Blue hour

Ёнджун только сейчас понял, что совершил непоправимое. Что просто оставил бедного младшего с настежь открытыми ребрами и окровавленным сердцем. "Неужели матушка-судьба меня так, блять, любит, что решила первую влюбленность поднести мне вот таким ебучим образом?" - все не успокаивался старший. Мозг отказывался верить в произошедшее, старательно застилая белой пеленой воспоминания на полке под названием "ты идиот". * * * Бомгю все еще лежал на мятой постели, как вдруг его посетила мысль: "Чувак, тебе надо хотя бы поесть, чтобы продолжить существование." Но желудок давно не чувствовал противного голода, как и сердце хотя-бы легкого тепла. Оно уже давно заморожено холодильником, название которому " Ёнджун и какая-то стерва". Да и зачем ему вообще продолжать это гребаное существование, если он давно никому не нужен? Если родные отвернулись, а друзьям душевно плевать? Если однокурсники косятся на него и ядовито смеются? - Зачем вообще такое ничтожество нужно в этом гнилом мире?! - истерично крикнул Бомгю в пустоту, - Шизик, блять, тут никого нету.. И только тогда парень заметил свои разгоряченные щеки и стекающие по ним ручьи слез. Лицо неприятно пульсировало в районе лба и ушей, в ушах стоял неприятный звон. - Опять плачешь, лузер! - он шлепнул себя по щеке. - Да ты от этой стервы тогда ничем не отличаешься! Понятно, почему он выбрал её, а не тебя.. - обращаясь к себе выкрикнул Бомгю. Ведь Ёнджун, что был для него единственным спасением, единственным, кто подшучивал с добротой, единственным, кто понимал и не отвергал, единственным, с кем Бомгю было комфортно даже в самую ужасную погоду. "Он ведь от тебя не отвернулся.. " - отголоски надежды не спасали. Да, он не отвернулся. "Но если бы он дорожил мной, если бы он написал мне хоть одно сообщение сам, если бы хотел продолжать дружбу, то брал бы мои чувства в счет!" - парень уже рыдал не скрывая. Голос подрагивал, иногда выскакивая вместе с горькими всхлипами, волосы стали влажными, а глаза были подобны спелой клюкве в зимний сезон. Бомгю резко подскочил, быстрыми шагами направляясь на кухню. Сердце неустанно ныло, так и норовя оторваться от всех вен и сосудов. Парень начал судорожно что-то искать в полке. Успокоительное? Вряд ли. Средство от бессонницы? Тоже мимо. Может, у него температура? Вообще не туда. Дрожащими руками он вытащил из полки нож, которым обычно разделывал мясо. Широкое лезвие заманчиво блистало в глазах Бомгю. Входная дверь быстро отворилась. Парень уже плохо слышал, откликаясь лишь на голос в своей голове: "Ничтожество! С чего ты решил, что заслужил любви? Лузер! Идиот! " Стук сердца отдавался в голову так, будто по нему били кувалдой. Едкие, ядовитые мысли завладели разумом, напрочь выбивая рассудок : "Хочешь продолжать мучится? Давай покончим с этим! " Дрожащая рука со страшной силой рванула прямиком к ноющему органу. Как вдруг... -Ты что творишь, придурок! Холодные пальцы Ёнджуна уже крепко сжимали руку младшего. Последний несколько раз поморгал, пытаясь развеять странный мираж. "Нет, это точно не Ён, ты просто шизик.. " - разум не хотел возвращаться на свое место. - Мать твою, голубой, ты совсем рихнулся?! - наконец вырвало младшего из мыслей. Да, перед ним реальный Ёнджун. Да, он стоит на кухне с ножом. Да, старший сечас держит его за руку и смотрит прямо в глаза. Да, у него красное после истерики лицо. Но почему-то он все еще стоял как тупой болванчик, хлопая красными глазами, рука дрожит, хотя, что рука, весь Бомгю дрожит как осиновый лист. Ладонь так же быстро выронила нож, как и взяла его. Опасный предмет с грохотом упал на пол, вдребезги раскалывая одну из половиц, осколки