бар-клуб где работала певицей ее близкая подруга Эйприл Уинстон, по причине того, что Сиенна обещала приехать именно сегодня, и не отменить встречу, не за что, как делала до этого очень много раз. Уинстон крайне близкий человек для Литтер , их взаимоотношения были приравнены к сестринским. Двадцать три года общения дают о себе знать. Поставив одну ногу ближе к зеркалу и выставив руки на изогнутом локте и сделав жест "пистолетов", Сиенна чмокнула самой себе в зеркало. Так прощаясь со своей комнатой на парус часов, песня давно уже перелистнулась на песню "Нelloy Kitty". – тссс.. Ну да совершатся сегодняшние подвиги! – Черноволосая смачно крутанулась в воздухе и взяла играющий телефон и выключила, закинув того в сумочку. Покинув комнату, Сиенна оказалась в своем домашнем коридоре который сразу вел к входной двери, у двух стен коридора были две комнаты. Одна – кухня, другая - зал. Ванная комната с туалетом находилась рядом с гардеробом у выхода. Мелькнув меж комнат, женщина обулась и вставила ключи в дверную скважину, проделав пару вращений, дверь щёлкнула и легко отворилась. – Пока квартира! Увидимся вечером! – И последним звуком в квартире остался хлопок закрывшиеся двери. Сиенна была уже на улице и стартовала на своем любимом байке. Лавируя между несущимися машинами и чувствуя как порыв ветра блуждал меж ее смолистых и тускло-бирюзовых прядей. Она завернула на очередном перекрестке и заехала в ещё более узкую улочку, где и находился тот самый бар где выступала Эйприл. Сиенна припорковалась рядом с бетонным бардюром и вскочила с сиденья байка, взгляд ясных глаз метнулся к стеклянным дверям бара, несколько шагов и та оказалась уже внутри. Помещение было однако хорошим, на взгляд Сиенны, очень даже, словно только что новоостроенное заведение. Теплый свет стоящих ламп обливал шоколадные столики и ало-кожанные диванички, высокие и изящные с аккуратной шляпкой как у гриба. В воздухе витал аромат приторно-сладкого алкоголя и запах древесины. Да, бар был что-то вроде имитацией таверны, из тех самых книжек фентези. Все было бы абсолютно также, как Сиенна себе представляла. Но сейчас, тут никого не было из посетителей, тишь да гладь. Стонущие половицы пола под пыльной и грязной подошвой обуви, темные деревянные балки прибитые к нейтрально-свтелым обоям которые сбавляли темный гардиент завидения. Сиенне тут было уютно и хорошо, правда. На губах сразу растянулась довольная и длинная улыбка. Сделав пару шагов вперёд, женщина увдидела за скрывающим углом барную стойку. За ней стоял парень, усердно трущий грязный стакан. Лет двадцати пяти, знакомый, а может и друг Эйприл, Сиенна уже не помнит. Его зовут Уильям. Темноволосая смутно вспоминает это имя и разворачиваясь к нему начинает свое дружелюбное приветствие, громкий контральто Сиенны расходится по всему помещению. – Уиилльям, здравствуй, ты не знаешь где ваша всемирная певица? – Рука в перчатке приподнялась над головой и коротко махнула. Уильям, парень с темными и короткими волосами, шатен. С глазами цвета темного и томного леса смотрит на новошедшую и сначала щурится, чтоб понять, кто же это. Но на губах резко возникает лучезарная улыбка, которая демонстрирует его белоснежные зубы. – Аа.. Сиенна, это ты. Давно тебя тут не видел, даже позабыл как выглядишь. Аа.. Эйприл, она только что вошла в комнату сотрудников, что-то хлопочет. – Уильям пожимает плечами и снова опускает голову к надоедливому стакану, так казалось Сиенне. И тут, словно Эйприл подслушивала и прямо после слов Уильяма выскочила изо двери персонала, которая находилась рядом с невысокой сценой и бархатными красными кулисами. И