Непревзойдëнный Его Высочество

Незаметно пролетали месяцы совместной жизни преданного верующего и его единственного божества. Они порядком сблизились, и Се Лянь стал замечать за собой интересные изменения. Каждый раз, смотря на Хуа Чэна, в его груди нарастало доселе неизвестное или давно забытое чувство. В мимолетных прикосновениях, совместном сборе рухляди, вечерних разговорах и прогулках, посиделках за столом.. Каждый раз тело принца заполнялось особой, неизведанной нежностью. В отличии от других, демон заботился о нём, считал замечательным и неповторимым. И бывшее божество всеми силами старался отдать своему верующему столько же преданности в ответ. Совсем скоро довольно шаткая хижина превратилась в вполне себе уютный и крепкий дом, даже с редкими элементами декора. Парочкой благовоний, письменными принадлежностями, шелковыми занавесями на окне, нормальной кроватью. Прикосновения постепенно становились нежнее, более частыми, разговоры обо всем на свете стали лишь одной из приятных частей рутины двух «людей». Казалось, Хуа Чэн каждый день каким-то неведомым способом узнавал что-то новое, дабы снабдить полезной, и не очень, информацией своё божество. На деле же все было гораздо проще. Се Лянь все чаще стал замечать взаимодействия демона с другими, более слабыми, которые слушались его, как своего господина. Вскоре, Хуа Чэн даже перестал отходить в сторону, и, по просьбе Его Высочества, подчинённые демона приходили в само жилище, почтительно приветствуя своего хозяина и принца. Они приносили ценную информацию, свитки, порой Хуа Чэн пытался расспросить что-либо касаемо Безликого Бая, но, к сожалению или к счастью, таковой информации не находилось. Но Се Лянь знал, он не исчез. Он определенно не рассеялся и сидит где-то в укромном месте, восстанавливая былую силу для.. – Стало известно, что совсем скоро, возможно открытие горы Тунлу. – Подчинённый Хуа Чэна, покорно опустивший голову, докладывал всевозможную информацию. Лицо его закрывала маска дракона с острыми клыками, а на руках и ногах виднелась чешуя, будто он в самом деле являлся этим существом. Сам свирепый демон сидел на стуле, откинувшись на его спинку и слушал со скучающим выражением лица. Но, как только гость заикнулся о горе Тунлу, оба: и демон, и принц подняли головы в более заинтересованном жесте. Как было уже известно, гора Тунлу – это также медная печь, которая открывается раз в сто лет, позволяя достойному по силе демону, пройдя через множество сражений с себе подобными, усовершенствовать свою мощь и стать непревзойденным. Сильнейшим из существующих рангов демонов. Проще говоря – Князем. На данный момент во всех трёх мирах существовал лишь один непревзойдённый – первый и единственный – Несущий беду в белых одеяниях, он же Безликий Бай. Во время каждого открытия медной печи тысячи демонов разных рангов собирались там, дабы попытать свою силу и удачу, в надежде стать выше и сильнее, над головами своих сородичей. Но так случалось, что чаще всего демоны истребляли друг друга, или им просто не хватало сил дойти до конца, и оказаться внутри медной печи. Стать непревзойденным поистине смертельно опасно, и неимоверно трудно. Но риск иногда все-таки бывает оправдан, не так ли? Пока Его Высочество глубоко задумался над кое-чем, Хуа Чэн продолжил расспрашивать своего слугу об этой теме. – Требую разузнать как можно более точное время этого события. Информация нужна вся и в кратчайшие сроки. – Голос был пропитан необычайной строгостью и преисполнен уверенностью. Будто Хуа Чэн прямо сейчас был готов нырнуть с головой в медную печь, дабы стать сильнее ради своего