Болезнь

Куникида ненавидит болеть. Он болеет редко, однако, когда Доппо заболевает, то собирает весь красочный букет симптомов, которые заставляют его валяться в постели, помирая от чёртовой простуды. Бледноватое лицо, насморк, который настолько надоел, что мешает думать, высокая температура, которая не сбивается пару дней, полное отсутствие аппетита и рассеянность. То, что Куникида заболевает коллеги замечают по последнему симптому. Когда вечно собранный Доппо резко пару раз за день роняет ручку из рук или пару минут просто пялит в монитор ноутбука. Начинает напрягать. И ведь самое раздражающее, что он будет работать, просто надев маску на лицо, пока Йосано не погонит его взашей из офиса с пачкой таблеток в руках. Дазай не любит, когда его напарник болеет. Нет, не потому что Дазай лишился объекта над которым можно подшутить. У него для этого вагон и маленькая тележка людей. Это из-за вяжущего и тревожного ощущения в груди. Волнение о напарнике, друге. Однако, Дазай пока не понимает этого. Или не хочет признавать. "Помирает там небось" – Думает Осаму, сидя на диване в офисе. Когда Куникида болеет, то почему-то становится непривычно тихо. Давит на мозг. Йосано сидит в своём кабинете, Ранпо уехал на другой конец Йокогамы, прихватив с собой Ацуши. Кёка и Кенджи куда-то ушли, Танидзаки умотались на первый этаж в кафе. Обычно при таком раскладе в офисе оставался хотя бы Куникида, но в этот раз его нет. Тишина смертельная. И скука. Глубокий вдох и шумный выдох. "Пойти проведать его?" – Проносится в голове шатена мысль. Довольно странная. С каких пор он решил заботиться о ком-то? Но с дивана он встанет и направится к выходу. На улицах Йокогамы пасмурно. Неудивительно, что Доппо заболел. Погода отвратительная, сейчас идёт сезон дождей. На сегодняшний день дождь шёл уже 2 раза с перерывами, и видимо скоро должен был полить вновь. "Готов поспорить он ничего не ел." – Дазай посматривает в сторону магазина. В следующее мгновение он выходит из него с двумя пачками заварной лапши. Просто потому что готовить он не умеет, да и не собирался как-то трудиться. Медленно шагая, он осматривается. Людей почти нет, а если и есть то с недовольными лицами и с зонтиками, как с оружием. Таким образом он доходит до квартиры Куникиды. Дёрнул дверную ручку – ну конечно же закрыто. Но когда закрытые замки останавливали Осаму? Правильно, никогда. Пару движений отмычкой и путь открыт. Квартира у Куникиды аккуратная, чистая до невозможности. Возможно от того и уютная. Подстать хозяину. Блондин валяется на футоне в своей комнате, одна рука лежит на лбу, вторая на животе. Одну ногу согнул в колене. Ну прям страдающий человек. Непонятно, спит он или нет. Рядом лежит коробка сухих салфеток, лекарства и стоит наполовину пустой стакан воды. Длинные золотистые волосы распущены, они оплели подушку и плечи Куникиды, Дазай видит его с распущенными волосами наверное первый раз. Зато очки на нём. – Рефлексируешь? - Доносится от Дазая. Он садится рядом с напарником на корточки со своей обычной улыбкой, проверяя спит он или нет. Куникида, не ожидающий увидеть вообще кого-нибудь, чуть вздрагивает и смотрит на Осаму удивлёнными глазками, несколько раз похлопав светлыми ресницами. – Ты чего тут забыл? Я же закрывал дверь. - Куникида хмурится, пытается вспомнить, действительно он закрывал входную дверь или стал настолько рассеянным. – Нееет. - Тянет Дазай - Совсем раскис, Куникида-кун, как так-то, м? Ну не важно, я тут пришё- Дазая перебивает недовольный голос Куникиды, который уселся на футон. – Лучше уходи, а то заразишься ещё. Осаму улыбается шире и чуть посмеивается. Доппо как обычно отказывается от любой заботы в его сторону, зато пытается заботиться об остальных. – Ну как же я тебя оставлю? Я зря лапшу тебе покупал что-ли? И не отпирайся, я знаю что ты ничего не ел, а лапша лучше, чем ничего. Куникида опять удивлённо хлопает глазами. Вот это внезапная забота. В особенности она внезапная от Дазая. Осаму уходит на кухню, оставляя Доппо в непонимании всей ситуации. Он слышит, как напарник ставит электрический чайник и гремит тарелками. Возвращается через пару мгновений и вновь садится рядом с больным. – Как чувствуешь себя? - Дазай выглядит искренне заинтересованным. – Голова раскалывается, да и горло болит. - Жалуются ему в ответ и вздыхают. И вдруг Куникида чувствует руку Дазая на своём лбу. – Мда, ну, температура у тебя есть - Осаму ведёт руку со лба к волосам Куникиды после этой фразы, легонько поглаживает его. Доппо, от подобной ласки замирает сначала, а потом вздыхает и чуть хмурится, но гладить себя позволяет, чуть наклоняет голову для большего удобства. Как будто способность Дазая не только аннулирует чужие способности, но и от головной боли спасает. А Дазай знает, что спасает. По крайней мере у него так. Когда Осаму болел и мучался от головной боли, спасало только поглаживание по голове от Одасаку, один из приятных отрывков воспоминаний. Шатен лишь сильнее зарывает руку в чужие волосы. Они очень мягкие, и в данный момент не причёсанные, пахнут приятно. Хочется просто сидеть вот так долго-долго в молчании друг друга. У Куникиды ещё и вид такой домашний, непривычно видеть его таким. Из своеобразного транса их вырывает щелчок электрического чайника. Дазай сначала колеблется перед тем, как убрать руку. Слишком много нежностей на сегодня. Куникида выглядит смущённым, но данное действо не комментирует, лишь взгляд в сторону отводит. Осаму на это лишь тихо хмыкает и идёт на кухню. Возвращается с двумя тарелками заваренной лапши и палочками для еды. Одну тарелку отдаёт Доппо. – Спасибо, Дазай. - Отвечает напарник на данный жест, начиная нехотя есть. – Да ладно тебе, как будто это что-то сверхъестественное. Считай благодарность, что ты мне постоянно есть или пить напоминаешь. Дальше едят в тишине, но она не неловкая. А какая-то своя, комфортная и домашняя. Тарелки откладываются в сторону, а Дазай опять решил играться с волосами Куникиды, не каждый день же такая возможность выпадает. – Дазай, если ты заразишься, то я тебя лечить не смогу. – Ну если болеть, то вместе. Напарники же. – Дурацкая шутка. – Я знаю.