стуком каблуков побежала к Сиенне. Темноволосая ещё не успела развернуться, как блондинка с очень длинными волосами захлестнула в своих объятих крепко прижимая ее к себе. У Эйприл же наоборот был тоненький и высокий голос. – Сиенна! Да слава господу, как я рада снова видеть твою нахальную морду! – Девушка проговорила и задорством и радостью в голосе, без намека на злость. Подруга Эйприл начала буквально отрывать от себя блондинку и заглядывая с возмущением в ее черные как тьма глаз. – Черт, да иди ты. С таким отношением. Я старалась, подстроить свой график. А ты! – Сиенна говорила театрально-обиженным тоном, но после замолкла и снова прижала подругу в себе, крепко сжимая в дружеских объятиях. – А ты, все также непривзойденно и потрясено выглядишь! – теперь голос голубоглазой шел вместе с веселым смехом. Прошло несколько минут этих всех нежностей и девушки после уселись за стойку на высокие барные стулья, с мягко-красной обивкой. Эйприл начала тороторить, ей так хотелось много рассказать Сиенне вживую, чего нельзя рассказать по переписки, чисто из-за глупого недостатка эмоций. – Ты себя представить не можешь что случилось со мной за последнюю неделю что мы не виделись! – белокурая даже слегка подергивала своими сжатыми кулочками, светлые закрученные пряди лежали стильным пробором, было видно что делом занимался профессиональный стилист. Сиенна поставила ноги на металлическое кольцо под сидушкой стула и облокатилась локтем на ребро барной стойки, немного сгорбившись в спине. – у тебя появился новый наикрутейший стилист? – Темноволосая весело ухмыльнулась, наблюдая за перевозбужденной подругой. – А? Что? Нет! Это я просто буквально этим утром сходила к парикмахеру. Ну НЕ СУУУУТЬ. – Была б у Эйприл способность пропускать свет сквозь кожу когда у той прилив эмоций, то она бы вечно ходила как настоящая светящаяся лампочка. – Я это.. Уфф.. Я даже не знаю как тебе сказать.. Хотя, нет, лучше сама угадай! – Уинстон в победном движении скрестила руки на груди и смотрела с выжиданием на Сиенну. А Литтер знала эту игру, задавай вопросы и гадай что случилось у этой гиперактивной блондинки. Набрав в лёгкие полный голубой вдох, начался старт. – Завела собаку? – – Неа. – – Кошку? – – Нет. – – Ты победила в каком-то конкурсе? – – Нет-с. – – Ты познакомилась с каким-то парнем из сайта знакомств? – – Неет. – – Ты урвала жуть какие дорогие шмотки за скидку? – – Да нет! – вскипела белокурая – Даю подсказку, это связано с моейкарьерой певицы и как творческого человека! – Эйприл снова замолчала и продолжала смотреть на замучавшуюся подругу. – Амм.. Нуу.. Тебе поставили подтанцовку..? – – Нееет.. – – Увеличили зарплату?! – Женщинам говорила уже с толикой истерики и ярко жестикулируя рукой, которая свисала с барной стойки. Тут в диалог вник Уильям с натянутыми краешками губ в улыбке. – Это связано с повышением и местом. – Сиенна посмотрела в искреннем непонимании на парня, но прошло лишь двадцать с чем-то секунд для полноценного осознания и выражение лица непонимания сменилось на гримасу изумления. – Да не может быть. Серьезно?! – Голова разворачивается к Уинстон. – Ты теперь.. – – Я буду выступать в клубе центра Нью-Йорка. Представляешь ?! – Продолжила за нее Эйприл. Литтер крепко хватает за запястья Уинстон кричит похлещеее "сестры". – ОХРЕНЕТЬ! КАК ЭТО КРУТО, НАКОНЕЦ-ТО ОНИ ПОЗНАЛИ ИСТИННЫЙ ТАЛАНТ! – Этого самого истинного таланта окрасились розовыми красками щеки, стали румяными как у настоящей куколки. Теперь в полном порыве экстаза и эйфории прибывала Сиенна, она была жуть как рада за свою подружку. Столько лет она пела заунылые песни под