Моккачино

      Единственный выходной день подошёл к концу. Начался новый рабочий понедельник. В комнате Мины и Момо было спокойно. Будильник едва пробил семь часов, как Хираи лениво дотянулась до него, ставя на беззвучный режим и снова отходя ко сну. Сегодня Момо должна была идти на тренировку, но внутри она устала настолько, что продолжала игнорировать вибрацию будильника под ухом до того, как Мина сонно с ней не поздоровалась.       Сама Мёуи выглядела не лучше. Вчера она с Чеён и Дахён прогуливалась по магазинам: три девушки очень вымотались. А ночует Мина с Момо потому, что сама напросилась в её комнату на место отсутствия Чонён. И этой ночью они не веселились, ничего не делали вместе — только иногда перекидывались глупыми фразами насчёт ближайшего японского камбэка и саб-юнита MISAMO.       — Доброе утро! — вяло обратилась к Момо Мина. — Не помнишь, во сколько мы легли? Было где-то около часа ночи, да?       Момо согласилась. Продвинулась ближе к Мине и обняла подругу за плечи.       — Как спалось? Ты часто просыпалась, я помню.       — Да, это всё бессонница. — Момо оглядела лицо своей подруги и показушно прикрыла глаза, доказывая Мине, что она действительно плохо спала. — Может, тебе что-то снилось?       — Снилось, — улыбнулась Минари. — Мне снилась ты и то, как мы с тобой пошли куда-то. А, это была вечерняя прогулка. Но думаю, я просто устала вчера, если это серьёзно снилось мне вместо моей работы.       Момо была настолько уставшей, что пропустила рассказ Мины. Её голова упала на плечо подруги, когда Хираи вновь отходила ко сну. Чтобы не прервать мечты и не напугать, Мина осторожно положила руки на талию старшей японки, думая, что утренние крепкие объятия бы никому не помешали. Тем более что и самой ей хотелось быть рядом с кем-либо.       — Только не говори, что ты сейчас снова заснешь. — Мина, желая видеть подружку, отстранившись, случайно задела её нос. — Не спи, Моморин, тебе нужно в спортзал.       — Ещё пять минут, пожалуйста! — умолила Хираи. Она улыбнулась и уткнулась в шею подруги. — А после работы мы с тобой сможем погулять.       Удобно устроившись, Момо засопела. Наверное, это была одна из самых милых её привычек. Мине особенно нравилось, когда она сама лезла с объятиями и поцелуями, а потом засыпала, оставляя на душе Мёуи незабываемое приятное чувство. Но не сказать, что они были близки — скорее, они только начинали сближаться. В один момент Момо поняла, что начинает привязываться к своим девочкам, и решила быть к ним более открытой. И первой, кому особенно повезло со вниманием Хираи, стала Минари. Только вот она могла расценивать это как выражение более чем дружеских чувств. Но Момо действительно была серьезна в своих отношениях.       Иногда Мине было тревожно от того, что, если бы она предложила подруге обсудить это наедине, комфортно и спокойно, Момо бы отнеслась к её мнению пренебрежительно. Однажды Момо повела себя немного грубо по отношению к ней, и поэтому внутри себя Мина переживала, как бы ситуация не повторилась снова. Это произошло, когда все девочки собрались за столом, и Мёуи захотела подсесть рядом с Момо, но та уже нашла себе местечко. Отказной ответ показался Мине настолько неряшливым и задел её, что она задумалась, как бы ответила Момо на её признание в любви. И Хираи бы ответила на него так же отрицательно, ведь, если смотреть на её взгляд к романтическим отношениям, ей может быть некомфортно.       — Моморин, доброе утро! — уже достаточно громко произнесла Мина, и её любимая подруга всё же открыла глаза.       Момо отстранилась, отодвинулась и взглянула на часы. Ей казалось, что она и правда спала пять минут, но на будильнике была половина восьмого — время, когда Хираи должна выходить из ванной. Всё-таки поднявшись, невольно вздохнув, Момо взяла с прикроватной тумбы свои крема, маски и гели и, одарив Минари вымотанным, но тёплым взглядом, вышла из комнаты.       