Двадцать четыре часа на прощание

С самого начала жизни Сян Тянь Да Фэйцзи удача ему не сопутствовала. Денег никогда не было, а потому парню приходилось крутиться как мог и работать на нескольких работах одновременно. Но в какой-то момент он обнаружил, что ему достаточно легко даётся писательская деятельность. Он стал писать. По началу заработок был невелик, но со временем читателей прибавилось и дело пошло. Но с каждой главой Сян Тянь Да Фэйцзи понимал, что это стало неким бременем. Каждый день приходилось писать неимоверное количество текста. Он стал уставать и уже даже денежная компенсация не радовала. С поклонниками пришли и хэйтеры. Читатели желали читать о похождениях главного героя, не интересуясь другими персонажами и сюжетными линиями. Пытаясь им угодить, парень навлёк на себя большей гнев недоброжелателей. Они кричали о том, что в сюжете куча дыр, что описание каждой девушки одинаковы. Но они не понимали, что с такой скоростью, с которой пишет автор, просто не остаётся сил и времени на красочные описания. Сюжетные дыры раздражали самого Сян Тянь Да Фэйцзи, но ничего с этим он сделать не мог, ведь фанатам нравилось, а хейтеры даже после этого будут негативно относится. После смерти и чудесного "перерождения" он превратился в Шан Цинхуа, второстепенного персонажа, созданного его рукой. Что перед этим, что после, жизнь не отличалась лёгкостью. Он сам подписал себе приговор, превратив жизнь персонажа в полное болото. Парень продолжал волочить своё тяжелое существование так же как и раньше. На побегушках у Мобей-цзюня и "работая", грушей он мечтал умереть. Но в последнее время всё изменилось. После того как Шан Цинхуа чуть не ушёл, демон стал относиться к нему иначе. Теперь у него была своя хорошая комната, он не терпел избиений и порой кажется, что Мобей стал теплее по отношению к нему. Но по какой-то причине сегодня, когда Система заявила о возвращении, не единый мускул не дрогнул на лице Цинхуа. В душе поселились противоречивые чувства. С самого начала он цеплялся лишь за собственное благополучие и сейчас... Он уже не знал чего желает на самом деле. В тот момент когда демон попросил его остаться он остался. Но желал ли этого на самом деле или поступил из жалости и подобных чувств? На плечи упал тяжёлый груз. – И... Что теперь? – он был растерян. Сами по себе замелькали воспоминания. И почему именно сейчас он вспомнил как Мобей-цзюнь спас его и кормил лапшой? Сначала такой ход мыслей сильно его напугал, а потом пришёл гнев: – С чего это я об этом вспомнил?! – но на самом деле он пытался скрыть за гневом свой испуг и панику. Сегодня демон оставался во дворце и Цинхуа не было нужды куда-то идти. Мобей дал ему больше свободы и не принуждал следовать за собой даже в своих владениях. Одевшись, Шан направился к покоям хозяина. Есть совсем не хотелось, от волнения начинало тошнить. Он шёл, не зная что будет говорить и делать. Одна часть души кричала о том, что нужно сказать, а вторая упрямо тянула назад. У двери Лорд замешкался. И зачем он это скажет? Что бы тот помог найти решение и остаться? Или просто известить об уходе? Наверняка ему не поверят, решат, что он шутит или чего хуже... Что хочет с такой отговоркой сбежать, тогда придётся совсем не сладко. Неожиданно тяжёлая дверь отворилась, чуть не прибив Шан Цинхуа. На пороге показался высокий молодой мужчина, взгляд которого был ледянее айсберга. На миг показалось, что эти льдинки колыхнулись в удивлении, но наверняка просто показалось, ведь их вновь охватила стужа. – Что ты здесь делаешь? – его тон не был гневным, он вообще ничего не выражал, но этот ровный голос прозвучал как гром среди ясного неба в пустом дворце. Цинхуа дёрнулся в сторону, но заметив недовольный взгляд демона сразу выпрямился по струнке. В один щелчок его тело покинула вся та храбрость и уверенность с которыми он пришёл, намереваясь рассказать о случившемся. – Мм... Да ничего, просто мимо проходил! – и сразу дал дера. Мобей-цзюню оставалось лишь в недоумение смотреть тому вслед. Он не был глуп, что бы понять, что Цинхуа приходил именно к нему, но видимо испугавшись, передумал. В душу к демону закралось какое-то неприятное чувство, которое он не мог объяснить.

