Четыре и один?

Асахина-сан проснулась от настойчивого стука в дверь. Решительного, максимально навязчивого: его владелец явно не собирался сдаваться, пока ему не откроют дверь. Женщина встала: быстро завязала халат и спустилась в коридор. Звонок монотонно вещал о гостях. Женщина посмотрела на часы — едва ли сейчас пять утра... быть может это... "Я знала, что она вернется быстро... — с облегчением подумала женщина, отпирая дверь, даже не проверив глазок, — Конечно, моя малышка не могла так просто бросить свою мать..." Асахина-сан улыбнулась: сейчас она успокоит дочь, они попьют чай... а потом Мафую обязательно согласится на все. Согласится вновь сосредоточиться на учебе, признает, что ошибалась насчет Канаде и музыки... и все вернется в норму. — Мафую! — с улыбкой говорит женщина, на глазах которой уже заблестели слезы. Но в открытую дверь влетела вовсе не дочь... Проигнорировав раскрытые для объятий руки, в коридор тут же зашёл парень: вальяжно захлопнул дверь, как-будто вернулся домой после недолгой прогулки... Женщина оторопела. И лишь когда наглец повернулся к ней лицом, она наконец-то пришла в себя. — К-кто вы? — недовольно спросила она. — Как можно... — Я знакомый вашей дочери. — с самой доброжелательной улыбкой проговорил парень, без спроса проходя внутрь дома. — Ого, дом Мафую-сан действительно уютен... Вы пользуетесь какими-то ароматическими свечами? Здесь приятно пахнет... — Знакомый... Мафую? — удивилась женщина, но, быстро собравшись, громко пошла следом за юношей. — Д-даже если и так..! Вы не можете так бессовестно вры... — Боже, что за формальности. — парень мило хихикнул, присаживаясь за кухонный стол. — Асахина-сан, признаю, я действительно повел себя слишком вольно. Но это от того, что я очень переживаю за вашу дочь. Мы можем поговорить о ней? — Ты... виделся с Мафую? Она сейчас у той девушки? — Асахина-сан подошла ближе к столу. — Канаде, кажется? Ты её брат? Лучший друг? — Фу-фу-фу, столько вопросов! — улыбнулся Руи. — Но, как по-мне, устраивать такой допрос гостю весьма невежливо. Может, хотя бы чаю попьем? Всю ночь не спал, вот-вот усну прямо тут, ничего не рассказав вам о Мафую... На этих словах Руи притворно закрыл глаза и монотонно засопел. Женщина нахмурилась, но, решив подыграть нахалу, все-таки поставила чайник. Достала из шкафчика две кружки и, не спросив, будет ли парень сахар, от души насыпала ему шесть ложек. Позади неё весело хмыкнули, но женщина решила проигнорировать это. Она готова потерпеть этого грубияна, если это поможет ей что-то узнать о том, как её дочка. Все ли с ней в порядке? Сильно ли она промокла? Скоро ли собирается домой? — Могу я предложить что-то к чаю? — с ласковой улыбкой спросила женщина, поставив перед гостем кружку. — Конфеты, бутерброд или что-то посытнее? — Спасибо, вы так добры. — парень мило улыбнулся, принимая напиток. — Но, думаю, с количеством сахара в моем чае не сочетается ни одно угощение. — Прости-прости, я еще не до конца проснулась, вот и пересластила. Мне переделать? — Ойя? Как можно, вы ведь так старались, наливая этот чай. Улыбка парня на секунду превратилась в язвительную. Женщина прикусила щеку, но ответила сдержанной улыбкой. — Итак... — она немного прокашлялась, — могу я узнать, кто ты? Как связан с моей малышкой? И что хочешь мне рассказать о ней? Парень тут же одарил женщину улыбкой, но отнюдь не такой доброй и теплой, как несколько мгновений назад. О да, он конечно ответит на любой её вопрос. Ведь именно для этого он здесь сейчас. Когда Руи услышал о том, что происходит, было уже заполночь: он встретился с Канаде и Мафую, что совершенно не хотела отходить от подруги. Парень не настаивал о том, чтобы ему что-то объяснили: просто подсел к девушкам и начал переключать Асахину на более повседневные разговоры в секае. Канаде его задумку поняла и решила поддержать... видимо, разговор о том, что произошло у Асахины, уже состоялся, и оставалось просто поддержать её... Руи это делать не умел, об этом знал весь найкорд, но Йоисаке была благодарна и за это. Однако, парня ненадолго отозвала в сторону Мику. Руи не мог не пойти: Мафую уже выглядела получше, да и Канаде отпустила его... но Мику поступила неожиданно — привела Руи не в их обычный уголок для разговоров... а в общество вокалоидов, от одного только вида которых тянуло блевать: слишком они похожи на его старых знакомых... — Что надо? — равнодушно спросил у певцов Камиширо. — Мне противно от вас. Малышка Мику, зачем ты вообще привела меня сюда? — Только не надо сейчас ругаться. — попросила Лука. — П-прости... — послышался из-за неё голос Лена. — Мы попросили... Мику позвать тебя... — "Мфы фофросили Микфу фозвать фебя" — зло передразнил Кагамине парень. — Не мямли, если что-то хочешь сказать. — Ты можешь придержать язык? — нахмурился Кайто. — Из него как из помойки всякий мусор сыпется. — Простите, мистер "Я тут главная язва", кажется я слишком насытился вашим обществом, вот и начал повторять. — Засранец. — нахмурился Кайто, но, словно что-то вспомнив, в миг стал спокойнее. — Как там Мафую? — Жить будет и главное. — Знаешь, что случилось? — спросила Мейко. Руи пожал плечами. — Это не мое дело. — Значит, не знаешь. — заключила Рин. — Она сбежала из дома. — М-м. — Камиширо немного задумался. Но только на мгновение. — И что? — У нас есть просьба. — Кайто скрестил руки. — Послушай. — Зачем мне это надо? — Потому что тебе не все равно на Мафую и остальных. — вдруг заговорила Мику. Руи недовольно посмотрел на неё: вот так и секретничай с ней... — Что за просьба? — равнодушно спросил парень, надеясь поскорее отделаться от надоедливых певцов. — Послушай о том, что случилось. — улыбнулась Лука. — А потом узнаешь. — Быстрее только. — вздохнул Руи, краем глаза подмечая вдали все еще сидящих вместе Канаде и Асахину. ...Женщина громко стукнула кружкой. Похоже, Руи действительно не помешает попозже поспать: так отвлекаться совсем не в его духе... — Я тебя слушаю. — с улыбочкой проговорила женщина. — Ох, прошу простить. — он виновато развел руками. — Меня зовут Камиширо Руи. Я очень хороший... "Как же мерзко звучит" — ...друг вашей дочери. — сдержав вздох отвращения от неприятного слова, продолжил парень. — Мы познакомились во время её волонтерства на фестивале. Сейчас же общаемся почти каждый день. Вот так вот. — Ох, не пора ли мне тебя в её женихи записывать? — с ангельской улыбкой спросила женщина. — Ну, если вы так рано собираетесь в тетки, то пожалуйста. — улыбнулся в ответ юноша. Асахина-сан фыркнула. — Давай ближе к делу. — попросила она, уже не скрывая раздражения от нахала. — Как там моя дочь? — Ох, Мафую-сан? Просто прекрасно! — Камиширо привстал со стула. — Вместе с Канаде-сан она сейчас видит пятнадцатый счастливый сон, где вас нет и в помине. Это довольно милая картина, жаль, вам никогда этого не увидеть! Женщина хотела возмутиться дерзости юноши: поднялась с места, но... уже через секунду оказалась притянута к парню, едва не упав на стол. Но притянута не грозно — пусть и резко, но очень осторожно... янтарные глаза застыли прямо перед её собственными, в то время как дыхание гостя ощутимо чувствовалось на её шее... В