Пролог
12 октября 2023 г., 17:51
Десять лет назад
Рыжий мальчишка со скукой рассматривал порядком поднадоевшие бескрайние поля, барахтая ногами в ледяной воде – речушка протекала недалеко от дома Аякса. Теплая погода, наконец, достигла северного региона, вдыхая жизнь в безликие снежные просторы. Красота природы родной деревни, однако, на Аякса впечатления не производила от слова совсем – с каждым годом видеть это становилось все невыносимее. Прохладный ветер перебирал медные пряди, отливающие красными в закатном солнце, и мальчишка с раздражением убирал те, которые нагло лезли в лицо. – Как же все надоело, – из Аякса вырвался тяжелый вздох. Он взял гладкий камушек и с размаху запустил его параллельно водной глади. Галька несколько раз подпрыгнула, прежде чем с громким бултыханием утонуть, оставляя после себя расходящиеся круги. Натянув воротник рубашки повыше и уткнув в него нос, мальчишка задумчиво уставился на воду, отражающую розово-алые облака. Своеобразной отдушиной для Аякса была рыбалка. И не столько ему нравилось ждать часами клева и наслаждаться долгожданным, пусть и не всегда хорошим, уловом, сколько слушать истории отца. Крепкий мужчина, с задумчивостью гладя рыжую бороду, рассказывал о драконах и злобных духах, таинственных руинах и спрятанных в них сокровищах. Детское воображение рисовало небывалые картины опасных путешествий, смертоносных битв и громких побед, несомненно, с собой в главной роли. Деревенская рутина на их фоне постепенно из ранга “терпимо” перешла в ранг “невыносимо”, и нутро Аякса отвергало ее всеми фибрами души. План побега в вихрастой голове зрел уже продолжительное время, обрастая и деталями, и сомнениями: образы братьев и сестренки, добродушного отца и заботливой матери неприятно давили на совесть. Но юношеское сердце требовало перемен, и Аякс был готов следовать его зову. Последние солнечные лучи скользнули по водной глади и исчезли, оставив после себя только низкие темные облака. Небесно-голубые глаза горели решимостью, руки сжались в кулаки. Аякс вскочил и, обтерев мокрые босые ноги о траву, рванул в сторону дома. – Аякс! – мужской голос окликнул его, – пойдем с утра завтра порыбачим? Товарищ мой поделился новой наживкой, хочу испробовать. Мальчишка затормозил, нацепив на лицо не самую правдоподобную улыбку, и обернулся на отца. – Конечно, пойдем! – радостно выкрикнул Аякс, махнув рукой, и мужчина ласково хмыкнул, с интересом глядя вслед удаляющемуся сорванцу. Этим вечером в доме Аякса исчезли короткий охотничий кинжал отца и оставшаяся с утра горбушка хлеба, с любовью испеченного матерью.* * *
Несмотря на жаркие дни, ночи выдавались холодными, особенно в лесу. Верхушки сосен плотно примыкали друг к другу, не позволяя теплу проникнуть вглубь темных зарослей. Неуверенные шаги оглушающе шелестели в умиротворяющей тишине. Аякс робко оглядывался на каждый, кажущийся ему подозрительным, шорох листвы, и продолжал идти, щуря глаза в попытках разглядеть окружение. – Дурацкая коряга, – тихо-тихо пробормотал мальчишка, морща веснушчатый нос от боли, пронзившей пальцы ноги. Аякс в отместку пнул торчащий из земли корень, вздрогнув от неожиданно громкого звука, и обессиленно плюхнулся на землю. Он натянул рукава рубашки пониже и обнял колени, пытаясь согреться. В голове гудело – сонливость брала своё. Аякс водил указательным пальцем по шершавому стволу, отгоняя искушающие мысли прикрыть тяжелеющие веки хотя бы на минутку... Мальчишку из дремоты в реальность выдернул протяжный животный рык. Аякс, не смея шевелиться, навострил слух, молясь всем Архонтам, чтобы ему показалось. Сердце сжалось в ожидании и через мгновение зашлось в бешеном темпе, когда звук повторился. Аякс поднялся и, опираясь на дерево, на ватных ногах побрел вперед, продолжая шептать неразборчивые мольбы, обращенные к высшим силам. За свои четырнадцать лет он не взывал к Архонтам столько, сколько успел за эти несколько минут. Хотелось сорваться с места и, сломя голову, нестись сквозь спутанные ветви к выходу, лишь бы подальше отсюда, но почти физически ощущаемое дыхание опасности в спину сковывало непослушные