***
минхо в ахере, точнее сказать в галактическом ахуе. и причина тому точно не анонимный популярный художник, выложивший в сеть рисунок ли, сидящего в парке на клетчатом пледе и сосредоточенно уткнувшегося в книгу.
когда кто-то успел его нарисовать и как, черт возьми, хо проглядел, неужели он был так увлечен, что не заметил цепкий взгляд художника. и вообще, какое право он имел выкладывать его в интернете без согласия на то минхо.
ночью мозг ли плохо функционировал, но будь здесь его друзья, положа руку на сердце сказали бы, что он вообще никогда не функционирует. еле разлепляя сонные, по ощущениям металические, веки минхо снова и снова вглядывался в арт, любезно скинутый ему феликсом в три, блять, утра.
сомнений нет, это точно он. одежда, волосы, взгляд, поза и мимика — все было просто точь-в-точь, да и нарисовано безукоризненно, надо отдать должное. но это не отменяло того факта, что арт гуляет по просторам сети и уже набрал.
95 тысяч лайков за гребанные сутки.
на ум шли лишь два слова, полностью описывающие эту трагикомическую ситуацию «тотальный пиздец», иначе не скажешь. не потому что ли неразвитый и некультурный, способный извергать из своего рта лишь потоки многоэтажных матов. а потому что, как в такой ситуации проецировать свои эмоции в слова? — правильно, никак.
за один день ли буквально стал знаменитостью. не скрою, была в детстве у него такая мечта, но. он явно не ожидал, что прославится так. спасибо хоть, что не порно арт с его участием. нервный взгляд скользнул ниже к значку комментариев. перевалили за сорок тысяч, и число это росло каждую минуту. не к добру это, точно не к добру.
первые комментарии были вполне адекватными — похвала любимому артеру и всяческие комплименты. листая дальше, ли чувствовал, что будет подвох, точно будет. парочка комментаторов обсуждали красивого парня с арта, что несомненно потешило эго минхо. где-то люди срались, не сходясь в теориях, но в целом-то все было хорошо, его даже никто не узнал.
помнится там где-то говорилось о подвохе, так вот это мягко сказано. это просто какой-то даже не подъеб, а полноценный буллинг от судьбы. глаз минхо пару раз нервно дернулся, в сотый раз не веряще пробегаясь по двум строчкам и прикрепленной ссылке.
«это тот парень с арта с кошачьими ушками и плеткой»
дрожащими руками клацнув по активной ссылке, минхо не моргая уставился на экран смартфона. в голове мысли летели со скоростью света, но ухватиться за одну какую-то не получалось.
на рисунке был стройный рыжий парень в кошачьих ушках вплетенных в слегка кудрявые волосы, сетчатых чулках, плотно обтягивающих пышные бедра, короткой клетчатой юбке и с плеткой в руках. что за сюжеты из дешевого порно, очень хорошо прорисованного, но все ещё дешевого. лицо парня без сомнений было лицом минхо. слегка закатившиеся в экстазе глаза, легка ухмылка и еле заметный румянец на щеках. смущает ли свой вид в таком пикантном арте? — о, не так сильно. но вот что действительно смущает, так это точность, с которой все нарисовано.
ли не дурак и такая точность в малейших деталях о многом ему говорила. первое, что это пиздец и ебаный стыд. второе, он найдет этого начинающего Пикассо и размажет по стенке до состояния краски, а потом нарисует картину. достойный конец для этого недопонятого гения художественного мира.
а, и третье, но уже скорее предположение. потому что почему бы и не поиграть в шерлока, короля дедукции, в три ночи. это нарисовал скорее всего кто-то или из его широкого круга знакомств или из универа. потому что так точно сохранить все детали в памяти, а потом нарисовать, увидев человека где-то мельком один раз, невозможно. ли это говорит, как человек рисующий, правда не так профессионально и без сексуального подтекста, но все же.
***
— ликс, ты где тот арт откапал, — не церемонясь и не тратя времени на приветствия, выпалил хо, падая на скамейку в университетской столовой рядом с другом
— да я просто листал твиттер, ну и наткнулся, решил, тебе надо бы знать, — потягиваясь и разминаю затекшую шею, сказал друг, пристраивая голову на плече минхо
— не афигел ли? — брови саркастично изогнулись, выражая наигранное недовольство
— не, ну может чуточку, — закрытыми глазами проговорил друг, наконец перестав ерзать, приняв обычную позу, в которой проводит каждый перерыв. уж слишком заманчиво выглядело плечо друга в мягком свитере по сравнению с жесткой обивкой дивана
да, надо бы хвану начать спать по ночам, а то такой режим до добра не доведет и останется минхо один в этом душном и несправедливом универе.
не став больше беспокоить заснувшего друга, ли достал телефон и стал листать ленту твиттера, просто, чтобы бессмысленно прожечь время до пары. листнув немного вниз, минхо застыл не веря своим глазам. тот же самый артер опубликовал новую работу.
на ней ли сидит в столовке, сосредоточенно рассматривает что-то в телефоне, а на его плече лежит другой парень. блять, хо уже закипал, один арт ещё куда не шел, но целая серия. он оторвал недовольный взгляд от смартфона и стал пробегаться глазами по столовке.
людей, к сожалению, было слишком много, так просто этого художника не найти. группа смеющихся девушек первокурсниц сразу отпала, ибо они только начали учиться и не могли ли так быстро изучить. чан, чонин и ликс сразу были исключены из списка подозреваемых, ибо нахуй им таким страдать, они же друзья и знают, что за такие шутки в зубах бывают любезно организованные минхо промежутки.