глазах парня промелькнул озорной огонек и женщина почувствовала прикосновение к своей шее: теплое и аккуратное... "Ч-что за..?" — только и подумала она, как услышала... Щелчок камеры на телефоне. И Камиширо тут же отпустил её, словно и не притягивал к себе в довольно интимной позе... Женщина возмущенно и зло посмотрела на довольно листающего что-то на телефоне гостя. — Что это было?! — закричала она, поправляя халат. Парень в ответ ухмыляется. — Когда я услышал рассказ о том, что произошло с Мафую-сан, — спокойно заговорил он, — то внутри у меня что-то зашкребло. Знаете, такого не было довольно давно. И это чувство такое неприятное... Вот я и подумал, что если исполню просьбу своих друзей, это чувство исчезнет. — Что за бр..! — Но когда я услышал ваш диалог, переданный почти дословно, то понял, что нормального разговора с вами не выйдет. — его глаза помрачнели: женщина вздрогнула от того, как исказилось его доброжелательное лицо. — И что тогда остается? Только всегда работающие вещи, такие как шантаж, угрозы или простое наличие компромата. Про растление несовершеннолетних слышали? Ох, такой прелестный закон... — Да о чем ты?! — Прямо сейчас я наделал достаточно компромата. — он помахал телефоном. — Как мы пьем чай, как мы мило общаемся и как мы устраиваем кое-что пожарче. И, хоть это не так, вам никто не поверит. — Ч... — Смотрите, все довольно просто! — он весело улыбается, вновь бери свою кружку с чаем. — Я — ваш любовник, м-м... уже месяца так два, вот. Ваша дочь сбежала из дома, и вы тут же позвали меня, чтобы поплакаться об этом. Но я её друг, и узнав о случившемся, принимаю ее сторону. Вы злы, ох как злы! И говорите, что если мы сейчас же не поцелуемся, вы раскроете наши отношения моим друзьям и испортите мне жизнь. Ах, я так напуган, что не могу возразить и исполняю каждую вашу просьбу... — Что ты говоришь..? — шокированно посмотрела на парня Асахина-сан. Руи улыбнулся. — Я не могу пережить того, что моя любовь оказалась такой лицемерной женщиной. — он театрально всхлипывает. — Поэтому, вернувшись домой, я пишу прощальное письмо, где рассказываю о наших отношениях и причине моей смерти... также оставляю около него сегодняшние фото и... шмыг-шмыг-шмыг, я вскрываю себе вены... но потом осознаю, что не хочу умирать и вызываю скорую. Врачи забирают меня, а найденную записку передают органам полиции и — вуаля, вы уголовница! А что, звучит здорово, согласны? — Что это за глупости?! — испуганно кричит женщина. — Ты... ненормальный! Убирайся! — Ах, раз вы так жестоки, мне остается только воплотить свой план в жизнь... до встречи в суде? Он привстает, но женщина не выдерживает раньше. — Т-ты провалишь полиграф! — Асахина-сан, человек, который может собрать полиграф из подручных средств, не может его провалить. — он пожал плечами. — Я абсолютно ничего не чувствую и ни о чем не волнуюсь: любые мои показания признают правдой. — Ты не рискнешь убить себя..! — Ох, поверьте, у меня уже есть опыт. Он немного отодвинул рукав своей куртки и водолазки под ней: женщина ахнула, увидев проглядывающий шрам. — Ну так что? — парень самодовольно улыбнулся. — Мне уходить или мы поговорим? — Что ты хочешь? — сквозь зубы спросила женщина, садясь на стул. Руи присел следом. — Не давите на свою дочь. — он нахмурился. — Вы для неё самый дорогой человек, так почему же вы так бессовестно пользуетесь её любовью к вам? — Я никогда... — Бросьте. — он зло фыркнул. — Ваши фокусы со слезами и чересчур показательными переживаниями за дочь не сработали, и что вы сделали? Довели своего ребенка до