Побочка.

Фил пожал плечами и, погасив свет в комнате, оставив лишь свет ночника, быстро разделся до нижнего белья и нырнул в теплую постель к жене. Она прижалась к нему. Филипп улыбнулся, когда она положила ему руку на его грудь. - Как думаешь, - спросила Алла, - то, что Рая сказала про Галкина - правда? - Ну для него же лучше, чтобы это оказалось правдой. - Почему? - А я баб не бью. А какой он мужик, если с мужиками спит? Фу, даже руки марать о него не хочу. - Слава Богу. Я уж думала, как тебя отговорить. - А я вот не понял - зачем Рая тебе мазь для груди дала? У тебя что-то болит? - обеспокоенно спросил Фил. - Да я сама не знаю. Вроде - нет. Но когда нажимаешь, там побаливает какое-то уплотнение. Посоветовала мне пройти обследование по возвращении в Москву. - Хоть какой-то здравый совет. - Ну ладно тебе. Она все же мне помогла, - улыбнулась Алла и потянулась рукой к тумбочке, намереваясь достать банку с мазью, - Как думаешь, мазать надо одну грудь или обе? - Без понятия. Ну намажь обе - для профилактики. Мало ли. - А говоришь, не веришь! - засмеялась прима. Филипп улыбнулся, но ничего не сказал. Несмотря на его упрямый скепсис, в глубине души он и вправду давно поверил. Но сознаваться в этом, даже самому себе, почему-то не хотел. Молча он наблюдал, как Алла, скинув одеяло, присела в постели и, зачерпнув немного мази, стала размазывать ее в правильном порядке, который показала ей знахарка. - Тебе помочь? - спросил Фил и, не дождавшись ее ответа, окунув пальцы в мазь, принялся растирать ее на другой, здоровой груди. - Ой, - шикнула от боли Алла, когда сама случайно нажала на грудь слишком сильно. - Что такое? - Филь, мне кажется, у меня тут что-то твердое… посмотри. - Да нет, тебе так кажется, - ответил супруг, приложив ладонь к ее груди, - Болит? - Немного. Филипп наклонился и нежно поцеловал то место, которое болело. - А так? - спросил он. - Лучше, - едва заметно улыбнулась Алла, поставив закрытую баночку с мазью на тумбочку, - а…можешь еще поцеловать?.. - тихо спросила она, - твои поцелуи излечивают лучше всякой мази, - Фил улыбнулся и, нависнув над ней, повторил поцелуй в том же месте. Нежно, чтобы не сделать ей больно. А затем поцеловал то же место на другой, здоровой груди: - Для симметрии, - пояснил он, улыбаясь. - А для профилактики? - спросила женщина. И снова он наклонился и поцеловал прежние места. По одному поцелую - нежному, ласковому, исцеляющему на каждую грудь. И оставил еще один поцелуй на новом месте, чуть ниже ореолы соска. Правой рукой погладил здоровую грудь, слегка сжимая ее, пока оставлял новые, едва касаемые поцелуи на другой. Заметил, как жена прикрыла глаза и откинула голову назад, на подушку и вытянулась немного вперед, как бы подставляясь ему для дальнейших ласк. Она уже дышала глубже, и Филипп видел это по тому, как приподнималась ее грудная клетка. - Все, профилактика окончена, - чмокнув еще раз Аллу чуть ниже груди, Филипп поцеловал ее в лоб и собирался лечь, но супруга перехватила его, затянув в долгий глубокий возбуждающий обоих поцелуй, - Что ты со мной делаешь… - прошептал ей Фил на ухо. От его горячего дыхания, которое было слишком близко к эрогенной зоне, она почувствовала, как в самом низу живота становится влажно, - я же могу не сдержаться, - прошептал Фил, из последних сил пытаясь сдерживать свое нарастающее возбуждение. - И не надо, - ответила Алла, целуя его, - не сдерживайся. Я люблю тебя. Он начал целовать ее ключицу, зону плеч, опускаясь к болезненной груди. Мазь, нанесенная на проблемную зону была без запаха и вкуса, и воспринималась скорее как лубрикант, чем что-то мешающееся. Горячими губами он обхватил возбужденный сосок, посасывая его, в то время, как другая рука сжимала здоровую грудь. Он целовал сосок, ласкал его языком, и от этого Алла простонала, ближе прижимаясь к нему. Рукой подсказала - взяв его руку и заставив сжать сильнее возбужденную грудь. Фил боялся сделать ей больно, но она так часто дышала и приглушенно томно стонала, что он осмелел. Расцеловал ей все, что когда-то было намазано мазью, особое внимание уделяя стоящему соску. Ей хотелось, чтобы он вошел в нее. Безумно хотелось, и она потянулась рукой к его трусам, стягивая их. Филипп уже давно был готов, на головке его члена образовалась естественная смазка, которая выделялась капелькой. От этого зрелища Пугачева возбудилась не на шутку. - Войди в меня, - прошептала она ему на ухо, притягивая его к себе, - пожалуйста. Филипп дышал часто от сильного возбуждения. Ему очень хотелось выполнить ее просьбу, но он отлично помнил, что так делать нельзя. Еле сдерживая себя, он сглотнул слюну: - Не могу. Нельзя, Аллусенька. Давай по-другому. - Как? - задыхаясь, она буквально дрожала от желания. Влагалище давно уже горело, от возбуждения налившись кровью, эта зона требовала внимания. Фил устроился между ее ног, разведя их руками немного в стороны. Целовал внутреннюю сторону бедра, медленно опускаясь поцелуями к намокшим насквозь трусикам. Поцеловал интимное место сквозь них, на что Алла выгнулась, издав громкий стон. - Пожалуйста, - прошептала она, запуская пальцы в его шевелюру, - я тебя очень прошу…