которой разлетелись по кухне, словно конфетти новогодней хлопушки. Ёнджун быстро понял что надо делать - слова в такой ситуации не помогали. Он быстро притянул Бомгю к себе за загривок, утыкая лбом в собственное плечо, позволяя чужим горьким слезам мочить его и без того мокрую худи. Теперь он ревел как последняя измученная девица, не боясь, что старший его осудит. Ведь он знает всё о Бомгю. Всё, кроме того, что Ёнджун ему нравится. Пальцы старшего обжигали ледяную кожу Бомгю, разбегаясь по телу табуном мурашек, заставляя щеки наливаться алым румянцем. Ядовитые мысли покидали измученную голову с каждым прикосновением чужой руки, которая уже осторожно оглаживала его спину. "Если бы ты не успел, если бы ты не успел.. " - голова Ёнджуна трещала по швам, но он имел сильную выдержку, чтобы не показать этого. Того, насколько он беспокоится. Того, насколько ему страшно. Того, насколько хочется оберегать младшего. Того, насколько больно было видеть его с ножом. "Почему я так хочу ему помочь? " - Т-ты ч-ч-то тут при.. шел.. - слова не складывались в единую цепочку, так и оставаясь без какой-либо смысловой нагрузки. Голос слишком дрожал: то ли от волнения, то ли от стыда. - Совсем не важно, - старший не собирался на него злиться, - давай присядем и я принесу тебе воды, хорошо? Младший слегка приподнял голову и лишь отрывисто кивнул головой. Бомгю поспешил отвести стыдливый взгляд, прикованный к каждой морщинке на лице старшего. Что это за волшебная, чарующая сила? Почему даже после такой истерики он чувствует себя спокойным, стоит только увидеть Ёнджуна? Он что, чертов маг, практикующий новые методы приворожения на младшем? Более-менее успокоив непослушное тело, он сел на черный диван. Несмотря на то, что на дворе стоял теплый осенний вечер, в квартире Бомгю царил хаос, состоящий из напряженного молчания, растормошенной постели, и осколков ламината. Тем временем Ёнджун уже принес обещанный стакан прохладной воды. То ли температура жидкости, то ли само наличие Ёна в его квартире успокаивало разгоряченные и расшатанные нервы младшего. Прохладная вода мягко обволакивала горло, наконец позволяя говорить более четко: - Так, зачем ты пришел? - Не столько зачем, сколько для чего.. - осторожно начал старший, - мы пили чай у Кая, и я понял, насколько был глуп. Ты ведь видел, что Йеджи меня обнимала? - Я думал, ты еще не оправился от Субина, но Ёнджуни оказался быстрее Молнии Маккуина, - умехается Бомгю, - да, кстати, поздравляю с началом новых отношений... - Каких еще отношений, голубой? - закипел Ён, - Ты что, совсем не слушаешь, что я тебе говорю? - Что ты мне... говоришь? -Да, клуша, - старший потрепал его по волосам, - я ведь уже говорил тебе, как меня бесит эта сучка! И если бы ты слушал меня, то мы бы сейчас вместе сидели у Кая и ели его прекраснейший брауни! На Бомгю будто только что свалилась наковальня, весом так килограмм под триста. Всё это время, он не слушал старшего? Как он мог упустить такую информацию, когда старался вслушиваться в каждый звук, что издает Ёнджун? " Да, Гю, ты реально клуша. " - подытожил младший в своей голове. - Ладно, голубой, тебе прощаю, - по-лисьи прищурился Ён, - хотя нет, сначала прогуляйся со мной по городу, тогда подумаю. - Сейчас?! - красные глаза Бомгю округлились до размера сосновых шишек, - ты время видел? - Ой, да не нуди! Видал же мою силушку, - Ёнджун засучил рукав худи и показал бицепс, - если к нам кто-то и пристанет, от пакостника и живого места не останется. Да и мы с тобой оба парни, бояться нам точно нечего. " Точно, оба парни " - с грустью заключил младший. Он впервые захотел оказаться девушкой. Угораздило же