Об овсяных печеньках и пюрешках

– Хёнджини-и-и-и! – Раздаётся на всю квартиру крик Феликса и Хёнджин, не медля ни секунды, несётся из спальни прямиком на кухню. Мужа он застаёт рядом с открытым навесным шкафчиком. Так, значит уже ничего серьёзного. – Что случилось, солнышко? – Старший подходит к Ликсу, целует в носик и обнимает одной рукой, вторую же кладёт на круглый живот и ласково поглаживает. Феликс от этих нежностей начинает чуть ли не мурлыкать котёнком, но мигом вспоминает, что у него тут в его понимании проблема мирового масштаба вообще-то. – Печеньки закончились. – Говорит Феликс с грустной моськой и руками обнимает Хвана за талию, утыкаясь животом в пресс старшего. – Только печеньки? – Хёнджин тоже обнимает в ответ, но уже двумя руками и утыкается в шею младшего, а точнее в местечко, где прекрасно видно метку и запах мандаринок ярче всего. – И пюрешки к печенькам. Ох уж это сочетание, которое омега полюбил так за весь период беременности. Он не особо питал любовь ко всяким сочетаниям вроде "колбаса с клубничным вареньем", но вот печеньем и пюре готов питаться на постоянке. – Мои вы крохи, это уже серьёзно. Надо в магазин. Мне одному поехать или со мной хотите? – Мы с малышкой хотим поехать с папочкой. – Кивает Феликс и вдыхает любимый аромат бергамота. – Тогда нужно собраться и быстрее ехать, пока ваш папочка не решил вместо магазина направиться в спальню. – Хёнджин приподнимает голову, а Феликс отрывается от его плеча и теперь они смотрят друг другу в глаза. Младший же растягивает губки в игривой улыбке и поднимает руку, проводя пальчиками по груди темноволосого, а затем ненавязчиво опускает свою лапку к паху, слегка надавливая. Ох зря, реально же из дома выйти не успеют, а Феликс будет лежать где-то на кровати с раздвинутыми в стороны ногами. – Вполне возможно, что когда мы приедем из магазина, я решу наградить папочку за ночные поездки в продуктовый. – Произносит и срывается в спальню с места преступления. Собственно, далеко убежать не успевает, ведь Хёнджин сразу реагирует и прижимает к себе. Берёт за руку и ведёт в комнату одеваться. *** Спустя полчаса оба парня готовы. Почему так долго? Просто целовашки-обнимашки-к-стене-прижимашки это дело такое, требует времени. Так что сейчас оба довольные и с улыбками выходят в прихожую и занимаются привычным занятием: Феликс сидит на мягком пуфике, Хёнджин обувает ему кроссовки и завязывает шнурки. После Хван обувается сам и берёт младшего за ручку, выходя из квартиры. Таким образом, в магазин они едут уже в одиннадцать часов ночи и по ночному Сеулу. Это не самая поздняя поездка за всё время, бывало Джин и один ездил "за чем-то солёненьким и розовым" в три часа ночи. Но это мелочи, ведь все для любимого омеги. Хван готов сутки не спать и целовать щёчки этого прекрасного паренька и даже не устанет. Тот же будет с удовольствием сидеть и наслаждаться процессом. Любовь, что тут скажешь. Единственное, чего Хван не мог понять вот уже на протяжении шести месяцев, так это почему любимые печеньки и пюрешки Ликса продаются только в определённых магазинах города, которых как назло в округе дома семьи нет. Приехав в магазин, который находится в торговом центре и к счастью работает круглосуточно, парни выходят из машины и снова за ручки идут к цели. В магазине людей почти нет, лишь несколько человек, которым видимо на попе ровно дома не сидится. Ну, Хёнджин их понимает, сам такой же. – Детка, я пойду возьму пока пюрешки и печеньки, а ты походи тут, может чего ещё захочешь. – Хван чмокает в носик и убегает к полкам с детским питанием. Что уж поделаешь, если самое вкусные овсяные печеньки предназначены для детей, а я с пюрешаками и так понятно. Альфа быстренько сметает в корзинку все пюрешки со вкусом "яблоко-черника-печенье" и печеньки, а потом докидывает туда же ещё всяких детских штучек. И нет, Хёнджин совсем не подъедает все эти вкусняшки вместе с омегой под шумок. Когда же Хван возвращается к месту, где до этого оставлял младшего, его там нет. Неудивительно, альфа же сам сказал ему побродить по магазину. Парень хмыкает и идёт на поиски омежки. Находит он его довольно таки быстро, но не одного, а в компании плюшевого ежа в отделе с игрушками. – Ликси? – Спрашивает, мол, кто это у нас тут такой. – Возьмём его? Он хороший. – Младший произносит это с наимилейшим выражением лица, как будто темноволосый мог ему отказать, и протягивает игрушку вперёд, демонстрируя ёжика во всей красе. Однозначно надо запечатлеть этот момент. – Эй, что ты делаешь? – Спрашивает Феликс, когда Джин достаёт телефон из кармана толстовки и быстро фоткает такого очаровательного омегу. – Для семейного архива, потом буду нашим детям показывать, как их папа с плюшевыми ежами по магазинам ночью ходил. А теперь бери этого колючего, и погнали на кассу. – Ура! Хвани, ты лучший! – Пищит и обнимает ежа покрепче. – Я просто согласился принять это чудо в нашу семью. Ты так не радовался, когда я тебе предложение сделал. – Припоминает Хван и прикидывается обиженным. – Я проглотил кольцо и... – Всё, окей, понял, ёж так ёж, все равно я лучший. – Прикладывает руку ко рту омеги, не давая ему продолжить. Об этой истории наверное невозможно забыть. У Хёнджина просто с романтикой проблемы, а Феликс ест и не смотрит что, с кем не бывает. – Так то. – Феликс с ежом подмышкой прижмается к боку мужа, а тот рукой притягивает его к себе за поясницу и целует в щёчку.