интерес привлек сынмин, сидящий с каким-то синеволосым парнем, лица было не видно, зато силуэт со спины был смутно знакомым. хотя не помнит, чтобы видел кого-то столь яркого в универе. вот он то и может быть тем артером или же у минхо уже паранойя. а может это вообще ликс заказал этот арт у того популярного художника или же у хо все-таки паранойя, что кажется наиболее разумным объяснением сейчас
при всем своем нежелании будить друга все же пришлось ради получения ответа на крайне остро стоящий вопрос и просто потому что, скоро следующая пара.
— эй, ликси, — ли мягко коснулся плеча друга, ибо он не изверг там какой-то, чтобы трясти человека спросонья, — просыпайся, а то проспишь всю жизнь
— мм, что, — ли был явно не намерен разлеплять глаза, — что тебе надо, я сплю
— а ты не знаешь того парня рядом с сынмином, — ли одним взглядом указал на громко смеющуюся парочку
— а, — друг соизволил открыть один глаз, дабы разглядеть указанных людей, — ты чего это, джисона не узнал?
глаза старшего широко распахнулись. когда хан успел сменить цвет, ещё вчера же был блондином
— да. я вот это узнал ещё вчера и тебе скинул между прочим. складывается ощущение, будто я по нему сохну, а не ты, — потерев глаза, ли наконец убрал лишний вес, в виде своей головы, с плеча минхо
— ой, завались. просто я в отличие от тебя днем учусь и подрабатываю, а ночью сплю, а не убиваю свой организм
— не драматизируй, это по моей части. лишаешь меня хлеба, — телефон феликса завибрировал, — о, вот и будильник сработал, а ты меня раньше разбудил
— бро, спать ночью надо, а не арты мне скидывать, — ли просто закатил глаза, никак не комментируя причуды друга, привык уже, все-таки дружат не первый год.
— что такое сон ночью, не слышал. пошли уже, пара начнётся скоро, а мне за ещё одно опоздание профессор кан голову отвертит и в жопу засунет. и это я не преувеличиваю, а цитирую его слова, — скептический взгляд друга сменился щелочками, а искренний смех разрезал воздух между ними, заставляя и ликса невольно начать смеяться
занятые разговором друзья не заметили пару заинтересованных глаз, прилипших к ним. джисон смутно слышал тему диалога, ему в принципе это и не надо было, но звук легкого, как весенний ветерок, смеха отчетливо звенел в его голове, даже когда минхо покинул столовую.
только что он снова выложил арт с минхо. зачем? — под прошлым потом набрались тысячи комментариев с просьбами выложить ещё хоть один рисунок этого завораживающего парня. кто хан такой, чтобы не выложить последний (он неуверен) арт, пойдя на поводу у своих подписчиков. да и ему даже рисовать не пришлось, просто зайти в папку и выбрать недавно нарисованный
— эй, чувак, — сынмин остановил повествование, догадавшись, что друг утонул где-то в тихом океане своих мыслей, — ты так хорошо меня слушаешь, не понял ни слова небось
— ага, — по инерции выдал хан, для пущего эффекта кивая, хотя по сути даже не вникал в причину недовольства кима. он перестал слушать после «да я их всех вертел.»
— оно и видно, — страдальчески вздохнул сынмин, — снова минхо?
имя ли будто вернуло джисона обратно, заставляя встряхнуть головой и внимательно уставиться на друга, в очередной раз отмечающего, что он теряет хана с этой его невзаимной любовью
— да, он самый, — хан и сам понимал, что некрасиво поступал, не слушая друга, но любовь та ещё сука, — кстати, когда он выходил отсюда, мы взглядами встретились, и он даже улыбнулся
— а чего ты дерганый тогда? радуйся, объект твоих ежедневных вздохов замечает твое бренное, — смирившись с тем, что на его недовольства сервисом кафе плюнули, ким отхлебнул немного остывшего рафа, хотя он как бы американо заказывал, и вернулся к проблеме друга, готовый раздать советов и подзатыльников.
больше, кончено, ему симпатизировал последний вариант, но друг и так у судьбы далеко не везунчик, приходится жалеть.
— а вдруг он понял, что арты эти моих рук дело? — одна мысль буквально убивала смесью стыда за работы и страхом, быть раскрытым.
— ну понял, значит подкараулит тебя у дома в темном переулке и убьет об ближайшую стену, скинув потом твое тело в реку хан, — да, собственно, ким умел поддерживать, но в своей форме, да и настроение с утра было гораздо ниже плинтуса из-за путаницы с кофе
— спасибо, друг, так помог, — хан уткнулся лицом в деревянный стол, прокручивая в голове все исходы этой совершенно не запланированной истории.
джисон вообще не знает, как все это зашло так далеко. просто хан влюблен. с 1 курса, увидев минхо в черном пушистом свитере, ярко улыбающегося во время рассказа о своих трех котах, он не смог не влюбиться. этот парень был одной сплошной загадкой: отстраненный, но такой теплый и понимающий, острый на язык, с прекрасным чувством юмора, красивыми яркими глазами и хитрой ухмылкой на кончиках губ. его хотелось узнать, хотелось быть рядом, хотелось занять место в его жизни.
но ли в хане больше, чем общего знакомого, с натяжкой друга, не видел, мелькая с разными девушкам и парнями.
хан отчаялся и весь второй курс просто смотрел, хватался за возможность видеть эту улыбку, слышать этот смех и узнавать что-то новое от общих друзей.
нет, джисон не депрессовал из-за минхо, он все так же был душой компании, ходячей шуткой и достаточно популярным парнем в универе. хан неглупый, понимал, что не самый лучший вариант губить свою жизнь из-за не взаимной любви, но иногда становилось так паршиво, что хотелось пропасть со всех радаров. тогда хан и садился рисовать, чтобы выместить все свои скрытые под замками чувства, испытать легкость, услышанного и понятого человека.
