Пока цветёт вишня

Январь, 1984 год. По возвращению в город было принято решение, вести себя как раньше. Дабы не вызвать подозрений в школе. Вероника вернувшись в квартиру ещё раз убедилась, что теплом и семьёй тут и в помине не пахнет. Постель была идеально застелена, ни одного изъяна, и пахло порошком. Значит Саша всё таки был убирался здесь. Хотелось взять и разбросать тут всё, чтобы хоть немного было не похоже на гостиничный номер. Хотя даже там не было так чисто. Несветова переодеваться в то самое тёплое платье,атласной лентой подвязывает волосы и спешилп на работу мужу, который в это время был в школе на проверке. Девушка доехала на такси, и встретили её мрачно, вернее вообще никто не взглянул. Все бегали с документами, старшие ученики несли парты и стулья. А девочки мыли окна и подоконники. Она сразу заприметила Риту, которая без особого интереса натирала стекло губкой. —Долго ты уже окно мучаешь так? — голубоглазая поднимает взгляд, лицо её сразу меняется. —Привет Вероника, ты какими судьбами? Если ты к... — она замолкает и играет бровью. — То пока никак, он у директора. —Нет, я не к нему. Я к Саше, скажи не видела его? — Несветова озирается по сторонам, в поисках знакомого лица. —Видела, — девочка хмурится. — Он вместе с директором пошли в кабинет. А потом и Игорь за ними пошёл. —Как? Всмысле пошёл? Ты не слышала что нужно было? — карие глаза испуганно смотрят, а руки ложатся на плечи подростку. —Нет, они шли молча, а Игорь хмурый вообще сегодня целый день, — Рита откладывает губку и манит за собой. — Есть вариант подслушать, пошли. Они поднимаются по лестнице, когда им путь перегруждает Ивочкин,в компании своей пищи. Он хищно улыбается и спрашивает. —Ритуля, куда ты идешь? — мальчик спускается на две ступеньки к ним. —Свали, тебе итак уже пару раз прилетело, — не став продолжать диалог, она отодвинула пиявца и продолжила с Низкой путь. Возле кабинета директора ходил вперёд-назад Валерка, кажется он нервничал. Ещё что-то так тихо нёс себе под нос. Глаза его выражали недовольство, особенно то как желваки играли на лице. Завидев друзей он в два шага оказался рядом. —Валер, что случилось? —Вероника кусала губы, руки её дрожали. —Без понятия, мы должны были встретиться на этой перемене. Надо было кое что обсудить с ним и Левой. Я уже шёл к нему, а тут он в кабинет идёт,только плечами пожал. —А Лëва где? И что вы должны были обсудить, — Рита сузила глаза, внимательно осматривая парня. —Вопрос о Мэри, — бросает тот, стараясь сделать как можно безразличнее лицо. —А нас в это дело посвятить не хочешь? — не сдаётся, а Лагунов ещё больше бесится. —Послушай Рит, — на мгновение глаза краснеют. — Я хочу это обсудить с парнями, у вас такое спрашивать нельзя. По морде дадите и всё. Надо будет, я к вам подойду. А пока мне лицо моё дороже. Щеки парня краснеют, кажется Вероника догадывается что хочет спросить. Она издаёт лёгкий смешок и прячет улыбку ладонью. Итак уже как рак красный, больше смущать не хочется. Наконец дверь открывается, Корзухин выглядит спокойным. Он тут же видит ребят, при виде возлюбленной он ещё больше удивляется. Он оглядывается по сторонам и подходит. —Вы чего тут? — глаза бегают от одного к другому. —Я тебя жду вообще то, — Лагунов поправляет очки и кивает на девушек. —А они переживали из-за того что ты был с Плоткиным у руководства. Кстати для чего? —Плоткин скотина, — скалится мужчина, хлопая себя по карманам. — Он копать под меня начал, Вероник, будь осторожна. Нам лучше разойтись. Она кивает, и Саныч вместе с Валерой идут к лестнице. —Так чего ты хотел? — спустившись, физрук закуривает в своей каморке. —Короче, с Левой я наверное не буду это обсуждать. Я хочу сегодня встретить Мэри из гимназии, — начинает стратилат, и смотрит на сигарету, дымящуюся в руках друга. — Ну я тебе похлопаю, а я то тут причём? — бывший вожатый негодует, и изгибает бровь. —У меня родители уезжают, а я её к себе хочу сегодня пригласить. Ну, — он снова краснеет, теперь ему совсем стыдно. Корзухин молчит долго, затем начинает громко смеяться. Теперь то до него дошло, чего ему надо. Совет. Он делает тягу