Высочества. Чешуйчатый слуга покорно кивнул, и удалился прочь из дома. Повернув взгляд на своего бога, огонек в глазах из горящего стал щемяще тёплым, но с ноткой беспокойства. – Гэгэ, мне кажется, что Безликий Бай не упустит возможность побывать на горе Тунлу, дабы усилить свою мощь после восстановления, и поэтому, думаю мне стоит.. – Это более фамильярное прозвище вошло в привычку у свирепого демона, а Се Лянь, не то, чтобы был против. Ладонь принца, который наконец вышел из своих глубоких раздумий, легла на демоническое плечо и слегка сжалась. Его Высочество хоть и смотрел серьезно и слегка тревожно, но в его глазах виднелась решимость. – Верно, я тоже об этом подумал. После восстановления он, может, и силен, но не настолько, как ранее и ему придется побывать на горе Тунлу снова. Победив его в медной печи, появится возможность.. Избавиться от него навсегда. – Длинные и изящные пальцы чуть сильнее сжали чёрные одежды демона, пока тот, в свою очередь, не накрыл холодной рукой чужую, слегка поглаживая, успокаивая. Принца порядком умиротворили и по особенному тронули эти прикосновения, и он, глубоко вдохнув, продолжил. – Нам непременно стоит наведаться на гору Тунлу в её открытие, наших сил должно хватить на преодоления большинства препятствий, только главная проблема.. Мы не до конца готовы. Нужна поддержка со стороны твоих подчинённых.. А-Чэн, ты не мог бы.. – Хуа Чэн внимательно слушал своего принца, пропуская каждое слово и мысль через себя, но в какой-то момент слегка нахмурился, и пальцы на чужой ладони сжались сильнее. – Ваше Высочество подает замечательные идеи, и я непременно воспользуюсь этими не совсем бесполезными существами, но.. Гэгэ не стоит так рисковать, отправляясь на гору Тунлу со мной. Доверься мне, я справлюсь с безликим Баем ради Вашего Высочества и стану сильнее.. – На этот раз малость хмуриться пришлось уже принцу. Его план заключался немного в другом, к тому же он не мог позволить своему единственному верующему в одиночку ступить в столь опасное сражение не на жизнь, а на полную смерть, исчезновение. Хотя его тронула эта непоколебимая преданность и готовность на все ради своего Высочества. Он глубоко вздохнул, заправляя за ухо демона выбившуюся прядь, тем самым вызывая удивленный и слегка смущенный взгляд второго. – Гэгэ.. Что.. – Се Лянь нежно огладил бледную скулу своим шершавим пальцем, отрицательно помотав головой. – Я ни сколько не сомневаюсь в способностях своего Диди, но бой с Безликим Баем - это мой бой, А-Чэн.. Я обязан присутствовать там. И это я обязан стереть это ничтожество с лица земли. Я понимаю, что ты тоже родом из Сяньлэ, но я все-таки наследный принц, да и он нацелился именно на меня по какой-то причине.. – Брови Хуа Чэна взлетели вверх, и несмотря на смущение от нежных прикосновений, он все-таки поднял серьезный взгляд на Се Ляня. Взор сквозил беспокойством и долей сожаления. – Я готов принять волю Его Высочества, но ты должен пообещать, что позволишь мне быть до конца боя рядом, защищая и помогая в этом. А еще.. Возможно, Его Высочеству неизвестно, но из горы Тунлу выходят демонами, и дабы повергнуть Безликого Бая, Вашему Высочеству придется.. – Демон не смог договорить. Ему было слишком тяжело и горестно произносить окончание мысли. Но Се Лянь вопреки словам, знал на что постепенно соглашается, знал суть своего плана и был готов принять такой исход. Он взял лицо Хуа Чэна в обе ладони, и прислонился лбом к чужому, продолжая оглаживать скулы. Почему-то данное действие казалось принцу столь правильным, столь желанным уже вот как некоторое время. Оно успокаивало и одновременно придавало