совершенно случайно половина работ хана были посвящены минхо, он неосознанно водил ручкой по планшету, выводя уже заученные линии лица старшего. казалось, что его силуэт уже отпечатался на обратной стороне век хана. папка с артами, где был изображен минхо, росла с каждым днем, переваливая за сотню.
джисон уже давно рисует арты на заказ, прославившись на весь интернет анонимным художественным дарованием. на деле же он просто зарабатывал на этом неплохие деньги, иногда публикуя что-то на свободную тематику или из своих давних работ.
момент, в который жизнь хана конкретно пошла по одному месту, можно легко обозначить. ночь, очередной выполненный заказ, путаница и вместо двух артов с айдолаами миллионы его подписчиков созерцают два наброска минхо.
удалить и забыть об этой неловкой ситуации? — была идея, но хан обнаружил свою ошибку слишком поздно. тогда прошло уже двенадцать часов, а количество лайков перевалило за четыре сотни тысяч. желание приложиться об стену тоже росло в геометрической прогрессии. и нет проблема не в комментариях, все были в восторге, не в том, что ли узнали, на удивление он остался неизвестным красавчиком.
проблема во втором арте, который хан чисто случайно выбрал для публикации вместе с первым, палец съехал и вот, что мы имеем. первый атмосферный набросок, где хо сосредоточенно уткнулся в книгу, сидя под деревом возле реки хан. довольно мило, да и старшего было не узнать с этого ракурса. но вот другой арт было стыдно рисовать, а выкладывать тем более.
хан облажался, сильно, единственное, что радовало — его настоящую личность никто, кроме трех друзей, не знал, все думали, что он просто анонимное дарование. да уж, дарование, просто раздолбай с музыкального факультета, который ночами не спит и решил как-то время тратить с пользой, для своего кошелька разумеется. надо же на что-то покупать смысл бренного существования — кофе.
— ну так, что делать мне, — на телефон снова пришло уведомление о новых лайках, заставив хана, не ожидающего такого успеха артов с ли, схватиться за голову, а кима хохотнуть, глубоко в душе жалея непутевого друга
— а что ты сейчас можешь сделать, — сынмин поднялся на ноги, захватывая с собой сумку, все-таки проблемы проблемами, а пары никто не отменял, — ну или иди и спрашивай, догадался ли он кто ты такой или не мозоль глаза, он может и не подумает
— слушай, а это идея, постараюсь не появляться в его поле зрения, может он и не догадается ни о чем, — хан радостно хлопнул в ладоши, принимая достаточно логичную идея за наилучшую стратегию
что там говорил джисон о «не буду попадаться ему на глаза», вырвите ему язык, пожалуйста. вселенная всегда имела на него свои планы, которые
слегка кардинально не сходились с планами хана. у них с удачей и везением шла хроническая несовместимость примерно с самого рождения
***
— джисон, поднимай свой ленивый зад, — назойливый голос хёнджина звучал прямо над ухом, даже во снах этот раздолбай его не покидает
— уйди, ты всего лишь сон, не доёбывай, — хан махнул рукой, пытаясь отогнать от себя все, что хоть немного было хван хёнджином, но наткнулся на что-то мягкое и теплое.
а ещё это что-то было чрезвычайно громко орущее и ругающееся получше любого сапожника, такого отборного, фундаментально выстроенного небоскребом, мата надо еще поискать
— если ты, хеублядина, сейчас не проснешься, я тебя порежу на лоскуточки и плед свяжу, — сквозь пелену сна джисон четко слышал хвана, очень злого хвана. уж как-то сон обычный начинал больше смахивать на кошмар.
земля уходит из-под ног, хана, безвольной куклой, трясут. где-то наверху в облаках раздаются слова хвана, будто небесный глаз, а джисон про себя внемлет, что уверовал и слишком молод ещё для смерти. стоп, почему хенджин вещает с неба, неужели он прошел кастинг в греческие боги, хотя с его то внешностью и харизмой, вполне ожидаемо. или же он залез на олимп и сейчас получает от зевса. так, нет, сон не должен превращаться в мечту
— джисон, — резкий крик сотряс тишину, заставляя парня недовольно поморщиться и приоткрыть один глаз. над ним нависал злой хван, который буквально киннил выражение «из ушей пар валит» и громкой смеющийся сынмин, довольный таким неожиданным представлением
— а. что, — способность здраво мыслить постепенно возвращалась к хану. он размял затекшую из-за неудобной
позы шею, протер сонные ещё слипающиеся глаза, прежде чем в голову пришел вполне логичный вопрос, — как вы здесь оказались, я от вас еле из универа сбежал
— э, нет, парень. напомню, ты нам давал запасные ключи от своей квартиры, пользуемся. да и у нас на твой шикарный зад грандиозные планы, — сынмин заговорщицки переглянулся с хёнджином, расплываясь в ничего хорошего не предвещающей ухмылке и вернул свой взгляд на друга, который пуховое одело натянул по самый нос и всем видом кричал «уйдите, я не знаю вас»
— у это шикарного зада были свои грандиозные планы, — недовольно прошипел хан, уже понимая и мирясь с тем, что эти двое не отстанут, пока своего не получат
— есть пиццу, смотреть нетфликс и спать? это не грандиозные планы, — хенджин недовольно цокнул, точно озвучивая все планы друга на выходные. хорошо же они его выучили, вот же.