его, Чхве Бомгю, прилежного студента, влюбиться вместо какой-нибудь красивой цыпочки с большими накрашенными глазками, в хитрого парня с лисьей улыбкой и недоверчивым прищуром. С бетонными усилиями, но Бомгю согласился. Всё-таки свежего воздуха в его жизни и правда было маловато, особенно в последнее время. Закрыв квартиру на добрые два щелчка и полностью забив на осколки и бардак на кухне, парни начали выдвигаться на улицу. Свежий осенний ветерок приятно дурманил голову, мокрые разноцветные листья грациозно падали при тусклом свете фонарей. Дождь уже закончился, будто сам не захотел тревожить двух парней, вышедших в небольшой город. Где-то вдалеке все еще были слышны отголоски грома и видны слабые мерцания молнии. Небо было удивительно чистым, на нем видно каждую звездочку, даже самую слабую. Лужицы волшебно переливались при свете луны, будто это были вовсе не лужицы, а настоящие озера и целые океаны. А белые отблески казались благородными лебедями: ночной Тэгу был прекрасен. Бомгю невольно засматривался на Ёнджуна, размеренно шагавшего и закурившего сигарету. При свете луны он был особенно красив: тени мягко ложились на его лицо, бережно скрывая недочеты. Хотя нет, для Бомгю у старшего не было недочетов. Он был весь и полностью идеален. Красный пепел был особенно заметен в темноте, когда Ён делал очередную затяжку, обнажая голую шею и острый кадык. Младшего посетила стыдная мысль - как же он хочет расцеловать его шею, присвоить, чтобы десятки засосов разливались по нему алыми розами. Осеннюю тишину развеял Ёнджун: - Голубой, небо ведь сегодня чище некуда, позволь мне тебя кое-куда отвести. Парни направились к старому девятиэтажному зданию, что было в километре от дома младшего. Хитрый лис знал все потаенные места их города, самые комфортные и душевные. Подойдя к старому подъезду Бомгю спросил: - Ён, а у тебя ключи-то есть? Ты ведь не тут живешь. - Для настоящих рыцарей двери везде открыты, - смеется старший, - смотри и учись. Одной ногой он уперся в стену у двери, двумя руками взял железную ручку. Стоило ему один раз резко дернуть - как дверь открылась, будто старый хозяин добросовестно отворил ее ключом. Ёнджун вытянул руку, указывая на дверь: - Ха-ха, тут магнит не сильный, ты бы и сам открыл, - в подъезде что-то упало, - не переживай, пока ты под моей опекой, с тобой ничего не случится. - Очень надеюсь, - опасливо ответил Бомгю, - если только ты сам не задумал что-то со мной сделать... - Хэй, опять надумываешь! - обидчиво сказал Ёнджун, - не бойся, пошли уже.. Два силуэта нырнули во тьму подъезда. В нем пахло сыростью и бетоном, запах смешивался с недавно приготовленным кем-то пирогом. Лампочка хоть немного освещала путь, давая парням вызвать лифт. Двери лифта со скрежетом открылись, похоже, их не смазывали лет так десять. Ёнджун уверенно шагнул внутрь, протягивая руку младшему. Старая лампочка напряжно подрагивала, заливая лицо старшего жёлтым светом. Бомгю, хоть и с явным недоверием, но вошёл внутрь. Нажав затертую кнопку с номером "9", кабина сначала резко дернулась, что характерно для старых лифтов. От неожиданности младший вцепился в Ёна, зажмурившись, как слепой котенок. Тот лишь довольно усмехнулся в ответ на милое действие и положил руку на лопатки Гю, ближе прижимая к себе. Наконец, минуя все этажи, они приехали на девятый. Бомгю открыл глаза, и, все еще не отлипая от старшего, вместе с ним вышел из злосчастной кабинки, обклеенной старыми объявлениями и рекламой 2017 года. Ёнджун аккуратно сказал: - Дальше нам только по лестнице. Он взял Бомгю за руку, словно маленького ребенка, и парни пошли по железной лестнице. - Больше в жизни не поеду на