В поисках носа

      Гарри тяжело вздохнул, он и не подозревал, что с детьми так тяжело, особенно, когда дети начинают разговаривать, кричать и спрашивать обо всëм на свете, но это был единственный вопрос, на который он не может дать ответа. – Папа-папа, так куда? — Девочка глядела заинтересованными глазами и сжимала мягкое одеяло, надеясь, что, как и обычно, Поттер даст ей ответ. Гарри уже хотел идти за Томом, ведь он не знал, как объяснить их дочери то, почему у еë второго папы нет носа. И тем более не сможет внятно объяснить маленькому ребëнку, как сам Поттер замешан в этом деле. – А почему ты не спросишь у Тома? — Попытался выкрутиться Гарри. Девочка нахмурилась и ничего не ответила. – Я хочу услышать от тебя, — Поттер прикрыл лицо рукой: к такому он точно не был готов, но выкручиваться как-то надо. – Твой папа любит змей и хотел быть похожим на Нагайну? — Сказал первое, что пришло в голову, Поттер, а после достал палочку, туша в комнате свет. — А теперь тебе пора спать, — Дельфи не понравился расклад событий и она закричала: – Пап! Это неправда, и не туши свет, ещë рано, — девочка вскочила с кровати и накинулась на Гарри, Поттеру не оставалось ничего, кроме как обнять дочь, что уже устроилась на его коленях. – А почему нет? — Спросил Гарри в надежде, что Дельфи либо поверит, либо этот вопрос выиграет ему немного свободного времени. – Том не любит свою внешность, он два часа стоит у зеркала и ноет, — Поттер нахмурился: опять Реддл принялся за старое, то говорит какой он устрашающий, то проклинает весь мир за то, что не такой привлекательный, как был в молодости. — Не понимаю его, он ведь такой смешной, почему ему не нравится? Я даже из пластилина новый нос ему слепила, — Поттер кое-как остановил себя от смеха: теперь понятно, почему тот был таким хмурым, не только он смеялся над отсутствием носа у Реддла, но ещë и их дочь, хоть, видимо, она и не осознаëт то, насколько это оскорбительно для Тома. – Хорошо, тогда, если ты успокоишься и ляжешь, я расскажу тебе эту историю, — наконец сдался Гарри, ведь понимал, что в противном случае его дочь так просто не уснëт. Девочка только кивнула и опять перебралась на свою кроватку, Поттер вдохнул с облегчением: половина дела уже сделана, осталось заболтать Дельфи, чтобы она побыстрее уснула. – Когда мы только встретились с Томом, — начал Гарри, но его дочь тут же его перебила. – И он был с носом? — Поттер не стал ругать девочку за перебивание и только кивнул. — И самым красивым на свете? Том так говорил, — Гарри только тяжело вздохнул. – Да, даже красивее меня, — Дельфи нахмурилась. – А тут я уже не верю, продолжай, — Поттер опять сдерживал смех: надо показать их дочери фотографии Тома, а потом и маленького Гарри, тогда он точно не отличался красотой, тем более его нельзя было сравнить с кем-то настолько прекрасным, как Реддл, но все его ошибки погубили сначала душу Тома, а потом и внешность. Гарри рад тому, что душу вернуть получилось. – Мы тогда только встретились, тогда я был меньше тебя, а твой второй папа был уже взрослым дяденькой. При нашей первой встрече его и прокляли, — Поттер усмехнулся: убийство же можно считать проклятьем? Дельфи же наконец успокоилась и прикрыла глаза, Гарри не удержался от того, чтобы начать поправлять одеяло дочери и еë плюшевых зверей, что валялись по всей кровати и на девочке в том числе. – А кто его проклял? — Тихо спросила Дельфи и зевнула. Поттер улыбнулся. – Тот, кто защищал меня от Тома, тогда-то его и лишили носа, спрятав очень и очень далеко. — девочка прикрыла глаза. – И его не искали? — Гарри усмехнулся. – Ещë как искали! И в самой тëмной пещере, и в самом глубоком подвале, у самых злых волшебников в банке. Но даже так – проклятие вечно будет лежать на Томе, пока он не исправит все свои ошибки, не просто же так его наложили. Носа он своего не найдëт, как бы не искал. Поэтому лучше не заострять внимание на его недостатках – он сильно расстраивается. Конечно, он не скажет тебе об этом напрямую, но лучше не стоит, — Гарри улыбнулся, плохое настроение у Тома — проблема всей магической Британии, а всë из-за маленькой девочки. Поттер считал, что это максимально человечное поведение, на которое вообще способен Реддл. Дельфи ещë раз зевнула, и перед тем как уснуть окончательно, успела пробормотать: – А он говорил, что ты его отрезал и съел, — только когда дочь уснула, до Гарри дошëл смысл слов, что она ему сказала, и Реддла ждëт очень долгий разговор на тему того, что можно говорить детям, а что нет…