саксофон на этой неприметной маленькой сцене. Подруга певицы вечно на это жаловалась и каждый раз говорила той чтоб она перешла в более перспективное место, но та все шла на отказ, но теперь, ее заметили! – Я предлагаю это отпраздновать и хорошенько выпить! – вновь воскликает темноволосая весело жмурясь. Уильям говорит и одновременно ставит красивую стеклянную бутылку виски на стойку. – За счёт заведения. Решусь предложить паре красивых дам. – Эйприл захлопала в ладоши, а Сиенна задорно засмеялась. Два стакана нполовмну заполненных виски поднялись над головами девушек. Почему два? Уильям достойно отказался, тот педантично и серьезно относился к своей работе. Подав плечами на это заявление, Сиенна начинает проговоривать творжественно свой тост. – Чтож, раз так все сложилось. знаменательное событие, что мы встретились и ты, Эйприл Уинстон стала на одну ступень выше в своей карьере. Я предлагаю доблестно сделать глоток за это благословение судьбы, и чтоб все так и осталось на своих местах, закрепим этот момент в нашей памяти весёлым празднованием! – Белокурая и Черноволосая чокнулись краями стеклянных стаканов и уже приподносили к губам напиток, как у Сиенны завибрировало запястье. "Неет.. Нет.. Только не это! Пожалуйста, давай попозже!" Завыла у себя в голове голубоглазая, а в реальности с алых губ сошел жалобной скулеж. Эйприл вопросительно выгнула светлую бровь и с искреннем непониманием смотрела на свою подругу. – Сиен. Ты чего? Что случилось? – Уильям тоже взглянул на Литтер с вопросом. – Ребяят.. Это.. Простите. Но мне срочно надо отойти. – В голосе так и слышались искренние нотки жалобности и недовольства. Но с тяжестью в движении она поставила стакан на стойку и поднялась. – Где тут уборная? – Уильям указывает за спину женщины. Сиенна неловко чешит затылок и юрко скрывается за дверью туалета и запирается. Убирает рукав кожанки и водолазки, пару лёгких движений пальцами и перед Силенной предстает оранжевый силуэт... Мигеля. На сей раз он. На губах возникает слабая улыбка. – О, босс, как неожиданно. – в голосе играет театральная наигранность. Галограмма выражает серьезность и хмурость и некую жилку раздражения. – Не время. Сиенна, ситуация требует твоего присутвия. Случился.. – Баритон мужчины смолкает на короткое мгновение, отводя карие глаза в сторону. – инцидент. Не жданный.. человек-паук находится в нашем штабе. – Сиенна в искренней изумлённости изогнула брови. – "Не жданный".. Человек-паук..? – Мигель сдержанно кивает. – Да. Я требую тебя, прямо сейчас. Сиенна медленно отводит голову в сторону, обдумывая сие сказанное ее боссом. Но тут, в помещении производится звук авто-смыва туалета. Темноволосая вздрагивает и смотрит на унитаз прожигающим взглядом. Неловкая пауза. – Сиенна. Ты разговариваешь со мной из.. Туалета? – В голосе слышится недоумение. Голубоглазая закатывает глаза и тяжко вздыхает. – А куда мне ещё деться чтоб поговорить с моим любимым боссом? Скоро буду. – Сиенна говорит с сарказмом "доброты" первую фразу. Мигель парирует тем же сарказмом. – КаДурное палящее солнце Нью-йорка пролегало солнечными лучами сквозь полосатые жалюзи на окне в скромную комнатушку, которую то и дело что сперало духотой. Дышать было просто невозможно! Солнечный зайчик коснулся кончика носа, после плавно перешёл на сомкнутые рядом густых смолистых ресниц глаза. – Ааааа.. – по комнате пронеесся протяжный и болезненный женский стон, рука словно по своей воле взвилась вверх к бежевому потолку, а после снова обречённо рухнула на мягкие шелковистые подушки. Схватив одну белую подушку за край, Сиенна плюснула ее к своему лицу. Ноги поджались