и улыбаясь говорит. —Ты с ней переспать собрался? А она тебя в какую нибудь жабу не превратит тамтам? Руки распустишь, а она бах и в жабу тебя. Возможно кстати потом в ресторан отдаст, лягушачьи лапки сделают. —Так если я буду жабой, как лягушачьи лапки то сделают,— вампир совершенно не понял шутки. — Да и не должна она меня прибить. У нас каждый раз всё к этому идёт, и что-то обламывается. В прошлый раз это был Лëвка. —И правильно сделал, ты серьёзно хотел её первый раз в школе? Совсем идиот. А с Настей у вас же было? — Саныч откровенно начинает издеваться над товарищем. —Было, —коротко отвечает брюнет. Мэри по приезду снова не застает отца дома, лишь только записку, об очередном отъезде по работе. Не то чтобы девушка сильно расстроилась, просто иногда хочется поговорить с ним. —Тоскуешь принцесса?— Денис появляется перед ней, она уже не боиться и не пугается. —Привет, —совсем тихо говорит и обнимает призрака. — Знаешь, меня мучает предчувствие. Парень прижимает её к своей холодной груди, даря ей свою ласку. —Не тебя одну. Поэтому я и пришёл, — размыкает объятия и опирается на письменный стол. —Градет что-то тёмное, и я не знаю как тебе помочь... Женская ладонь разглаживает смятую рубашку, а его глаза рассматривают то самое колечко. Губы расплываются в улыбке, так приятно знать, что его помнят. — Знаешь, хотя ты наверное наблюдал за нами, — начинает она и поджимает губы. — Оказывается моя мама знала о вампирах, и она дружила с отцом Павлом. Я хочу сегодня вместе с Максимом съездить к отцу Глебу, тренировка и Совета спросить. —Хорошо, а что насчёт Валеры? —Все не так плохо, даже хорошо. По крайней мере, я уверена что он не сделает мне больно. Только доктор всё время косится на него, возможно он и имеет право на это, но мы с Лëвой столько раз доказывали ему обратное... Лагунов старший кивает, его действительно что-то беспокоит. Это странное чувство беды. Самое наверное обидное, так это то что он не знает как это произойдёт и возможно ли избежать. Они долго молча стоят друг на против друга. Мэри выходит из подъезда, когда на глаза ей попадается Буравцев, лицо которого заметно изменилось за дни что они не виделись. Под глазами залегли тёмные мешки, щеки впали. Он в миг оказывается напротив неё. —Я так рад что ты вернулась, — его руки обшаривают её, как бы проверяя всё ли в порядке. — Как я то рада, ты я смотрю не в школьной форме, — глаза бегают по парню. —Да. Слушай, поехали с отцу Глебу, мы давно не тренировались, — бывший пиявец осматривается по сторонам, заставляя девушку смутиться. —Максим, если хочешь едь, я позже приеду. У меня есть дело одно. Как видишь я тоже в школу не иду, — поправляет выпрямленные волосы и носом ботинка пинает снег. —Так давай я с тобой пойду, а вместе потом поедем. —Так, — она закатывает глаза и продолжает. —Максим, я доверяю тебя многое, но у меня есть и своя личная жизнь. Давай без этого, окей? Всё мне надо идти. Брюнет наклоняется к её лицу, явно намариваясь поцеловать, но та отворачивается. —Не надо. Больше не говоря ни слова уходит, парень от злости рычит. Снова провал. Тёмный будет в ярости. Макс прячет руки в карманы пуховика и спешит на автобус. Пора всё доложить. Старая школа выглядит немного ярче в отличии от гимназии. Тут есть чувствовать дружбы, тем временем как у девушки этим не пахнет. Там готовы убить ради своей выгоды. И в прочем Мэри иной раз придерживается этого же мнения. Иногда эта жестокость, позволяет трезво оценивать ситуацию, не прощать чужие ошибки. В гимназии эмоции это слабость. Девушка скидывает куртку на лавочку в коридоре, и смело цокая небольшим каблуком ботинка идет на третий этаж. Сейчас идёт по счёту четвёртый урок. Лестничный пролёт пахнет хлоркой, дезинфекция значит идет. —Мэри? — её аккуратно берут за плечо и разворачивают к себе. —Лëвка, — улыбается и обнимает товарища. В нём девушка видела заботу по отношению к Рите и к ней. Ему важно было мнение всех. И не смотря на своё прошлое, он живёт с этим и не унывает. Синицкая часто сравнивала его поведение с Денисом. Было что-то общее. —Уделишь мне время? — шатен немного смущается, и