Be my personal tutor

      Девушка лежит на кровати, качая головой в такт музыке и щелкая пальцами. Она чуть поджимает губы, наслаждаясь песней, и довольно мычит ее мотив под нос. К позднему вечеру с делами было наконец покончено, потому в планах оставалось хорошо провести время и отвлечься от странных мыслей, что уже вторую неделю преследовали ее. Только вот, видимо, даже судьба против такого развития событий.       — Что? — Почувствовав, что кто-то зашел, Йеджи недовольно открывает глаза и видит младшего брата, что стоит в дверях, самодовольно улыбаясь. — Иджун, я в тебя сейчас кину подушку, либо говори, либо проваливай и дверь закрой. — Ворчит Хван, садясь в кровати и снимая наушники.       — А нуна назвала меня малышом! — Усмехается парнишка, поправляя свои кудрявые темные волосы. — А ты говорила, я не могу ей понравиться!       — Я тебе сейчас шею сверну, малыш, — Хван морщится. — Она так сказала, потому что ты молокосос. Проваливай, пока я родителям не рассказала, кто вазу разбил, пока в мяч играл, — девушка берет подушку и замахивается.       — А еще она хвалит и говорит, что мой характер явно лучше твоего, а еще… Ай! — Йеджи попадает подушкой точно в лицо маленького подлеца. Улыбается шире, напоминая оскалившегося хищника с безумным взглядом. Берет вторую подушку. — Йеджи-а! Не обижайся, я приглашу тебя на нашу свадьбу!       — Иджун! — рычит Хван, кидая очередную подушку, но мальчишка, смеясь, успевает скрыться за дверью. — Я тебя убью! Во сне придушу! — Клянется старшая, недовольно ударяя по матрасу, а после кривясь. Вот опять ей подниматься, чтобы закрыть дверь, и почему из всех возможных людей в Корее, в репетиторы взяли именно ее? — Рюджин, чтобы тебя черт побрал. — Недовольно фыркает Хван, хлопая дверью.

***

      Все началось около трех недель назад. Новый учебный год, третий курс, и уже объявившиеся проблемы. Последние два года скуку и серость будней скрашивала младшая девушка, что училась параллельно Хван. Шин Рюджин славилась бунтарским характером, что скрывался за ее чрезмерно милым личиком. Она не любила слишком шумные компании, предпочитая проводить время в одиночестве или с близкими друзьями. Полная противоположность Хван, что в свои 22 хоть и жила с родителями, но постоянно пропадала вне дома. То к подругам, то в клуб, то сутки торчит в вузе, стараясь помочь с выступлениями. Благо, у нее была машина, что экономило время.       И как всегда, Хван шла на первые пары с мыслью о том, что сегодня Шин, как и всегда, придет с ярко-окрашенной головой и продолжит лезть к ней. Признаться честно, Йеджи нравилось играться с младшей, а та, прекрасно это понимая, все равно пытала счастье, то и дело стараясь пофлиртовать с шатенкой.       И какого же было удивление Йеджи, когда в толпе она не увидела ни ярко-розового, ни синего, ни даже пепельного оттенка! Первой мыслью было то, что Шин попросту проспала, ведь все знали о том, что это для нее норма. Только вот первая пара была важная и сказали явиться всем, особенно их потоку. Три группы, с разными направленностями, связанные между собой, уже занимали места в огромной аудитории.       — Высматриваешь свою неформалку? — Смеется рядом сидящая Черён, потягивая кофе, что успела купить перед парами. Хван лишь закатывает глаза, перебрасывая волосы через плечо, чтобы не мешались, а после снимая с плеч кожаную куртку.       — Нет, просто смотрю, как все изменились. К тому же, тут еще вторые и первые курсы. Глянь на этих желторотиков, они так шугаются. — Йеджи подпирает рукой щеку, смеясь. — Такие малыши еще, сколько им? По 18 примерно?       — Эй, не заглядывайся на первачков, они и так трясутся, как кролики, еще твоих чар не хватало, убьешь же маленьких, — Рён неодобрительно качает головой, пока старшая всматривается в толпу, замечая довольно интересную фигуру. Светлый, наверняка мягкий на ощупь, свитер, что скрывает ягодицы, не слишком длинная юбка и черные чулки. — Ох, не нравится мне твой взгляд, бедная девочка. — Ли делает еще глоток, пока Хван не сводит хищного взгляда с незнакомки. Темные волнистые волосы едва достают до лопаток, это выглядит слишком мило.       — Может, она на личико не очень, — пожимает плечами старшая. Руки тянутся к бутылке с водой рядом. Она открывает ее, раздумывая, как лучше подойти к девушке, чтобы познакомиться. Делает несколько жадных глотков, наблюдая за милашкой.       — С каких пор ты засматриваешься на soft girl? Как же Рюджин?       — Ее вина, что она проспала. Сегодня я нацелена на нее, — Хван кивает головой, делая еще глоток. Девушка, судя по всему, смеется, а после, когда толпа начинает вновь двигаться, чтобы занять места, оборачивается. Йеджи замирает, вдыхая воздух отчего закашливается водой, тут же прижимая руку ко рту. Вода льется через нос, пока Черён непонимающе вертится, постукивая рукой по спине. — Твою же мать! — Выругивается Йеджи, склоняясь под парту и быстро вытягивая из сумки салфетки, чтобы утереть лицо. — Рён, я вчера перепила или это…       Вместо ответа Ли рядом присвистывает, провожая взглядом довольно смеющуюся Шин, что даже не обращает внимание на Хван. Она заметила ее, это точно, но вместо привычных приветствий и флирта, решила просто проигнорировать. Шатенка оборачивается, видя, как младшая занимает дальние ряды со своими друзьями, даже не удостоив ее взглядом.       — Ахуеть, — слышится рядом, и Хван лишь втягивает носом воздух. Раз Черён матерится, значит, старшую еще не глючит, и Шин действительно сменила имидж. Причем кардинально. — Ты решила, что вместо того, чтобы ответить взаимностью Шин, запасть на нее же, умно Джи, ты гений, — фыркает аловолосая, тыча ее локтем в ребра и фыркая. — Интересно, чего это она так?       — Самой бы узнать, — хрипит Йеджи, стараясь восстановить дыхание.       Только вот, Рюджин казалась неуловимой в тот день, так что поговорить девушкам так и не удалось. Но ничего, у Хван еще целый учебный год, а значит, она точно сможет узнать, что пошло не так и к чему такие изменения.       Второй день, кажется, хочет шокировать ее еще больше. Рюджин в платье. Нет, она была готова ко всему, к метеориту, воскрешению динозавров, но не к главной сорвиголове в милом голубом сарафане и босоножках. Тут явно дело нечисто.       — Хван, челюсть подбери, — смеется младшая. Она подходит ближе, подмигивая. Ее озорной огонек в глазах заставляет Йеджи замереть. — Впервые вижу, чтобы у кого-то так слюни капали. — Рюджин приближается, касаясь пальцами с небольшими ноготками подбородка и чуть проводя по нему.       — Личину сменила, а характер перестроить забыла, актриса? — Фыркает Хван. Она поправляет рубашку, беря запястье младшей и подталкивая к стенке. — Что за клоунада? — Йеджи наклоняется к ее лицу, подмечая тонкий аромат сладких духов.       — Такая милая, когда злишься. Неужто твое ЭГО было задето тем, что я просто игнорировала тебя? — Шин берет край ее галстука, начиная наматывать на кулак. Хван на миг отворачивается, проверяя, нет ли лишних глаз, но благо в этом крыле редко бывают студенты, все же ректорат рядом. Йеджи упирается локтем в стену, прижимаясь ближе к чужому телу и внимательно осматривая хитрую улыбку, которую так и хочется стереть с этого милого личика. — Ух, какой взгляд, строгая леди, вся из себя такая крутая, — Шин усмехается, тыча ноготком в плечо.       — Ты хотела привлечь мое внимание? Отлично, привлекла, в чем подвох? — Рюджин сильнее сжимает в руке ее темный галстук, намотав его почти полностью на кулак, заставляя старшую пригнуться.       — Почему ты думаешь только о себе? — Шепот обжигает ушную раковину, разнося по телу мурашки. — Передумай, Хван. — Рюджин на миг касается ее щеки губами, а после отпускает галстук, ловко уворачиваясь от старшей и подмигнув, быстро удаляется.       — Ах так, значит, — Йеджи поджимает губы, а после усмехается, качая головой. — Ладно, Рюджин, раз ты хочешь поиграть, мы поиграем, малышка. Ох, как поиграем, — Хван хитро улыбается, зашагав в сторону ректората, поправляя на ходу галстук.

***

      Хван в очередной раз возвращается довольно поздно. Паркуется у дома и устало выползает из машины. Только начало года, а уже повесили половину дел. Кто вообще придумал эти выступления первых курсов? А главное, почему с этим разбираются третьи курсы?       — Мам, пап, я дома! — Кричит Йеджи, разуваясь. Она отставляет кеды в сторону, замечая светлые кроссовки. Может, это ее мамы, но уж слишком они большие для ее ноги. А Хван такие не носит. Девушка подозрительно щурится, прислушиваясь. — У нас гости? — Спрашивает старшая, вешая куртку на крючок и проходя по коридору вглубь дома.       — Йеджи, не кричи, твой брат занимается. Мы наконец нашли ему репетитора. Очень милая девушка, и, судя по всему, Иджуну она нравится. Он впервые с охотой сидит за английским. — Оповещает женщина, что выглядывает из кухни в фартуке. На голове простой домашний пучок, из которого выбились передние пряди. — К тому же она твоя ровесница и учится в одном вузе с тобой. Да и по расценке нас устраивает.       — Это радует, — кивает Йеджи, потягиваясь и кидая заинтересованный взгляд на закрытую дверь, что ведет в комнату Иджуна. — Долго они занимаются?       — Только минут 15 прошло, — глянув на часы, отвечает женщина. — Отец еще на работе, у него сверхурочные. Ты голодна?       — Нет, я перекусила, устала сильно, там опять эти представления, — Хван недовольно кривится, пока ее мама понимающе кивает и ободряющее улыбается, отчего кошачьи глаза сужаются сильнее. — Я пока схожу в душ, а потом пойду к себе. — Женщина одобрительно кивает, желая заранее приятных снов. — Тебе завтра рано?       — Да, к 5, поэтому, я сейчас тоже буду ложиться. Иджун уже взрослый мальчик, 12 лет, как-никак. Думаю, деньги отдать и проводить репетитора сможет. — Шатенка кивает, после чего направляется к лестнице, не спеша поднимаясь по ступенькам.       Оставив вещи в комнате, старшая, довольно напевая под нос мелодию и покачивая бедрами, направляется к ванной комнате, пританцовывая и кружась. Все же, хорошая музыка несомненно делала жизнь лучше.       Горячая вода приятно расслабляет мышцы, и девушка блаженно прикрывает глаза. Она цепляет рукой шампунь, выдавливая немного на ладонь и довольно наносит на голову, массируя. Хотелось бы понежиться в горячей воде подольше, устроить себе спа-день, но увы, вставать слишком рано, а потому Йеджи нехотя выходит из кабинки. Она успевает лишь чуть прикрыться, когда дверь внезапно открывается.       — Твою мать! — Вскрикивает Хван прижимая белое полотенце к телу. Замок на двери сломался еще неделю назад, и все в семье это знали, а потому, стучались, если замечали закрытую дверь. — Ты?!       — Я… — Не менее ошарашено выдает Шин, сглатывая. Она прикусывает губу, скользя взглядом ниже, отчего Хван ежится лишь сильнее, хмуря брови.       — Так и будешь пялиться?       — А мне нужно действовать? — Шин поднимает взгляд, встречаясь с разгневанным взором кошачьих глаз. Младшая делает шаг назад, закрывая дверь. Хван быстро переодевается в домашнюю одежду, после чего пулей вылетает из ванной, натыкаясь на Рюджин. Только вот поговорить не удается, ведь рядом околачивается брат, что словно мартовский кот, вьется возле брюнетки.       — Что тут происходит? — Йеджи упирает руки в бока, недовольно сводя брови на переносице. — Ты разве спать уже не должен?       — Я показывал нуне коллекцию фигурок, ей тоже Марвел нравится! — Довольно произносит Иджун. — Она такая классная! — Он обнимает Рюджин, и та усмехается, ероша пальцами его волосы.       — Кто же знал, что у этой, — Шин кивает на нее, — выскочки, такой чудесный брат.       — Ага, чудесный, шею бы ему свернуть, — закатывает глаза Йеджи. — Так значит, ты его новый репетитор? Решила не только в университете, но и здесь меня донимать?       — Эй, перестань на нуну злиться, — заступается Иджун, заслоняя собой Шин. Он ей лишь по плечо, а до сестры и вовсе далеко. Шатенка выдыхает, хмурясь в разы сильнее. Она сжимает руки в кулаки, а после хитро улыбается.       — Значит так, защитник, деньги отдал? — Мальчишка кивает. — Отлично, иди зубы почисти, а потом в кроватку в своих трусах с человеком пауком и спать. Давай-давай, шуруй, — видя, как брат краснеет, гонит Йеджи. Шин лишь цокает языком.       — Ну и зачем ты его так?       — Чтобы корона потолок не царапала. — Морщась, отвечает Йеджи.       — Ну да, вторую тебя, в мужском обличии, я лицезреть не хочу, — фыркает Рюджин. — И прости, я не знала, что ты в ванной. И вообще, что это твой дом. Если хочешь, я откажусь от репетиторства. — Пожимает плечами младшая, и Хван щурится.       — Ты подозрительно вежливая, Шин, это пугает. — Брюнетка в ответ пожимает плечами.       — Я шучу — тебе не нравится, я уступаю — тебе не нравится, я стою на своем — ты бесишься, может, определишься? — Рюджин подходит ближе, улыбаясь и склоняя голову. — А может, я тебе нравлюсь?       — Я лучше мышь поцелую, — отворачиваясь и складывая руки на груди, ворчит Хван. Рюджин лишь усмехается, делая еще шаг вперед и заводя руки за спину. На ней сегодня милая футболка с котенком и привычные темные джинсы. Челка чуть взъерошена и старшей хочется сильнее ее растрепать. Наверняка волосы Рюджин мягкие и приятные на ощупь…       — Уверена? — Шин встает на носочки, цепляясь за ее плечи и на миг касается ее губ своими. Йеджи не остается в долгу, ловко обвивая руками талию младшей, прижимая к себе. Чуть наклоняется, внимательно глядя в глаза напротив. — Эй, волчица, менее хищный взгляд можно? Ты не похожа на того, кто ничего не испытывает ко мне. Особенно, учитывая, как расширяются твои зрачки.       — Бесишь меня, — морщит нос Йеджи и подается вперед для поцелуя, но Шин лишь увиливает, придерживаясь за плечи. — Издеваешься?       — Теперь да, а еще скоро твой брат выйдет, да и мне пора. Не все, знаешь ли, на машинах ездят, — Рюджин отдаляется, выпутываясь из объятий. Она усмехается. — Но мне льстит тот факт, что ты хотела меня… — она выдерживает паузу, видя, как Хван замирает. — Поцеловать. А ведь я тебе ничуть не нравлюсь. До завтра, Хван, и брату передай, чтобы не забыл выучить текст! — Шин посылает воздушный поцелуй, хитро улыбаясь и разворачиваясь, уходя к лестнице.