к оголенному животу, а спина скривилась и изогнулась. Она приняла удобную и восхитительную позу, по всему телу прошлась приятная волна мурашек. Вот что надо для счастья! Подушки и крутая кровать! " ТРРРРРРРРРР" Отвратный звон будильника одиннадцать тридцать с телефона вонзился в сознание как кинутый острием нож. Волна хороших мурашек сменилась дрожью и покалыванием острых игл. – Муэээ.. – не отрываясь от мягкой ткани лицом, рука вздрагивает и принимает свой обыденный жест "Рок-н-ролла". Из запястья выпрыснулась прочная нить паутины, схожая с настоящим кнутом при сравнении. Но на самом деле, это самая настоящая липкая паутина. "Кнут" целенаправленно схватил телефон лежащий на подоконнике окна и случайным касанием отключил раздражающую трель звонка. Тишина. Сиенна не особый ее любитель. Лоб нахмурился и на нем возникло пару морщин, а рука резко подалась движением обратно. Телефон с грохотом впечатался в стену. Шипение сошло с бледных губ. – Черт. – в голосе были ярко слышны нотки недовольства. Потянувшись к телефону у стенки, брюнетка уже механично включила свой излюбленный плейлист и в душной спальне заиграла первая песня. "Little Big - Public enemy." Уголки губ Сиенны сразу взвились вверх, утро в квартире героини всегда начиналось с ритмичной музыки. Женщина вскочила одним прыжком на пол, встав ровно на ноги. Вставая медленно на носочки, тело постепенно вытягиваллось, красивое и изящное. Расправив плечи Сиенна потянула руки к потолку и набрала в лёгкие глубокий вдох, прикрыв глаза. Сиенна качнулась колесом к зашторенному окну и очутилась перед ним, дёрнув за тонкую верёвочку, горизонтальные жалюзи стремительно поднялись наверх с громким шумом. И перед брюнеткой возникла узенькая улочка, как на ладони. Сиенна могла сверху разглядеть идущий поток людей, которые были схожи по ее мнению с роем муравьев. Каждый шагает по своим делам. Набирая в лёгкие глубокий вдох, выдохом с губ сходит громкая фраза посланная всему Нью-Йорку. – С новым днём, Нью-Йорк. – губы расстягиваются в теплой и счастливой улыбке. Сиенна развернулась к своей комнате лицом, уютная чуть ли не мизерная комнатка. Светлые тона обоев на которых, если приглядываться можно увидеть выступающие тонкие узоры с имитацией листьев. А остальное.. Вся мебель хозяйки была склонна к стилю минимализма. Темная тумбочка с современным дизайном и прозрачной стеклянной вазочкой на ней, а в самой чуть изогнутой формой вазы было три цветка с белоснежными лепестками и ярко-желтой сердцевиной. Ромашки. Сиенна смотрит на них с какой-то грустью, скорей женщина задумывается что вот-вот растения выцветут и сгниют. Сверху над этой тумбочкой было прямоугольное зеркало, в отражении которого Сиенна увидела образ высокой женщины – лет тридцати двух. С короткими вьющимися, угольного цвета волосы со скрытым окрашиванием бирюзового оттенка, со временем который стал тусклым и больше походил на гардиент лазурного цвета. Острые и прямые черты лица, с припухлой формой бантика губ, прямой ровненький нос слегка вздернутым кончиком верх и высокие скулы. Светлая, но скорей розоватая кожа. Ясные глаза миндального разреза неглубоко посаженные с цветом июльского чистого неба. Темные брови домиком. Широкие спортивные плечи для женских. Упругая грудь с не тонкой талией, рельефным прессом и конечно аппетитные массивные бедра. Одета в которых девушка была черных лёгких шортах и домашнем грязном топике. Смолистая челка свисала густым облаком на один глаз, Сиенна фыркнула и черные пряди взвились вверх на пару секунд. Она немного наклонилась ближе к зеркалу и начала всячески себя трогать за подбородок, волосы, щеки, предварительно