уверенности, становлясь всеобъемлющим, окутывая сердце и душу. Диди уставился на своего Гэгэ не в силах произнести и слова. Всё его внимание рассеялось под мягкими прикосновениями изящных пальцев, тёплым дыханием так близко с собственным лицом и алых губах, к которым в тот час захотелось припасть своими. От подобных мыслей Хуа Чэн малость смущенно отвёл взгляд. У него не было возможности покраснеть, но казалось, что щеки все-таки малость горели. Се Лянь лишь тепло улыбнулся на реакцию демона, а после продолжил с слегка печальным вздохом. – Я понимаю, как это выглядит.. Но, А-Чэн, тебе ли не знать, что смерть в моем случае не будет окончательной.. Я все также смогу находиться рядом со своим верующим. Даже, возможно.. Ближе, чем когда-либо. Я полностью осознаю́ весь риск.. А боль не вечна, она пройдет. К тому же я буду знать, что где-то есть тот славный демон, который ждет меня. Или.. Диди расстроится, если я стану таким? – Поборов мимолетное смущение, демон положил свои прохладные ладони на плечи принца, слегка сжимая от нахлынувших эмоций разной тональности. Его распирала нежность, уверенность, страх, горе и ещё кое-что очень тёплое и укутывающее одеялом одновременно. – Этот верующий будет поклоняться Его Высочеству всегда без исключения, какую бы дорогу на своём пути тот не выбрал, ведь Его Высочество - единственный достойный звания божества и верующих.. – Хуа Чэн издал тяжёлый вздох, который ему не особо требовался, после чего, слегка сведя брови у переносицы, уверенно произнёс. – Тогда позвольте этому слуге сопровождать Ваше Высочество до самого конца, оберегая. Я буду всеми силами сводить боль и трудности на Вашем пути к нулю. Я многим обязан тебе, Гэгэ.. И следовать за тобой, защищая, это лучшее о чем я мог мечтать, и меньшее, что хочу сделать для тебя. – Непоколебимая вера в него самого раз за разом трогала Се Ляня до глубины души и сердца. Заставляя то бешено стучать, отдаваясь приятным теплом по всему телу. Он не мог не улыбнуться, кивнув, приисполненный уверенности и чего-то ещё более сильного и волнующего. Но в горле, словно странный ком, застыл ещё один, давно волнующий принца вопрос. – Ты говоришь, что многим обязан мне, А-Чэн.. К тому же не в первый раз. Но к своему стыду я не припомню, чтобы где-то встречал тебя раньше. Я бы не посмел забыть столь удивительного человека.. Прошу, скажи, мы где-то встречались в государстве Сяньлэ? – Хуа Чэн загадочно промолчал. Се Лянь было подумал, что задал весьма неудобный вопрос, и хотел было отшутиться, но заметил, как взгляд демона падает на относительно давно нарисованную картину на стене. «Судьбоносный прыжок над улицей Шэньу». Принца пробило резкое осознание. Его давняя теория оказалась.. Правдивой? Возможно такая реакция на простой взгляд была чересчур бурной, но Его Высочество не смог сдержать накатывающих эмоций. Притянув за лицо Хуа Чэна ближе, чуть ли не повалив того в свои объятия, Се Лянь воскликнул. – Так ты.. Так значит.. Хунхун-эр.. Это ты?! – Демон на этот резкий порыв не смог сдержать улыбку, уверенно кивая, и не капли не сопротивляясь крепкой хватке. Лёгкое покалывание в уже давно мёртвом сердце отдавалось малой дрожью по телу. – Почему же.. Почему же ты раньше не сказал? Хунхун-эр.. А-Чэн, я.. Так благодарен тебе, ты бы только мог представить.. – Выпалил принц и тут же заключил Хуа Чэна в крепкие объятия, чем вызвал неподдельное удивление второго, но не долго думая, демон ответил тем же, прижимая своего бога ближе к себе. Бабочки в его животе трепетали, а душа ликовала, словно он добрался до прохладного оазиса спустя долгое скитание по пустыне. Уткнувшись