Оставшись наедине с собой, Мина вновь начала думать. Она часто проводила время за рассуждениями, которые могли касаться всего: её пребывания в группе TWICE, её личной жизни… И мыслям о Момо было особое место — такое, что Минари могла думать о ней много и долго. Ей вспомнились слова Момо о возможной вечерней прогулке, и, как бы Мёуи не хотелось надоедать подруге, она решила обязательно ей о ней напомнить: вдруг повезёт. Мина, позволив себе думать о Хираи, привычно закрыла глаза и улыбнулась, представив, чем бы они с Момо могли заниматься вдвоем. Если бы она одобрила, Мина бы не отказалась от похода в кино — на её любимый жанр, романтику, которую Мина не любит совсем. Или они могли бы сходить на пикник, как Момо уже однажды ходила с Наён.       Время проходило для Мины очень медленно. Сегодня она никуда не спешила, поэтому одна осталась дома в ожидании Момо. И хотя она не давала Мине точного обещания, вера у той всё же была. Мина долго сидела на кровати, думая над тем, как бы грамотно выразить свои предложения Моморин, чтобы не вызвать удивления или обиды и не надоесть. Она смотрела в окно, выжидая подругу вошедшей в здание компании. А когда же Момо пришла, Мине даже не потребовалось напоминать о том неловком свидании, ведь Хираи почти с порога уведомила её об этом.       Внутри Мёуи чувствовала себя самой обрадованной девушкой среди всех остальных.       — Зато ты ни за что не представишь, что я почти угнала машину с какими-то незнакомыми бородатыми мужчинами, — рассмеялась Момо, рассчитывая, что Мина смогла бы поддержать её хвастовство. — Они не узнали меня, не переживай. Или они могли бы подумать на тебя, если бы у нас действительно получилось угнать машину… И, пожалуйста, оденься теплее, на улице холодно.       И всё равно беспокойство не отступало. Особенно тогда, когда Мина, выбирая себе лучшую толстовку на вечер, почувствовала чужое дыхание возле затылка, а после Момо предложила ей взять тёплую белую накидку на плечи. Тогда, в своих мыслях, Мина испытала большой шок. И несмотря на то, что среди всех девочек это считалось не чем-то плохим и неуважительным, а, наоборот, показывающим свою заинтересованность, Мёуи опять приняла действие Момо как что-то должное. Поэтому на выходе из здания компании она отошла, пропуская Хираи вперёд, при этом выдавливая из себя лукавую улыбку и возбуждение.       По ходу прогулки по парку девушки приняли решение поужинать в ближайшем ресторане. Момо старательно расхваливала меню и гриль этого заведения, рассказывая Мине, насколько отзывчивый там обслуживающий персонал, что этого было вполне достаточно, чтобы они и в самом деле завернули в этот ресторан. Мина, признаться, испытав большой стресс в течение дня, потеряла желание ужинать чем-то деликатесным, поэтому остановилась на дешёвом блюде имони, пока Момо, внимательно изучая меню каждой страницы, заказала себе огромный шведский стол. Так как она давно не посещала Японию, а вспомнить её отныне могла только через фотографии и для этого отведенные рестораны, она выбрала сукияки из дащи из раздела набэмоно.       — Я, наверное, вообще ничего не буду есть, — тяжело вздохнула Мина, продолжая разглядывать меню. И тут её взгляд был задержан на напитках. — Слушай, я нашла один очень привлекательный напиток…       — О нет! — Момо отмахнулась рукой, догадавшись, что же такого может сказать подруга. — Дома ты пьёшь очень много рамунэ, а это такой ресторан, в котором о дешёвой газировке можно забыть. Посмотри, ты можешь выбрать алкоголь: сакэ, сёту, виски. — Девушка указала на верхний раздел со спиртными напитками.       — Нет, я правда не хочу. Тогда я закажу кофе.       — Кофе?       — Да, моккачино. Самое высокое, с добавлением всех сортов шоколада и корицы. Это сейчас подходит под моё настроение.       — М-м-м… — протянула Хираи. Она покачала головой и устремила взгляд на бегающих вокруг одной пары официантов. Те приносили им слишком много еды. И Момо решила напомнить про качество гарниров и обслуживающего персонала: — Ожидание здесь всего двадцать пять минут, не больше. Это тоже большой плюс для заведения: когда ты голодная прибегаешь сюда, ты ждёшь очень мало, но за эти полчаса тебе приносят всё самое горячее и аппетитное. Знаешь, я была так вымотана после своих тренировок! — Момо приложила руку ко лбу и на секунду прикрыла глаза. — Кстати, а почему это у тебя нет настроения?       