А что, если...?

Открыв записку с довольно размашистым почерком, я запер дверь с мыслями… "С хуя ли ты придёшь сегодня к 12:30? Ладно, этого придурка только могила исправит. Подожду." «В назначенное время» Мной был услышан стук в окно. Я подумал было птицы, но в итоге увидел того самого Виктора. У меня лишь один вопрос. — Как? — А… Неважно. — Нет. Мне слишком любопытно как ты взобрался в окно на пятый этаж. — Произнёс младший Морияма, наблюдая шокированным взглядом на русого парня. — Как, как. По дереву, на ветке сейчас стою. — Залезай, идиот... — А это было обидно! Пока он залезал, я заметил у него в руках чёрный пакет. Через него была отчётливо видна стеклянная бутылка. Сразу возникал вопрос "как он пронёс что-то из вне?", но вспоминая реакцию Тетцуи, стало как-то безразлично... Хотя, любопытство от этого не исчезло. — Надеюсь это не алкоголь? — Да что вы? Как я могу предложить королю экси алкоголь? Это чистый спирт! Я аж скривился. До этого прозвища кто додумался? Ах да, Тетцуи, мой "любимый, единственный и неповторимый" дядя на публике, которого я ненавижу всей душой... Жаль только, что если я произнесу это вслух, то без языка останусь. — Ладно, пить так пить. Ответил я с долей безразличия и пропустил Виктора присесть на кровать для большего удобства. Жаль, только, рюмок не было. В любое другое время я бы отказался, тем более, что этот человек сейчас в прямом смысле видит мои синяки под глазами, которыми я обычно замазывал тональным средством, что мне давали визажисты перед репортажами, а иметь её под рукой даже вошло в привычку. За время пребывания в гнезде мы успели сильно сблизиться, обменялись номерами, переодически переписываясь с помощью купленных Виктором телефонов в то время, когда должен был быть сон. Мы проводили такие посиделки, разговаривали, а также сделали из этого некую традицию. Он даже начал учить меня русскому языку, поэтому мне было интересно его изучать. А также, для объяснения и из-за скуки, рассказали друг другу всю свою жизнь, даже про мою неконтролируемую агрессию. Я бы сказал что он стал мне как Кевин если бы не одно но. Непонятное чувство. Однако я пожалел, что загрузил в браузер вопрос об этом явлении… Я сравнил все предыдущие симпатии Кевина и понял что у меня сейчас практически те же ощущения. Блять... Почему мне так не везёт в этой жизни? *** Спустя месяц. Мы расходились под ночь после очередного пустого разговора с бутылкой спиртного. — Кстати, сегодня днём, после тренировки, тебе, вроде как, тренер отдал приглашение на интервью. С тобой поехать? — Ну, я не против. Мы поехали туда к обеду следующего дня, разбавляя тишину незатейливым разговором по поводу тренировок и других дополнительных упражнений. Водить я не умел, зато у Виктора есть своя машина и права. Да и с матерью до сих пор общается. Даже удивительно, каким образом он может это делать, несмотря на строгость тренера? Но на мой вопрос он всегда отшучивался и уходил от темы. Как же меня это раздражает... Спустя час пустой болтовни, мы подъехали к пункту назначения, просматривая скромное по интерьеру здание. Встретили нас тепло, и это явно не про Кевина. Удивительно насколько он ослеп. Он Ниэля не узнал. Блять, как это возможно? Ну что же, мой выход! Надо было видеть лицо Киви и Натаниэля. А ведь "рыжий-не-рыжий" мог бы хоть немного подумать, что его отец найдёт. Какого чёрта он вообще делает в лисах? Хотя учитывая эту жизнь, его как вишенки на торте не хватает среди этой кучки отбросов, что ругаются даже во время игр, из-за чего и проигрывают. А ведь они действительно могли бы выиграть остальных, если бы научились друг друга слушать. — Здравствуйте, очень приятно видеть вас на нашем интервью. Моё имя Кэти Фердинанд... Дальше я её не слушал. Присев в кресло я стал смотреть на Кевина. На вопросы я отвечал, как учил Тетцуи… Просто отвечал зазубренными ответами. Я заметил, что Кевин занимался этим же. Я пилил его взглядом. Пытался выразить высокомерие, стараясь сдерживать слёзы и обиду на его уход, пусть я полностью виноват сам. Это правда моя вина. Я перебил журналистку, сдерживая дрожь в голосе и руках. Но голос вышел охрипшим, будто я только что сорвал голос. Я практически не видел ничего вокруг, но пытался найти выход из ситуации. — Простите, мне нужно выйти. — Да, хорошо. Может вам принести воды? Вы слишком бледно. — Не нужно, но я могу немного задержаться. Я ушел. За дверью меня ждал Виктор. Он не успел задать вопрос, как у меня потекли слёзы. — Я так не могу… Как… Я не могу больше смотреть в его глаза… Я хочу уйти… Я не хотел. Он смотрит на меня как на врага… Хотя, что уж там, я и так ему жизнь сломал... Виктор прижал меня к груди, успокаивающе похлопывая по спине. Тональное средство размазалось по его чёрной блузе. Во время этого постыдного откровения, я даже не заметил как кто-то вошёл. Меня отвлёк скрип двери. Это был Нат и Кевин. Ну конечно. Кто же ещё мог прийти в гардероб! — Рико… Не хочу. Я не позволю никому увидеть свои слёзы и слабость. Я быстрым шагом пошел в туалет. Через некоторое время я опять услышал скрип двери. Поразительно , почему вообще у этой корпорации журналистов висят скрипучие двери? Однако это был не тот, кого я ожидал увидеть. Ваймак. Ну заебись. Левый мужик увидел моё лицо без тональника, которая уже смылась к чертям собачьим. — Эм... Я, похоже, не вовремя. Я лишь кивнул. Он молча выходил, но решил всё же кое-что сказать. Мужик хороший, не зря же даёт таким же неудачникам второй шанс. — П-подождите… Он остановился, но не стал оборачиваться ко мне лицом. Что ж... Спасибо ему за это. — Передайте Кевину. Он прислушался. — Я прошу прощения за это недоразумение. Я не хотел. И… Ему не стоит возвращаться. Я не видел его лица, сам отвернулся и не смотрел на него, поэтому теперь уже не мог подумать о том, как тот выглядит. — И позовите пожалуйста Виктора. Уже охрипшим голосом закончил я, стараясь не показывать себя размазнёй. — Хорошо. Обычным голосом ответил Девид Ваймак и вышел. Надеюсь, что никаких проблем с тренером после этого случая не произойдёт. Или же мне вновь придётся получать за излишнюю вольность таких проблем, что во сне не приснится.