побега из дома, вот так дело! — Это все влияние её друзей. — Правда, может, вы и правы. — он пожал плечами. — Мафую ведь хочет и дальше общаться с ними? Пожалуйста — рано или поздно она поймет, что дружба переоценена и несет... только боль. Но сейчас, почему вы так против? — Я просто... — начала было женщина. — Ваша дочь очень умна. — улыбнулся Руи. Но не опасно, а более... по-доброму. — Вы боитесь, что она бросит все ради музыки и подруг? Или что она перестанет учиться ради поступления? Что она не воплотит ваши мечты вместо вас? Серьёзно, почему вы так боитесь дать ей больше свободы? Поговорить с ней, как та, что поддержит и примет, а не навяжет ей какие-то чувства. Мафую любит вас. И ей очень важно, чтобы вы её приняли. Её настоящую, а не созданный для общего одобрения образ. Она... грустит, потому что вы так ничего и не поняли. — И ты готов искалечить и свою, и мою жизни, чтобы я и Мафую помирились? — женщина недоверчиво ухмыльнулась. — Мне себя уже давно не жаль. — Руи отводит взгляд. — С собой я уже давно все решил. Но ваша дочь... её друзья... я просто хочу отплатить им за то, что они делают для меня. Поэтому... когда Мафую будет готова... поговорите с ней. Но для начала, перестаньте быть эгоисткой. — Эгоисткой? — Вы уже давно не заботитесь о своей дочери. Только о себе. — он покачал головой. — Подумайте о вашем разговоре еще раз. И решите, что для вас дороже — её оценки и профессия будущего или её чувства и счастье. — Ты всего лишь подросток. — женщина нахмурилась. — Не тебе учить ме... — Я все сказал. — парень равнодушно поднялся с места. — Фотографии у меня, также как и готовность в любой день воплотить свой план в жизнь. Не прекратите давить на Мафую, вам не поздоровится. — ...Уходи. — Я передам Мафую-сан, что вы не злитесь на нее и будете ждать её возвращения столько, сколько потребуется! — с внезапной улыбкой проговорил парень, направляясь на выход. — О, и не думайте, что я отстану от вас! Любое слово, сказанное Мафую-сан вами будет мною услышано! — Как т... — Секрет. До встречи, моя любовь. — он игриво помахал телефоном. Девушка закусила губу. Больше Руи ничего не сказал: вышел из чужого дома и не спеша поплелся домой. Однако, ему на глаза попался укромный переулок... в который он поспешил завернуть. Там было пусто и спокойно: он прислонился спиной к стене какого-то здания... и осел, уперевшись головой в колени. — Спасибо. — послышалось из его кармана. Руи хмыкнул. — Это не для вас. — Это ради них, да? — Кайто отчего-то не грубил ему. Необычно. — Исчезни с моего телефона. — прошипел парень. — И без твоего голоса паршиво. Вокалоид молчал. Но Руи видел исходящий от его телефона свет. Певец не уходил. И Камиширо это не очень нравилось. Но он немного устал... и в его груди что-то болезненно заерзало с новой силой. — Ты был близок с нами из другого секая? — после недолгой тишины спросил Кайто. — Кто знает. — Хочешь заболеть, сиди тут и дальше. — вокалоид негромко кашлянул. — Но если ты не хочешь заставлять других волноваться, лучше приходи в наш секай. — Вау, с чего такая доброта? — Просто тащи свою тушку сюда. — фыркнул Кайто. — Мы хотим поговорить с тобой. Мику тоже. — Черт с тобой... — вздохнул Камиширо. — Мне все равно надо рассказать о том, как прошел разговор с той психичкой. — Спасибо за это. — Катись к черту. — Руи фальшиво-зло ухмыльнулся, доставая телефон. Да... пусть его в это и втянули вокалоиды, он ничуть не жалеет. Но почему? Он уже знал ответ. "Дерьмовые ощущения" — вздохнул Руи, немного сжимая свою водолазку на груди, параллельно включая "Untitled"