Мой любимый трудный ребенок

— Здраствуй, меня зовут Бетси Добсон, можешь звать меня так, как тебя будет комфортно, как ты хочешь, чтобы я обращалась к тебе? — Эндрю. — Хорошо, Эндрю. Хочешь о чем-то поговорить?       Это был наш первый сеанс, конечно, я знала о его прошлом, но «трудные» подростки для меня не были чем-то новым. До того, как начать работать с государственным университетом Пальметто, я провела годы, работая с системой правосудия. Сосредоточилась на заключенных юношах, которые, как все думали, прошли реабилитацию, а это значит, что у меня большой опыт работы с наркоманами, нестабильными пациентами и детьми, которые пытались несколько раз нанести мне серьезный физический вред. Я вроде как уже повстречалась со всем этим на своем пути к тому времени. — Почему ты зовёшь меня «Эй, ты.»? — Ты сказала, что я могу называть тебя, как хочу. — Это так, мне просто любопытно.       Он молчал какое то время, но после ответил, что это сокращение надписи на моей футболке «Hey You and the Moo Cows».       На самом деле, он казался мне интересным с самого начала. Всех нас привлекают такие вещи, люди, события, занятия, поэтому не осуждайте меня за то, что сначала я считала его просто самым интересным пациентом на моей практике, ведь всё быстро выросло до звания «любимого проблемного ребёнка».

***

      Я дала Эндрю свой номер ещё на нашем первом сеансе, но он начал его использовать только после перепалки с Кевином на одной из тренировок, после того, как тот стал помощником тренера. Тогда он разгромил поле, но позвонил мне сразу после этого. Мы разговаривали достаточное количество времени, чтобы он сказал: — Надо было прикончить его, Би!       Не дружелюбное проявление эмоций, но это был первый раз, когда он назвал меня как-то кроме «Эй, ты!». С того момента в глазах Эндрю у меня появилось имя.       Даже если после Кевин жаловался на то, что он пропускает тренировки, я не собиралась с этим что-то делать. ***       Я всегда понимала важные для Эндрю вещи по дырам, которые он оставлял в наших беседах, поэтому ещё на первом сеансе заметила отсутствие Аарона в наших разговорах, и, конечно, я заметила, когда из них пропал Нил.

***

      Мне было страшно. Когда я услышала о том, что случилось с Эндрю в доме его дяди, о приезде туда Дрейка. Я испугалась за его состояние. Мне нужно было собраться, ведь я нужна была им всем, не только Эндрю, но ему в особенности.       На самом деле мне не нравились эти таблетки, суд пытался защитить общество от Эндрю, но его самого от себя оно не защищало. Они поступали так всегда, и меня это всегда расстраивало, поэтому, когда я поняла, что это шанс избавить моего «трудного» ребенка от таблеток, я схватилась за него, хотя понимала, насколько маленькая возможность того, что Эндрю согласится. Но тут появился Нил и поддержал меня, и я поняла, что смогу избавить моего ребенка от этого.

***

      Наш первый сеанс с Эндрю после снятия с таблеток мог быть последним, я это прекрасно понимала. Он мог вообще не приходить, ведь ему только порекомендовали посещать меня, но я знала, что он придёт, ведь, когда дело касается Эндрю, я не могу ошибаться, поэтому этот сеанс не стал последним, я не ошиблась.

***

— Он пропал, Би.       Плохо.       Это первая мысль, которая у меня была, ведь для Эндрю Нил был маленьким огоньком и, если бы он потух, это стало бы крайней точкой. Все видели бы, как этот свет погас в Эндрю, потому что это не был тот эмоциональный удар, к которому он готовился. — Я ведь знал, я знал, Би, но не был достаточно быстрым.       Это мог быть конец всех отношений Эндрю, если бы Нил не вернулся, в том числе и моих с ним, ведь он откажется говорить о смерти Нила, и он откажется от моих тщательных попыток сочувствия, потому что он откажется принимать тот факт, что ему больно, а отказ от признания или исцеления означает, что с течением времени боль станет ядом. Я не смогла бы спасти его от самого себя.       Хотя в тот момент я этого не понимала, знала, что потеря будет сильной, но думал, что ему можно будет помочь. Я рада, что Нил вернулся живым.

***

      Я была рада за него, когда он начал «это» с Нилом, когда решил играть профессионально, когда выпустился из университета, когда съехался с Нилом после долгой разлуки. И я была рада присутствовать в его жизни, пусть и через смс, звонки и видео-звонки.       Думаю впереди у него ещё много хорошего и я хочу быть рядом до самой своей смерти.