Пересёкшись взглядом с Миной, Момо заметила, что подруга не настроена на такой разговор сейчас. Мина молча глядела на подругу, её кисти рук нервно подёргивались, а нога под столом в треморе тряслась. Когда Момо попыталась привлечь внимание девушки к себе, помахав перед нею рукой, она поняла, что Мина почти зависла и не смотрела ни на кого другого, как на неё.       — Очнись, ответь мне! — Хираи Момо было очень интересно, поэтому она пощипала Мину за щёчки. И только тогда она всё же заполучила своё внимание: — Ты такая загадочная, будто тебе есть что сказать. Что происходит, Мина?       Мина сама бы знала, что с ней происходит. Просто в один момент она вновь задумалась, насколько же красива Момо, и вся сконцентрировалась на её обворожительных чертах лица. Несколько секунд они молча смотрели друг на друга, и Мёуи бы хотела, чтобы это время протянулось надолго. Ей очень нравились глаза Момо, её улыбка, скулы — всё это заставляло её не отрывать глаз от красавицы Хираи.       — Думаю, мне и правда есть что сказать, — отлипши, натянуто улыбнувшись, проговорила Мина. — Но, пожалуйста, дай мне момент об этом умолчать.       Оглядев заведение ресторана, чтобы убедиться, что поблизости нет людей, которым была бы интересна эта драма, Момо потянулась рукой к руке Мины и накрыла её своей ладонью.       — Почему?       — Хочешь узнать? — Девушки снова встретились взглядом. — Я голодна.       Момо убрала руку, когда заметила приближающегося к их столику официанта. Думая о том, что Мину можно вытащить на разговор на улице, Хираи сразу попросила бариста принести счёт. Ещё раз оглядев Мину с ног до головы, Момо приступила к ужину: включила плиту на средний огонь и взяла палочками сырое мясо.       — Приятного аппетита, дорогая, — напоследок бросила она, прежде чем довольно промычать. Рука потянулась к алкогольному сакэ и сделала первый безобидный глоток, в то время как палочками Момо перевернула мясо из тарелки на другую его сторону. — Чего не ешь? Тебе помочь разделать рыбку? Хочешь это попробовать? — Момо указала на свою чашку.       — Нет, не надо, спасибо.       Для вида того, что она проголодалась, Мина придвинула к себе чашку имони и зачерпнула на ложку немного бульона — это тоже казалось ей чем-то тяжелым, и Мина, глотнув совсем немного, почувствовала, как у неё совсем нет аппетита, и отставила тарелку на предыдущее место.       Момо начала волноваться. Зацепила палочками жареный тофу и говяжье мясо и обратилась к Мине:       — Может, всё-таки попробуешь? Это очень вкусно! — Девушка показывала всё своё восхищение прикрытыми глазами и довольной улыбкой.       — Я…       Мина не успела договорить. Встретилась с мясом, перед этим ошарашено взглянула на Момо и откусила маленький кусочек.       — Ну как?       — Вкусно.       — Я рада, — Момо улыбнулась.       Когда Минари дожевала, Хираи опять предложила ей свою еду.       — Что насчёт тебя? — Мина бегала глазами от чашки с пищей к глазам подруги. — Ты же была очень голодна. Ты уверена, что, если ты будешь угощать меня, когда у меня тоже есть еда, ты останешься сытой?       — Я в этом не сомневаюсь, — улыбнулась Моморин. — Всё ещё думаешь забрать порцию с собой?       Мёуи согласилась. Она ещё раз взглянула на принявшее безобразный вид своё блюдо и приняла окончательное решение.       