— допустим, но это не то чтобы грандиозные планы, это сравнимо с планом по захвату мира, вот такой вот уровень, — джисон все ещё лежал в кровати, наслаждаясь прохладой подушки и мягкостью матраса, который в секунду прогнулся, обозначая вторжение на его территорию, — эй ты. ну не в уличной одежде же на кровать, варвар. слезь, пока не сломал что-то из лишних костей
— я бы слез, у него все-таки пояс черный пояс, — сынмин из далека наблюдал за этой баталией, разворачивающейся на кровати, ибо ну ему-то не пять лет, с этими все итак понятно.
— когда появился, — хван от удивления, что его друг-раздолбай может преуспеть в каком-то спорте, аж перестал душить его подушкой, что было роковой ошибкой. хан воспользовался стопором друга и выхватил свою настрадавшуюся подушку, из которой в некоторых местах уже лез пух. он точно убьет хёнджина
— черный пояс по трепанию языком, — сынмин откровенно ржал с двух лучших друзей, растрепанных и раскрасневшихся после схватки, хорошо ему было наблюдать со стороны, не быв втянутым в этот кошмар, — я не договорил, думал, догадаешься, но ты тормоз, родной
— сынмин, я говорил, что ненавижу тебя, — в темных глазах хвана отчетливо читался разочарование, вкус предательства и желание вырвать киму язык, что в принципе было обыденно.
— я тоже тебя люблю, джинни, — ким вытянул губы уточкой, посылая воздушный поцелуй другу, — так все встали, мы идём в клуб
— какой клуб, я спать хочу, — вот заиграла вновь старая шарманка
— танцы, музыка, парни, коктейли, — ким нараспев пропел эти четыре слова, пару раз крутанувшись на месте, — за счет хёнджина, разумеется
— так, эй, я не нанимался вашим шугар дэдди, — недовольно загудел хван, но никто не удостоил его ответом, пусть себе ноет, все равно ведь заплатит.
— сынмин, ну смилуйся, я ещё не отошел от позора
— джисон, клуб-то тебе и поможет. забыть и плыть дальше по течению, — кии на манер волны изогнул свои руки, настойчиво втюхивая свою методику избавления от стресса, тоже мне, а ещё на психфаке учится.
— ага, по течению алкоголя и потраченных мною денег, — хван страдальчески откинулся на спину, уже не заботясь о протестах хана
— ну да, ты смирись, — рука указала на хвана, примостивщегося на краю кровати хана, — а ты иди одевайся.
— ладно. а куда мы идём? — хан недовольно откинул теплое одеяло, ощущая прохладный воздух, заползающий под тонкую ткань футболки, в кровати было определенно приятнее
— в клуб, — пропел ким, открывая дверь в многострадальную гардеробную хана, которая, дай бог, переживет это нападение, — сегодня там студенческая вечеринка для первокурсников. но и остальные тоже приглашены
— ладно, тогда многие там будут знакомыми. уже неплохо, — хан прошлепал по кафелю в сторону кима, оценивающего его вещи взглядом профессионала. хван остался лежать, укутавшись в одеяло и уже полностью испортив укладку
— таак, вот это оденешь и это, — из гардероба высунулась рука кима, передавая хану черный узкие кожаные штаны и шелковую рубашку того же черного цвета, — сейчас по аксессуарам пройдемся
— блин, а это не будет скучно смотреться? — хан скептически окинул предложенную одежду, признавая, что вкус у друга был отменным, но не сильно ли это мрачно
— классика и в африке классика, — следом нападению подверглись шкаф с украшениями и обувью
всеобщим голосованием наряд был одобрен и дополнен массивными черными ботинками, цепью и парой колец
— что за камбэк эмо периода, — в стороне посмеивался хван, параллельно приглаживая свои торчащие в разные стороны волосы, некогда бывшие красивой прической
— джинни, ты что слепой, — серьезно начал ким, закатывая глаза, — джисон не вылазил из этого периода, — рука указала на синего цвета волосы друга
— а точно, пардон
— так, блять, — время киннить птицу из доисторического мема, — что за буллинг, у нас комфортное комьюнити вообще-то
— ой, то есть ты у нас тут комфортной персоной заделался? — брови хёнджина взлетели, он даже оторвался от агрессивного поправления беспорядка на голове, — а напомнить, сколько лет ты буллил меня из-за того, что я в бассейн свалился, пропустив свой рейс?
— а сколько меня ты буллил после того, как я один из твоих скетчей, который ты у меня оставил, отослал нашей старой училке литературы, — «сговорились» пронеслось в голове хана, два против одного
— все-все, хватит, — джисон замахал руками в воздухе, зная, что, если эти двое не заткнуться, они могут неделями вспоминать миллиарды неловких историй, — мы выходить уже хотели
— то-то же, — победно хмыкнул ким, перестраивая траекторию движения по направления к двери, — идем
***
яркий свет прожекторов ударил в глаза сразу же по прибытию в место назначения, толпы людей уже сновали по клубу. кто-то нашел себе место на танцполе в кругу пьяных и накурившихся, прилипших к друг друга пар, кто-то умостился возле барной стойки, вливая в себя разноцветные коктейли, наверняка очень приторные на вкус.
множество людей были уже знакомы хану из универа, ибо тот вовсе не был интровертом и был готов общаться на совершенно любую тему, тем самым привлекая многих к себе. по пути к барной стойке джисон раз десять пожал людям руку и несколько раз был втянут в объятия.
— нелегко быть знакомым со всем универом, да, — в стороне постебывался хёнджин, которого тоже стороной не обходили
— всем универом, кроме минхо, — лучше бы сынмин молчал, в его сторону сразу метнулась пара недовольных глаз.