***

      Гарри вдохнул запах кофе, а после вздрогнул от резкого звука, что прервал его покой: это проснулся Том, который вернулся домой после того, как Поттер уже уснул. – Вот с тобой мне и надо поговорить, — злобно ухмыльнулся Гарри и сделал глоток горячего напитка. – Я никого не убивал, — спокойно сказал Реддл, а после сел рядом с Поттером. — Мне кофе полагается? — Гарри только протянул Тому свою кружку: он слишком не выспался, чтобы готовить ещë один кофе. Реддл не брезговал после Поттера, поэтому спокойно сделал глоток, а после нахмурился: как Гарри мог пить что-то настолько горячее? – Так вот, что я хотел, что ты говорил Дельфи об отсутствии своего носа? — Том молчал, он ведь просил дочь не говорить об этом Гарри. – О пластилиновом? Неплохой для четырëх лет, — Гарри сложил руки на столе и облокотился на них, Реддл не поднимал взгляд на Поттера. – Том, ты знаешь о чëм я, мы же уже это обсуждали. Нельзя детям рассказывать такие жестокие истории, — Гарри серьёзно смотрел на Реддла, а тот в свою очередь гипнотизировал кружку с кофе. – Я лишь хотел еë припугнуть, что за глупые вопросы она начала задавать? — Поттер тяжело вздохнул: о Мерлин, у него будто не один ребëнок, а два. – В любом случае я сказал ей, что за все твои злодеяния на тебя наложили проклятие, что не далеко от правды, поэтому я надеюсь, что ты воздержишься от очередной кровавой истории. И да, я рад, что ты никого не убил, хоть какой-то прогресс, может сможешь вернуть свой нос, — усмехнулся Гарри и забрал обратно свой кофе, версия с проклятьем теперь и для него кажется правильной и забавной. Том откинулся на стуле и уставился в потолок, в несколько глотков Поттер допил кофе и встал со стула. – Я приготовлю салат и нарежу фруктов, иди и разбуди Дельфи, обещаю ещë и кофе, — только улыбнулся Гарри, Том посмотрел в сторону двери, из которой уже какое-то время выглядывала его дочь. – Дельфи, иди сюда, — обратился к девочке Реддл, Поттер обернулся на дверь: о нет, их подслушивали всë это время, а Гарри-то думал, «почему Том такой спокойный?»       Дельфи быстро вбежала на кухню, игнорируя Реддла и сразу идя к Гарри. – Не хочу салат, лучше печенье с шоколадом, — Поттер взглянул на свою ногу, на которой повисла хмурая и сонная девочка, это поведение напоминало Гарри о Томе. – У кого болели зубы? Фрукты тоже сладкие, — Реддл уставился на Поттера, который наклонился к Дельфи, и на девочку, что схватила Гарри за нос и начала отбирать очки. – Папа! – Дельфи! — Поттер взял дочь на руки и посадил на место, где он сидел до этого. – Это всë из-за носа? Ты моя дочь, но при этом зовëшь папой только Гарри, — тяжело вздохнул Том. – Это всë из-за того, что за нашей дочерью слежу только я, и если нос — единственная проблема, то верни его, — рассмеялся Поттер, — или приклей пластилиновый, — Гарри расхохотался сильнее. – Папа, ты же говорил, что нельзя про это шутить, — вспомнила вчерашние слова Поттера Дельфи, Реддл нахмурился. – А ему всë можно, его никогда не заботили правила, — наконец ухмыльнулся и Том. Гарри остановился, Дельфи обернулась на папу, Поттер обернулся на Реддла, и вот, теперь у него два обиженных ребëнка, ну что у него за жизнь?...