старых лифтах, мне кажется, там все механизмы заржавели уже, - тихо возмущался младший себе под ноги. Перед ними оказалась незапертая дверь, которая вела прямиком на крышную площадку. Ён осторожно приоткрыл её, будто боясь, что она вот-вот отвалится от петель. К счастью, вышло довольно тихо. И вот, парни вышли на просторную крышу старой девятиэтажки, с которой, на удивление, прекрасно был виден весь небосвод и открывался вид на ночной Тэгу. Ветер здесь был посильнее, но даже это не мешало наслаждаться красотой осенней ночи. Звезды светили только для них, для двоих парней, что вышли сюда после разрешения хоть и маленького, но очень значимого конфликта. - Вау.. - тихо произнес Бомгю. - Нравится? - Ён поправил упавшую на глаз прядь младшего, - Я всегда проводил здесь время, когда мне было грустно. Тут особенно красиво в звездные ночи. - И тебя не ругала мать за то, что ты так пропадал? - Нет, ведь я говорил ей, что иду гулять с друзьями, - вспоминал старший, - только вот она не знала, что друзей у меня тогда не было. - он вздыхает, - Зато теперь у меня есть ты и Кай. Они сели на сухой бетон, что был под навесом. Звезды и космос всегда притягивали Ёнджуна, он обожал смотреть научные видео и передачи по телевизору. Его тянуло ко всему загадочному и неизведанному. Возможно, таким и был в какой-то степени Бомгю. Той звездой, до которой можно дотронуться рукой и обжечься. Тонуть в этих по-космически красивых глазах, разглядывать каждый волос и бережно поправлять прическу цвета черной дыры. Бомгю был для него недостижимой черной дырой, что поглощала его все больше, не давая никакого шанса на спасение. - Знаешь, когда я смотрю на звезды, всегда вспоминаю тебя, - шепотом говорил Ёнджун, - а хочешь знать, на какую звезду ты похож? - Не знал, что ты разбираешься в них... Я всегда смотрю на звезды для вдохновения, они меня воодушевляют. Будто вот они - протяни только руку, но на самом деле, звезды в миллионах километрах от Земли, - неожиданно ответил младший, - и это меня даже немного расстраивает. Ну, на какую? - На Ригель, в созвездии Ориона. С одной стороны она синий гигант, прямо как ты, голубая. Но на самом деле, одна из горячейших звезд. Вот, смотри, - он слегка приобнял Бомгю, обжигая его ухо своим дыханием, - это пояс Ориона, отведи взгляд вправо вниз, видишь яркую звезду? От басового голоса старшего у Бомгю сперло дыхание. Он так близко, стоит лишь повернуть голову и... - Ага, - прошептал младший - Это ты, - Ён тихо смеется, - а если отвести взгляд влево вверх от пояса Ориона, то ты увидишь Бетельгейзе, тоже яркая звезда. Она напоминает мне Кая, - он продолжал говорить, его шепот разливался мурашками по коже Бомгю. - Ха-ха, то есть вся наша компашка находится в одном созвездии? А ты тогда какая звезда? - Я? - старший немного удивился, - скорее всего Сириус, вот она, - он указывает пальцем, - влево вниз от Ригеля, ой, от есть от тебя, - Ёнджун снова хихикнул, - вместе мы составляем яркий треугольник. Не успел старший договорить, как Бомгю уже уютно пристроился у него на плече. Даже холодный осенний ветер не мог остудить кожу младшего, что смущался как молодая невеста в первую брачную ночь. Сердце уже не ныло, а настукивало свой ритм в унисон с Ёнджуном. Так комфортно ему давно не было. Слушая интересные истории про созвездия и звезды, что старший бережно рассказывал своим басовым шепотом, Бомгю успел сильно захотеть спать, и Ён сразу это заметил. - Думаю, нам пора домой, - спокойно подытожил он, - придем сюда еще раз, на закат смотреть? - Да, - одновременно ответив и звенув произнес Бомгю, - расскажешь мне по пути еще про звезды? - Конечно, голубой, конечно...