* * *
дальше жизнь будто в корне поменяла свой ход. Андрей на похоронах только телом, мысли его где-то в юности собственной, где взбалмошный парень по имени Миха Горшенев, которого все товарищи звали кратко «Горшок», предлагает ему стать частью группы. которая, вскоре, будет именоваться «Король и Шут», а они с Михой и ребятами начнут писать свою сказку. трудно смириться с тем, что человек, который зажигал огонь во многих сердцах, сейчас, холодный и безжизненный, лежит в гробу, который на глазах Князя погружают в катафалк. трудно смириться с тем, что им все-таки не была дана возможность поговорить нормально. трудно смириться с тем, что он, Князь, не сделал это, когда видел Мишу в последний раз. ведь тогда уже понимал, что подкошенное здоровье в юности, давало о себе знать сейчас. а ведь он совсем немного не дожил до своего сорокалетия.* * *
Уставшим путником войду в твою я спальню Без приглашения, тайком, без лишних слов
июльское солнце освещает комнату, в этот же момент Андрей ощущает касание к своему плечу. выдыхает, улыбается, чувствуя, как слезы выступают на глаза. сердце болеть начинает, колоть, а по телу разбегаются табуны мурашек. Князь переводит взгляд за плечо, встречаясь с карими, до боли родными глазами.И этот миг мне силы даст, залечит мои раны И он сумеет сердце мне согреть
— с юбилеем, Мих. десять лет прошло, — слезы берут верх. потому что нечестно и несправедливо, потому что не должно быть так. Горшок сейчас перед ним такой же, каким Андрей увидел его впервые. даже зубы — которые Миха так отчаянно просил всех найти — на месте еще были. — а ты только красивей стал, Дюх, во Агатке повезло-то! — да пошел ты к черту, Горшок, — Андрей смотрит на того, чувствуя, как внутри все спазмом боли сводит, той, которая с ним бок о бок идет эти десять лет. рядом шагает, напоминая о себе каждый раз, припоминая, что Князь еще не отпустил. и не отпустит. будет писать их сказку, выступать со своим репертуаром и репертуаром «Короля и Шута». потому что эта сказка еще не закончилась.