в теплые волосы своего принца, Хуа Чэн прошептал. – Я боялся, что Его Высочество не помнит, кто такой Хунхун-эр.. Не нужно благодарности. Гэгэ.. Ты заслужил её гораздо больше моего. Те слова, что ты мне сказал тогда.. Лишь благодаря ним я до сих пор стою перед тобой. И если другие демоны становятся сильнее и обретают форму из-за ненависти и злости, иногда мести.. То я.. – «Из-за всепоглощающей любви и преданности к тебе.» Скромно осталось висеть на языке. Глаза Се Ляня стали немного влажными. Он крепко обнимал холодное тело, скользя ладонями на спину, пытаясь успокоить своё разбушивавшееся сердце. Пускай демон запнулся, но принцу не нужно было дословно знать продолжение фразы, чтобы хотя бы догадываться о её значении. В любом случае, стимулом продолжать существовать по сей день для Хуа Чэна стал никто иной, как Его Высочество наследный принц государства Сяньлэ, Се Лянь. – Тогда.. Я тоже последую твоему примеру, Диди. И пусть одна из моих целей это уничтожить Безликого Бая.. Делать я буду это с мыслью о том, что став сильнее.. Мы сможем также защищать друг друга, навсегда оставаясь рядом. – Принц поднял голову и взглянул в горящие глаза напротив. Он уверенно и одновременно счастливо улыбнулся, не переставая обнимать Хуа Чэна крепко, будто тот был его последней надеждой к жизни. Сердце бешено стучало, а взгляд Се Ляня медленно упал на слегка приоткрытые губы демона, которые слабо подрагивали в волнении. Поймав себя на столь необычной доселе мысли, Его Высочество покрылся румянцем, и вновь спрятал своё лицо в чёрных одеяниях юноши. Они казались.. Довольно мягкими, и наверняка такие сладко-прохладные. Душа Се Ляня трепетала от подобных рассуждений и он все больше убеждался, что чувствует к своему самому преданному и единственному верующему необъяснимо сильную привязанность, нежность и такую же необычайную.. Влюбленность? За все свои годы жизни принц придерживался обета воздержания и целомудрия, никогда не смотрел на других людей в плане партнерства. Но сейчас, путь самосовершенствования казался таким дурацким ненужным пустяком, особенно по сравнению с манящим предвкушением ощущения чужих прохладных, бледных губ, сильных и таких же прохладных рук на своей талии, которые заключали в крепкие и надёжные объятия, как бы скрывая в пучине заботы от горестей и несправедливости внешнего существа. Где-то далеко, за пределами вселенной, где все три мира схлопнулись, и остался лишь один единственный, маленький и такой тёплый, нежный, как лепестки цветущего персика, и яркий, как листва клёна в самый разгар прохладной осени, или молитвенный фонарь, освещающий мрачный небосвод одним из множеств праздничных дней. Хуа Чэн был верен, предан и необыкновенно заботлив. Умен, силен.. Восхитительно красив и, самое главное, относился к Се Ляню так, словно тот был самым ценным сокровищем во всех мирах вместе взятых и ещё за его пределами. Демон со времён жизни следовал за своим принцем, стараясь всеми силами оберегать его, пытаясь стать достойным, пытаясь подарить Его Высочеству то, что тот всегда заслуживал – признание, похвалу, уверенность в себе и, самое главное, верного человека, который пройдет через любые трудности, дабы основать всеобъемлющее благополучие для того, ради кого сердце, пусть уже не бьется, но все еще находится в бледной груди. И Се Ляню очень сильно, до дрожи в груди и мозга костей, захотелось ответить Хуа Чэну тем же. Защитить от всего мира, укутать нежными лепестками белых цветов, подарить каждый солнечный луч, лениво пробирающийся сквозь шёлковые шторы по утрам. Преподнести к ногам каждую свежую рассветную росинку и ночную