***

– Да ну к чёрту! – выплюнул Лорд Аньдин, забегая обратно в свою комнату – Лучше просто исчезну и всё... Будто я ему обязан! Он завалился на кровать лицом вниз и почему-то нахлынула грусть. Только Шан начал погружаться в свои тёмные мысли, как отворилась дверь. Жалко скрипнув, она пропустила внутрь демона. Хоть Цинхуа догадался о том, кто мог это быть, всё же не повернулся. Но похоже такое поведение нисколько не разгневало пришедшего и он, присущем ему холодным тоном, сказал: – Ло Бинхэ ждёт меня у себя и велел привести тебя с собой. Что?! Зачем он этому-то демону сдался?

***

Во дворике при дворце Ло Бинхэ находилась небольшая беседка, способная уместить в себе шесть человек. Там-то и сидели учитель с учеником. Они тихо о чём-то беседовали, когда к ним подошли двое. – О, Мобей, Лорд Пика Аньдин. – поприветствовал прибывших Бинхэ. Неожиданно в голову Цинхуа пришло предположение, о котором раньше он не подумал: наверняка у Цинцю та же проблема... Его озадаченный и в то же время обеспокоенный взгляд на Шеня не скрылся от внимания Ло, но он промолчал. Юань же, тоже заметив выражение лица названого брата, сказал: – Братец Самолёт, ты бледноват. Не заболел? – На себя посмотри, сам не белее! – выпалил Шан, но в тот же миг застыл – Как ты меня... Он перевёл настороженный взгляд на демонов. Один, слегка нахмурившись, посмотрел на него, а второй даже бровью не повёл. Цинхуа очень сильно напугало поведение Ло. Даже если он не придал значения этой фразе, почему его взгляд столь остр, а поведение сдержанно? Это совершенно на него не похоже! Он просто не мог вести себя перед Цинцю подобным образом, этот ученик всегда ластится к учителю, а сейчас... – Я считаю, что вам следует поговорить наедине. – серьёзно сказал Бинхэ – И нам с Мобеем тоже. Стоило демонам удалиться, как Цинхуа подскочил к другу. Сердце бешено билось, а по крови в большем количестве разбежался адреналин. – Неужели тебе тоже... – Да. – коротко ответил Цинцю, кладя веер на деревянный стол – Я всё это время думал, что делать, но ничего годного в голову не приходит. – Братец Огурец, как же ты не знаешь? Ты же такой умный, собственную смерть сымитировал, а сейчас ничего не можешь придумать? – в сердцах высказался Шан. Он сам не понял как стал рьяно желать остаться. Только несколько часов назад он метался между двух миров, а сейчас, стоило услышать, что всё решено, не мог с этим смириться. – Это другое. – тихо ответил Юань, но затем встрепенулся и воскликнул – А чего это ты на меня кидаешься? Твой же роман, чего от меня хочешь? – Эй! Ничего я от тебя не хочу. Только вот когда тебе нужно было шкуру свою спасать, то сразу решение нашёл, а как и мне помощь нужна, так ты не знаешь. – Это совершенно разные вещи! Тогда я смог обмануть Бинхэ, но даже при таких обстоятельствах, я не смог перехитрить Систему. Повисла напряжённая тишина. На лбах обоих мужчин от напряжения выступили вены. – Ты ему рассказал? – через какое-то время спросил Цинхуа. – Да. – И он поверил? – Верно. Призадумавшись, Шень добавил: – Конечно это очень странно и невероятно, но он принял все мои слова с полной серьёзностью, без тени сомнений. – Тебе не кажется это странным? Может он в психушку тебя закрыть хочет... – похоже Лорд сам не понял, что сказал. – Ты дурак? – выгнул бровь Юань – Какая психушка? Или у тебя здесь и такое есть? – Ой, да забей, ляпнул не подумав. – махнул рукой тот. Опять молчание. Но на этот раз его разбавила глупость Сян Тянь Да Фэйцзи, потому они немного расслабились. Тут Цинхуа будто осенило и он с глазами, что округлились до размера тарелок, уставился на товарища: – Он что, собрался... – Рассказать Мобей-цзюню всё то, что рассказал ему я. – подтвердил его догадку Цинцю.

***

Оставив позади деревянную беседку, украшением которой стал дикий плющ, демоны свернули в глубь сада. Некоторое время они шли в безмолвии. До них доносился разговор двух оставленных позади мужчин. Те говорили нетихо, но точно расслышать о чем они говорят было трудно. – У меня серьёзное дело. – первым нарушил молчание Ло. – Я весь во внимание. – серьёзно, но с нотками безразличия ответил Мобей. – Это касается моего учителя. Выдержав паузу, он добавил: – И Лорда пика Аньдин. По лицу ледяного демона было невозможно понять о чем он думает, ни единый мускул не дрогнул на его лице. Но лишь он чувствовал, что творится в его душе. Это было неприятное чувство, вызванное непонятными эмоциями, которые Мобей переживал до этого, но так же не знал, что они значат. Но кое-что он смог точно различить в бушующих чёрных водах своего сердца. Это... Чувство, предвещающее беду.