***

      С момента, как Рюджин начала подрабатывать репетитором у Иджуна, они с Хван стали пересекаться все чаще. Ее родители и вовсе относились к Рюджин, как к званной гостье, приглашая поужинать или остаться с ночевкой, чтобы та не ехала через половину города к себе.       Только вот Хван уже порядком уставала от братца, что потерял голову от Шин. Нет, Йеджи, конечно, не ревновала какую-то там Рюджин к 12-летнему мальцу. Ни в коем разе. Но наблюдать, как Шин появляется в их доме все чаще, ведь родителям все равно, а Иджун вечно приглашает ее, чтобы порубиться в приставку — бесило.       И самое главное, его ни капли не смущало, что Шин старше его на 9 лет, он лишь отмахивался, с ухмылкой отвечая, что девушки постарше ему всегда были интересны. Вот и сейчас, старшая в свой выходной, стоит у блендера, с растрепанными волосами и в растянутой футболке, что скрывает ее шорты. Время только 12 дня, а Шин уже сидит у них на диване, в своем сетчатом свитере, под которым виднеется темный топ. Иджун довольно вертится рядом, передавая ей в руки приставку. Сама же Хван только встала, и далеко не веяла дружелюбностью. Особенно, спустившись вниз и мало того, что встретившись с Рюджин, так еще и найдя на кухне грязный миксер, плошки и тарелки. Только вот братец мыть их явно не собирался, а потом бы все оплеухи влетели именно Йеджи. Она, недовольно ворча, решила, что для начала сделает себе коктейль, а уже после примется за посуду.       — Йеджи-а, сделаешь и нам напитки? Я думаю, Рюджин не отказалась бы от клубничного коктейля к моему тортику! — Просит Иджун, оборачиваясь. Он гордо улыбается, устроив руку на подушках и безуспешно пытаясь приобнять сидящую рядом девушку. Хван косо смотрит на него, показывая средний палец. — Эй! Скажи спасибо, если бы не я, наша гостья бы давилась обгорелой яичницей!       — Хван Иджун! — Рычит шатенка. Она подхватывает апельсин из корзинки со фруктами и кидает в него. — Засранец! Мыть за собой не научился, а к девушке уже подкатывает, тоже мне романтик. Лучше бы так туалет смывал! — Взрывается старшая. Она включает блендер, глуша последующие выкрики смущенного мальчишки.       — Не правда! — Возмущается мальчик, как только Хван заканчивает перемалывать в блендере мороженое со сливками и прочими ингредиентами. — Да и вообще, я просто вежливый!       — Ага, если ты вежливый, то я исчадие ада! — Морщится Йеджи. — Рюджин, чтоб ты знал, цитрусовый морс предпочитает, джентельмен, — переливая содержимое в стакан, бубнит Хван.       — Ты и так исчадие ада, ты обещала мне шею свернуть! — Напоминает мальчик. Йеджи метает злобный взгляд, и тот затихает. Шин на диване лишь усмехается, а после шепчет что-то на ухо мальчику и тот кивает, уходя. Сама же брюнетка поднимается со своего места, откладывая джойстик и направляясь к старшей, подкидывая и ловя на ходу апельсин, что до этого прилетел в подушку. Кладет его на место, огибая кухонную тумбочку и подходя со спины. Теплые руки ложатся на талию старшей, обвивая.       — Что тебе, блять, от меня надо? — Рычит Йеджи, громко ставя стакан на стол и чуть оборачиваясь. Шин лишь тепло улыбается, замечая, что край футболки сполз, а после ласково целуя куда-то в плечо. Ее пальцы поправляют ткань, и Йеджи лишь отворачивается, недовольно пялясь в окно и стараясь совладать с приятным ощущением, что быстро растекалось по телу. — Рюджин…       — Хватит злиться, еще раннее утро, — Шин тянет ее так, чтобы старшая развернулась. — Я попросила Иджуна сбегать за игрой, а она в ящике внизу. — Внимательный взгляд темных глаз направлен на Йеджи, изучая. Рюджин мягко поглаживает ее талию, склоняя голову вбок. — Что ты такая взвинченная?       — А если бы ты встала в свой единственный выходной и увидела мало того что меня, так еще и гору грязной посуды?       — Тебя я не прочь видеть, а ты мне так не рада? — Шин прижимается ближе, и Йеджи нехотя обнимает ее, отводя взгляд. — Так напряглась. Расслабься, я никому не скажу, что дома ты ходишь без своего сучьего макияжа и растрепанная. — Хван лишь тяжело вздыхает, чуть морща нос. — Ты чего?       — Ничего, я совсем ничего, просто меня бесит твое поведение. — Признает старшая, на что Шин лишь усмехается.       — А меня бесила твоя игра два года подряд, один-один, красотка, — Рюджин поднимается на носочки, касаясь края губ и после отстраняясь и закатывая рукава. — Я помою посуду, можешь завтракать. Иджун сказал, что ваши родители приедут лишь завтра днем, я могу сделать вам еды.       — Что? — Теряется старшая, еще не до конца проснувшись. Она прокручивает в голове все еще раз, заставляя мозг проснуться. — Я не настолько ужасна в готовке, не стоит!       — Я просто проявляю заботу, прекрати выпускать свои шипы. Не ты, так Иджун поест. — Шин берет фартук, завязывая его на пояснице. — Сначала помою эту часть, а потом тогда возьмусь за готовку.       — Готовка? — Иджун появляется из-за угла с игрой в руках. — Нуна, ты будешь нам готовить? — Рюджин кивает улыбаясь. — Я помогу помыть посуду!       — Хорошо, малыш, только не разбей ничего, — Шин треплет его по макушке, пока Хван, стоящая рядом и наблюдающая за всем этим, лишь кривится. Она берет стакан с напитком, уходя за стол и нарочито недовольно вздыхая.       — Нуна, а тебе кто-то нравится сейчас? — Спрашивает мальчишка, перемывая посуду. Шин неопределенно качает головой.       — Есть человек, который меня интересует, но вот я ему, видимо, не нравлюсь.       — Что?! — Мальчик чуть было не роняет тарелку, но вовремя подхватывает ее. — Он идиот! Рюджин, давай я вырасту и женюсь на тебе! Ты классная, а еще ты умеешь готовить, и ты добрая! — Младшая смеется, отвлекаясь от готовки и краем глаза замечая, как Хван напрягается за столом. — Правда, ты крутая!       — Спасибо, малыш, ты тоже большой молодец, — Йеджи резко отодвигает стул, не выдерживая. Берет с собой стакан с остатками напитка и быстро удаляется к себе. Рюджин вздыхает, переглядываясь с младшим из семейства Хван. — Она всегда такая?       — Да, привычное дело, — отмахивается мальчишка, возвращаясь к посуде. — Нуна, а расскажи о себе побольше! — Просит Иджун, и Шин лишь выдыхает, думая, во что она вляпалась.       Йеджи лежит на кровати, недовольно пялясь в телефон и жалуясь в очередной раз Черен на все, что происходит в ее жизни. Но, судя по всему, Ли занята, как всегда, в самый нужный момент. Хван рычит, отбрасывая телефон и недовольно ударяя рукой по покрывалу. И за что ей этот дурдом?       Не проходит и получаса, как в дверь стучат, а после показывается темная макушка. Хван игнорирует Рюджин, что терпеливо ждет от нее хоть какой-то реакции.       — Могу войти? — Все же интересуется младшая, на что шатенка продолжает молчать. Шин громко вздыхает, проходя в комнату и прикрывая за собой дверь. Она прислоняется к ней спиной, склоняясь и поворачивая голову к недовольной девушке. — Эй, обиженная задница, ты чего? — Йеджи продолжает молчать, делая вид, что в упор не замечает ее. Шин, понимая в чем дело, поджимает губы, стараясь сдержать рвущуюся наружу улыбку. Для себя решая, что стоит предпринять более серьезные меры. Брюнетка хитро усмехается, после чего забирается на кровать, нагло усаживаясь на бедра старшей, что смеряет ее недовольным взглядом. — Поговори со мной, а то надулась вся, как шарик. — Рюджин смеется, кладя руки на щеки девушки, приближаясь и заглядывая в темные озлобленные глаза. Хван кривит губы, пока Шин продолжает медленно приближаться.       — Как же ты меня бесишь, — почти рычит старшая, обвивая руками талию девушки, мягко толкая в сторону, на кровать. Йеджи тут же тянется следом, нависая над брюнеткой, словно хищник над загнанной в угол добычей. Хотя, судя по спокойному взгляду, с довольно горящим огоньком внутри, Рюджин была совсем не против оказаться в таком положении. Она лишь улыбается шире, внимательно следя за каждым движением старшей. Йеджи в свою очередь наклоняется, сокращая расстояние между ними настолько, что ощущает дыхание брюнетки на своих губах. Шин осторожно касается пальцами ее напряженной шеи, опуская взгляд ниже.       Для Хван это все равно, что зеленый свет, а потому девушка смягчается, почти невесомо касаясь чужих губ. Йеджи отстраняется, заглядывая в глаза младшей, что явно ожидала большего, нежели почти незаметного касания. Хотя, за эти годы «кошек-мышек», даже самой Хван хотелось большего. Ее рука по-свойски ложится на талию, забираясь под ткань и ведя выше, к ребрам. Младшая задерживает дыхание, никак не комментируя и позволяя Йеджи исследовать свое тело. Губы Хван касаются кожи шеи, задерживаясь лишь на миг, прежде чем спуститься ниже. Выпирающие ключицы так и манят, а потому Йеджи неторопливо ведет по ним губами, замечая, как Шин судорожно втягивает воздух, так, что вздымается грудная клетка.       — Ты правда так медлишь, хоть не меньше меня хочешь этого? — Шепот младшей заставляет Йеджи испуганно замереть, пока по телу пробегает табун мурашек. Хван поджимает губы, поднимаясь на руках. — Ну же, «хищница», нападай, я вся твоя, — Шин усмехается, притягивая девушку к себе за шею. На лице старшей растягивается довольная улыбка, и она уже увереннее ползет рукой выше по телу, касаясь груди.       — Йеджи-нуна, Рюджин-нуна! — голос Иджуна раздается из-за двери. Ручка пару раз дергается, и Хван недовольно поворачивает голову.       — Тише, не злись, — Шин осторожно кладет руку на щеку старшей, медленно поглаживая. Девушка нехотя поднимается с нее, садясь на кровати.       — Вы там уснули?       — Сейчас выйдем, — кричит в ответ Рюджин, поднимаясь и одергивая светлый свитер, прижимаясь к боку старшей. Чуть бодает головой, медленно выцеловывая шею. — Тише, я ощущаю твою злобу, — брюнетка ведет по чужому бедру, вырисовывая невидимые узоры. Рюджин вновь забирается на Йеджи, упираясь руками в плечи.       — Что ты делаешь? — Хван замирает, когда младшая сама кладет ее руки на свои ягодицы, позволяя сжать. Рюджин тянется ближе, чуть ерзая, и шатенка нервно сглатывает, ощущая исходящий от младшей жар. Шин замечает, как старшая напрягается, ехидно улыбается и крадет поцелуй, а после, ловко выбираясь из рук старшей, открывает замок на двери, опуская ручку вниз.       — Буду ждать тебя в гостиной, — подмигивая, произносит Рюджин, после чего быстро ретируется, закрывая за собой дверь. Хван лишь запрокидывает голову на подушки, почти скуля и проклиная брата на чем свет стоит, дернул же его кто-то зайти так вовремя. Внутри все напоминает натянутую струну, не считая пылающего низа живота, что сильно тянул. Девушка закусывает губу, стараясь прогнать из головы навязчивый образ младшей, что сейчас могла бы лежать под ней, пока ладони блуждали по телу, изучая каждый миллиметр. Хотелось завладеть этой несносной девушкой полностью, с головой погрузившись в новые ощущения. Позволить себе не противиться желаниям. Увы, вместо этого Хван может лишь недовольно сидеть на кровати, сильно сжимая руками покрывало и с некой неприязнью осознавать, как намокло белье от одних лишь мыслей о Рюджин.       Хван спускается лишь часа через два, до этого безрезультатно пытаясь прогнать образ брюнетки из головы и заменить его на что-то более полезное, например, планировку выступлений на праздник. Ей нужно было согласовать все с группами, выставить время и помочь с подготовкой. Даже заказ инвентаря ложился на нее, хоть все обеспечение и лежало на плечах ректората.       — И чем вы тут занимаетесь? — Как можно небрежнее интересуется Хван, входя в комнату и опираясь на дверной косяк, складывая руки на груди.       — Уйди, ты нам мешаешь, — жалуется Иджун, корча недовольную гримасу. Он сидит рядом с младшей, что не отрывает взгляда от экрана, на котором мерцают взрывы. Шатенка склоняет голову, хмурясь. — Ты все равно не любишь «Марвел» так, как мы, занимайся своими делами, — нагло прогоняет ее брат, на что Йеджи лишь громко фыркает, демонстративно проходя в комнату и занимая место с другой стороны от Рюджин. Судя по трем тарелкам, закусок Шин сделала с запасом на всех. — Эй!       — Смотри молча, — отрезает Йеджи, открывая приложение на телефоне и быстро пробегаясь глазами по тексту. Очередные разборы полетов. Даже в свой выходной не могут дать время привести мысли в порядок.       — Вау! Нуна, смотри! — Мальчишка восторженно подпрыгивает на месте, тыча пальцем в экран телевизора, пока Шин улыбается, кивая. — Она так круто вырубила их! Знаешь, тебе бы подошла роль Черной Вдовы!       — Да, также бы ходила в супер облегающем костюме и хвасталась своей плоскостью.       Рюджин поворачивает на нее голову, приподнимая вопросительно бровь. Йеджи выдерживает недовольно-удивленный взгляд, пока Шин наконец не отворачивается. Шутку не оценил никто, а потому Хван вновь уткнулась носом в телефон, продолжая отвечать на вопросы и координировать группу.       Они смотрят фильмы так долго, что за окном начинает темнеть. Йеджи наконец заканчивает дела, откладывая телефон. Иджун уже принес одеяло, а закуски сменились вкусным ужином, который приготовила Рюджин. Пока брат уплетал пибимпаб, то и дело нахваливая Шин, шатенка уже отставила тарелку, расправившись с фунчозой.       Йеджи устало облокачивается на плечо младшей, прикрывая глаза. Игривое настроение уже давно угасло под напором неимоверного количества дел, что свалили на ее плечи. Рюджин мягко приобнимает ее за талию, позволяя старшей устроиться удобнее, прижавшись к боку. Хван устало вздыхает, продолжая без особого интереса наблюдать за происходящим на экране. В голове до сих пор не укладывалось, как человек может почти неподвижно сидеть большую часть дня на диване, за просмотром чего-либо. Телефон очередной раз жужжит, чем неимоверно выбешивает старшую. Хван нехотя поднимается, поднимая гаджет и поднося его к уху.       — Да, мам? — Тянет Йеджи, замечая, как притих брат, что до этого не затыкался ни на секунду. Хван внимательно слушает указания матери, кивая и соглашаясь. — Да-да, они с Рюджин вроде практиковались сегодня. А? Ты с ночевкой же? — На этот раз, девушка уже обращается к Шин. Брюнетка теряется, пожимая плечами. Иджун же выглядывает из-за ее плеча, держась за младшую и активно кивает. — Если вы не против, то, она хотела бы остаться. Спасибо, удачи вам там, папе привет. — Хван бормочет остатки под нос, после чего вновь убирает телефон, на этот раз выключив звук. — Ты через час идешь спать.       — Почему?! Я уже взрослый! — Возмущается мальчишка. Он надувает щеки, складывая руки на груди. — Тогда Рюджин пойдет спать тоже!       — Ага, сейчас, сядь уже на свою гиперактивную задницу. — Фыркает шатенка, закатывая глаза. — Шин, так уж и быть, чтобы не спать на диване, ляжет у меня. Прекрати свои влажные мечтания, Иджун.       Мальчик открывает рот, после чего, наконец полностью осознав сказанное, резко прикрывает его, пока лицо покрывается румянцем. Он тут же усаживается, замирая и стараясь слиться с диваном.       — Иджун, фильм все равно закончился, может, и правда стоит поспать? — Ласково спрашивает Рюджин, и мальчик лишь тихо кивает головой.       — Тогда, могу я кое-что попросить? — Поднимаясь и опустив голову, робко спрашивает Хван. Рюджин улыбается и кивает, пока Иджун манит ее пальцем, а после озвучивает просьбу на ухо. Даже краем глаза, Шин видит недобрый огонек, что загорается в глазах его сестры. Стоит брюнетке кивнуть и отпрянуть от Иджуна, как Хван насупилась сильнее. Особенно, когда мальчишка довольно захлопал, улыбаясь до ушей и быстро поднимаясь, после чего направляется прочь.       — Что он тебе сказал? — Почти тут же набрасывается на нее с расспросами старшая, приближаясь. Рюджин отклоняется назад, опираясь на руку и чуть ухмыляясь. — Эй!       — Мне кажется, мне пора в душ, спать так захотелось, — Шин наигранно зевает, потягиваясь, пока Хван сильнее сужает глаза, морща носик. — Дашь одежду? Или мне в этом остаться?       — Пошли, — бросает старшая, поднимаясь. — Но мы еще вернемся к этому вопросу. — Обещает девушка. Она быстро взбирается по лестнице, забегая в комнату, после чего, выходит уже с чистым полотенцем и сменной одеждой. Буквально впихивает в руки, после чего недовольно удаляется к себе.       Рюджин входит в комнату через полчаса, Йеджи даже не отвлекается от просмотра тиктока, продолжая лениво листать ленту. Шин откладывает стопку с одеждой в сторону, проходя к кровати и вопросительно останавливаясь.       — Что? — Не выдерживает Хван, все же переводя взгляд на младшую. — Ложись, места много, — шатенка кивает на место рядом. Шин кивает, забираясь на кровать, и устраиваясь рядом. Она слишком устала за день, а потому сразу ложится на бок, отворачиваясь к стенке. — Так о чем вы говорили с Иджуном?       — М? — Шин сонно мычит, чуть поворачивая голову. — Ни о чем таком.       — Малышка, ты знаешь, как злишь меня тем, что у вас с моим братцем. — Хван прижимается к ней со спины, приобнимая рукой за талию, ее горячее дыхание опаляет открытую шею. Рюджин вздрагивает, замирая.       — Твои руки спустились ниже моей талии, не кажется, что им там не место? — Тихо спрашивает младшая, слыша усмешку возле уха. Чужие пальцы бродят по бедрам, рисуя узоры на оголенной коже, чуть задирая пижамные шорты.       — Хван, ты наглеешь…       — Тебе нравится, не придуривайся, — Йеджи, жмется ближе, зарываясь носом в длинные темные волосы. Ее ладонь медленно ложится на подтянутый живот, проводя ниже. — Будь тихой, ладно? — Рюджин лишь усмехается. Рука уже заползает под резинку шорт.       — У тебя ладонь дрожит, — фыркает Шин. — Волнуешься? — Голос насквозь пропитан сарказмом, что лишь сильнее злит старшую.       — Да пошла ты, — старшая, наконец, собирается с мыслями, опуская пальцы ниже, и касаясь промежности. Рюджин закусывает нижнюю губу, рукой цепляясь за одеяло. Йеджи ведет носом по оголенной шее, вдыхая приятный аромат. — Тебе идет запах моего геля для душа.       — Дай угадаю, мне еще и твои вещи идут? — Легкое движение пальцев, и Шин замолкает, подавляя стон. Йеджи довольно прикусывает мочку уха, игриво мурлыча. Пальцы мягко касаются чувствительной точки, неспешно массируя круговыми движениями. Приятный жар пробегает по телу, окуная младшую с головой в спектр приятных ощущений. Хван губами ведет по шее, пока не доходит до оголенного плеча, с которого слезла растянутая футболка. Она оставляет ощутимый укус на коже, одновременно надавливая на клитор сильнее, отчего Шин не сдерживается, отворачиваясь к подушке с тихим стоном.       — Тише, малышка, мы же не хотим, чтобы кто-то нас услышал, — шепчет Йеджи на ухо, продолжая играться с младшей. Кусает вновь, на этот раз решая оставить более заметный след на плече. — Такая милая, когда стараешься сдерживаться.       — Пошла ты. — Шин сама двигает бедрами, ощущая, как чужие пальцы чуть раздвигают половые губы. Младшая слышит довольную усмешку; то, как Хван льнет еще ближе, хотя, казалось бы, уже некуда. Ведет поцелуями по линии челюсти, пока Рюджин поднимает голову выше, открывая девушке больше простора для действий.       — Ты так сильно сжимаешь ноги, стоит мне лишь немного надавить. — Йеджи вновь целует ее в плечо, довольно улыбаясь. — Рюджин, будь тише, — просит она, после очередного тихого стона. Шин сцепливает зубы сильнее, продолжая двигать бедрами, стараясь достичь пика. — Моя послушная девочка, — шатенка довольно целует ее в шею, вдыхая приятный запах ягодного шампуня. Пальцы вновь проходятся по половым губам, дразня и распределяя природную смазку. Младшая мычит сквозь сжатые губы, раздвигая ноги шире. — Моя умничка, — шепотом хвалит старшая.       — Быстрее, — Шин тихо скулит в подушку. Ее дыхание сбилось, а челка все больше лезла в глаза. Ей слишком мало, хочется большего, особенно, когда Йеджи так близко. Рюджин чуть ерзает, поворачиваясь на спину.       — Неужели Шин Рюджин о чем-то просит? — Йеджи осторожно скользит рукой вверх, обратно к животу. Приподнимается на руках, нависая над младшей со взглядом хищника. Наклоняется, усмехаясь в мягкие губы и ластясь. Засосы расцветают на шее девушки, пока сама Шин требовательно тянет Хван ближе.       — Я хочу тебя, прямо сейчас. — Рюджин кладет руки на плечи, вглядываясь в темные кошачьи глаза напротив. — Безумно хочу. — Ее голос такой сиплый и дрожащий, что Йеджи не может сопротивляться. Хван собирается поцеловать ее, но брюнетка хитро улыбается и через мгновение впивается в шею зубами, чуть оттягивая кожу. Шатенка тихо стонет, прикрывая глаза.       Но в долгу девушка не остается, стоит Шин лечь обратно, как довольно острые темные ноготки чуть царапают кожу. Младшая сглатывает, ощущая, как Йеджи ведет по талии, цепляясь за резинку шорт и спуская их.       — В следующий раз мне стоит подрезать ногти, — Старшая улыбается, разглядывая свой маникюр и подмигивая. Спускается к подтянутому животу и медленно покрывая его поцелуями. Рюджин нетерпеливо ерзает под ней, то и дело кусая свои губы.       — Хван, если это то, о чем я думаю, то ты реально рассчитываешь, что я смогу сдержать стоны?       — То есть ты признаешься, что я хороша? — Хван устраивается между ног младшей, разводя их в стороны. Рюджин хочет огрызнуться, но лишь тихо стонет, поджимая губы. Юркий язычок скользит по клитору, отчего по телу расползаются приятные мурашки. Шин приходится подавить очередной стон в горле, прикрывая глаза. — Ты такая влажная, — Йеджи довольно улыбается, касаясь бедра и оставляя на нем багровый засос. Она слышит скулеж.       — Хван, прекрати играться, это не смешно, — Старшая повинуется, отвлекаясь от бедер, размашисто проводя языком по разгоряченной плоти в ответ слыша приглушенный стон. Шин приподнимает бедра, кладя свободную руку на голову шатенки и чуть сжимая волосы. Очередной едва слышимый стон затмевает рассудок старшей, заставляя ускориться.       Йеджи ощущает, как сильно младшая хочет ее, буквально горит от каждого касания, выгибаясь и стараясь получить больше ласки. — Пожалуйста. — Хрипло просит Рюджин, слыша, как собственный голос дрожит от возбуждения.       Комната наполняется развратными звуками, пока младшая изо всех сил старается не застонать, кусая свободную руку. Хван чуть вцепляется ноготками в кожу, проходясь языком вдоль, играясь с клитором, посасывая его. Пошло причмокивает, слыша скулеж и видя, как напрягается Рюджин. Еще пару размашистых движений языком — и Шин не сдерживается, жмурясь и со стоном кончая. Тело пробирает приятная дрожь, пока девушка, наконец, не расслабляется.       Ладони ложатся на щеки старшей, заставляя Йеджи подняться и приблизится. Стоит шатенке вновь оказаться возле лица, как ее тут же затягивают в поцелуй, зарываясь пальцами в чужие волосы.       — Я же просила быть тише, — отвлекаясь от сладких губ, шепчет Хван. Рюджин все еще пытается прийти в себя, а потому в ответ лишь бурчит что-то невнятное под нос, вновь притягивая к себе. — Моя девочка, — Йеджи довольно льнет ближе. — Ты так хотела этого?       — Нет, что ты. — Шин закатывает глаза. — Всего-то два года меня морозила, а тут наконец-то решилась. — Рюджин мягко сталкивает ее с себя, после чего быстро натягивает шорты и опускает футболку. Йеджи внимательно наблюдает за ней со своего места.       — Иди ко мне. Нам лучше сейчас сделать видимость либо сна, либо игр, чтобы Иджун не догадался. — Хван тянется к ее талии, мягко проходясь по ней пальцами. Рюджин на удивление не пытается оттолкнуть ее, а лишь удобнее садится в кровати, задумываясь. А правда, что она теряет?       — Жду извинений за два года, тогда подумаю, — складывая руки на груди, ворчит брюнетка. Йеджи поднимается, тут же притягивая девушку к себе ближе, вновь ощущая чужое тепло. Сама же кладет подбородок на плечо, целуя в шею, на которой можно разглядеть темные следы, что оставила старшая.       — Разве их недостаточно? — Хван одной рукой берет подбородок младшей, заставляя ее повернуть голову. — Прекрати, Шин, ты только что просила большего, а сейчас снова обижаешься. Давай поговорим об этом потом, — девушка ощущает чужое дыхание на своих губах, не в силах отстранится. — Так, ты думаешь, что я играюсь?       — А разве нет? — Йеджи лишь мягко притягивает ее, окончательно сокращая расстояние между ними. Ладонь ложится на скулу, поглаживая и успокаивая. Младшая отвечает на поцелуй, позволяя углубить его. Вторая рука шатенки покоится на талии Шин, вырисовывая невидимые узоры. Чужие руки мягко обвивают шею, не отрываясь от губ старшей, девушка разворачивается, тянется ближе. Йеджи довольно мычит в поцелуй, обнимая младшую за талию, сама облокачиваясь спиной на мягкие подушки. — Не тяжело?       — Мне вполне себе хорошо, — Йеджи довольно улыбается. Ее пальцы зарываются в темные, слегка волнистые локоны, пока Рюджин расслаблено опускает голову на грудь и прикрывает глаза. — Отдыхай, моя девочка, — шепчет Хван, пытаясь прокрутить в голове все то, что произошло за день. И с каких пор, она потеряла самообладание и все же поддалась чарам Шин? Был ли у нее вообще шанс противостоять этой милой девушке с вспыльчивым характером? Но видя на своей груди чужую макушку и ощущая быстрое биение сердца, Йеджи улыбается, натягивая одеяло и довольно прикрывая глаза, пока эйфория растекается по венам. Продолжение следует…