— нифига, ты ванга, — с боку прошептал хван, тыкая пальцем в сторону диванов в дальнем углу
— ты о чем, — хан достаточно резко повернул голову и ещё резче повернул её обратно. там сидел минхо. и что ещё хуже, он встретился с ним взглядом. план «не привлекай внимание» удачно провален
— джи, иди дальше к бару, только не оборачивайся, он пялится, — иногда у сынмина просыпался дружеский долг, вот тогда ему цены не было. хан благодарно, но очень натянуто улыбнулся и стал петлять между столиками и людьми
с горем пополам, хан пробился через толпу слипшихся пьяных тел, даже не поучаствовав в каких-то сомнительных стычках, что определенно было победой. барная стойка встретила хана прохладой мрамора и сразу же возникшим барменом с яркой живой улыбкой
— что вам налить, — в руках парень тряс какую-то ярко-красную жидкость и джисон не задумываясь решил это и заказать, собственно какая разница, если конечная цель одна — напиться
— вот то, что вы сейчас делаете, мне, пожалуйста
— но, это будет слишком., — хан не дал парню договорить, лишь махнул рукой, мол, мне плевать, просто сделайте, — крепко, — шепотом добавил вроде кантэ, по крайней мере так гласила надпись на его бейджике, возвращаясь обратно к стеллажу со спиртными напитками.
— хэлоу, джи, — на соседний стул резко приземлился парень и приветственно стукнул хана по плечу, — чего один сидишь?
— а, — синеволосый повернул голову, замечая рядом с собой ли, блондин уже вовсю вчитывался в меня, явно подходя к выбору напитка обдуманнее, — приветик, ликс. да сынмо и хван тоже тут, вроде танцуют. а я просто выпить решил, может немного спиться
— э, это что за настрой, — блондин недовольно цокнул, захлопнул меню
и подозвал бармена, — мне то же, что и он заказал. кстати, тебе идет новый цвет
— спасибо, ликс
— но, понимаете, — кантэ снова решил предпринять попытку отговорить их пить этот новаторский очень крепкий коктейль, но был оборван на полуслове
— мне не важно что за коктейль, — австралиец пожал плечами, провожая бармена взглядом, — странный он какой-то. ну так о чем это я, если пить, то вместе
— ну давай
***
— хэй, — где-то рядом протянул знакомый голос, — джисооон, — его стали потряхивать за плечи, пытаясь привести в чувства
— ммм, ещё пять минут, — машинально промямлил хан, натягивая что-то теплое и шерстяное на голову, у него явно не было такого одела, но голова болела настолько, что малейшая попытка обработать информацию доставляла боль
— какие пять минут, уже три часа дня, — стоп, что. цифры сонный отрезвевший мозг хана воспринимал, и это просто одно слово самым что ни на есть крупным шрифтом — ОШИБКА. это он мало того, что проспал первую пару нудного учителя всемирной истории, он пропустил пару по экономике, и вот именно это ужасно пугало.
пропускать пары профессора чхве себе дороже, мало того, что он отмечает каждого отсутствующего, сильно заморачиваясь, так он устраивал часовую лекцию, заваливал доп материалом, да и попросту пропустив что-то однажды ты уже не понимал, что за дичь тебе втирают
глаза резво, насколько это позволял помявшийся вчерашней гулянкой мозг, распахнулись. яркий свет ударил, заставив пожалеть даже из-за такого легкого в повседневной жизни действия. хан в очередной раз клянется больше не пить, особенно с друзьями, особенно с лиском, ибо это чревато.
— блять, — прохрипел хан, сразу же получая стакан воды от хёнджина, во взгляде которого на самом дне вроде даже плещется жалость, и подзатыльник от сынмина, смиряющего его недовольным взглядом, прям как мама, когда он разбил её любимую вазу. от таких воспоминаний аж передергивает
— какого хрена, джисон? ты же сказал, что пойдешь со всеми поздороваться и потанцевать, — сынмин был готов лечь на друга и начать медленно душить, знаете вот, обмотав одеяло вокруг шеи вместо веревки, как в самых крытых фильмов про пиратов. но к сожалению сынмина, и несомненной радости джисона, ким пиратом не был, будучи просто психом с психфака (спасибо друзьям, прозвавшим его так)
— кх, джинни, — теперь хан хрипел уже вовсе не от сушняка, руки, шуточно давя, сомкнулись на шее. но пережитая ночь, заставляла особенно остро чувствовать, — спасите, щас убьют
— так тебе и надо, ты вообще помнишь, что вчера вытворял, — тут джисон перестал вертеться, пытаясь мысленно вернуться в прошлый день, вернее вечер. то, что было после попойки с лиском и до кантовки на диване в квартире кима
***
— парни, — чонин резко вылез откуда-то из толпы пьяных танцующих, закидывая по руке на друга и просто наваливаюсь на парней, у которых рассудок уже слегка поплыл от сильно алкогольных коктейлей, — черт, вы когда напиться успели-то?
— а эм. сейчас, — хан показательно осушил стопку, которые пошли в дело после ярких сладких напитков
— ну нет, это ж неинтересно так пить, — ян цокнул недовольно, играя роль наставника, хотя как бы был самым младшим из присутствующих, — если портить печень, то оригинально
— ну и как интересно? — ли был слегка пьянее хан, из-за чего вставать с барного стула для него оказалось проблематично
— пойдемте, там все собираются играть в правда или действие, — ну только не эта старейшая игра, казалось, в нее ещё прабабка хана играла, — кто пропускает или меняет правду на действие и обратно — выпивают, — опа, такие добавления тусовщеской натуре джисона, просыпающейся с появлением градуса в крови, очень было по душе
— погнали
***
и черный экран, будто телевизор, воспроизводящий кассету, резко был выключен из розетки с характерным трескучим звуком. вот, что больше болящей наутро головы не любил хан, так это отсутствие воспоминаний с тусовки. почему всегда все все помнили, как бы сильно не пили, а он один валялся, напрягая мозги, но всегда приходя к одному и тому же — полное ничего.
