Книга жизни. Том 1: Тление души

      «Снова коридоры… Кстати, я только сейчас понял, что сам не смогу выбраться из этого здания. Я даже не уверен, что нахожусь на нижнем этаже, ведь по пути сюда мы не только спускались, но и поднимались. Лабиринт какой-то. Я бросил попытку запомнить путь ещё после второй лестницы, кем нужно быть, чтобы запомнить устройство всего здания? Только это достойно восхищения, а ведь Виктор ни разу не остановился подумать, он всегда заранее знает, куда следует повернуть. К слову, мы подходим к какой-то особенной двери, на ней изображены извилистые золотые узоры, внешне похожие на ветки. Очевидно, что за ними находится некто важный даже для этого крова»       - Мы пришли – таинственно сказал мужчина – Мне было интересно с Вами познакомиться, господин Аланд Кесслер. Надеюсь встретиться в следующей жизни – добродушно посмотрел в глаза ребёнк.       «Он со мной прощается? Неужели за этой дверью меня ждёт смерть? Может стоило съесть ту еду, но нет, она точно сломила бы мой разум. Лучше умереть с честью, нежели в бесчестии, кто-то мудрый это сказал в далёком прошлом. Но… Я НЕ ХОЧУ УМИРАТЬ! Я же должен вернуть Синтию, найти родителей, ответить на безвозмездную помощь ордена. Боже, что мне делать? Так, соберись. Ты ещё живой, стоишь на ногах, значит должен быть выход. Из любой ситуации можно выкрутиться, тогда что же. Но Эшли ведь пообещала создать условия для того, чтобы я воскресил её, теперь слово королевское ничего не стоит? Или она сама не знала о том, что мне предстоит? Нет, она предупредила о Викторе, значит знает. Тогда всё это испытание на выживание, и если я его пройду, тогда она исполнит клятву? Если так, то они на самом деле помешанные. Время для размышлений кончилось, пора идти» Виктор подтолкнул мальчика в спину и тот вошёл в двери, за которыми открылась абсолютно белоснежная комната. Она была словно не от мира сего. Белый пол, потолок, стены, мебель, картины, которые изрисованы всеми оттенками белого и белый лик, стоящий спиной к вошедшему, чей взгляд был устремлён в небо. Он с улыбкой, чуть ли не с оскалом резко обернулся и принялся рассматривать душу Аланда, который в это время пребывал в прострации, пытаясь хоть что-то придумать.       - Аланд… Как же Я рад Тебя видеть – безумно поприветствовал он мальчика – Хм? Постой. Ты потускнел, что произошло? – недоумённо он прошептал и почти вплотную подошёл к ребёнку – в прошлый раз ты был куда интереснее, свет был достоин чуть ли не архангела, а теперь еле дотягиваешь до ангела. – брезгливо он бросил взгляд на душу, после чего его взгляд приковала метка – А метку ты уже развил до второй ступени… Похвально.       «Он меня что, изучает и рассматривает насколько я ценный? Как будто я зверушка какая-то. Архангел? Он ничего не путает? Он хочет сказать, что пока я был Энгохином, то находился на такой высокой ступени? Тогда почему я так сильно опустился по силе?»       - Теперь понял, тебя вернули из того забвения. Жалко, ведь тебе придётся страдать, хотя с другой стороны я тебе даже благодарен, а то впервые за десятки лет мне хоть сколько-то стало интересно. Я бы мог подчинить тебя, но это слишком плохо скажется на моей чистоте кармы, больно уж ты светлый, да и неинтересно это совершенно, согласен? – он злобно улыбнулся, и схватил левую руку мальчика и начал её разглядывать – интересно, когда ты сорвёшься… Хм? Хочешь что-то спросить? Я готов выслушать тебя, не каждый день всё-таки встречаешься с Богом. Можешь не говорить, я и так всё знаю. Как воскресить Синтию? А не хочешь я её прямо сейчас вернуть тебе – с оскалом маньяка он заглянул в глаза Аланда и хихикнул – Уверен, так будет намного интереснее… Нет? – разочарованно он вздохнул – ну ладно, слово бога закон, верно? Чтобы воскресить кроме сосуда, связи между душами и тому подобному тебе нужно неимоверное количество кармы, раза в полтора больше, чем есть её у тебя сейчас, а также нужно закалить душу, впрочем, в этом отношении ты уже почти готов. Но у тебя осталось пять месяцев до начала её разложения, интересно, как же ты выкрутишься из подобной ситуации – снова злобно ухмыльнулся Он – так и представляю тебя через полгода, беспомощного, немощного, сломленного.       - С чего Богу уделять столько внимания обычному смертному? – выдавил из себя слова Аланд.       - Хм, действительно, с чего бы Великому Мне тратить столько времени на тебя? – с иронией спросил он самого себя – Само твоё существование это плевок в лицо моего Господина – после этих слов атмосфера в комнате настолько стала давить на Аланда, что он начал дрожать всем телом, а колени невольно подгибались. Он дышал прерывисто, поверхностно, а выпученные глаза закатились. – Что это я – вмиг в комнате стало также легко, как на улице в солнечное утро – ты не умрёшь так просто. Ну а теперь ступай, а я буду пристально следить за тобой.       Аланд едва отошедший от давления, взглянул в садистские глаза Люциана, после чего развернулся и шаг за шагом приблизился к двери, после чего внезапно оказался в новой обстановке. Белизна сменилась на обычные оттенки а перед ним находилась не золотая, а деревянная дверь, мальчик обернулся и обнаружил, что вся остальная комната также изменилась, а главное пропал её житель. Затем послышался скрип открывающейся двери и удивлённый вдох Виктора, чья рука дёрнулась, когда та хотела взять его за плечо. Всё лицо мальчика было опалено, но не огнём, а чем-то иным, отчего она стала пепельно-белой, а волосы спереди поседели, оставшись бурыми только на затылке. Об одежде и говорить не стоит.       «Что? Почему он так смотрит на меня?»       - Ты? Ты?! – только и мог выкрикивать мужчина – Прошу меня простить, Владыка. – он рухнул на пол - Я не признал Вас в новом обличии.       - Нет, это я, Аланд. Что не так?... – недоумённо спрашивал мальчик. Его глаза только сейчас опустились вниз, и он начал рассматривать себя.       «Вот оно что. Когда он вызвал то давление, то решил, что оно влияет только на разум, но нет, у меня и волосы побелели, теперь и мать родная меня не узнает.» Услышав слова мальчика, дворецкий сначала неверующе глядел на ребёнка, но затем сделал некоторые выводы и спокойно встал.       - Прошу прощения за недостойное поведение, господин Аланд. Рад снова Вас видеть. – легко поклонился Виктор – Позвольте провести в вашу спальню.       - Здравствуйте снова. Да, пожалуйста – хотя и прошло всего несколько минут, для Аланда прошла целая вечность. Лишь находиться рядом с таким существом требовало неимоверных моральных и душевных сил. Каждое слово, изречённое Им отзывалось болью, от взгляда стонала душа, а от внимания всё тело изнывало от боли. Тогда мальчик осознал то, в какую передрягу он попал…