***

      Дельфи уже полчаса просто сидела на его коленях, Тома это настораживало: до этого его дочь никогда не проявляла к нему столько тактильности. – Я помогу тебе найти нос, — Реддл непонимающе уставился на девочку, а потом вспомнил о истории, которую ей рассказал Поттер. «А вот это уже интересно,» – Том улыбнулся. – И как мы это сделаем? — Реддл отложил книгу, ему действительно интересно, что же предложит ему маленькая девочка, пока он сам за эти годы перепробовал сотни ритуалов.       Больше всего Тома удивляло то, что Дельфи в его внешности волновало только отсутствие носа. Ведь любой, что взрослый, что ребëнок, в ужасе отскакивал от Волан-де-Морта и его змеиного изуродованного лица — только Поттер не смотрел на него с ужасом, теперь ещë и его дочь. Хоть еë всë равно волновал нос, Тому хотелось смеяться от абсурдности всей ситуации, где девочка закрывала глаза на уродства и беспокоилась только о том, как же он дышит без носа, самое наивное, что он мог услышать в свой адрес, от этого и смешное. Возможно, Дельфи даже подобрала эту привычку от Поттера, который неоднократно шутил над его носом, но при этом ничего не говорил о том, что у него нет волос, или о змеиной чешуе, пожалуй, нос — последнее, что их должно было волновать. – Я невинный ребëнок и я помогу тебе искупить свои плохие поступки, — Том не сдержался от лëгкого хохота: вот кто не был невинным, так это ребëнок бывшего Лорда Волан-де-Морта. Несмотря на ангельскую внешность, Реддл знал о всех проделках, что творила его дочь уже в четыре года. За чуть ли не задушенную Нагайну он ругал Дельфи лично, даже ребëнок со змеëй могут что-то не поделить. – Ох, боюсь, их слишком много, я успел насолить всем, — спокойно сказал Том и начал гладить дочь по голове, глупая и бесполезная привычка, которая появилась у него, когда он наблюдал за Поттером. – И папочке? — Дельфи начала раскачивать ноги, время от времени стукая и ноги Реддла. – С ним я и своим бессмертием не расплачусь, — Дельфи нахмурилась и остановилась: как же она тогда сможет помочь Тому? Ей хочется, чтобы рядом с Гарри был кто-то такой же красивый, и она конечно же думала, что будь у Реддла нос, то еë мечта исполнится, на остальное она и не обращала внимание, ведь кроме носа ничего не выделялось из еë стандартов, шрамы на лице? Но ведь и у Гарри есть шрам, а значит всë нормально. – А если я смогу найти твой нос? Гарри сказал, что это невозможно, но ведь нет ничего невозможного, так? — В слух начала размышлять Дельфи. – Только не копай ямы на заднем дворе, уверяю, там ничего не спрятано, Гарри уже устал пересаживать цветы, — девочка только возразила отцу. – А что, если там мандрагоры? Им нужна моя помощь, чтобы сбежать! — Том совершенно не понимал, откуда Дельфи понабралась подобного, но они ушли от обсуждений носа, что несомненно нравилось Реддлу, ещë говорить серьëзно про глупую сказку он не сможет.       Да и пожалуй, не смотря ни на что, он находил это поведение очаровательным, никто бы, кроме неë и Гарри, не осмелился говорить про его внешний вид. – Безносый, иди-ка сюда! — Вдруг послышалось с первого этажа злобный голос Поттера. Том нахмурился: и вот опять, он же ничего не творил, так почему его так оскорбляют? Дельфи рассмеялась и спрыгнула с его колен. – Отправлюсь на поиски твоего носа прямо сейчас, чтобы папа больше на тебя не злился! — Реддл ухмыльнулся, всë же это очаровательно.