Literature lesson

Рюджин уже давно любит свою преподавательницу по литературе. Конечно, она не признается в этом. Сначала докладная, а потом выгон из школы. Докладных у Шин и так было достаточно. Скажем так: у младшей всегда было плохое поведение. Её всегда водили к директору, вызывали родителей. Всех удивляло, что только на уроке литературы брюнетка вела себя адекватно. Никого не подкладывала, не грубила учителю. А всё почему? Да потому что она была влюблена в Хван Йеджи. Девушка всегда только и делала, что смотрела на шатенку. Представляла, как будет обнимать по утрам, готовить завтрак на двоих. Ну и, конечно, не самые приличные сценарии. Рюджин знала, что этого никогда не случится. Ей шестнадцать, а учительнице двадцать. Да сам факт того, что шатенка учитель, не давал даже малейшей надежды. Последнее фото, которое старшая выложила в Инстаграм, было неотразимо. Облегающее платье с открытой спиной, которое прекрасно сидело на ней. Как же Шин её любит. Только, по мнению девушки, никогда и ничего не скажет об этом. Сейчас как раз проходит урок литературы. Для её одноклассников литература – самый обычный предмет, как и все остальные. С обычным преподавателем. Всё как обычно, ничего нового. Но для брюнетки каждый урок, который проводит старшая, был как испытание на выносливость. Ей приходилось вовремя отводить взгляд, чтобы Йеджи ничего не заподозрила. Не сказать ничего лишнего. Не запинаться, когда её спрашивают. Иногда, как считает Шин, Хван переходит все границы. Она может просто подойти к ней и наклониться со спины, чтобы помочь с заданием. Как будто она специально это делает. Так ещё и в такие моменты заправляет прядь волос за ухо Рюджин. И ведь она даже не подозревает, что в такие моменты сердце брюнетки готово выпрыгнуть из груди. Или подозревает? Младшая смотрела то в тетрадь, в которой еле-еле были записаны какие-то термины, то на учителя. Сейчас на учительнице была юбка чуть выше колена и чёрный топ, который открывал вид на впалый животик. Сверху пиджак, чтобы скрыть открытые руки. Всё это так прекрасно сидело на ней, что у брюнетки реально бы потекли слюни, если бы её имя не выкрикнула Йеджи. – Рюджин, – громко сказала Хван, – Я тебя зову уже третий раз, отзовись уже. – Ой, простите, я задумалась, – неловко произнесла ученица. – Хорошо. Что произошло с Николаем Ростовым в Шенграбенском сражении? – вопрос по книге «Война и мир». Шин должна была ответить, ведь на уроке литературы они мусолили эту тему уже в пятый раз. – Его... Он... С ним..., – понятное дело, она не знала ответ. Она лишь тянула гласные и смотрела на любимую учительницу. – Понятно. Останься у меня сейчас, я отпрошу тебя от следующего урока. Нужно заниматься с тобой наедине, может хоть так что-то выучишь, – произнесла Хван. Нет, нет, нет. Так она точно ничего не выучит, ей нельзя на целый урок оставаться рядом со старшей. Это будет так сложно. Если Рюджин выживет после этих сорока пяти минут, то это уже будет успех. Шин уселась обратно на стул и начала обдумывать свои последующие действия. Ну вот она останется останется после урока, шатенка начнет задавать ей вопросы. А дальше что? Брюнетка ничего не ответит и влепит ей два. Опозорится перед своей возлюбленной, и что? Как будто есть толк от этого. Сбежать от неё нельзя. Притвориться болеющей не прокатит, так как сегодня она чувствует себя прекрасно и это видно. Что делать теперь? Придётся оставаться. А может Йеджи правда поможет ей в литературе? Остаётся только надеется. В размышлениях младшая провела весь оставшийся урок, даже не пытаясь что-то слушать. А ведь она даже не знала, что всё это время Хван смотрела только на неё с хитрой ухмылкой. Звенит звонок. Блять. Шин посмотрела на учительницу. Когда все из класса вышли, Рюджин тоже подошла к двери, но без рюкзака, чтобы старшая знала, что она сбегать не собирается. – Можно попить воды? – робко спросила Шин. – Конечно. Жду тебя через пять минут, – с такой же ухмылкой сказала девушка. – Хорошо, – брюнетка хотела растянуть момент, когда они останутся вдвоём, как можно дольше. Она медленно спускалась по лестнице на первый этаж, медленно пила воду, и также медленно поднималась обратно. Ну вот, Рюджин снова у этой двери. Сделав вдох-выдох, Шин зашла в кабинет. – Как-то ты долго. Прошло больше пяти минут, – Йеджи встала со своего места и с громким стуком от каблуков подошла к младшей. – А, Шин? Не хочешь заниматься? – тон Хван заметно изменился. Такая старшая больше возбуждала девушку, и заставляла снова чувствовать бабочки в животе. – Извините, мисс Хван. Просто столкнулась с подругой в коридоре, – соврала ученица. – Хорошо. Проходи и садись за парту напротив меня, – тон стал таким же, как и всегда. Прям напротив Йеджи? Блять. Это будет ещё сложнее. Придётся смотреть весь урок в её глаза и отвечать на вопросы. Ужасно. Ужасно с того, что учительца подумает, что она какая-то глупая, потому что не может сконцентрироваться на теме. Глаза то у неё прекрасные. Пройдя в класс, Рюджин подошла к этой сраной парте. Она просто смотрела на неё, не решаясь сесть и