Гаснущая ненависть

Было зимнее утро выходного дня. На улице стоял мороз, снежные хлопья падали на холодную землю, так и норовят всё засыпать. Ярко светило солнышко, которое к сожалению почти не грело. Его свет пробивался через окна в палаты больных, находящихся на лечении в Московской больнице. В одной, что была под номером «15» лежал молодой парень, глаза его были закрыты, похоже, что он спал. Пациент был вполне обычной внешности: растрепанные каштановые волосы с челкой (которые распластались по белоснежной подушке), зеленые глаза, прикрытые тяжелыми веками; прямоугольное лицо и прямой нос. Его звали — Дмитрий Побрацкий. Паренек проснулся от назойливого солнечного света. В палате жуть, как не хватало штор, желательно плотных. Он еле, как открыл глаза, которые пока улавливали лишь размытые очертания предметов. Но спустя несколько секунд размытость окружающего мира пропала и он смог разглядеть где находится — больничная палата. Дима приподнялся на лопатках, как вдруг свалился назад от резкой боли в плече. Поморщившись студент всё же уселся и огляделся по сторонам. Воспоминания о вчерашнем дне калейдоскопом завертелись в голове, от них стало еще более хреновее, чем от больной спины и плеча. Тихо выругавшись Побрацкий закрыл лицо руками вспоминая, что в бреду сказал Звёздочкину, да он там ему чуть ли не душу излил до приезда скорой. Дима понадеялся, что Антон где-нибудь, да посильнее долбанется головой и у него случится амнезия. Если нет, то он может ему помочь. Внезапно раздумья были прерваны. В палату вошел мужчина средних лет, который был одет в белый халат — врач. Рассказав темноволосому о его состоянии: сотрясение мозга, растяжение плеча и не многочисленные ушибы, добавил, что он пролежит тут в зависимости от самочувствия; удалился закрыв за собой дверь помещения. Постаравшись откинуть свои мысли подальше Шашлык решил повалять дурака, залипая в интернете, телефон как раз лежал на не большом столике рядом. К сожалению Димы — разряженным. Вдруг в дверь палаты постучали, заставив темноволосого встрепенуться и обратить все внимание на дверь. Неужели врач вновь явился? Дверь приоткрылась и в неё вошёл человек. Раздался стук черных лакированных туфлей о пол, который усугублял появившуюся тревогу. Дима чуть не подпрыгнул, перед ним стоял он. Черноволосый, смазливый парень, что глядел своими уставшими, янтарно-желтыми глазами прямо в душу. Конечно же, это был — Антон Звёздочкин. Вспомнишь говно — вот и оно. Магистр окинул слегка обеспокоенным взглядом темноволосого и подошёл к его кровати. Звездочкин держал в руках пакет с мандаринами и другими фруктами. Помещение сразу наполнилось ароматом мандаринок, аж новогоднее настроение появилось. Молча положив их на столик рядом с телефоном он наконец нарушил тишину: — Дмитрий, здравствуй. Как твое самочувствие? — спокойным, даже будничным тоном спросил Антон. — Всё замечательно, — ответил Побрацкий попытавшись сложить руки на груди, но тут же айкнул и поморщился из-за больного плеча. Теперь он даже не смотрел в янтарные глаза напротив. — Что то с плечом? — Да. Забей, нормально все. — он сжал простыню опустив голову. — Точно? Когда в университет вернёшься? — Да, точно. Думаю уже скоро. — Это хорошо. Я бы хотел с тобой поговорить, — У Димы все внутри перевернулось, а тело пробило мелкой дрожью. Ситуация одним словом — пиздец. Будто бы стоишь перед мамой, когда она позвала тебя после родительского собрания на разговор. Приятного мало. — Я присяду? — спросил Антон указывая глазами на край кровати. По нему хер прочтешь его эмоции от чего становилось еще страшнее. Дима коротко кивнул пытаясь куда нибудь деть свои глаза. Ну,а Антон присел на краешек. — Ты правда хочешь умереть? Сердце Побрацкого пропустило удар, он резко поднял голову на Антона даже не замечая боли. Вот, что он ему рассказал оказывается. Вспоминая этот не приятный эпизод в свей жизни парень рвано выдохнул, после выдал, что то на подобие улыбки и усмехнулся: — Я тебе такое сказал? Да прикол это. -Дима нервно хохотнул, надеясь, что Антон уйдет на все четыре стороны,как можно скорее. — Дмитрий, почему? — задал вопрос черноволосый парень, слегка сведя брови к переносице. Чего-ж он так сюсюкается с ним? Понятно всё, но вот и зеленоглазый не понял поэтому уже устав от этого разговора выдал: — Отвали. И вообще не буду я тебе ничего отвечать. А еще лучше не делай вид,что тебе не все равно. Настала гробовая тишина, которая прервалась тяжелым вздохом Антона. Дима кусал губы нахмурившись и отвернувшись от Антона. Зачем он вообще суда пришел? Заебись все было, нет блин, наметился.. — Мне правда не все равно, расскажи, почему. Я думаю, что смог бы тебе.. — Иди нахуй, Антон. - отчеканил паренек устремляя свой до жути злой взгляд на удивлённого собеседника. Глаза были на мокром месте от позорного (по крайней мере для него) воспоминания, которое прокручивалось из раза в раз в голове. В горле встал ком, реветь при Антоне — самая хуевая идея в жизни. Запустив руку в свои шелковистые волосы Звездочкин томно вздохнул. Поняв, что Диме нужна поддержка он присел поближе к нему. Пытаться подступиться к Диме это — как идти по минному полю. Наступишь не туда и... Хуяк — минус голова. — Лучше бы ты вообще меня тогда не спасал, — процедил сквозь зубы Побрацкий стараясь выровнить дыхание. Он сидел поджав колени к груди и уткнувшись лицом в них же. Антон не должен видеть, как он плачет. Никто не должен. Магистр осторожно протянул студента к себе обняв, будто бы и не заметив, что Дима совсем недавно послал его на три веселые буквы. Антон поглаживал его по растрепанным волосам,прижимая его покрепче к себе не задевая больное плечо. Дима же вновь говорил, что бы он отстал и ушел, но не спешил вырываться. Вскоре паренек затих, на смену неприятному разговору пришла тишина. На этот раз она была более приятной, чем ранее. Приняв, как факт, что ненавистный ему человек его обнимает темноволосый уткнулся в шею, сидящего напротив тяжело дыша, обжигая кожу Звездочкина своим горячим дыханием. Будто бы старался согреть продрогшее тело на декабрьском морозе. От Антона пахло вкусно, что аж с ума можно сойти. Одеколоном, каким то приятным (Дима в них не разбирается), кофе и морозной свежестью. Побрацкий придвинулся ближе,положив одну руку на плечо обладателя медовых глаз. Сидели они так...Сколько-то. Тогда было некогда считать прошедшее время, хотелось лишь наслаждаться моментом близости. Дима мягко отстранился перепуганно глядя на собеседника, будто бы увидел призрака. Антон тоже был удивлен, но лишь устало улыбнулся. — Все хорошо? — обеспокоенно спросил Антон, теперь его голос раздражал чуть меньше. — Антон, это. Уходи...Пожалуйста. — парень вернулся в исходной положение, в котором был, когда звездочкин пришел. — Удачи, Дмитрий. Поговорим когда будешь готов, - без лишних слов, что бы не смущать студента черноволосый удалился из палаты, кинув многозначительный взгляд напоследок. Это утро Дима запомнит надолго, как и вкус антоновских мандаринок и яблок. Сладкие с кислинкой, почти как Антон.