та кивает. Они поднимаются на третий этаж, про себя она отмечает как Лëва не аккуратно погладил рубашку, хочется дать подзатыльник. Он тяжко вздыхает и начинает. —Мэри, я думаю тебя могу доверить. После приезда мы с Валентином Сергеевичем были на базе. —Для чего? —Оружие, святую воду готовили. Для Плоткина. В общем доктор хочет убить Валерку, когда тот последний фрагмент плиты соберёт. Я пытался ему объяснить всё, но он твердит что я себя ведут так из за того что друзья. — Да у этого алкаша совсем крыша едет как я понимаю, — взгляд её меняется совершенно. — Черт, и что делать? —Я не хочу чтобы это произошло. Но мне нужен совет. —Лев, поезжай к отцу Глебу, сядешь на автобус и до конечной. Сразу хижина будет видна. Я не помощник тут. Он послушает тебя. Ему можно верить, — Мэри заботливо сжимает ладонь друга и слышит звон. — Давай скорее, пока тебя не увидели. Тот кивает и сломя голову бежит к лестнице. Теперь девушка ещё больше чувствует тревогу, она так неприятно сжимает сердце в тисках. Из кабинета выходит Валера, который сразу замечает серые глаза. Он подходит к ней и целует в щеку. —У тебя вид не здоровый, что-то произошло? — ведьма лишь опускает взгляд. Как сказать о том, что может произойти... Ближе к вечеру она приезжает, сегодня на улице страшнее чем обычно. Она обнимает себя руками, стараясь успокоиться. Единственный фонарь горит возле дома. В его свете она узнаёт знакомый силуэт Максима. Теперь его лицо абсолютно безразличное, раньше она этого не видела. Когда та подходит к лестнице то спрашивает. —Ты давно тут? — он не глядя на неё кивает. В избушке пахнет травами, благовониями. На столе стоят несколько чаш, а возле раковины сам отец Глеб. — Отец Глеб, здравствуйте. — тот поворачивается на неё и улыбается. —Здравствуй душенька, как у тебя дела? Готова к тренировке? —Всё хорошо, скажите к вам сегодня мальчик приезжал? — она собирает волосы в хвост. —Нет, сегодня не было никого абсолютно. Я да Максим, а что? — глаза мужчины странно сверкают на секунду, заставляя испугаться.. —Нет, ничего. Буравцев стоит уже без куртку на улице, его глаза прожигают дыру в ней, когда та встаёт напротив него. Сегодня всё идёт не так как должно. —Начали! Бывший пиявец кидается на брюнетку, в многие ока швыряя на снег. Всё совершенно не так. Ногой она успевает пнуть в живот, но ему хоть бы хны. Перед ней не товарищ сейчас. Боль в пояснице даёт о себе знать и она со стоном поднимается. Как назло магия блокируется, давая Максиму больше приимущества. Сероглазая уклоняется от ударов. А тот целится по лицу. В какой то момент она видит как в руке его что-то сверкнуло. Не успев отмахнуться Мэри чувствует боль в предплечье. Ткань спортивного костюма разрезана, а из раны сочится кровь. —Макс, —теперь ей страшно совсем, он словно зверь. Даже в Валере она не видела такой угрозы как в нём. А отец Глеб молча буравит взглядом. Синицкая хватает куртку со снега и бежит на остановку. Что за чертовщина происходит здесь. Надо ехать к Лёве. Возможно он сейчас на базе. В автобусе рана сильнее кровоточит, девушка глотая слезы магией пытается прижечь её, но не получается. Гараж оказывается распахнут и она настороженно заходит. —Лева? — на хирургическом столе лежит окровавленное тело. Мэрилин сразу узнаёт парня. Срывается на бег, он выглядит в точности также как и Анастасийка. Шея разрезана, и медленно вытекает алая кровь. Взгляд мальчика устремлён вверх, а одной рукой он держится за живот. —Нет, Лëвушка, миленький, —начинается самая настоящая истерика, она пачкается о его кровь. —Миленький пожалуйста очнись. Она давит на грудную клетку, хоть и понимает что зря. Её кто-то пытается оттолкнуть от тела, но та как орлица отмахивается от них. Кажется Игорь хватает её за талию и пытается оттащить. От ярости девушка кричит, звуковая волна заставляет лопнуть склянки. Товарища отбрасывает на пару метров. Серые глаза становятся красными. Она вся в крови своей и его. Руки сами вытаскивают кварцевый камень из кармана. —Давай же, — девичья рука заносится над грудью парня и вонзает осколок прямо в сердце. Яркая вспышка ослепляет её. Силы покидают.