приводя себя в порядок. – Ну вот. Сиенна Литтер. Как ты умудряешься так убито выглядить после время отдыха. – говоря сама с собой и развернулась в полоборота и изогнулась в спине, разглядывая всю свою красу. – Крассссотка. Я прям не могу! – и шлепнула себя по бедру, в голосе возникала усмешка. Ещё раз окинув взглядом свой высокий шкаф с изогнутыми ручками из серого металла, махровый уже грязный, но белый ковер и рабочий стол в выдвинутом внутрь стены выступе. На самом столе стояла серая дешёвая лампа, а рядом старенький ноутбук. И на самом краю обильная стопка разных документов позиционируя себя как информацией уголовных следствий. Когда Сиенне удается избавиться от забот в параллельных мирах, она занимается своим миром. В ритме вальса Сиенна оказывается перед темным шкафом, на его дверцах прибиты на ярких кнопках фотографии. С моим погибшим братом Джефом, когда они сидели на краю крыши и их сфотографировали со спины. Выше находится селфи с их боссом, Мигелем О'Харой, на фотографии которой тот сконфущил недовольное выражение лица и как будто оттененный полумраком его логова, но черты лица все равно можно было развидеть. Хмурые густые брови, покрытый морщинами лоб, острые ярковыраженные скулы. И такие же вечно уставшие карие глаза, но такие жгучие, что словно прожгли Сиенну изнутри с первой встречи. До сих пор вспоминает какая была их первая встреча, как тело бьётмандраж и пробирает стаей мурашек. Но на фотографии она как не в чем не бывало стоит рядом с ним, таким опасным и могущественным. С полу натянутой маской на лице, закрывая только глаза. В самом костюме преобладали оттенки серого и бирюзового. Чёрное полотно самого костюма, а сверху пролегал бирюзовыми контурами зарисовка "черной водвы" на груди концы лап которой огибали все тело героя сплетаясь в узор паутины. Также на бедрах были расположены две маленьких черных вдовы. И серые, огромные глазницы. Сиенна улыбалась одним уголком губ, с яркой стойкой красной помадой на них. Третья фотография где была Гвен, Хобби и Павитр, на переднем же плане в этой фотографии стоял сам Павитр, а сзади него в обнимку стояли все они. И остальных очень много подобных фотографий. Она любила всех паучков как свою родную семью, которая разрушилась много лет назад. Ещё немного пронизывая шкаф взором голубых глаз, темноволосая раскрыла резким движением дверцы шкафа. Тридцати двух летняя Сиенна стояла перед зеркалом в свободных джинсах, в черной обвивающей водолазке и в темной кожанке. Только из всего этого мрачного лука были белые длинные носки с надписью " You cool." Ну и конечно под всей этой повседневной одеждой скрывался латексный костюм человека-паука. Сейчас женщина в придачу ко всему образу натягивает митенки с изображением черепка на них. На губах была аккуратно нанесенная красная помада, та самая. И показательно подведенные глаза с черными точками под густыми ресницами. Индивидуальность макияжа. Сиенна сосредоточенно думала о своих сегодняшних обязанностях, сегодня ей предстоит окунуться в толпу улиц Нью-Йорка. Быть на месте муравья. Полностью собравшись, накинув маленькую сумку через плечо и надев оранжевый сверх-технологический браслет через который Сиенна связывалась с Джессикой и Мигелем, ибо с кем-то из других членов штаба. Сейчас вот надо спуститьсч на улицу, усесться за свой серый байк и уехать в бар-клуб где работала певицей ее близкая подруга Эйприл Уинстон, по причине того, что Сиенна обещала приехать именно сегодня, и не отменить встречу, не за что, как делала до этого очень много раз. Уинстон крайне близкий человек для Литтер , их взаимоотношения были