звезду. Эгоистично хотелось, чтобы все эти звезды стали сиять лишь для них одних, забывая о существовании других существ. Хуа Чэн в образе Умина шел за принцем до конца, боготворя его и восхищаясь. Восхищаясь, как в беспредельном великолепии, так и валяющимся в грязи. Поклоняясь, как чистому божественному образу, так и запятнавшему руки в крови мстителю. Он принимал его любым, и Се Лянь был готов рассыпаться в благодарностях на целые сотни лет, но место этого лишь мягко прикоснулся к невыносимо желанным губам, оставляя почти целомудренный и невинный поцелуй, который полностью источал любовь и всю ту благодарность, которая была готова литься водопадом. Хуа Чэну захотелось взвыть. Любовь всей его жизни и смерти, смысл существования и единственный неповторимый бог.. Поцеловал его. Застенчиво, едва ощутимо коснувшись губами, но этого хватило, чтобы эмоции яркой волной окунули демона с головой. Он сначала распахнул, а потом блаженно прикрыл глаза с слегка дрожащими чёрными ресницами, прикасаясь губами в ответ, также чувственно и целомудренно. Бледные руки сильнее сомкнулись на талии принца, а красная нить на среднем пальце одной из них слегка дрогнула. Несколько минут они лишь слегка сминали губы друг друга, взаимным смущением и неизвестностью не позволяя себе большего, как вдруг в дверь хижины постучали. Принц резко вздрогнул, приходя в себя из пучины сладкой влюбленности и перевёл слегка взволнованный взгляд на дверь. Со стороны демона показался скорее раздражённый испепеляющий прищур. В помещение вошёл все тот же демон с маской дракона на лице и чешуёй на коже. – Прошу прощения за беспокойство, мой Господин. Мы разузнали более точное время до открытия горы Тунлу - около одного десятилетия. – Десять лет не казалось таким уж скорым промежутком времени для простых смертных. Но в мире демонов и божеств 10 лет и впрямь были событием, которое «вот-вот произойдёт». Хуа Чэн лишь сдержанно кивнул, а Се Лянь, более менее собрав себя из ванильной лужи в серьёзного человека, сказал. – Десятилетие это довольно подходящее количество времени на более тщательную подготовку. А-Чэн.. Не мог бы ты сказать примерное число своих подданных? Например.. Может ли их хватить на.. Основание поселения, в котором будет более удобно тренироваться подальше от людских и божественных глаз? – Услышав просьбу, Хуа Чэн тут же совладал со своими мыслями, обещая вернуться к ним чуть позже, и глубоко задумался над серьёзными вещами. Спустя недолгое количество времени демон кивнул в подтверждение. – Если удастся собрать всех демонов, которые находятся в моем подчинении в одном месте, то их хватит на что-то вроде города. Но даже если их окажется недостаточно, это не проблема. Можно не с бóльшим усилием подчинить ещё такое же количество при необходимости. Если Гэгэ нужно более.. «безопасное» от чужого влияния и божественного вмешательства место, можно основать что-то наподобие города, в котором будет селиться лишь нечисть. Если Его Высочество окажет честь.. Помочь своему Диди в данном деле, подчинение нечисти и строительство города пройдет куда лучше. Все-таки Гэгэ - принц. – Эта идея шла точь в точь с предполагаемыми планами Се Ляня, поэтому ему осталось лишь уверенно кивнуть и бросить слегка по особенному мечтательный взгляд за окно, произнося. – Уверен, нам с А-Чэном по силам основать.. – Его Высочество на момент задумался, но решил не придумывать что-то сверхъестественное, поэтому просто продолжил. – Призрачный город. Я с радостью окажу содействие. Не думал, что когда-нибудь титул.. Градоначальника сможет стать возможным для нас.. Будем руководить им вместе, Диди. –