конечности. Аякс собрал еще не испарившуюся смелость в кулак и ускорил шаг. Опомнившись, он вытащил из-за пазухи обернутый в полотенце кинжал, и бледные пальцы впились в деревянную рукоять, цепляясь за нее, как за спасительную соломинку. Все наставления отца, как назло, выветрились из головы: он часто брал сына на охоту, разрешая наблюдать за процессом. Не поворачиваться к хищнику спиной, в случае приближения залезать на дерево, при неизбежном сражении целиться в слабые места и ни в коем случае не смотреть глаза, – Аякс не помнил ничего. Натянутые до предела нервы не выдержали, и мальчишка сорвался с места, подгоняемый волчьим воем. Волосы липли к потному лбу и лезли в слезящиеся от ветра глаза, но Аякс не обращал на это внимания, продолжая нестись вперед под аккомпанемент нецензурной тирады в своей голове. Черные стволы сосен и хлесткие ветви кустарников мелькали перед глазами, сливаясь в единое мельтешащее месиво. Аякс спрыгнул в овраг, ойкнув из-за отдачи, волнами поднимающейся по телу от стоп, и побежал дальше. Адреналин кипел в крови, мышцы горели, а вдыхаемый воздух корябал сухое горло. Внезапно наступившая тишина лавиной обрушилась на незадачливого беглеца. Аякс по инерции пронесся еще на несколько метров вперед, прежде чем перейти на нетвердый шаг – знал, что если остановится, ноги его держать больше не будут. – Твою же…мать, – сиплым шепотом проговорил Аякс, тут же зайдясь в приступе кашля. Он бесконтрольно оглаживал холодными пальцами пылающие от прилившей разом крови щеки и лихорадочно глотал ртом воздух в попытках отдышаться. Ноги тряслись от перенапряжения, но Аякс упрямо продолжал шагать, так и не выпуская охотничий кинжал из рук, – интуиция подсказывала, что так легко он не отделается. “Куда делись волки?” – Аякс нахмурился, сосредотачиваясь, но вслушиваться ему мешал собственный пульс, набатом бьющий по барабанным перепонкам. Словно отвечая на его неозвученный вопрос, волчий вой ознаменовал присутствие своего хозяина. Животное мягкой поступью приближалось к худому силуэту. Мальчишка развернулся и едва сдержал в себе вскрик – несколько пар желтых глаз, в которых отражался блеклый свет луны, смотрели прямо на него. Один из волков, судя по всему вожак стаи, был на расстоянии вытянутой руки от Аякса – протянешь и сможешь коснуться спутанной шерсти и, как бонус, лишиться конечности. Хищник скалил белоснежные клыки, блестящие из-за стекающей по ним густой слюны, а беспомощная жертва тихо всхлипывала, смаргивая слезы. Из темноты стали вырисовываться силуэты – владельцы леденящих душу желтых глаз. Страх затягивал сознание в свое болото, поэтому Аякс сбился на втором, безумным взглядом скользя от животного к животному. О том, чтобы неумело отбиваться стареньким кинжалом, не могло идти и речи. “На счет три”, – собственная команда заставила все внутри судорожно сжаться. “Раз...” “Два...” – животных, кажется, мало заботил план Аякса: внушительные мышцы волка напряглись, задние конечности оттолкнулись от земли, и набравший скорость хищник бросился на свою жертву. На счет "три" мальчишка уже рванул вперед, не слыша собственного истошного крика. Аякс больше не сдерживался, позволяя тихим слезам перерасти в истеричные рыдания, и несся изо всех сил, прекрасно понимая, что из этой гонки он живым не выйдет. В мыслях кадрами из фотопленки проносились случайные воспоминания о семье. И вот рыжие косички сестренки Тони мелькнули перед глазами, когда нога вдруг не нашла опоры, и над лесом пронесся хриплый вскрик – единственное, что осталось от Аякса. Беспросветная тьма украла сознание мальчишки и затянула его безвольное тело в свое чудовищное царство.* * *