синеволосый схватился за волосы, благо хоть они были на месте, и простонал в подушку. за что вообще на земле есть притяжение. может хану уже пора в межпланетное путешествие со спутников в виде космического мусора. он бы не отказался, лишь бы вспомнить хоть один моментик той игры
— а что, я проспал пары? — резко принимать сидячее положение было плохой, чертовски плохой идеей. голова пошла кругом, в глазах потемнело и, кажется, хан увидел звезды пока летел обратно на диван, издавая зыки побитой камнями птицы. только хана били не камни, а жизнь
— конечно, опоздал, — хван страдальчески потер лицо, выдерживая драматичную паузу, — бы, если бы сейчас не была суббота
— так зачем вы вообще сюда приперлись, да ещё и разбудили, — глаза открывать все ещё было боязно, ибо снова считать галактики не хотелось
— это моя квартира, братан. это ты сюда приперся, — одним своим взглядом сынмин обматерил хана с ног до головы. был у кима в арсенале и такой уничтожающий взгляд, — сюда сейчас мои родители прийдут, чтоб удостовериться, что я не погряз в хаосе и студенческих кутежах. а тут ты такой полудохлых валяешься на моем дизайнерском диване, пуская на него слюни. мои родители явно в тебе разочаруются, а ведь ты был их любимчиком
— а я до сих пор их любимчик, — хан показательно высунул язык, снова распахивая глаза, молясь всем богам, чтобы эта попытка была удачна.
яркий свет все ещё слепил, доставляя дискомфорт глазам, привыкшими за ночь к темноте. теперь джисон точно мог видеть, что квартира и впрямь сынмина, а рядом на кресле умостился хван, распивающий свой карамельный айс латте. все в мире менялось кроме этого, даже зимой старший умудрялся находить свой любимый кофе, вот и вправду «вижу цель, не вижу преград»
— помнишь что-то с вчерашней тусовки, — заговорщически перемигнувшись с брюнетом, пропел хёнджин. ох. не к добру
— не помнишь ведь, да, — злорадно протянул сынмин, рукой махнув вновь открывшему рот хвану, — нет, хенджин, мы ему ничего не расскажем после такого
— да что я сделал то, что ты так взъелся, — вместе с головной болью хан начинал вскипать
— чел, ты лохонулся знатно, — хван заулюлюкал откуда-то сидит, ещё больше нагнетая
— да что, — уже скоро кричать здесь начнёт хан, вот только пересилит раскалывающуюся голову
— ты обблевал мою новую малышку, — сынмин весь покраснел, надулся и всем видом просто убивал синеволосого
— о боже, я, что блеванул на твою девушку? — итак широкие глаза хана в ужасе распахнулись ещё больше
— да какую девушку, придурок, — казалось подыши на парня неправильно и он лопнет, а вместе с ним повторит человечество судьбу динозавров, — мой новый мерседес
— ты идиот или да, — теперь очередь хана орать, захлебываясь в смехе, — это ж машина, свози в химчистку
— за твой счет, — недовольно протянул сынмин
— да без проблем, раз мы такие бедные, что на тачку новую нам хватает, а на химчистку нет, — хан спокойно пожал плечами, актер из него прекраснейший, три года театралки не прошли даром
— все, заткнись уже. но даже после того, как ты отплатишь мне химчисткой, я тебе ничего не расскажу, — этот тон сынмина хан очень он любил, он означал непоколебимость, хуев приверженец
принципов
хван в сторонке посмеивался со спорящих лучших друзей. сколько бы времени ни прошло, он уверен, что они всегда будут вот так собираться, немного ругаться, а потом засыпать друг друга словами благодарности за всю помощь и любовь
***
— хан-а, — на старый облезлый диванчик у аудитории свалился полуживой ликс с уставшим взглядом в темном худи и вообще без настроения, сразу же устраивая свою голову на плече старшего, — я щас умру или я уже умер. почему мне так плохо
— ликс, плохо, потому что понедельник. гореть в аду тому, кто их придумал, — хан прикрыл глаза, закутываясь в свое теплое темной худи с каким-то принтом гринча во всю спину
на улице теперь холодно, с ужасным первым днем недели наступили и первые настоящие холода, означающие скорый приход зимы. а затем рождество, новый год, снежки, каток, теплое какао с зефирками, яркая елка, обмотанная мишурой и ежегодный просмотр гринча. жаль, нет рядом никого, чтобы и в сердце, и в объятиях. этот самый человек в упор его не видел, наверное им никогда не стать больше, чем друзьями
— правду говоришь, джи, — ли прервался, зевая, — тебя, кстати хо искал
минхо. его. искал. что? в голове крупным шрифтом выплывала 404, ошибка. ну не надо, пожалуйста
— а зачем, — джисон резко выпрямился, будто по струнке
— да я ж откуда знаю, — страх, что минхо все понял, хлипкими щупальцами сжал сердце
— мне лень его искать, как-нибудь потом, — хан попытался отмахнуться, но тут же почувствовал руку на своем плече
— я тебя сам нашел, давай-ка сейчас поговорим, — хо буквально стащил опешившего парня с дивана и поволок в сторону одной из многочисленных пока пустующих аудиторий. последнее, что видел хан — сожаление во взгляде ли
парни молча шли, ну как шли. вернее сказать минхо шел, таща за собой не сильно протестующего хана. а что ему оставалось? его крепко держали за руку, ведя за собой по ещё пустому коридору универа в направлении закрытого на ремонт туалета
— эй, зачем нам туда, — хан попытался выдернуть руку, когда ли проскальзывал под черно-желтой лентой и надписью «закрыто на ремонт», — там же ремонт
в ответ тишина, что не на шутку разозлила хана. он просто так что ли сотрясает воздух, неужели трудно ответить хоть что-то?
