Все ближе к безумию

Рафаэль, облокотившись на бетонную стену, оглядывался будто что-то скрывает от глаз своих братьев. Этот бунтарь рано всех встал и видимо не просто так. Несмотря на то, что его братья все еще спят, он все равно осторожен. Через несколько шагов и его нет в логове... Черепаха, пробегая по канализации, резко развернулся, чтобы взять преследовавшего врасплох. Однако, его он там не увидел, так как его никто не преследовал. Открыв люк, он тщательно осмотрелся, а затем, поднявшись на поверхность, закрыл за собой. Пару прыжков через пожарную лестницу и черепаха уже на крыше. Краснобанданный несколько секунд смотрел вниз на люк, чтобы посмотреть не следили за ним кто-нибудь. Вскоре, он побежал по крышам домов. Воздух в данный момент для Рафаэля показался слишком холодным, ибо он рукой закрыл свои ноздри. Уже через несколько минут ему стало больно дышать носом и перешёл на дыхание рта. Быстро пробежав, как спринтер на некоторое время, черепаха добралась до пункта назначения. Перед его глазами виднелся красный бетонный дом. На вид казался заброшенным и давно забытым. Рафаэль немного прослезился, однако, взявший свои эмоции под контроль, вытер капли со своих глаз. Обратно нахмурив лицо, он прыгнул в окно. Как только бунтарь спустился из подоконника, то увидел большую ящерицу. Она была обычно одета в синюю экипировку, но эта одежда ей казалась неудобной. Ящерка надела на себя простое платье. Она медленно подошла к нему и начала целовать его шею. Раф хотел ей ответить, но... —Ты успокоишь, малыша? –сказал темперамент. Вскоре, поцелуи прекратились и Рафаэль почувствовал резкий толчок. —Я его, блять, целый день успокаиваю! –крикнула Монолиза. Черепаха вздрогнул от внезапного запаха перегара. Он заметил, что его любимая была пьяной. Пока она уходила в спальню, панцирный прошёлся по комнате. Он вошёл в комнату младенца, откуда доносился плачь. Перед Рафом лежала и плакала на вид непонятное существо. Ребенок родился слепым, а также имел деформации лица, тела и конечностей. Его панцирь срослась на затылке и из-за этого он не мог двигать своей головой. Саеносец погладил его за щеку, однако его глаза немного заблестели. Малыш немного притих и даже замолчал на некоторое время. Раф повернулся к двери и покинул помещение, закрыв за собой дверь. Вскоре, он пошел в спальню и там увидел сидящую Монолизу. Черепаха думала, что она спит. —Может, я не достойна тебя?– она посмотрела на дверной проем, смотря на Рафаэля. —Зря всё это.. —Я не знаю, кого ты достойна. Но разве это важно, если мы друг друга любим?– Раф подошёл к ней и присел. Он положил свою руку на руку ящерицы.—Для лечения ребенка нужен Донателло. Она резко встала и запаниковала. Глазами рептилия искала, куда прятаться. Ее охватила дрожь и в этом момент она посмотрела на своего любимого. У нее как будто сработало посттравматическое расстройство. —Меня выгнали саламандрианцы! А ты хочешь, чтобы тебя выгнали братья? –И'гидба немного начала кричать на своего любимого, однако вскоре успокоилась. Она схватила свое лицо лапами, а из-под них медленно капали слезы. В этот миг она вспоминает, как учитель Г'трокко бросил ее на произвол судьбы. Случилось это тогда, когда народ саламандрианцов узнал, что она забеременела от существа с другой планеты.— Не говори им... Рафаэль обнял ящерку в знак понимания и сочувствия. Она уже не в первый раз рассказывает ему эту историю. —Даже если твой народ будет против тебя, я не отвернусь. –сказал Раф и тут же поцеловал ее. Это был долгим и страстным поцелуем. Через некоторое время они отцепились друг от друга. —Мне нужно идти домой. Уже вечер. И'гидба кивнула и обняла на прощание. Саеносец вышел из комнаты и подошёл к окну. Он посмотрел на нее прощальным взглядом. Затем, прыгнул на пожарную лестницу, вскарабкавшись по ней он поднялся на крышу. Бунтарь побежал по крышам со слезами на глазах. У него была только одна мысль в голове: "За что?" Как только он добежал до того самого переулка, где находится канализационный люк, вытер свои слезы и принял суровый, безразличный взгляд. продолжение следует...