начать урок. – Ну чего стоишь? Присаживайся, – дружелюбно сказала Йеджи. Хочется выполнять всё, что скажет девушка. Поэтому Шин перетащила свой рюкзак и всё же села за парту. – С чего начнём? – почти что уверенно спросила Шин. – Начнём с того, что было на уроке. Почему ты не ответила на вопрос? Я буквально до этого сама же ответила на него, тебе нужно было просто повторить, – начала старшая. – Извините ещё раз, – уже не так уверенно произнесла брюнетка. – У тебя слишком плохое поведение, Шин. Все учителя рассказывают как ты ужасно ведёшь себя на их уроках. Не кажется, что тебя нужно наказать? – на лице Йеджи опять появилась ухмылка. Низ живота потянуло. Что она только что сказала? Наказать? В голове Рюджин начали всплывать картинки секса с Хван. Она пыталась привести мысли в порядок, но ничего не получалось. Шин было стыдно даже посмотреть в её глаза. – Отвечай. Тебя наказать? – учительница начала подходить к ученице. Девушка встала напротив младшей и нависла над ней. Из-за позы, в которой стоит шатенка, открылся вид на её грудь. Блять, она была без белья. От такой картины брюнетка громко выдохнула. Она сейчас просто сидит и пялится на почти обнаженную грудь своей любимой учительницы. Ещё и после такого вопроса. Вдруг Йеджи взяла Шин за подбородок, тем самым подняв её голову. Они столкнулись взглядами. У Рюджин давно пересохло во рту от действий старшей. – Так и будешь молчать, милая? – Хван наклонилась ближе. – Накажите меня..., – дрожащим голосом сказала младшая. – Громче. – Накажите меня, мисс Хван, – громко повторила брюнетка прямо в губы своей учительницы. – Умница. Йеджи грубо впилась в губы Шин. Она проталкивала свой язык в рот ученицы, иногда покусывая и оттягивая нижнюю губу. Рука отцепила подбородок и легла на тонкую талию. Младшая была в школьной форме: рубашка заправленная в юбку и чёрные лоферы с чулками. Брюнетка ответила на поцелуй, но его всё ещё вела учительница. Поза была до безумия неудобной, так что девушке пришлось разорвать поцелуй. – Встань, – уверенно сказала шатенка. Шин встала, не отрывая взгляда от преподавателя. Старшая потянула Рюджин на себя и посадила на парту, сразу переходя с губ на открытую шею. Ближе прижимая младшую к себе, девушка оставляла красные следы на нежной коже ученицы. Кабинет заполнился тихими стонами. – Тише, малыш. Ты же не хочешь, чтобы все узнали чем мы занимаемся? – от этого прозвища брюнетка потеряла голову. Парфюм Хван пьянил больше, чем алкоголь. Девушка не могла полностью заглушить свои стоны, поэтому громкие вздохи всё ещё выходили из её рта. Йеджи начала расстёгивать пуговицы и спускаться ниже. Шатенка сильнее раздвинула ноги Шин бедром, коленом прикасаясь к промежности. От этой манипуляции громкий стон всё же вырвался из Рюджин. – Плохая девочка, я тебе сказала быть тише. Почему ты не послушалась меня? – старшая обратно поднялась к лицу младшей. В её животе уже не бабочки, а целый ураган. Желание читалось в глазах брюнетки, но учительница хотела помучить её девочку. Сняв эту чёртову рубашку и топ с девушки, шатенка принялась целовать грудь ученицы. Пока одна рука сжимала грудь, язык ласкал соски и обводил ореолы. Чтобы продолжить нужно было сменить положение, поэтому Хван резко схватила девушку за талию и спустила со стола, нагибая над партой. Теперь Шин стояла раком. Старшая подняла юбку ученицы, из-за чего младшая засмущалась ещё больше. Шатенка заметила это. – Сначала ты просишь, чтоб я наказала тебя, а сейчас смущаешься? – прошептала Йеджи. – Я могу закончить, – отодвинувшись, Хван опустила юбку и начала наблюдать за реакцией младшей. – Нет, не хочу! – сама не ожидая от себя, выкрикнула Рюджин. – Умоляй. Умоляй, чтоб я продолжила. – Мисс Хван, пожалуйста, накажите меня, – Шин отвела взгляд. – Ещё. – Я буду хорошей девочкой, Йеджи, пожалуйста, выеби меня. Опять эта довольная улыбка. Учительница снова подошла и задрала юбку ученицы. Брюнетка сгорала от желания. Прогнувшись, тем самым подняв зад выше, младшая заскулила, чтобы старшая продолжила. – Сучка, – произнесла и одновременно ударила Рюджин по ягодицам. Девушка сильно намокла из-за малейших действий шатенки. Сняв трусики с ученицы, Йеджи сразу проникла в неё, быстро набирая не темп. Громкие стоны разлетелись по кабинету, и Хван понимала, что обычными словами девушку не заткнуть. Не прекращая движений, преподавательница переместила свою руку на лицо брюнетки. Йеджи просунула два пальца в рот Шин, чтобы почти никаких звуков от неё не исходило. Влажные звуки наполнили класс. Стенки влагалища начали сжиматься, но старшая не собиралась заканчивать. Бурный оргазм настиг Рюджин. Вытащив пальцы из девушки, Хван вытерла их об свою и повернула ученицу лицом к себе. Поцелуй вышел нежным, мокрым. Прервав поцелуй, шатенка села на своё учительское место. Пока брюнетка пыталась отдышаться, старшая начала диалог. – Понравилось? – Да... На этом же всё не закончится? – с ноткой надежды спросила девушка. – Встретимся завтра после уроков, – усмехнувшись, сказала Йеджи. – Я люблю тебя, – произнесла Шин. – Я тоже люблю тебя, дорогая.