приравнены к сестринским. Двадцать три года общения дают о себе знать. Поставив одну ногу ближе к зеркалу и выставив руки на изогнутом локте и сделав жест "пистолетов", Сиенна чмокнула самой себе в зеркало. Так прощаясь со своей комнатой на парус часов, песня давно уже перелистнулась на песню "Нelloy Kitty". – тссс.. Ну да совершатся сегодняшние подвиги! – Черноволосая смачно крутанулась в воздухе и взяла играющий телефон и выключила, закинув того в сумочку. Покинув комнату, Сиенна оказалась в своем домашнем коридоре который сразу вел к входной двери, у двух стен коридора были две комнаты. Одна – кухня, другая - зал. Ванная комната с туалетом находилась рядом с гардеробом у выхода. Мелькнув меж комнат, женщина обулась и вставила ключи в дверную скважину, проделав пару вращений, дверь щёлкнула и легко отворилась. – Пока квартира! Увидимся вечером! – И последним звуком в квартире остался хлопок закрывшиеся двери. Сиенна была уже на улице и стартовала на своем любимом байке. Лавируя между несущимися машинами и чувствуя как порыв ветра блуждал меж ее смолистых и тускло-бирюзовых прядей. Она завернула на очередном перекрестке и заехала в ещё более узкую улочку, где и находился тот самый бар где выступала Эйприл. Сиенна припорковалась рядом с бетонным бардюром и вскочила с сиденья байка, взгляд ясных глаз метнулся к стеклянным дверям бара, несколько шагов и та оказалась уже внутри. Помещение было однако хорошим, на взгляд Сиенны, очень даже, словно только что новоостроенное заведение. Теплый свет стоящих ламп обливал шоколадные столики и ало-кожанные диванички, высокие и изящные с аккуратной шляпкой как у гриба. В воздухе витал аромат приторно-сладкого алкоголя и запах древесины. Да, бар был что-то вроде имитацией таверны, из тех самых книжек фентези. Все было бы абсолютно также, как Сиенна себе представляла. Но сейчас, тут никого не было из посетителей, тишь да гладь. Стонущие половицы пола под пыльной и грязной подошвой обуви, темные деревянные балки прибитые к нейтрально-свтелым обоям которые сбавляли темный гардиент завидения. Сиенне тут было уютно и хорошо, правда. На губах сразу растянулась довольная и длинная улыбка. Сделав пару шагов вперёд, женщина увдидела за скрывающим углом барную стойку. За ней стоял парень, усердно трущий грязный стакан. Лет двадцати пяти, знакомый, а может и друг Эйприл, Сиенна уже не помнит. Его зовут Уильям. Темноволосая смутно вспоминает это имя и разворачиваясь к нему начинает свое дружелюбное приветствие, громкий контральто Сиенны расходится по всему помещению. – Уиилльям, здравствуй, ты не знаешь где ваша всемирная певица? – Рука в перчатке приподнялась над головой и коротко махнула. Уильям, парень с темными и короткими волосами, шатен. С глазами цвета темного и томного леса смотрит на новошедшую и сначала щурится, чтоб понять, кто же это. Но на губах резко возникает лучезарная улыбка, которая демонстрирует его белоснежные зубы. – Аа.. Сиенна, это ты. Давно тебя тут не видел, даже позабыл как выглядишь. Аа.. Эйприл, она только что вошла в комнату сотрудников, что-то хлопочет. – Уильям пожимает плечами и снова опускает голову к надоедливому стакану, так казалось Сиенне. И тут, словно Эйприл подслушивала и прямо после слов Уильяма выскочила изо двери персонала, которая находилась рядом с невысокой сценой и бархатными красными кулисами. И стуком каблуков побежала к Сиенне. Темноволосая ещё не успела развернуться, как блондинка с очень длинными волосами захлестнула в своих объятих крепко прижимая ее к себе. У Эйприл же наоборот был тоненький и высокий голос. – Сиенна! Да слава господу, как я рада снова