Светлые ресницы затрепетали, и Аякс со стоном разлепил глаза. Уверенный в том, что в данный момент он существует только в облике бессмертной души, мальчишка с недовольством поморщился от нахлынувшей гудящей боли. – Очнулся? – раздался безучастный женский голос. Аяксу потребовалось пару секунд на осознание, а затем он подорвался, норовя оказаться в сидячем положении, но сильные руки, схватившие его за плечи, грубо толкнули обратно. Над ним нависла молодая женщина с жестокими янтарными глазами, которые напомнили Аяксу волчьи, глядящими из прорезей иссиня-черной маски, скрывающей правую половину ее лица. Незнакомка откинула платиновые пряди, упавшие на лицо мальчишки, назад и, прищурившись, щелкнула того по носу. Озорной жест совершенно не вязался с ее величественным образом, отчего какая-то часть подсознания Аякса восприняла это как угрозу. – Очнулся, – кивнула женщина, выпрямляясь. Не удостоив более парня и словом, она стала что-то измельчать в ступке, со скепсисом посматривая на собственное творение и игнорируя косые взгляды Аякса. Серебряные серьги в виде четырехконечной звезды, повторяющие звенья тяжелого ожерелья, покачивались в такт ее движениям. Мальчишка озадаченно разглядывал одеяния незнакомки, сбитый с толку обилием темных металлических деталей и громоздких украшений, и прикидывал, какой регион Тейвата мог быть родиной столь мрачного образа. Ее загадочный лик, тем не менее, прекрасно вписывался в окружение: густой фиолетовый туман клубился над головой, а под ногами ни намека на почву – темные, мутные кристаллы, на сколах искрящиеся россыпью алых вкраплений. Чем дольше Аякс смотрел на них, тем больше они напоминали ему брызги свежей крови. Он нервно сглотнул вязкую слюну. Потные ладони заскользили по каменистой поверхности. Мысли беспорядочно блуждали в лабиринтах разума в попытках собраться в нечто оформленное. Затянувшееся оцепенение вдребезги разбилось о нарастающую панику: лес, волки, а дальше…? В черепной коробке фанфарами гремел сигнал тревоги. Взгляд, как на зло, выцепил рукоять меча, висевшего на поясе незнакомки. Между лопаток пробежала колючая дрожь, и парень судорожно втянул воздух. – Успокойся, – грозно приказала женщина. Ступка с грохотом откатилась в сторону, оставляя за собой след из растертых трав. Аякса встряхнули, удерживая на месте за шиворот рубашки. Он испуганно ойкнул, не успев отползти подальше. – Я отвечаю тебе абсолютно на все вопросы, которые вертятся в твоей детской голове, пока ты смирно сидишь, идет? Возражать Аякс смелости в себе не нашел, лишь тихо угукнул. Незнакомка разжала пальцы, не отводя внимательного взгляда с побледневшего лица. – Меня зовут Скирк. – Аякс, – взаимно представился мальчишка, настороженно пожимая протянутую изящную руку, и металл колец приятной прохладой скользнул по его коже. – Имя героя из древних легенд, – задумчиво протянула женщина. – Храбрейший из воинов, чья сила была соизмерима с силой богов. Ты не похож на него, – резкие слова задели эго Аякса, и он насупился, исподлобья глядя на Скирк. – Знаю я, – в ответ буркнул он. – Неужели больная тема? – Скирк растянула губы в лукавой усмешке, заслужив еще один недовольный взгляд. Аякс возмущенно цыкнул, и тут же его глаза расширились от ужаса в ожидании реакции женщины. Та, сжалившись, решила не строить из себя гневного карателя и лишь скучающе вздохнула. – Где я? – решился спросить парень. – В Бездне, – ответила Скирк, одарив его нечитаемым взглядом. – Бездна? – Аякс нахмурился. – Это как-то связано с хиличурлами? – окончательно растерявшись, он выдал первое, что пришло в голову. Отец вскользь упоминал, что необычные существа, с которыми боролся весь Тейват, имели отношение к подземному миру. – Отчасти, – женщина фыркнула на нелепую ассоциацию, тем не менее, не лишенную толики правды. – Хиличурлы, и многие другие монстры, о которых ты слышал, не порождения Бездны, но ее неотъемлемая часть, причем относительно недавняя, – горькая усмешка искривила ее губы. – Это проклятые люди похороненного ныне королевства Каэнри'ах. Мальчишка задумался, напрягая память, но безуспешно – Аяксу были известны только семь регионов Тейвата. – Первый раз о таком слышу, – наконец, обреченно выдохнул он. – Неудивительно. Мир не хочет помнить эту историю. – И почему же? – осторожно спросил Аякс, заметив скользнувшую по лицу Скирк тень печали, и все-таки сел, подтянув колени к груди. На этот раз она ему не препятствовала. – Будь то белоснежная одежда или чья-то безупречная репутация, черные пятна испортят ее, – женщина прикрыла веки, словно в раздражении, и снова янтарные глаза обратили