толкнув дверь, в лицо ударил уже холодный осенний ветер, пробивающийся в помещение сквозь маленькую щелочку сломанного окна. помнится, на первом курсе хан его чуть не выбил, но сейчас не об этом
минхо наконец разжал свою ладонь, отпуская хана. тот молча прошагал до подоконника, сел на него и только тогда встретился с ничего не понимающим взглядом хана. демонстративно закинув ногу на ногу, тот все так же молчал
— о чем ты поговорить хотел, — джисон вскипел, как вода в чайнике. мало того, что его заволокли на территорию, запрещенную для студентов, так ещё и вместо объяснений просто молчат
— помнишь, что было в пятницу? — холодный взгляд дырявил душу насквозь, обозначая, что хан выкинул какую-то фигню
— эм, нет, — джисон попытался напрячь извилины, но все воспоминания резко пропадали на моменте начала игры в бутылочку, будто телевизор резко выдернули из розетки
— тогда я тебе напомню, — взгляд минхо, будто спичка на которую вылили бензин, загорелся опасным огнём, он спрыгнул и медленно стал подходить к хану, заставляя того пятиться назад
— эй, стоп. если я тебе нечаянно врезал, так это из-за градуса в крови, — джисон замахал руками, пытаясь остановить наступление, на что ли лишь неопределенно хмыкнул
спиной хан почувствовал преграду — холодная стена, отходить дальше некуда. похоже его сегодня и убьют. джисон зажмурил оба глаза, дабы в случае пощечины или чего-то такого сохранить хотя бы их целыми
вместо удара последовало слегка резковатое касание мягких губ на шее, после чего зубы прикусили нежную кожу, заставив хана в шоке открыть глаза.
какого хрена он творит и какого хрена это так приятно
— долго планировал скрываться анонимное дарование художественного мира? — спросил охрипшим голосом ли, затем снова продолжив терзать шею поцелуями переходящими в укусы
— аэ. ну я, — мысли в голове сплелись в огромный клубок, навязчиво мелькала только сирена, кричащая, что минхо, который хану нравится просто пиздец, сейчас вытворяет с ним такое
— я настолько понравился тебе, что ты стал меня рисовать, — ли требовательно сжал бедра хана, ожидая ответ
— да, — единственное — что смог выдавить из себя хан, ощущая эти крепкие венозные руки на себе
ли хмыкнул, приближаясь ближе и сокращая расстояние до считанных миллиметров
— ещё раз выложишь арт со мной, тебе конец, — ли перекрыл весь поток возмущения хана влажным поцелуем, сразу запуская язык в чужой рот и сплетаясь в бешеном танце
руки хана неосознанно вцепились в широкие плечи рыжеволосого, сегодня оголенные майкой без рукавов, на которую смотреть даже греховно
— вот и выложу, у меня уже есть парочка заготовленных, — прямо в губы ли выдохнул хан, затем снова прижимаясь всем телом к парню, получая несдержанный укус
— с огнём играешь, — ли предупредительно сверкнул глазами
— всегда, — где-то в коридоре послышались поспешные шаги, направляющиеся прямо в их направлении
— кто-то идет, — минхо резко отпрянул и завернул в кабинку, втянув за собой хана, — ни звука, если хочешь доучиться до конца в этом универе
хан испуганно прижался к ли, задержав дыхание в тот момент, как дверь распахнулась
— эй, я слышал отсюда шум, — хриплый голос старого охранника было трудно сразу не узнать, — кто нарушает правила, выходи
— тихо, не дрожи так, — еле слышно проговорил минхо, мягко коснувшись чужой напряженной спины
— легко сказать, — прошипел куда-то в шею ли
— кто здесь, выходи, пойдем к ректору, — похоже мужчина был настроен серьезно
— минхо, ты куда, — хан дернулся, когда минхо положил руку на дверь запертой кабинки, — из универа же попрут
— сиди тихо, и все будет хорошо, — нежный и в то же время уверенный взгляд ли немного успокоил
тот с шумом открыл дверь и под округлившиеся глаза хана вышел из кабинки, встретив на себе пару недовольных глаз
— я даже спрашивать не буду, что ты здесь забыл, разбираться будем у ректора, — грубый голос охранника всегда заставлял ежиться весь универ и обходить пожилого мужчину стороной, — один здесь или ещё кто-то есть
— есть, — вынырнул из укрытия хан, в глазах не было того же холодного спокойствия, как у старшего, а уверенность в том, что наказание они должны честно разделить, — нас здесь было двое
— за мной, нарушители, — четко отчеканил охранник и дальше в тишине вел их до директора
парни тоже не решались заговорить, лишь мельком глядели друг на друга, когда другой не видел
перед глазами дверь с фио ректора, на удивление дрожи в руках и кома в горле нет, лишь ясность взора и осознание, что пусть будет, как будет
— здравствуйте, господин кан, — после глухого стука по дереву двери и лаконичного «войдите» начал охранник
— здравствуйте, давайте сразу к делу, — тот одними глазами указал на студентов, стоящих у самой стены, — что случилось? драка, хамят профессорам, прогуляли сессию?
— ничего из вышеперечисленного, господин, они были в запретной для студентов зоне
— в туалете что ли? — брови мужчины заметно взлетели вверх, — так это больше не запретная зона
— как это, но был же приказ.