видеть твою нахальную морду! – Девушка проговорила и задорством и радостью в голосе, без намека на злость. Подруга Эйприл начала буквально отрывать от себя блондинку и заглядывая с возмущением в ее черные как тьма глаз. – Черт, да иди ты. С таким отношением. Я старалась, подстроить свой график. А ты! – Сиенна говорила театрально-обиженным тоном, но после замолкла и снова прижала подругу в себе, крепко сжимая в дружеских объятиях. – А ты, все также непривзойденно и потрясено выглядишь! – теперь голос голубоглазой шел вместе с веселым смехом. Прошло несколько минут этих всех нежностей и девушки после уселись за стойку на высокие барные стулья, с мягко-красной обивкой. Эйприл начала тороторить, ей так хотелось много рассказать Сиенне вживую, чего нельзя рассказать по переписки, чисто из-за глупого недостатка эмоций. – Ты себя представить не можешь что случилось со мной за последнюю неделю что мы не виделись! – белокурая даже слегка подергивала своими сжатыми кулочками, светлые закрученные пряди лежали стильным пробором, было видно что делом занимался профессиональный стилист. Сиенна поставила ноги на металлическое кольцо под сидушкой стула и облокатилась локтем на ребро барной стойки, немного сгорбившись в спине. – у тебя появился новый наикрутейший стилист? – Темноволосая весело ухмыльнулась, наблюдая за перевозбужденной подругой. – А? Что? Нет! Это я просто буквально этим утром сходила к парикмахеру. Ну НЕ СУУУУТЬ. – Была б у Эйприл способность пропускать свет сквозь кожу когда у той прилив эмоций, то она бы вечно ходила как настоящая светящаяся лампочка. – Я это.. Уфф.. Я даже не знаю как тебе сказать.. Хотя, нет, лучше сама угадай! – Уинстон в победном движении скрестила руки на груди и смотрела с выжиданием на Сиенну. А Литтер знала эту игру, задавай вопросы и гадай что случилось у этой гиперактивной блондинки. Набрав в лёгкие полный голубой вдох, начался старт. – Завела собаку? – – Неа. – – Кошку? – – Нет. – – Ты победила в каком-то конкурсе? – – Нет-с. – – Ты познакомилась с каким-то парнем из сайта знакомств? – – Неет. – – Ты урвала жуть какие дорогие шмотки за скидку? – – Да нет! – вскипела белокурая – Даю подсказку, это связано с моейкарьерой певицы и как творческого человека! – Эйприл снова замолчала и продолжала смотреть на замучавшуюся подругу. – Амм.. Нуу.. Тебе поставили подтанцовку..? – – Нееет.. – – Увеличили зарплату?! – Женщинам говорила уже с толикой истерики и ярко жестикулируя рукой, которая свисала с барной стойки. Тут в диалог вник Уильям с натянутыми краешками губ в улыбке. – Это связано с повышением и местом. – Сиенна посмотрела в искреннем непонимании на парня, но прошло лишь двадцать с чем-то секунд для полноценного осознания и выражение лица непонимания сменилось на гримасу изумления. – Да не может быть. Серьезно?! – Голова разворачивается к Уинстон. – Ты теперь.. – – Я буду выступать в клубе центра Нью-Йорка. Представляешь ?! – Продолжила за нее Эйприл. Литтер крепко хватает за запястья Уинстон кричит похлещеее "сестры". – ОХРЕНЕТЬ! КАК ЭТО КРУТО, НАКОНЕЦ-ТО ОНИ ПОЗНАЛИ ИСТИННЫЙ ТАЛАНТ! – Этого самого истинного таланта окрасились розовыми красками щеки, стали румяными как у настоящей куколки. Теперь в полном порыве экстаза и эйфории прибывала Сиенна, она была жуть как рада за свою подружку. Столько лет она пела заунылые песни под саксофон на этой неприметной маленькой сцене. Подруга певицы вечно на это жаловалась и каждый раз говорила той чтоб она перешла в более перспективное место, но та все шла на отказ, но теперь, ее заметили! – Я предлагаю это отпраздновать и хорошенько выпить! – вновь воскликает