Дождавшись, когда Момо наестся, потеряв аппетитность к рыбным морепродуктам, Мина попросила одноразовый большой стаканчик под кофе. Под довольные говоры подруги Мина размышляла, как со стороны могло выглядеть её поведение. Так, например, она могла поставить Момо в неловкое положение перед остальными: когда Мина публично отказалась от еды, ей померещилось, будто бы большинство посетителей ресторана глазели прямо на неё укоризненным и осуждающим взглядом. Минари, почувствовав легкий дискомфорт и повышающуюся внутреннюю тревожность, принялась оправдываться перед подругой за свои поступки, дескать, я пошла с тобой за компанию, когда вдоволь наелась дома, поэтому у меня не было достаточно аппетита, который я могла бы разделить с тобой. Момо, естественно, успокоила лучшую подругу, сказала, что ничего страшного в этом нет и она ценит мгновенное присутствие Мины, на что последняя, кстати, ответила с заметной досадой, явно что-то умалчивая. Зато когда девушки покинули душное помещение, Момо удалось расслышать, как Мёуи мимолётно её полюбила. Будто бы эти слова Мина выбрасывала в другую сторону и на ветер.       Момо же не смогла пропустить это действие — она специально освободила ближайшую к Мине руку, и уже спустя некоторое время (которое Мина могла потерять на раздумья) младшенькая осторожно взяла её ладонь. Не глядя на неё, Хираи улыбнулась, обращая всё своё внимание на проезжающие мимо маршрутки и автомобили, а иногда даже ей было интересно наблюдать за остальными людьми.       Когда Мина почувствовала, как Момо крепче сжала её ладонь и попыталась сцепить её пальцы в замок, она вновь сообщила ей, как сильно ценит и любит это совместное время.

***

      — Ну что вы, что вы? — встречала с довольным прищуренным лицом подружек Чеён. Она потрясла за плечи Мину, взглянула на Момо, всю запыхавшуюся и уставшую, потом обратила внимание на пакет с продуктами и едой, забранной из ресторана, и взяла эти продукты сама, чтобы девушки могли свободно раздеваться. — Как сходили-то? Как там обстановка? А мальчики какие? Недавно мы с Дахён гуляли: встретили таких страшных парней около того же места. Мне подумалось, что и вы бы могли столкнуться с ними лицом к лицу, но вам сегодня очень повезло. О! А какие блюда японской кухни ваши любимые? Хочу маме заказать. А! Вы знали, что такой же ресторан откроют ближе к нам? Почти рядом, и мы сможем бегать туда на перекусы. Ну нет… Видела бы я те цены, хотя по вашим лицам всё и так понятно. Момо, ты как? Машина ещё не взорвалась упражняться?       — Подожди, Чеён, подожди, — более раздраженно выдавила полностью измученная сегодняшним днём Моморин, отмахиваясь от Сон как от назойливой мухи. Нынче Чеён была для неё слишком болтливой.       — Момо кормила меня, это было очень вкусно! — как удачно соврала Мина, жестикулируя, будто бы это могло значить большой шок.       — Да? Этого, почему-то, не видно. Почему твой живот такой плоский? Ты точно ела сегодня? — Сон Чеён рассмеялась.       — Она съела больше меня, — лениво добавила Моморин, имея в виду любопытство Мины к своему блюду, но не пытаясь оскорбить её предпочтения. Когда она заметила смятение Мёуи, она поспешила добавить: — Мне самой понравилось ужинать с Миной, она — замечательный компаньон. — После Момо, несчастно уставшая девушка, опрокинув тонкий стенд с вещами, разувшись, пожелала девчонкам всего доброго и пошагала в душевую.       В своей комнате Мина обнаружила Момо уже отходящей ко сну. Атмосфера между ними была довольно напряженная, но, когда Минари бесшумно легла на край кровати, она почувствовала, как в комнате стало ещё жарче. Или, может, беспокойство Мёуи сыграло здесь свою роль. Она одним глазом взглянула на подругу: Момо занимала большую часть кровати, и нужно было мягко попросить её открыть для себя больше места. Она, кажется, тоже почувствовала напряжение, если вся съежилась и сжалась, немного поёрзала и перевернулась на другой бок от Мины. А потом Мине показалось, будто плечи Момо вздрогнули, и поэтому она легонько коснулась подушечкой пальца её спины.       — Ты спишь? — прошептала Мёуи, но в ответ получила тяжелый вздох и молчание. — Если ты меня слышишь, то я бы хотела, чтобы ты посмотрела на меня, пожалуйста.       