— этот приказ подписывал прошлый ректор, я же по приходу на свой пост его отменил, — невзначай подмигнул студентам ректор, что осталось незамеченным охранником
— все-все, вы свободны, а вы двое останьтесь, — злорадно окинув парней взглядом, мужчина вышел
— какой же надоедливый тип, другим жизни не дает, — ректор тяжело вздохнул, — надо его в отпуск отправить, может подобреет
— это вряд ли, — хмыкнул в ответ минхо, вызывая легкую улыбку и на лице ректора
— а вы не будете нас отчислять что ли, — один хан стоял в немом шоке, уже готовясь, как будет родителям эту радостную новость преподносить
— нет, конечно, я зверь что ли. все понимаю, молодость, гормоны, сам таким же был, — директор улыбнулся краешком губ, — можете идти
— но мы., — от волнения начал заикаться хан, — мы не.
— идите-идите, у меня совещание ещё, — ректор устало потер переносицу, головой мотнув в сторону выхода, на что ли ли быстро среагировал, вытащив хана, молчаливо открывающего и закрывающего рот, как рыба
— вот видишь и ничего страшного, — минхо уже все всю улыбался, разглядывая удивленного парня напротив из-под полуприкрытых ресниц
— а ничего, что он нас парой назвал, — голова синеволосого наклонилась в бок, выражая высшую степень замешательста
— а мы разве не пара, а художественное дарование, — увидев, как кончики ушей парня стремительно покраснели, ли довольно хмыкнул
— не называй меня так. и вообще с чего бы это мы парой стали
— да уж, — недовольно протянул старший, — в пятницу ты говорил по-другому
— да что я в пятницу то сделал
— ну, ты проиграл в карты, тебе задали остаться нарисовать меня, кстати, не знал, что ты рисуешь, — хан стушевался, потому что, да, рисовал и рисовал кого? — минхо, — ты почему-то решил сначала приставать ко мне, а потом рисовать обнаженку
если вы бы искали новый оттенок для алых парусов, то насыщенные румянец хана подошел бы лучше любого другого
— ну так просто эффектнее, — синеволосый решил идти до конца, раз уж его раскрыли, вернее он сам себя выдал
— а ну-ну, а целовать свою музу на полу в ванной тоже эффектнее? — ли довольно наблюдал за парнем, пытавшимся казаться спокойным
— да, так рисуется лучше, — тяжело вздохнув от осознания несуразицы, которую он только что выдал, хан закрыл лицо ладонями, прячась от пристального взгляда и почти шепотом начал говорить:
— вообще, ты уже понял, что это я тебя рисовал. не пойми не правильно, я не сталкер, ты просто всегда маячил перед глазами, я стал наблюдать за тобой. за мягкой улыбкой, искрящимися глазами при виде кошек, недовольным лицом по утрам, за разговорами с друзьями и звонким смехом. ну да, я просто очень глупо втрескался в тебя. потом решил начать рисовать, скилы то были и аудиторы, как ты понял. все эти скетчи не должны были выйти на просторы интернета, я нечаянно ночью опубликовал два рисунка тебя вместо арта с айдолом, а, когда заметил. было уже поздно, куча людей лайкали и комментировали. прости, мне жаль
ли молча слушал, насмешка с лица пропала, уступая место легкой полуулыбке
— хэй, а третий арт зачем опубликовал
— ну знаешь, чувство безнаказанности, ну и позлить чутка хотел
— что ж, теперь я скажу, — ли сократил расстояние, становясь лицом к лицу к хану, голову все же пришлось слегка наклонить из-за разницы в росте, — спасибо, что рассказал, а то все это я не знал. и всю ту дичь про обнаженку я выдумал, дабы узнать прав ли я в своей теории на счет авторства тех артов
джисон просто молчал, вернее он открыл рот и глупил хлопая глазами пытался подобрать хоть какое-то слово, описывающее весь масштаб его косяка. его просто проверяли, скажи он, что арты не его авторства, от него бы отстали. но нет, джисон проебался. в очередной раз
— я даже не знаю, что сказать, отпираться уже поздно похоже, — увидев на лице ли легкую улыбку, тот слегка расслабился
— а вообще, я ещё хотел сказать, что. рисовать не умею, но тебе бы посвятил
все картины мира, — в глазах напротив ни капли притворства, только огоньки и искренность, выбившая из хана душу
— ты. это что, — руки предательски дрогнули, неужели судьба впервые сжалилась
— да, это признание в любви, сонни, — хо сократил наэлектризовавшееся пространство и трепетно заключил в объятия, примостив голову на плече хана, — я ведь тоже влюблен не первый год, я думал, что ты не видишь во мне что-то больше друга. ты всегда был в компании и многие тебя любят, я думал, у меня ни шанса
— дурачок, мои глаза всегда искали тебя, они всегда сверкали рядом с тобой, — хан уткнулся в ключицу парня, слушая размеренное дыхание и улавливая легкий аромат лимонов, — иногда мне казалось, что у меня в глазах можно было заметить сердца
— похоже я был слеп, но теперь я вижу мир, — искренняя улыбка утонула в волосах хана, — вижу и в красках
— говоришь, как художник, — тихий смех синеволосого не мог не вырваться от осознания всей ироничности. вот так история начала отношений, стыдно будет кому-то рассказать
— для тебя могу стать кем-угодно, — казалось в животе снова стали порхать полумертвые бабочки
— давай просто станем счастливы вместе, — самое большое и сокровенное желание было легко разделено с ли
— если перестанешь меня рисовать, — сердце ли сжималось от спектра чувств и, чтобы не начать читать баллады о своей любви, тот решил слегка съязвить
— ээ, нет, я буду рисовать ещё больше теперь. да и подписчикам ты понравился
— катастрофа…