темноволосая весело жмурясь. Уильям говорит и одновременно ставит красивую стеклянную бутылку виски на стойку. – За счёт заведения. Решусь предложить паре красивых дам. – Эйприл захлопала в ладоши, а Сиенна задорно засмеялась. Два стакана нполовмну заполненных виски поднялись над головами девушек. Почему два? Уильям достойно отказался, тот педантично и серьезно относился к своей работе. Подав плечами на это заявление, Сиенна начинает проговоривать творжественно свой тост. – Чтож, раз так все сложилось. знаменательное событие, что мы встретились и ты, Эйприл Уинстон стала на одну ступень выше в своей карьере. Я предлагаю доблестно сделать глоток за это благословение судьбы, и чтоб все так и осталось на своих местах, закрепим этот момент в нашей памяти весёлым празднованием! – Белокурая и Черноволосая чокнулись краями стеклянных стаканов и уже приподносили к губам напиток, как у Сиенны завибрировало запястье. "Неет.. Нет.. Только не это! Пожалуйста, давай попозже!" Завыла у себя в голове голубоглазая, а в реальности с алых губ сошел жалобной скулеж. Эйприл вопросительно выгнула светлую бровь и с искреннем непониманием смотрела на свою подругу. – Сиен. Ты чего? Что случилось? – Уильям тоже взглянул на Литтер с вопросом. – Ребяят.. Это.. Простите. Но мне срочно надо отойти. – В голосе так и слышались искренние нотки жалобности и недовольства. Но с тяжестью в движении она поставила стакан на стойку и поднялась. – Где тут уборная? – Уильям указывает за спину женщины. Сиенна неловко чешит затылок и юрко скрывается за дверью туалета и запирается. Убирает рукав кожанки и водолазки, пару лёгких движений пальцами и перед Силенной предстает оранжевый силуэт... Мигеля. На сей раз он. На губах возникает слабая улыбка. – О, босс, как неожиданно. – в голосе играет театральная наигранность. Галограмма выражает серьезность и хмурость и некую жилку раздражения. – Не время. Сиенна, ситуация требует твоего присутвия. Случился.. – Баритон мужчины смолкает на короткое мгновение, отводя карие глаза в сторону. – инцидент. Не жданный.. человек-паук находится в нашем штабе. – Сиенна в искренней изумлённости изогнула брови. – "Не жданный".. Человек-паук..? – Мигель сдержанно кивает. – Да. Я требую тебя, прямо сейчас. Сиенна медленно отводит голову в сторону, обдумывая сие сказанное ее боссом. Но тут, в помещении производится звук авто-смыва туалета. Темноволосая вздрагивает и смотрит на унитаз прожигающим взглядом. Неловкая пауза. – Сиенна. Ты разговариваешь со мной из.. Туалета? – В голосе слышится недоумение. Голубоглазая закатывает глаза и тяжко вздыхает. – А куда мне ещё деться чтоб поговорить с моим любимым боссом? Скоро буду. – Сиенна говорит с сарказмом "доброты" первую фразу. Мигель парирует тем же сарказмом. – Как мило. До связи. – И тут галограмма исчезает в один миг. – Оо, Мигель ответил мне не очередным замечанием, а похвалил мой флирт. Прогресс, Сиенна! – Да. Я требую тебя, прямо сейчас. – Сиенна медленно отводит голову в сторону, обдумывая сие сказанное ее боссом. Но тут, в помещении производится звук авто-смыва туалета. Темноволосая вздрагивает и смотрит на унитаз прожигающим взглядом. Неловкая пауза. – Сиенна. Ты разговариваешь со мной из.. Туалета? – В голосе слышится недоумение. Голубоглазая закатывает глаза и тяжко вздыхает. – А куда мне ещё деться чтоб поговорить с моим любимым боссом? Скоро буду. – Сиенна говорит с сарказмом "доброты" первую фразу. Мигель парирует тем же сарказмом. – Как мило. До связи. – В один миг галограмма прекращается. – Оо, Мигель ответил мне не очередным замечанием, а похвалил мой флирт. Прогресс, Сиенна!