Хираи предстала перед Миной нахмуренной. Ее глаза были закрыты, но она нервно задерживала дыхание. Этому можно было найти объяснение как головная боль или усталость, если бы Момо, всё также не кидая взглядов на Мину, не попыталась до неё дотронуться. Волнения на душе Минари стало ещё больше, когда Момо вдруг открыла глаза и сделала всё возможное, лишь бы лежать с ней тесно.       Мёуи Мина подумала, что к ней возвращается паническая атака, потому что Хираи посчитала положить голову на её плечо лучшей для отдыха позой; однако для первой довольно дискомфортно, ещё и понимая, что Моморин ей симпатизирует, лежать молча, не имея при себе никаких объяснений. Приложив руку к сердцу, пытаясь так унять быстрое его биение, Мина широко открыла глаза и устремила взгляд на всё, что не движется и не могло бы напомнить ей об этом странном чувстве любви и верности перед старшей девушкой.       — Но не так близко, — Мина сглотнула комок в горле, но из-за ограничения своих действий была вынуждена положить руку на талию Хираи.       — Зря я выпила твоё моккачино, Мина-чан…       Пробормотав это сонно, Момо удалось заставить младшенькую переживать так, как она, могло бы ей показаться, не волновалась никогда.       — Что? Ты выпила моё моккачино?       — Да, я это сделала. Просто перед тем как пойти в ванную, я решила заняться физкультурой. Совсем немножко! Вдруг захотела пить, а на столе стоял твой стаканчик с кофе, и от него приятно пахло. Я подумала: «Совсем немного, пару глотков, сестрёнка не будет против!» — и выпила. Так получилось, что оно придало мне бодрости, и я долго не могла отключиться. И вот когда я почувствовала желание отойти ко сну, пришла ты и разбудила меня.       — Ясно. А обнимать меня зачем?       — Когда я обнимаю людей или мягкие игрушки, я быстро засыпаю. Это у меня своеобразная немая колыбельная…       — Что?       — Это странно, я знаю. Но также я сделала это потому, что слишком тебя обожаю, чтобы ты могла продолжать чувствовать себя одиноко…       — Моморин, — тихо прошептала Мина, почти перебив лучшую подругу, — мне больше жалко кофе. Я даже не успела его попробовать: бегала из комнаты в комнату к девочкам как дура, на тебя даже и подумать не смогла.       — Ну, извиняй. — Момо, неловко проговорив это, нежно поцеловала в шею Мину. И, кажется, сама от этого засмущалась.       — Ты что делаешь?       — Извиняюсь.       Такие извинения были одним из тех желаний, которые представляла Мина по отношению к Момо. Знала бы она причину поведения старшей японки, она бы непременно приняла для себя какое-либо решение. Но если обратить внимание на острый нрав Момо, она могла сделать это из своих прихотей, не имея никакого желания на Мёуи вовсе. Этим Мина и успокаивала себя, продолжая игнорировать действительное внимание Хираи Моморин к себе и оправдывая его ничем преимущественным. Чувствуя подвох, Мёуи смогла выдавить из себя растерянное мычание и дотронуться до места мимолётного поцелуя в шею от подруги. Момо оглядела её с ног до головы и, ехидно улыбнувшись, сообщила о своём достаточно долгом желании смутить Мину таким некультурным действием.       — Если ты имеешь что-то против, то я могу поцеловать тебя в другое место, — возбужденно прошептала на ухо Минари Момо и потянулась к её губам.       Совсем не думая, на что в суровой реальности способна Хираи, Мина принялась пылко и жадно отвечать. Одной рукой она потянулась к тёмным волосам старшей японки и собрала их в хвост, двигая тело девушки на себя и стараясь привлечь к себе как можно больше времени. Тогда-то ей думалось то, как сильно она ждала этого момента, но умалчивала лишь из-за собственной невинности и волнения. Ей часто казалось, что Момо играет и строит из себя вульгарную курву. Теперь же, когда поцелуй был разорван, Хираи смогла объяснить свою тягу к младшей девушке. Да и Мину наконец отпустило: теперь её мысли были забиты не прежним эгоизмом, а чужой похотью и интересом. Она не хотела отдыхать от любимой девушки долго, поэтому поднялась с кровати и, расположившись над Момо, вновь припала к её губам. И если бы Момо решила пропустить кофе моккачино через себя, то навряд ли сейчас они бы узнали друг друга поближе…