Книга жизни. Том 1: Тление души

      «Мда, с такими тренировками я точно стану сильнее физически. Но сейчас мне нужно двигаться в другом направлении. Я должен воскресить Синтию, любой ценой. Мне пообещали работу, так что в карме не будет недостатка, но кроме количества нужно ещё и качество, а с этим могут быть проблемы. Душа закаляется во время трудных ситуаций, а не в тепличных условиях, в которых нахожусь сейчас. Базовый приговор воскрешения находится на ангельской ступени, а мне сейчас доступны только святого уровня… За год вряд ли получится. Тогда её душа начнёт подтачиваться тьмой, так сказано в книге и затем её память, а потом и личность начнут искажаться, пока она не превратится в безвольную оболочку. И тогда вернуть её не будет возможности никогда… Так, хватит депрессии! Я сейчас в столице самого светлого государства! Где, как не здесь стать ангелом? Хотя и это спорно…        Мне сказали, что некий Люциан, который является богом в одноимённой религии, даровал мне прощение, если буду каждое утро проходить обряд очищения, сегодня первый раз, интересно, как оно будет выглядеть? По правде сказать, не нравится мне этот Ангел начала. Почти всегда верхушка власти не может жить совершая добрые поступки. Это не плохо, просто всегда придётся чем-то, а чаще кем-то жертвовать, ради защиты народа и процветания государства, того требует реальность, но этот Люциан строит из себя святошу, хотя точно таковым не является, ну так я считаю. Не знаю, почему у меня такое предубеждение против него.»       Аланд валялся в кровати, на улице было раннее утро, в которое почти все люди спят и лишь некоторые рабочие и деловые личности уже готовятся к новому дню. Солнце встаёт и радует горожан своим сиянием, так начинается утро столицы Кеплеосила.       «Пора вставать, а то опоздаю на обряд… Мне сказали приходить к восьми утра, а сейчас уже шесть, а надо ещё умыться, застелить кровать, поесть и одеться. Столько работы!»       

***

      «А кормят здесь славно. Очень хорошо. Я познакомился с какой-то девочкой Ариэль, она была удивлена, когда встретила меня в полном здравии. Получается, она знает меня? Но мне как-то не по себе с ней, сразу вспоминаю о Синтии… Но она не виновата в этом, не нужно обижать её и избегать, наверное. Теперь мне пора идти в церковь, меня отведёт туда некий Гилберт: он недавно был храмовником и помнит многое. Также я узнал, что это он вчера спал на посту, у выхода из дома, надеюсь на него можно положиться»       

***

      - Вот мы и снова встретились. Аланд, верно? – подошёл молодой мужчина, когда Аланд закончил завтракать. На нём была лёгкая кожаная куртка, из под которой едва выглядывала стальная кольчуга, высокие сапоги и штаны – по нему так и не скажешь, что на улице жара в плюс двадцать – Ты готов идти?       - Здравствуйте, да, я только что закончил. Сейчас отнесу тарелку, и буду готов – доев последнюю ложку наваристого супа, Аланд устремился к большому столу, куда все приносят грязные тарелки и столовые приборы. Через пару минут, мальчик вернулся, после чего двое устремились к центру столицы. На улице уже кипела жизнь, кареты на дорогах рассекали так, что дорогу едва возможно перейти, люди заполнили тротуары, отчего становилось неуютно на улице и душно; так и потеряться недолго.       - Держись за руку крепче. А то в этой толпе и затеряться недолго – громко сказал спутнику Гилберт, чтобы перебить говор окружающих.       «Да я бы и рад, но после вчерашней тренировки, у меня всё тело болит и руки плохо сжимаются. Я не обвиняю Сиэль в этом, это неотъемлемая часть развития тела»       - Да, я постараюсь! – также громко ответил Аланд, со всей силы сжав руку Гилберта       «Как же здесь всё-таки много народу… Не привык я к такому, я и в прошлой жизни, в молодости не любил людные места. Видимо придётся привыкать, я здесь надолго. Мы идём прямо ко дворцу? Я знал, что главные церкви находятся в центре, но не настолько же. Сразу и напрашивается идея, что они там что-то прячут…»