свой взор на парня. – Поэтому их нужно свести. Для небесного порядка таким пятном была Каэнри'ах. – Та самая катастрофа! – осознание загорелось мигающей лампочкой над головой Аякса. Сказания о давнем катаклизме, случившемся с людьми, которые не поклонялись ни одному Архонту, ходили по Снежной укромными перешептываниями. Скирк согласно кивнула. Заинтересованный, парень неосознанно придвинулся ближе, в который раз рассматривая звездные узоры на ее причудливых одеяниях. – Алхимики Каэнри'ах во главе с талантливейшей из них, Рейндоттир, возжелали создать жизнь с помощью кхемии – аналога вашей алхимии, однако ни материя мира Тейвата, ни его законы этого сделать не позволили бы. И Рейн нашла решение: воспользоваться материей другого мира – Бездны. Алхимикам удалось проделать брешь между мирами, и тогда скверна из Бездны проникла в Тейват. У Рейндоттир получилось создать армию монстров, и не только... монстров, – женщина замялась. – Наказание за нарушение небесного порядка последовало незамедлительно: боги Селестии покарали грешников, и пятьсот лет назад Каэнри'ах пала, став частью Бездны. "Древнее королевство встретило черный закат, светлая жемчужина потеряла свой блеск. Белый шелк потерял свет, а золото больше не сверкало..." Аякс молчал, анализируя сказанное женщиной, больше похожее на старую легенду, чем на историю реального мира. Слышанные ранее окутанные поволокой тайны слова внезапно обрели вполне реальные интерпретации, – это пугало и пробуждало невероятный интерес одновременно. – В общих чертах и не вдаваясь в подробности, – бросила Скирк, неопределенно махнув рукой. – А теперь поговорим о тебе. – Я ничего не помню. – Я не прошу рассказывать о себе, – женщина прервала его, и ее угрюмый тон невольно заставил Аякса напрячься. – Пространство Тейвата испещрено трещинами – артериями земли, через одну из которых ты и попал в Бездну. Вероятность того, что это произошло случайно, нулевая. Как и того, что твое падение осталось незамеченным. Скирк прищурила глаза и после небольшой паузы продолжила. – Из-за тебя пробудился монстр глубин, поэтому я здесь. Парень недоуменно уставился на нее: следственно-причинной связи он не улавливал. – Аякс, нас свела не судьба и не воля случая – тебя выбрало нечто, принадлежащее Бездне, а я... лишь посредник между вами, – пояснила женщина, в глазах которой плескалось едва различимая жалость. – Твою судьбу определили звезды на ночном небосводе Тейвата. Можешь винить их, если тебе будет от этого легче, – Скирк дотронулась до ожерелья, в задумчивости оглаживая его кончиками пальцев и не отрывая взгляда от отчаянного непонимания на юном лице. – Созвездие кита засияло в ночи с твоим появлением в Бездне, значит ты получил Глаз Бога, но, конечно, он не материализуется здесь. То морское чудовище, обитающее в первозданных водах, тоже называют китом, но оно далеко от символа вечности и мощи, который засел в нашем восприятии. И ты станешь таким же. – Нет, – сипло прошептал Аякс, мотая головой. – Смирись, – отрезала Скирк. – Я обучу тебя тому, что знаю сама, помогу получить контроль над хаосом. Варианта отказаться, к твоему сожалению, не существует. – Я здесь… навсегда? – голос надломился, и парень с трудом произнес последнее слово, словно боясь, что оно отразится на реальности. – Не знаю. Но со мной ты не погибнешь, я обещаю. – Обнадеживает, – печально хмыкнул Аякс. Женщина постукивала ногтями по скалистой поверхности, избегая смотреть на зарывшегося пальцами в волосы и кусающего губы парнишку. Не так тот себе представлял захватывающие приключения вдали от родной глубинки: ожидания с реальностью ничего общего не имели, и Аякс понимал, что это исключительно его вина. Не знающий жизни мальчишка, нафантазировавший себе невесть что, – вот кто он. Парень издал нервный смешок и, подняв голову, встретился взглядами со Скирк. – Что мне теперь делать? – Слушаться меня во всем, – свойственная женщине надменность вновь заскользила в ее интонации и манерах. – У тебя пылкая натура, и, благодаря моим усилиям, тлеющий уголек, – она ткнула пальцем Аяксу в грудь, – может превратиться во всепоглощающее пламя.