***

      - Вот и пришли, как тебе? – остановился перед зданием Гилберт. Здесь было малолюдно, хотя такое могло показаться из-за контраста с толпами во втором кольце города, было очевидно, что все здесь были храмовниками или важными шишками. Некоторые из них бросали взгляды, на явно выделяющуюся пару.       - Сложно сказать, безусловно красиво, но что-то мне здесь не нравится – настороженно огляделся Аланд.       -Да? Интересно… - задумчиво прошептал мужчина – слушай, должен тебе кое-что сказать. Хотя церковь и строит из себя вид благодетеля, но они не брезгуют использовать разные грязные методы, которые они прикрывают праведной карой или вовсе скрывают от общественности. В общем, не нарывайся на лишние неприятности. – со вздохом рассказал Гилберт – они могут тебя провоцировать, будь готов – добавил он, перед тем, как открыть немаленькие металлические двери церкви. За ними открылась красивейшая картина: игры света в витражных окнах, множество скамей и свечей с куклами около икон. Их встретила монахиня, которая с ожиданием смотрела на вошедших.       - Идите за мной – сказала она, не спросив ни имени, ни цели прихода. Она просто развернулась и пошла в один из боковых коридоров. Гилберт подтолкнул мальчика рукой в спину, после чего они выдвинулись за неспешно идущей девушкой       «Как же мне здесь не нравится, ещё она так подозрительно мазнула взглядом по моей тёмной метке, что сразу в дрожь бросило. И церковь эта, такая… не знаю какая. Хотя, может быть, благодаря этому очищению, я быстрее стану ангелом?» Так троица ещё несколько минут петляла по коридорам, после чего они вышли в освещённую свечами и окнами комнату. По середине её возвышался пьедестал, к которому вели со всех сторон лестницы, а в полу него было видно множество отверстий, интересно, для чего они… В углах комнаты стояли несколько силуэтов, чей пол нельзя было разобрать из-за масок на лицах и одежды, покрывающую всю кожу. Все они с ожиданием стояли и никак не реагировали на появление Аланда и Гилберта. Но спустя пару секунд одна тень всё же сдвинулась с места, та, что стояла перед возвышением, у неё была особенно вычурная маска, похожая на лицо ангела.       - Гилберт Атаган… - прошептало оно, маска настолько исказила голос что даже теперь невозможно было сказать, мужчина ли это, или женщина. Видимо это не простая маска – мы все очень скучали по тебе, верно, братия мои? – оглядел силуэт окружающих, которые в этот момент неторопливо закивали – побывав на земле еретиков, остался ли ты тем же? Нашёл ли то, что искал? Сохранил ли ты чистоту души своей?       - Приветствую святой отец. – сдержанно поприветствовал мужчина – Я ведь не на допросе? Мне было велено привести Аланда и проследить за очищением, более я ничего не должен.       - Вот как, что ж. Будь по-твоему – разочарованно вздохнув, оно приблизилось к мальчику, не спуская глаз с как светлых, так и тёмных узоров       - Можешь не бояться, дитя моё. Мне очевидно, твоё чистое сердце, наполненное светлыми намерениями, просто ты родился не в том месте, иначе Святейший не принял бы тебя. Встань на пьедестал и не двигайся на протяжении всего ритуала, тогда ты пройдешь обряд и грязная метка ослабнет – после этих слов, все тени приблизились к подножию возвышения, и из пола появились столбы с нанесёнными на них сверху узорами. Храмовники поднесли руки к шарам, которые были на вершине каждого из выступов и начали вливать в них силы, отчего сферы начали светиться нежно голубым светом. После того, как Аланд поднялся и встал посередине послышался щелчок и из –под пола поднялся сначала дым, а потом синее пламя, которое полностью окутало ребёнка.       - Вы что, с ума посходили?! Это же верная смерть! Раньше же всё было по-другому! – кричал Гилберт       - Не мешай суду Божьему, Он наказал изменить условия обряда – отрезал главный храмовник.       «У Люциана свои счёты на меня что ли, к чему такое внимание? Выхода всё равно другого нет, остаётся только подняться и пройти этот чёртов обряд очищения. Хм, пол, когда я взошёл немного опустился, издав щелчок, похоже на ловушку… Дым? Я кажется попал, сейчас будет … ОГОНЬ! Что же мне так везёт на изуверские пытки?! Они собираются убить меня, или это испытание на прочность? К боли невозможно привыкнуть, теперь я это понял. Может притупиться это чувство, но оно вернётся, через некоторое время мирной жизни. Боже, когда это всё уже закончится.

***

      «Огонь потихоньку утихает, наконец пришёл конец пыткам? Капец у меня руки обгорели, чёрт, это кость выглядывает? Как я ещё в сознании то ещё нахожусь и стою на месте. Безумие какое-то. Очевидно, что они таким образом убивают еретиков, оправдываясь, что если не прошёл обряд, то грешник, а их принято казнить. Что они сейчас скажут?»       Огонь полностью скрылся, лишь дымок от тлеющей плоти витал около живого мертвеца. Окружающие силуэты, пошатываясь, отошли от столбов, которые тогда же начали опускаться обратно в землю. Главная фигура зачитала приговор исцеления, благодетельного уровня, сократив привычный текст до четырёх слов, отчего Аланд почти сразу восстановился.       - Святейший Люциан не ошибся, для тебя это не было настоящим испытанием, верно? Наверное, стоит несколько изменить условия ещё раз… Засим, прощаюсь с вами, жду через неделю здесь. Гилберт, тебя мы тоже очень ждём. Одежду можете взять у выхода справа.       «Мда, теперь я точно попал. Быть может таким образом моя душа сможет возвыситься?»